— А что есть настоящая демонстрация вечных ценностей?
— Стриптиз.
Так иногда хочется позвонить маме и сказать: «Мам, привет. Можешь меня забрать… из взрослой жизни».
Получила я оценку… Всю зубрила переменку…
А как сто их получу, так заборчик сколочу…
Я увяз в Паутине, я — пленник Всемирной сети,
Я не то чтобы есть, но меня и не то чтобы нету,
Я попал в переплёт, мне уже самому не уйти —
Я пылинкой сную по бескрайним полям Интернета.
Стал не нужен логин и уже бесполезен пароль,
Я себя потерял, я системой раздавлен и выжат,
Был надёжный портал, но я сдуру его запорол,
И теперь я ищу варианты вернуться и выжить.
Нужно вспомнить себя — кто такой, как зовут, где живу,
Вспомнить мать и отца, дом, в котором родился и вырос,
Город, школу, друзей — я же с кем-то дружил наяву,
Жизнь, где я — человек, а не странный компьютерный вирус.
Может я в этот мир от себя самого и удрал,
Может даже себе я в иных ипостасях не нужен,
Но стучу, и стучу, и стучу я в закрытый реал —
Вдруг однажды рискнёт кто-нибудь и откроет снаружи.
Диалог 9-й
И. Губерман
Явил Господь жестокий произвол
И сотни поколений огорчил,
Когда на свет еврея произвёл
И жить со всеми вместе поручил.
Б. Гуревич
О! Если б только этот произвол
Господь с планетой произвёл,
Ему простилась бы затея
Произвести на свет еврея.
Каюсь.
Грешила…
Но если бы вы только знали С КАКИМ УДОВОЛЬСТВИЕМ!!!
Когда придешь за мной, — бери только меня.
Когда обнимешь меня, думай только обо мне.
можешь делать со мной все что только захочешь, но не делай мне больно.
Мне пришлось много пережить до сих пор. Больше не хочется. Хочется счастья.
Жми или умри!
И неважно, зима или осень.
И неважно, кто нашу жизнь написал.
Важно то, что в себе каждый носит
Живое сердце —
а не мертвый овал…
Наши любимые хоккеисты мы болеем за вас !
Рассказать тебе, как я жила все это время без тебя? Серьезно, хочешь слышать правду?
Каждый гребаный день я просыпалась с мыслями о тебе и тут же хваталась за телефон, чтобы посмотреть, не написал ли ты мне хоть что-нибудь. Хотя бы пару слов. Да и одного банального «привет» мне бы для полного счастья хватило с лихвой.
Потом я боролась с собой, отдирала себя от подушки и заставляла идти туда, куда идти не хотела, чтобы заниматься тем, чем заниматься не хотела. Апатия поглотила меня настолько, что я и чашку кофе себе наливала с трудом.
Каждый мой день был похож на предыдущий, потому что в нем не было тебя. Мне казалось, что я белка, которая бегает в колесе потому, что так надо. А почему надо и зачем, ей никто не сказал. Она просто привыкла так жить. Жить этим днем сурка.
Если выдавались дни, когда никуда не надо было идти, я даже не пыталась поднять голову с постели, потому что в мире моих фантазий мне жилось слаще, чем в реальной жизни.
Засыпала я всегда тоже с мыслями о тебе. Ну как засыпала, иногда часами пыталась уснуть, но сон не шел. Все вспоминала эпизоды из нашей с тобой жизни, до тошноты прокручивала в голове наши разговоры.
А теперь, когда я почти все забыла, ты заявляешься и спрашиваешь, как у меня дела? Хорошо. Теперь действительно хорошо.
Но ты лучше больше не приходи.
Задача родителей — научить ребенка самостоятельно принимать решения и отвечать за последствия своего выбора и своих поступков.
ДВА ЗВЕНА
Прошу вас эту мысль не счесть за грубость,
Но знать должны и личность, и страна,
Что недоброжелательность и тупость —
В цепи два одинаковых звена.
Опять себе ты кажешься изгоем
И сетуешь на мрачную судьбу
И целый мир считая полем боя,
Бросаешься в неравную борьбу.
Отчаянно дерёшься, побеждая
В сраженьях, но проигрывая жизнь.
Заполнили сознание до края
Холодного тумана миражи.
Ты заперт в клетке собственных иллюзий.
В неволе у кошмарных детских снов.
Но выдуманный демон не укусит,
Не высосет по капельке всю кровь.
Ты выдумал нелепое изгнанье,
Коварство и жестокость бытия.
И бездна зла и горный пик страданья —
Лишь мрачная фантазия твоя.
А за пределами фантазии реальность —
Прекрасный, светлый, разноцветный мир.
Загадочный как дальняя туманность,
Но твой родной. Ты в нём когда-то жил.
ПРАВЫЙ СЕКТОР
Мерзавцем движет правды лютый страх,
И в нашем, полном подлости сегодня
Убийцы жаждут видеть нас в гробах,
Но раньше сами будут в преисподней.