Мир дому твоему!
Добро и свет ему.
Холодные рассветы
Пусть не горят там, где ты.
И терпкие слова,
И кругом голова
Пусть будут у меня.
А у тебя не я.
Посеребрили мой голос тополя ночью.
Вор украл звёзды, а луну — ловчий в свои сети взял…
По лесам люди всё цветы ищут.
Только клад чёрный не найдёт нищий.
Ну, а папоротник — завял…
А венки вьются, по воде плещут,
А в глазах пьяных всё костры блещут.
Кто-то в жёны зарю взял…
А в воде чёрной водяной мокрый
Всё кричал горько, что луне больно,
И чтоб ловчий её отдал…
А в сердце светлая грусть лежит
Не камень, не речка, не свет дрожит.
Далёкой звездою из снега, льда
Мне душу сжигая прошла она.
Нет слов в перезвонах далёких рек,
И короток жизни летящий век.
В упрямстве своём, ожидая встреч,
Я в битве последней готовлюсь лечь.
И руки твои, и лицо твоё
Навеки, навеки теперь моё!
Твой стан королевский и профиль твой
Навеки, навеки, навеки — мой!
Пустыня без конца и края,
И без воды…
Лишь ветер, завывая,
Сметёт следы.
За месяцем бархана —
Ещё бархан,
По царству Сулеймана —
Мой караван.
Вбирает воздух влагу:
Он хочет пить.
Вечернюю прохладу
Мне не забыть!
Мечтами подгоняемый,
Бреду вперёд…
Мираж незабываемый —
Прохлада вод!
Песчинками Пророка —
Верблюдов след…
Вернуться бы до срока.
А срока нет.
Ударили колокола.
Немая зависть
Смотрела на меня
И била туш.
Под ребрами ходило.
Гвозди рвались
Горячими лучами
Мертвых душ…
Не увели Ее…
Она стояла
И под ноги смотрела:
Там лишь пыль.
Я слушал:
Что шептала Мама?
Я видел…
И закат завыл.
Потерялось первое «прости»
От твоих веселых губ.
Мой беспечный, слышишь, не грусти
И не будь с другою груб.
Что расстались — виновата ль я?
Мне ответить, милый, не спеши.
Грустным голосом правдиво говоря,
Шепчутся на речке камыши.
Там потерянная грусть
Всё полощет счастье и печаль.
И мое подаренное «пусть!»
Пусть тебя согреет, мне не жаль.
Ты ко мне не приходи теперь:
Дверь открою уж не я…
Сторожить осталась дверь
Половина темная моя.
Раз-два-три-четыре-пять,
Вышел Бабченко гулять.
Вдруг убийца выбегает,
В спину Бабченке стреляет:
Пиф-паф! Люли-люли —
В попе Бабченко — три пули!..
В шоке бедная жена!
Что случилось? Вот те на!
Шёл из булочной домой,
Прямоногий, не хромой,
К чаю нёс хрустящих вафель
И, фигак, башкой об кафель!
…
Заломила жинка руки:
«Застрелили мужа, ссуки!»
В попе пули, попа в кашу —
Жалко Бабченко Аркашу.
Пять-четыре-три-два-рас,
Умирает… лидер масс.
…
Кто убийца? Кто посмел,
По-простому, между дел,
Так цинично, нагло, грубо,
Захреначить правдоруба?
Испугались либералы
И, схватившись за аналы,
Затряслись до самой жути.
Кто виновен? Ясно — Путин!
Раз-два-три и три-два-раз,
Это Путина заказ.
Потому что взял он моду
В зад расстреливать свободу,
Но её, как молодёжь, —
Не задушишь, не убьёшь!
И внезапно труп Аркаши,
Услыхав молитвы наши,
С триумфальным криком «Йес!»
Оживился и воскрес!
Встал с одра, пришёл домой,
В хлам убитый, но живой!
Зима, при передаче эстафеты
С весной, как видно, круто согрешила.
Пусть на календаре сегодня лето,
Но холода она вернуть решила.
И вот, уже, десятое июня,
Ну, а тепла, как не было, так нету
Нам дела нет, что вы там совершили,
Мы требуем: «Верните наше лето»
Понятно, призовёт Господь к ответу
Времена года, он, и те, осудит,
Как хорошо, коль нам вернёт он лето,
А от зимы с весною не убудет.
Ну, а пока в печали, у камина,
Считаем, сколь, уж, летних дней, умчалось.
Мы с летом ходим разными тропинками,
Вот, потому, пока, и не встречались…
Ну и что, что в душе зима,
ну и что, что метут метели…
Я сама виновата, сама,
/в том, что было/ на самом деле…
Что сама дозволяла тебе
разделять моё бренное ложе,
Что была до небес твоя,
до мурашек по моей коже.
Улетала от нежных твоих
поцелуев, на моём теле…
Потому что любила тебя!
Жаль, что ты меня только в постели.
Что ж ты, старое мое зеркало,
Мой портрет совсем исковеркало?
Ты зачем меня так обидело?
Я себя в тебе не увидела.
Где лучистый взгляд? Где задорный нос?
Золотистый где водопад волос?
Где же талия струнно-тонкая?
Что ты сделало с той девчонкою?
Ах ты, пыльное, слеповатое!
Это ты во всем виноватое!
Хоть чуть-чуть соври, бестолковое.
А не то — куплю себе новое.
— Что же, утро?
— Сладостная встреча
С ароматом кофе и улыбкой,
Свежим взглядом, что пока беспечен,
Тенью ночи на ресницах зыбкой.
Холст пустой томится в ожиданье,
Краски выпрыгнуть из тюбиков готовы.
Утро всех зовет нас на свиданье,
Ждет сюжетов и эскизов новых.
День спешит, нам открывая двери,
В предвкушенье радости свершений,
Он со светлой в будущее верой
И без тени прежних огорчений.
— Что осталось?
— Улыбнуться встречи…
И расправить крылья, вскинув плечи.
Небо, как большая линза,
Все лучи переломило
И в одну собрало стаю,
И направило на нас.
Я под этими лучами,
Как мороженое, таю,
Рассуждений нить теряю
И уже в который раз
Вспоминаю снова речку:
Вот бы речку ко крылечку,
Чтобы можно было плавать,
На песочке загорать.
Но, увы, тут есть помеха:
Нам до речки надо ехать,
И душевное местечко
Там непросто отыскать.
Если где-то ненароком
Речка есть у вас под боком
Или озеро, то ясно —
Вам она как верный друг:
Накупает и накормит
(если кто-то рыбку ловит)
И всегда отрадой будет
В зной — спасательный ваш круг!
И её вы уважайте,
Далеко не заплывайте,
Нам с природой состязаться
Ни к чему — она сильней…
Что-то я тут заболталась,
Перегрелась, видно, малость…
Где-то в баньке — таз с водичкой
Есть и шланг у грядки — лей!
Хочу с ума сходить от лета,
От разноцветия букетов,
От белобрысых облаков,
От серебристых мотыльков.
Хочу в жару плескаться в речке
И не топить дровами печку.
От солнца стать как шоколад,
И наблюдать, как мой «детсад»
Сил набирается на грядке.
Хочу в траву босою пяткой —
Колоться будет? Ну и что ж!
Хочу июльский теплый дождь
И розы, и грибов лукошко,
Рыбалку, комаров, морошку
(хотя про комаров я зря)))),
И за зарёй чтоб шла заря,
И путался закат с рассветом —
Я буду их снимать портреты.
И разных я хочу дорог:
На юг, на запад, на восток.
Хочу так сильно, что пугаюсь…
Я к лету с жаром обращаюсь:
Дай от тебя сойти с ума,
Ведь ты же ЛЕТО — не зима!
Влезла откуда-то тихою сапою,
Мы и не думали, и не гадали.
Лапами темными небо захапала,
Воздух скрутила в тугие спирали,
Ставшие тут же, расправившись, вихрями:
Листья летели, и ветви сгибались.
Тучи всё лезли — чернильные, рыхлые:
То ли медузы здесь в кучу сбивались,
То ли другое «зверьё» водянистое
Плавало в сырости и набухало.
Вот-вот, и молнии вспыхнут змеистые,
Гром зарычит… Но куда-то угнало
Всё это: стаю ли, стадо ли грозное,
Ливня на пару минуток хватило…
Важной гроза представлялась, серьёзною,
Но оказалось — и не было силы.
Что-то мне всё это напоминает…
Вроде бы, так и со мною бывает?
Беспокоишь зря ты Бога
Каждый вечер: «Помоги!»,
Без тебя заботы много,
Сам помочь себе смоги!
Если вышла вдруг осечка
(Просто встал не с той ноги!),
Не сигай с размаху в речку,
Жизнь свою побереги!
Пусть фортуна крутит задом,
Разверни к себе лицом!
И получишь всё в награду,
Если будешь молодцом!
Ты строкою гениальной
Ту фортуну ублажай
И, устойчивый морально,
Только душу обнажай!
И фортуна вдруг обмякнет,
От стриптиза трепеща,
И совсем другого шмякнет,
В серой массе отыща!
Copyright: Эдель Вайс, 2018
Свидетельство о публикации 118010400390