Цитаты на тему «Вера»

От добра добра не ищут —
Так в народе говорят.
Злоба рядом где-то рыщет,
И целует всех подряд.

Увернуться — вот задача —
Избежать оскала зла,
Чтоб не потерять впридачу
Веры добрые глаза…

По злу — под сень Великих Крыл
Томима жаждой дня,
И там молитвой напоил
Мой Правый Б-г меня.

И в тысячный, наверно, раз
Слезами всех дорог
Я вдруг почувствовала: спас
Опять меня мой Б-г.

И то, что люди без молитв
Мой остудили путь,
И что насмешками смогли
С дорог меня свернуть,

И то, что я в опале зла
Невольно, просто, вдруг
Кому-то горе принесла,
Обиду иль испуг;

(Грехов запутанный клубок,
А нерва нить жива) —
Все это, мой Великий Б-г,
Сметут твои слова

НескАзанные,
Слогом рун,
Без звука и огня,
Как жаворонки по утру,
Они влетят в меня.

Когда птенцом замрет душа,
Еле дыша, почти,
Надежда не упустит шанс
Гнездовье обрести.

Г- сподь мне целый мир открыл
Смиренья и тепла,
Когда под благость Высших Крыл
Я доползти смогла.

2004 г.

Ах, если б я жила лишь той любовью,
Которой люди чувства называют,
Что, словно листья, позже увядают,
Я не смогла бы доброй быть женою.

И если бы рассудку доверяла,
А не искала мудрости от Бога,
Была бы жизнь в ухабах, как дорога,
Что век ремонта должного не знала.

А если б я впускала в свои уши
Слова, что мир по глупости бросает
Всё от того, что истины не знает,
Опустошила б очень рано душу.

И если принимала бы по вере
Диагнозы врачей, Христа не зная,
Была бы я сегодня вся больная
И счастья не вкусила в полной мере.

А если бы о прошлом я терзалась,
Была всем недовольной и унылой,
Обыденность бы стала мне постылой
И Муза над землёй не поднималась!

Востребованность, вера и любовь слагают счастье человека.

Безумцам все Идеи кажутся безумными, мудрствующим- умничанием, страшащимся — нереальными, глупцам — нетривиальными, мелочным -глобальными, ненавидящим — оскорбительными, обидчивым — унизительными, равнодушным — ничем, а верящим — спасением. Всем

Каждый, кто отрекается от греха, влияет на окружающий его мир.

Если ты хочешь, чтобы изменились твои чувства, измени поступки. Чувства следуют за поступками так же, как день сменяет ночь.

Многие люди сегодня говорят о своей «вере», не имеющей ничего общего со Словом Божьим и не сообразующейся с Его характером.

Никакая ложь не может служить целям Божьим.
Не бывает «святой лжи».
Чем ближе ложь к истине, тем большее разрушение она
несёт.

О, возлюби меня, судьба…
Не возлюбила.
И, как строптивого раба,
Нещадно била.

Ждала, довольная собой,
Забыв усталость,
Как, не преодолевши бой,
Я поломаюсь.

И все кричала: — Подчиню,
Умри, хоть тресни!!!
А я, отдавши ночь огню,
Орала песни.

Судьба, во гневе и во зле,
Разила тело,
А я на вздохе и во мгле
Любви хотела.

Когда души касался кнут
Судьбы господней,
Я думала, что пятки жгут
Мне в преисподней.

Она была черна, груба,
В подбое алом…
И я сдавалась, и судьба
Торжествовала.

И все визжала в ухо мне:
А-а, подчинилась!!!
Я посильней тебя и где
Твоя учтивость?!

А я, почти что не дыша,
Без чувств и воли,
Не знала, где моя душа
В просторах боли.

Но слово — проводник Небес —
Меня спасало:
Противясь собственной судьбе
Я оживала.

И выползала, где был свет
И солнце летним,
А на камнях кровавый след
Был чуть заметным.

Я знала, что по знакам тем
Судьба примчится,
Вгрызется в плоть из синих вен
Слепой волчицей.

А я, как прежде, стану в рост,
Я буду вредной.
И я заплачу, словно воск
В свече молебна.

И буду петь, хоть невпопад,
Зато от сердца,
Мне подыграет звездопад
По нотам скерцо.

И долетит моя мольба
К тому, кто Правый,
И побежденная судьба
Отдаст мне лавры.

2006 г.

Вера — это убеждённость надежды.

Однажды мне приснилось ночью:
Был месяц тонок нежен юн,
Я, открывая мыслям строчку,
Брала у Б-га интервью.
Поражена его величьем,
Дыханье прятала едва
И, звуки, словно стая птичья,
На небо вынесли слова:
— Прости, что забираю время —
Твоих ведь дел не перечесть, —
Но улыбнулся царь Эдема:
— Не беспокойся: это — есть.
Я, как известно — Безупречность.
Ты спрашивай и спрячь испуг,
В моем распоряженьи Вечность,
Она подвластна мне, мой друг.
— Тогда скажи: чем изумлен ты,
С небес взирая на людей?
И опечалился зеленый
Высокий свет Его очей:
— Они спешат оставить детство,
Хотят скорее повзрослеть
Но став большими, ищут средство
Вернуть наивность детских лет.
Не жаль здоровья ради царства
Металла — до разрыва жил…
Потом же тратят все богатство,
Чтоб обрести хоть каплю сил.
Ночь — грез и ожиданий сводня,
Грядущее слепо как лесть —
Живут, не помня о «сегодня» —
Ни здесь, ни там, ни там, ни здесь.
В «сегодня» помыслы остыли,
А в «завтра» только брезжит свет
И умирают как не жили,
И дышат, будто смерти нет.

Его рука моей коснулась
И вздох на облако присел,
И во вселенском звездном гуле
Не совершалось больше дел.

— Скажи мне, Б-же, — продолжала, —
Что принести на аналой?
Господь промолвил тихо:
— Жалость —
Праматерь всей любви земной.
Изранить душу лишь мгновенья
Хватает людям иногда,
Но излечить ее мученья —
Порою тратятся года.
Простить друг друга мало будет,
Но все приняв и не скорбя
Сумейте чистым сердцем, люди,
Раскаявшись, простить себя.
Восход на небе нежно зреет,
Идут дожди, летят снега…
Имущ не тот, кто все имеет,
Кто мало просит -тот богат.

Опять вздохнул и птичья стая —
Неровным швом на гладь небес:
— Да ты, поди, уже устала, —
Я засмущалась, — Тут чудес
Нет никаких.
— Но на прощанье,
Ответь, Вселенский Звездочёт,
Что передать мне в назиданье
Тем, кто меня под небом ждет?

Он встал, власы расправил вихрем,
Упала на плечи звезда.
И Б-г промолвил тихо-тихо:
— Я здесь… для них… всегда… всегда.

2006 г.

Вера от сердца, уверенность от ума, сомнение от обоих.

В качестве эпиграфа: «Свет праведных весело горит» (Притчи 13:9).

У каждого из нас есть воспоминания детства, которые прочно врезались в память и оставили след в душе. То, чем я хочу поделиться, не просто запомнилось, но и оказало определённое влияние на дальнейшую жизнь.

Моё детство и отрочество прошли в сибирском селе, куда родители привезли меня из солнечного Сочи. Добрую часть сельчан составляли так называемые гонцы за длинным рублём. Но были и такие, которые оказались в северной глуши волею судьбы, а точнее — бывшего руководства страны. Их называли ссыльными немцами. Многие из них были христианами-лютеранами. Вот об этих людях я и хочу рассказать.

Впервые слово «лютеране» я услышала от мамы. Не зная, что оно означает, я лишь поняла, что это — какие-то странные люди, которые верят в Бога. Также знала, что по воскресеньям они собираются семьями, читают Библию и поют псалмы. А ещё — не употребляют алкоголь, не курят, не сквернословят и ни на что не жалуются. В общем, не такие как все.

Молоко, творог и сметану мы брали у так называемых «частников». В качестве таких людей моя мама, коммунистка-активистка, предпочитала немцев-христиан, объясняя свой выбор просто: они порядочные, не обманут. По этой же причине заказывала им к праздникам фаршированную щуку, особый домашний хворост или ещё какую-нибудь вкуснятину.

Нередко за молоком отправляли и меня. Мне предписывалось здороваться с хозяевами, забирать молоко и уходить. Общение с детьми верующих не приветствовалось, как и принятие приглашения зайти в дом. Видимо, мои родители опасались, что эти люди научат меня чему-нибудь неправильному. Знали бы они, что таковое было проще подхватить в «дочках» КПСС — пионерской и комсомольской организациях, а не в протестантской общине. Скольких бы ошибок избежала я в жизни, если бы тогда сблизилась с этими благочестивыми людьми! Но, увы, в советской стране Бога считали пережитком прошлого.

Тем не менее, я иногда бывала в домах лютеран, и даже поверхностное общение с этими людьми оставило в моей душе определённый след. Запомнилось их неподдельное радушие и доброта, оптимизм и миролюбие. Но главное — в этих людях было что-то такое, чего я в те годы объяснить не могла. Уже гораздо позже я поняла: это был свет. Он шёл изнутри наружу и был виден во всём: словах, поступках, взглядах. Этот свет ощущался и в доме. Я бы сказала, он был осязаем на физическом уровне, когда ты понимаешь, что тебе здесь хорошо и уходить совсем не хочется.

В детстве, как говорили, из-за смены климата, меня одолевали фурункулы и ячмени. И моя мама, партработник, отправляла меня… заговаривать их к пожилой христианке, потому что врачи только и могли, что прописывать антибиотики и обрабатывать уже вскрывшийся нарыв. А эта женщина прикладывала к моему глазу чистую материю, шептала молитву и говорила мне: «Этот ячмень засохнет, только верь». И буквально через день-два он действительно исчезал, даже не созрев. Только став христианкой, я поняла, что женщина ничего не заговаривала, а использовала веру и молитву. Да-да! Помните, как это описано в Библии? «Бог же творил немало чудес руками Павла, так что на больных возлагали платки и опоясания с тела его, и у них прекращались болезни…» (Деяния19: 11−12). Жаль, что к этой милой женщине меня отправляли только с фурункулами и ячменями. Глядишь, я избежала бы набора хронических недугов.

Ещё запомнилось, что в доме этой женщины, как и в домах других лютеран, не было никаких икон, с которыми в нашей стране всегда ассоциировалась вера в Бога. И однажды, когда мне было лет тринадцать, я спросила об этом. И получила ответ, что Господь — не на иконе, а в нашем сердце, если мы верим в Него. Что? В нашем сердце? Конечно, мне это было непонятно. И хотелось поспрашивать об этом ещё, но женщина мягко свернула разговор и поспешила со мной попрощаться. Что ж, это и понятно: говорить о Христе с дочкой членов КПСС было делом рискованным. Весь тот вечер я донимала родителей вопросом, уверены ли они в том, что Бога нет и многочисленными «почему?» Но чего я могла ожидать от ослеплённого коммунистической идеологией разума?

Остались в прошлом сибирское село и лютеране. Жизнь шла своим чередом: учёба-работа-замужество. Всё как у всех. Прошли годы, прежде чем я нашла ответ на свой главный вопрос.

Сыграло ли знакомство с лютеранами какую-то роль в моём духовном становлении? Полагаю, да. В своих поисках смысла жизни, пройдя через философские труды и другую литературу, я стала жаждать встречи с Богом. Пару раз заходила в православный храм, но… не увидела там и лучика того света, что наполнял дома лютеран. Не увидела его и в жизни людей, называющих себя православными. По сути, они ничем не отличались от людей неверующих. Нет, религия меня не интересовала. Мне нужен был Бог! И эта судьбоносное знакомство состоялось.

Друзья, как мы можем свидетельствовать этому миру о Христе? Конечно, словами. Но христиане 70-х не могли благовествовать. Они даже не имели возможности прилюдно открывать свои Библии. Тем не менее, они свидетельствовали о Господе куда сильнее, чем многие из нас. Чем? Своей собственной жизнью. Они были светом, который видели и коммунисты, и просто атеисты, и такие как я, взращенные на советской идеологии подростки.

«Вы — свет мира. Не может укрыться город, стоящий на верху горы» (Матфея 5:14).

«Господи, Боже наш! Как величественно имя Твоё
по всей земле! Слава Твоя простирается превыше небес!
Из уст младенцев и грудных детей Ты устроил
хвалу, ради врагов Твоих, дабы сделать безмолвным
врага и мстителя» (Псалом 8:2−3).

ХВАЛА — ЭТО МОЩНАЯ СИЛА!!! Настолько мощная, что затыкает рот врагу и мстителю. Дьявол не может выносить хвалу наших уст, особенно когда мы славим Господа, не взирая на обстоятельства.

ХВАЛА — ЭТО ВАЖНЫЙ ЭЛЕМЕНТ НАШЕЙ ВЕРЫ. Когда мы славим Бога ещё до того, как видим результат нашей молитвы, мы выражаем почтение к Божьему Слову и уверенность в том, что Оно непременно исполнится.

Друзья, хвалите Бога за исцеление до того, как оно проявится.
Хвалите Его за освобождение от долга до того, как он будет погашен.
Хвалите Отца за Кровь Иисуса, очистившую вас от греха.
Хвалите Господа за искупление от всякого проклятия и поток дарованных благословений.
Хвалите Его, засыпая и просыпаясь. Хвалите, когда идёте по городу. Хвалите, когда садитесь за стол. Хвалите, даже когда не хочется.
Хвала возгреет ваш дух и изменит ситуацию!