Цитаты на тему «Проза»

Как же мне все это надоело. Просто все. Вы не поверите. Я так устал и заибался. Вы не знаете, кто это пишет, но просто мне надоело это держать в себе и я рассказываю вам. У меня просто такая пустота на душе… Чего-то мне прям не хватает. Если ты это читаешь, то пожалуйста, я прошу тебя, поддержи меня морально, мысленно. Для меня это огромная помощь. Помоги мне пожалуйста, у меня просто накипело. Мне тяжело… Я так устаааал… Говорите что угодно, пишите чего угодно, но знайте - мне очень тяжело. Если ты меня поддержишь, я буду тебе благодарен.

«Парадокс: на первый взгляд - обычный кобель, а по жизни - такая сука»… Михаил Мамчич
__________________________________________
Лицемерие - сама циничная форма общения.
Есть лицемеры от веры, есть лицемеры от политики, наконец, есть лицемеры по жизни!
Двуличный человек - мастер всяческой фальши и притворства. Ведь при всём своём двуличии он ещё как-то умудряется… сохранить лицо.
Бойтесь лицемеров, улыбаясь вам в лицо, они вытирают о вас свои грязные руки, они уводят вас от реальности, они пробуждают в вас гордыню.

- Деда, ну чё ты опять уселся у телевизора? Сказку расскажи!
Ой, какие рожи тут. Смешные и страшные. Это кто?
- Это люди, родная. За каждой рожицей свой человек.
- Это как? Вон клоун, вон «брр»?
- А так. Хотела сказку? Слушай.
Жиди-были люди. И захотелось им сделать сказку былью. Чтобы наша почта (помнишь, тебе подарки пришли в июне) работала быстро. И придумали они сеть. Теперь подарки идут сразу, тока их не возьмёшь.
- Это как, деда?
- Не знаю. Как бы и ничего, а приятно. Помнишь, когда ты болела, я пришёл, рядом посидел и пожелал тебе выздоровления? И через.
- Я помню, помню. Я бегала потом.
- Вот и подарки эти. Вроде бы ничто, а бегаешь потом.

Как-то пару лет назад приходит маме на телефон смс, что Радио Европа Плюс разыгрывала призы и она выиграла ноутбук.
Надо отметить, что мама на тот момент именно о ноуте и мечтала и собиралась приобрести. Как она обрадовалась, думаю, и без слов понятно. Тоже в конце смс - телефон, куда надо перезвонить. Звоним, там радостный мужской голос сообщает, как он рад, что победителем стала, именно, моя мама. Детали не помню, но смысл был все тот же: 5 тысяч рублей положить на свой же номер мобильного, но через Элекснет и (!) в течение 1 часа. 5 тысяч - не 29 700 р, это понятно, но, все равно, деньги. С оператором разговаривала я. Говорю оператору, что Элекснетом не пользовалась (так и было), и не знаю, где он рядом находится. Так оператор по адресу, который я ему сказала, нашел ближайший и сказал, что очень нас ждет, бегите скорее платить. На том и распрощались, что я иду платить. И тут что-то мне захотелось на сайте Европы Плюс проверить информацию, а там черным по белому написано: опасайтесь мошенников и далее подобный пример приводится. Рассказываю маме, что это все подстава. Как она расстроилась! Вот, думаю, негодяи, материнское здоровье портят. И тут созрел план мести. Даже не скажу, что мести, а некоего реванша, что ли. Никуда я не пошла, а осталась ожидать их звонка. По идее, от Элекснета я должна была звонить, но раз я не звоню, они должны были себя как-то проявить, мол, где деньги, Зин? И, что вы думаете, звонят. А мы с мамой договорились, что сейчас она будет с ними говорить, поскольку так сыграть, как мама- я не смогу. Итак, звонит телефон, мама подходит к телефону и вот примерный диалог: Мама: Алло! Оператор: Здравствуйте, это по поводу Вашего выигрыша. Вы уже близко от Элекснета, а то время концу подходит? Мама: (практически перебивая, не дослушивая, радостная-прерадостная, на сильнейших положительных эмоциях):Ой, спасибо вам большое за ноутбук! Ура-Ура-Ура!!! Его нам только что привезли!!! Оператор: Как привезли!!! Мама: Да вот только что!!! Так быстро!!! Спасибо огромное!!! Он такой красивый, такой серенький, такой полированный весь!!! Теперь я наконец-то смогу написать свою книгу!!! (ну и далее по смыслу - мамины охи-ахи-восклицания, всего доброго, и она кладет трубку). И тут я начинаю смеяться от души, поскольку во время разговора сдерживалась как могла. Как рассказывала мама, на той стороне провода стояла тишина, и даже дыхания не было слышно. Мы с мамой угорали над этой историей очень долгое время. И все гадали, чем же операторы себе все это объясняли: Вроде пустяк, да? А морально уже не так противно было…

Есть у меня друзья - Ксения и Саша, оба темноволосые, старшая дочка тоже темноволосая, а сынишка младший - этакий «белёк" - голубоглазый белобрыс. И, естественно, все без исключения, кто приходят к ним в гости, задают один и тот же вопрос - в кого, мол, у вас такой истинный ариец растёт? Друзья сперва пускались в долгие генетические объяснения, что мол, у Саши по отцу вся родня такая, да и сам Саша в детстве тоже был светлоголовым (я тому свидетель), потом потемнел, а сейчас и вообще оставшаяся растительность стремительно тает под напором опять же генетической лысины, мол - всё нормально. Потом Олега всё это порядком достало и теперь на подобные вопросы он отвечает неизменно так: «Не бередите душевные раны! Жену давно простил, сына люблю и воспитаю как родного!»

Наблюдая долгие годы за девушками, успешно покинувшими родные пенаты, на вроде или родительских «белокаменных» палат (читай далее отдельной квартиры), или местность за городской чертой в радиусе так 50−500 км, оглядываясь на всё, отложившееся в памяти, я могу теперь рассказать, как делать вид, что ты и есть та самая, исконно городская, самостоятельная девушка, всего добившаяся своим трудом (горбом) и прочим…
О провинции - как о покойнике: или хорошо, или ничего. Не вздумайте неодобрительно отзываться о родных краях, куда вы вынуждены время от времени наезжать с целью проведать близких. Визит в глушь - не тяжелое наследственное бремя, а эффектный жест свободного, не закомплексованного авантюриста-горожанина. На предложение случайного знакомого немедленно среди ночи отправиться на такси в N следует отзываться с пьяным восторгом. Разумеется, искренне хотеть поехать в этот N может только тот, кто сложил свои представления о России по произведениям Шишкина, Бунина ии Паустовского. Но не беспокойтесь: все равно инициатор поездки успеет протрезветь, едва вы доберетесь до ближайшего мотеля.
Вернувшись из вышеозначенного N если все же туда ненароком угодили), надо говорить, что «это какая-то сказка», «время там будто остановилось», а «люди совсем другие - открытые и доброжелательные». Старайтесь при этом не хватать ртом напоенный сладостным бензиновым перегаром воздух города. Сдерживайтесь. Дышите носом, и этот кошмар забудется сам собой.
Презрение городских к провинциалам - распространенный, но вздорный миф. Городские презирают провинциалов не более, чем коконопрядов вида Lasiocampa quercus. Напротив, они питают к ним любопытство. Можно сказать о том, что они «живые, искренние, без вот этой нашей лени и расслабленности». Можно отметить, что «провинциальный акцент почти незаметен». Наконец, признайте, что «есть в ней (в нем) какая-то жизненная сила» (прилагательное «хтоническая» - это уже немного чересчур). А на чье-то агрессивное замечание, будто «самые успешные и умные люди приехали из провинции», следует благосклонно кивнуть - ну, не все еще изучили городской разговорный так же хорошо, как вы.
Городским свойственно любить и жалеть людей, особенно из народа. Поэтому просто запомните: народ обладает внутренней красотой и высокими моральными ценностями. Учитесь молча вскидывать бровь, когда слышите от кого-то, что народ в своей массе - злобное тупое быдло без интересов и принципов.
Городские никого не презирают за бедность. Узнав, что вы попали в тяжелое финансовое положение, он скорее пожалеет, что теперь вы будете реже видеться. Презирать - нет. Жалеть - да. Можно дать глупый добрый совет. Узнав, что ваш знакомый намерен переселиться за город, посоветуйте подкопить еще денег и купить квартиру поближе к вам, например, в центре города, ведь там тоже парк и речка, и не шумно совсем.
Горожанин может знать звезд политики, телевидения и шоу-бизнеса. Но знать ни в коем случае не из ток-шоу, а только лично, как соседей по подъезду или родителей одноклассника сына. Запомните: вы и понятия не имеете, что весь остальной пытающийся слиться с массами горожан каждый день видит этого человека в прайм-тайм и покупает свежую прессу, чтобы узнать, каким кафелем выложен его туалет.
Если вы горожанин, вы должны жаловаться на жизнь. Но жаловаться спокойно, с улыбкой, без особой экспрессии и не на что попало. Например, можно пожаловаться, что сын совсем не гуляет во дворе, потому что целыми днями играет на скрипке, готовясь к международному конкурсу. Что вырубили столетний тополь, росший у вас под окном, под которым хаживали каторжники Екатерининской тюрьмы. Или что отреставрировали неприметный старый дом, который стоял в неизвестном никому переулке: будучи оштукатурен, этот дом потерял все поэтичное обаяние того самого города, которого уже нет. 90% жителей города все равно понятия не имеют, как выглядел ваш город 10 лет назад, и можно смело нести любую чушь.
И еще один совет, вне счета, потому что это элементарно: никогда - даже если очень-очень хочется - не фотографируйтесь на фоне головы Ленина, Оперного театра и прочих достопримечательностей центра. Отложите фотокамеру до тех злосчастных выходных, когда вновь отправитесь навестить родителей в свою Богом забытую провинциальную дыру. Там и сниметесь для своего «снобского» аватара - вся в деревенском румянце, без укладки и маникюра, для верности держа в руках петуха. Вот теперь точно никто не догадается, что вы родились не в «каменных трущобах».

Господи, как же я ненавижу этих провинциальных телок, приехавших в столицу за своей дозой счастья! У них никогда нет «деняг», зато непременно найдется «братик» - именно «братик», не «брат» (кстати, к сестре это уменьшительно-ласкательное не применятся, видимо, из-за конкуренции). Они ходят «кушать», ездят на неделю к «мамке» и постоянно остаются «на созвончике». Еще они называют подруг «бусечка», любовников - «дарагооой». Тем не менее уродство внутреннего мира не мешает им именовать всех вокруг лохами, лучше других разбираться в модных тенденциях, знать все новые рестораны и клубы города, обладать всевозможными дисконтными картами, советовать другим «лучших врачей», «афигенных парикмахеров» и постоянно «быть на позитиве». Такое впечатление, что если раньше Фроси Бурлаковы приезжали в город учиться, то нынешние Клавы Мухины приезжают сюда тратить. Тратить быстро, и, конечно, не свои.

Иконография Пресвятой Богородицы. О ранних иконах Богоматери на Руси
Возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем,
что призрел Он на смирение Рабы Своей,
ибо отныне будут ублажать Меня все роды.
(Лк. 1:47−48)

Предание относит первые изображения Богоматери к раннехристианскому времени, называя первым автором Ее икон апостола и евангелиста Луку, однако написанные им иконы до нашего времени не дошли, и можно достоверно говорить лишь о позднейших списках первописанных икон Пречистой Девы, с большей или меньшей точностью воспроизводящих древние иконографические типы, создан-ные врачом возлюбленным (Кол. 4:14) и сотрудником (Флм. 1:24) апостола Павла. Л. А. Успенский так говорит об иконах, приписываемых евангелисту Луке: «Авторство святого евангелиста Луки нужно понимать в том смысле, что иконы являются списками (вернее, списками со списков) с икон, написанных когда-то евангелистом» [Успенский, с. 29].

Самые первые из известных изображений Богоматери относятся к II в. - они не относятся к числу списков с икон апостола Луки; это изображения Рождества Христова в римских катакомбах. Как отмечал Н. П. Кондаков, «главным иконографическим типом Богоматери во втором и третьем столетиях остается ее исходное и главнейшее изображение с Младенцем на руках, сидящей перед по-клоняющимися волхвами» [Кондаков, с. 14].

Первые иконы Пресвятой Богородицы появились там, где проходила Ее земная жизнь - в Палестине, но уже в первые десятилетия существования Константинополя все главные святыни, связанные с Нею, перемещаются в этот город - новую столицу империи, принявшей Христа [Квливидзе, с. 501]. В Византии складывается почитание Матери Божией как Покровительницы столицы: Град Твой сохраняй, Богородительнице Пречистая; в Тебе бо сей верно царствуяй, в Тебе и утверждается, и Тобою побеждаяй, побеждает всякое искушение… В словах Богородична 9-й песни Великого канона содержится напоминание о том, что почитание Пресвятой Богородицы в Константинополе многократно проходило испытание на верность: по горячей молитве жителей перед чтимыми иконами Пречистой Девы сохранялся град. Большая часть святынь, связанных с Богородицей, находилась в посвященной Ей церкви во Влахерне - предместье столицы. В числе тех, кто подвергал град искушениям, были и древние славяне; их походы - как «удачные» (завершавшиеся разграблением города), так и неудачные - были, по-видимому, первыми контактами наших предков с верой и почитанием Той, Которая изберет позднее землю Русскую одним из Своих земных уделов.

После III Вселенского Собора (431 г.), догматически закрепившего именование Пресвятой Девы Богородицей, почитание Её получило широкое распространение во всем христианском мире. С VI в. почитание Божией Матери не мыслилось уже без Её святых икон. Основные типы икон Богородицы сложились в доиконоборческий период и, вероятно, представляли собой творческое развитие первописанных образов, созданных апостолом Лукой.

Первые сюжеты с изображением Богородицы («Рождество Христово» и «Поклонение волхвов») в римских катакомбах Присциллы (II-IV вв.) носили исторический характер; они иллюстрировали события священной Истории, но по сути своей еще не были теми святынями, перед которыми возносились христианские молитвы Пречистой Деве. Кондаков так говорил о развитии иконографии Божией Матери: «Икона Божией Матери, помимо характера и типа, в ней изображенного, приобретает постепенно, вместе с ходом христианского искусства и развитием в нем своей роли (приблизительно уже с V века), особую черту, проводимую на ней тем самым отношением к ней молебщика, по которому она становится „моленной“ иконой. Начавши с безразлично холодного представления исторического характера, икона вообще, а икона Богородицы в особенности, меняется, как бы по требованию и нуждам того, кто ей молится» [Кондаков, с. 5].

Вероятно, «гранью», разделяющей иллюстративно-исторические изображения Божией Матери и иконы моленные, является иконографический тип «Богородица на престоле», появившийся уже в катакомбах Присциллы в IV в. В несохранившейся росписи церкви Санта-Мария Маджоре в Риме (432−440) сидящая на престоле Богородица с Младенцем Христом была представлена в конхе апсиды - этот храм был первым, сооруженным после Собора 431 г., - и Церковь, преодолевшая ересь Нестория, молилась в нем Пречистой Деве Марии уже как Матери Божией [Лазарев, с. 32].

С середины V в. изображения Богородицы на престоле, а затем и Её изображения с Богомладенцем Христом, становятся типичными для росписи алтарной части храмов: собор Евфразиана в Порече, Хорватия (543−553 гг.); церковь Панагии Канакариас в Литрангоми, Кипр (2-я четверть VI в.); базилика Сант-Аполлинаре Нуово в Равенне; церковь вмч. Димитрия в Фессалонике (обе VI в.). В VI в. такое изображение появляется на иконах (монастырь вмц. Екатерины на Синае) [Квливидзе, с. 502].

Другой известный с раннехристианских времен тип изображения Богоматери называется Оранта. Пречистая Дева изображается в этом случае без Богомладенца, с воздетыми в молении руками. Так Богородица изображена на ампулах из сокровищницы собора Боббио (Италия), на рельефе двери церкви Санта-Сабина в Риме (ок. 430 г.), на миниатюре из Евангелия Раввулы (586 г.), на фресках апсиды монастыря преподобного Аполлония в Бауите (Египет, VI в.) и капеллы Сан-Венанцио в Риме (ок. 642 г.), а также на донышках стеклянных сосудов [Квливидзе, с. 502, Кондаков, с. 76−81]. Богоматерь Оранта в храмовой росписи появляется в доиконоборческую эпоху часто - обычно в композиции Вознесения Господня - и надолго остается одним из излюбленных изображений (церковь св. Апостолов в Константинополе, церковь Успения в Никее, церковь св. Софии в Фессалониках, собор св. Марка в Венеции).

Именно такой тип изображения в числе первых появляется и на Руси: в Преображенском храме псковского Мирожского монастыря, в церкви св. Георгия в Старой Ладоге и новгородской церкви Преображения Господня (Спаса на Нередице) [Лазарев, с. 63].

Самыми ранними из дошедших до нас изображений Богоматери в храмовой росписи являются мозаики собора Киевского Софийского собора. Об основании этого величественного храма сообщает Ипатьевская летопись под 1037 г.: «Заложи Ярослав город великий Киев… заложи же и церковь Святыя София, Премудрость Божию митрополью». Другая летопись, Густынская, говорит о том, что «церковь прекрасная Св. Софии» украшена была «всякою красотою, златом и каменеем многоценным, иконами и кресты…» [цит. по: Этингоф, с. 71−72]. Мозаики Софии Киевской были созданы в 1043 - 1046 гг. византийскими мастерами. Храм был задуман как кафедральный собор Митрополита и полностью соответствовал своему предназначению - был главным храмом Святой Руси.

Пятиметровое изображение Богоматери в Софии Киевской получило название «Нерушимая Стена». По краю апсиды, в которой изображена Богоматерь, сделана надпись: Бог посреде его, и не подвижится, поможет ему Бог утро заутра (Пс. 45:6). Русский народ, делавший первые шаги в своей христианской истории, воспринимал Богоматерь как свою Небесную Покровительницу. Молящаяся с воздетыми руками Богоматерь Оранта воспринималась как олицетворение Церкви Земной - и в то же время как Небесная ходатаица и молитвенница за Церковь Земную. Изображения Богоматери в убранстве Софии Киевской встречаются неоднократно [Лазарев, с. 64].

Название Оранты носит и еще одно древнее изображение Богоматери - это икона «Ярославская Оранта» (XII в., ГТГ). Этот иконографический тип был известен в Константинополе как Влахернитисса. Название Оранты было дано этой иконе ошибочно одним из ее первых исследователей А. И. Анисимовым. Икона была найдена в «рухлядной» кладовой Спасского монастыря в Ярославле. Такой тип в литературе по византийской иконографии именуется Великой Панагией [Кондаков, т. 2, с. 63- 114]. В Древней Руси такое изображение называлось Богородица Воплощение [Антонова, с. 52]. Богоматерь стоит на овальном орнаментированном красном подножии с воздетыми руками; на Ее груди помещен золотой диск с поясным изображением Спаса Еммануила. Богомладенец обеими руками благословляет именословным благословением. В верхних углах иконы расположены круглые клейма с изображениями архангелов Михаила и Гавриила, держащих в руках зерцала с изображением креста. В литературе существуют разные мнения о времени и месте написания иконы: от начала XII в. (Киев) до первой трети XIII в. (Владимирская Русь) [Антонова, т. 1, с. 51- Древнерусское иск., с. 68−70].

Кондаков указывает, что этот иконографический тип с изображением Богоматери с воздетыми руками и Предвечного Младенца в круге у Нее на груди имеет примеры в раннехристианском искусстве VI - VII вв., а затем вновь широко распространился в X - XII вв. [Кондаков, т. 2, с. 110−111]. На Руси такое изображение встречалось в несохранившейся росписи церкви Спаса на Нередице (1199 г.).

Одной из самых известных и, несомненно, самой почитаемой в центральной Руси была икона Богоматери, именуемая Владимирской, привезенная на Русь в первой трети XIII в. Судьба ее складывалась драматично. В 1155 г. князь Андрей Боголюбский перенес ее из Вышгорода во Владимир, украсил дорогим окладом и поместил в Успенский собор, построенный в середине XII в. После убийства князя Андрея Боголюбского в 1176 г. князь Ярополк снял дорогой убор с иконы, и она оказалась у князя Глеба Рязанского. Лишь после победы князя Михаила, младшего брата Андрея Боголюбского, над Ярополком Глеб вернул икону и оклад во Владимир. При взятии Владимира татарами, во время пожара Успенского собора в 1237 г. собор был разграблен, и с иконы Богоматери вновь содрали оклад. В 1395 г., во время нашествия Тамерлана, икона была привезена в Москву, и в тот же день (26 августа) Тамерлан отступил от Москвы и покинул пределы русского государства. Позднее икона пребывала в иконостасе главного храма страны - Успенского собора Московского Кремля. В 1812 г. перед древней святыней, увезенной в Муром, молились об избавлении от нашествия двудесяти языков. В 1918 г. икону из Успенского собора забрали; сейчас она в Третьяковской галерее. В 1993 г. перед Владимирской иконой возносил горячие молитвы святейший Патриарх Алексий II - стране грозила опасность быть ввергнутой в пучину новой гражданской войны.

Владимирская икона относится к иконографическому типу Умиление (Елеуса). Композиция, известная с раннехристианских времен, широкое распространения получила в XI в. Вместе с Владимирской в Киев была привезена другая икона Богоматери, названная Пирогощей (для нее была построена церковь). Ипатьевская летопись под 1132 говорит: «В се лето заложена бысть каменна святая Богородица, рекомая Пирогоща». Образы Богородицы Елеусы (Милостивой), Гликофилусы (Сладкое лобзание; в русской традиции Умиление), известные также под именем Влахернитиссы (икона XII в., в монастыре вмц. Екатерины на Синае), где Богородица и Младенец изображены во взаимном ласкании (фреска церкви Токалы-килисе, Каппадокия (X в.), Владимирская, Толгская, Донская иконы Божией Матери и др.), распространяются в послеиконоборческий период. Этот тип изображений подчеркивает тему материнства и будущих страданий Богомладенца [Квливидзе, с. 503].

Еще один известный - и столь же чтимый в западных пределах Руси, как Владимирская в центральной ее части, - образ Богородицы Одигитрии, или Путеводительницы. Название свое она получила по имени константинопольского храма Одигон, где была одной из почитаемых святынь.

По преданию, она была написана евангелистом Лукой и прислана из Иерусалима императрицей Евдокией. Самое раннее изображение Одигитрии сохранилось в миниатюре из Евангелия Раввулы (лист 289 - в рост). На иконах этого типа Богородица держит Младенца на левой руке, правая протянута к нему в молитвенном обращении [Квливидзе, с. 503].

Одним из чтимых образов Новгородской земли была икона Благовещения Пресвятой Богородицы, именуемая Устюжской (30-е г. XII в., ГТГ). Название связано с преданием о том, что икона, находившаяся в Георгиевском соборе новгородского Юрьева монастыря, происходит из Великого Устюга и именно перед нею молился в 1290 г. блаженный Прокопий Устюжский об избавлении города «от тучи каменной». Вместе с другими новгородскими святынями икона Благовещения была привезена в Москву Иваном Грозным [Древнерусское иск., с. 47−50].

Иконописный подлинник сообщает об Устюжском Благовещении: «Сын в персех у Пречистыя вообразися», т. е. на иконе изображается Боговоплощение. Яко от оброщения червленицы, Пречистая, умная Багряница Еммануилева, внутрь во чреве Твоем плоть исткася; темже Богородицу воистину Тя почитаем (преподобный Андрей Критский). Иконы Богоматери, наглядно иллюстрирующие догмат о Боговоплощении, пользовались благоговейным молитвенным почитанием с древнейшего времени. Назовем здесь фреску середины XII в. в алтаре Спасо-Преображенского собора Мирожского монастыря в Пскове, а также излюбленный иконографический тип новгородцев - иконы Божией Матери Знамение, прославленные многими чудотворениями. Выносная икона Знамения (1169 г.), находящаяся в Новгородском музее, относится к иконографическому типу Богоматери Великой Панагии. Утвердившееся на Руси наименование иконы «Знамение» восходит к летописно засвидетельствованному чуду, бывшему в 1170 г. от чтимой новгородской иконы при осаде Великого Новгорода суздальцами. Благодаря Ее заступничеству Господин Великий Новгород был избавлен от беды.

К этой же иконографической традиции относится и киевская икона второй половины XIII в. - Богоматерь Печерская (Свенская) с предстоящими преподобными Антонием и Феодосием. Находилась икона в Свенском монастыре недалеко от Брянска, где, по преданию, был в 1288 г. исцелен от слепоты черниговский князь Роман Михайлович, основавший в том месте обитель. То же предание говорит, что икона была принесена в новый монастырь из Киевского Успенского Печерского монастыря, где была написана в начале XII в. преподобным Алипием Печерским. Надо отметить, что Свенская икона является древнейшим изображением основоположников русского монашества. Текст на довольно хорошо сохранившемся свитке, который держит в руках преподобный Антоний, гласит: «Молю вас так, чада: держимся воздержания и не ленимся, имея в сем Господа помощником» [Древнерусское иск., с. 70−72].

Один из ранних исследователей русской иконописи, Иван Михайлович Снегирев, в письме к основателю отечественной археологии графу А. С. Уварову писал: «История иконописи у нас неразрывно связана с историей нашего христианства. На Русь она вошла из Византии рука об руку с Крестом и Евангелием». Русь в древние времена не знала иконоборческой ереси - ей пришлось пережить эту трагедию в ХХ столетии. Лишь немногие из тех древних святынь, которые пришли на Русь из Византии или были созданы уже на русской земле, дошли до наших дней. И тем ценнее для нас, христиан третьего тысячелетия, знание об этих святынях, память и благоговейное почитание их.

Афганистан 1988. Настоящая история подвига бойцов 9-й роты

9-я рота 345-го парашютно-десантного полка ВДВ занимала несколько высот, сформировав ротный опорный пункт. Боевая задача стояла следующая: не допустить прорыва противника к дороге Гардез - Хост. Под катом вас ждет не выдуманная история о подвиге славных бойцов 9-й роты, которая была изложена на основании боевого донесения, а также сведений из других источников.

К 1988 г. весь мир знал, что советские войска в скором времени окончательно покинут Афганистан. Миллиарды долларов, вложенные администрацией США в финансирование различных формирований 'борцов за веру', до сих пор не дали никакого серьезного результата. Ни одна провинция не была под полным контролем 'духов', ни один, даже задрипанный городишко не был захвачен. А ведь как обидно американскому истэблишменту - так и не отомстили толком СССР за Вьетнам! В стане афганской оппозиции, на пакистанских базах, при участии американских и пакистанских советников, разработали план: взять приграничный город Хост, создать там альтернативное Кабулу правительство, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Духам удалось блокировать наземный путь в Хост, и снабжение гарнизона долго осуществлялось по воздуху. Осенью 1987 года командование 40-й армии начало осуществлять армейскую операцию по деблокированию Хоста под названием 'Магистраль'. Духовские группировки были разгромлены и отступили за Джадранский хребет, освободив трассу на Хост. Наши подразделения заняли господствующие высоты вдоль дороги, и в Хост пошли грузы.

7 января 1988 г., примерно в 15−00 начался обстрел высоты 3234, на которой находились 39 десантников взвода ст. л-та В.Гагарина. Вернее, обстреливали все высоты, но сосредоточенный, массированный огонь велся именно по господствующей на данной местности высоте 3234. Во время обстрела погиб рядовой Андрей Федотов, радист арт корректировщика ст. лейтенанта Ивана Бабенко, и была разбита рация. Тогда Бабенко взял рацию одного из командиров взводов.

В 15−30 началась первая атака. В составе штурмующих мятежников было спецподразделение - так называемые 'черный аисты', одетые в черную униформу, черные чалмы и каски. В его состав, как правило, входили наиболее подготовленные моджахеды-афганцы, а также пакистанские спецназовцы и различные иностранные наемники (в качестве советников-командиров). По данным разведотдела 40-й армии, в бою участвовали также коммандос полка 'Чехатвал' армии Пакистана.

С нашей стороны непосредственно боем руководил командир 3-го взвода 9-й роты старший лейтенант Виктор Гагарин. После первой атаки противник потерял около 40 человек убитыми и ранеными. У нас был ранен мл. с-т Борисов. После массированного обстрела из минометов и переносных ПУ реактивных снарядов, в 17−35 противник атаковал высоту с другого направления, но попал под сосредоточенный огонь с высоты, где держал оборону взвод ст. лейтананта С.Рожкова. Через 40 минут боя духи отошли. В 19−10 началась третья атака, массированная, под прикрытием огня гранатометов и пулеметов. На этот раз погибли ст. сержант В.Александров из расчета пулемета 'Утес', Сергей Борисов и Андрей Кузнецов. Позиция 12,7 мм пулемета НСВ ('Утес') прикрывала подступы к основным позициям десантников. Чтобы уничтожить крупнокалиберный пулемет, косивший духов практически в упор, атакующие массированно применили гранатометы РПГ. Вячеслав Александров понимал, что уцелеть пулеметному расчету не удастся, поэтому дал команду двум своим номерам расчета - А. Копырину и С. Объедкову - отойти к основным силам, а сам стрелял до последнего. И пулемет, и старший сержант были буквально изрешечены осколками гранат.

Далее были атака за атакой. На исходе дня к 3-му взводу подошло подкрепление: группа десантников второго взвода 9-й роты гвардии старшего лейтенанта Рожкова Сергея Владимировича, ночью появилась группа разведчиков ст. л-та Алексея Смирнова. Сразу после этого, примерно в 1−00 8 января, противник предпринял наиболее яростную атаку. Духам удалось приблизиться на расстояние броска гранаты и забросать часть позиций роты гранатами. Однако и эта атака была отбита. Всего противник предпринял 12 массированных атак, последние уже в середине ночи 8 января. В течение ночи прибыли еще 2 группы резерва: десантники ст. л-та Сергея Ткачева и разведчики ст. л-та Александра Меренкова. Они доставили боеприпасы и воду обороняющимся, и приняли участие в отражении последних атак.

Из воспоминаний сержанта 2-го взвода 9-й роты С. Ю. Борисова, сделанных им сразу после боя на высоте 3234 (по книге Лапшина Юрия Михайловича - замкомандира 345 ПДП в 1987−89 гг. «Афганский дневник»).
'Все атаки душманов были хорошо организованы. К нам на подмогу пришли другие взвода роты, пополнили наш запас боеприпасов. Наступило затишье, вернее угомонилась стрельба. Зато поднялся сильный ветер, стало очень холодно. Я спустился вниз под скальник, где находились только что пришедшие товарищи. В это время началась самая страшная и самая жуткая атака. Было светло от разрывов 'граников' (гранат от РПГ-7). Душманы вели шквальный огонь с трех направлений. Они вычислили наши позиции, и вели сосредоточенный огонь из гранатометов по месту, где находился ряд. А. Мельников с пулеметом. Духи выпустили туда пять или шесть гранат. Он уже мертвый прибежал вниз. Упал замертво, не произнеся ни слова. Он с самого начала боя вел огонь из пулемета, как с нашего направления, так и с того, где получил смертельную рану

Мл. сержанту Передельскому В. В. я приказал все гранаты нести наверх, к тому камню, где находились все наши товарищи. После чего сам взял гранату и устремился туда. Подбодрив ребят, чтобы держались, сам стал вести огонь.
Духи уже подошли на 20−25 метров. Мы вели по ним огонь почти в упор. Но мы даже не подозревали, что они подползут еще ближе на расстояние 5−6 метров и оттуда станут закидывать нас гранатами. Мы просто не могли простреливать эту рытвину, возле которой было два толстых дерева. В этот момент гранат у нас уже не было. Я стоял рядом с А. Цветковым и граната, которая разорвалась под нами, была для него смертельной. Меня же ранило в руку и в ногу.
Было много раненых, они лежали, а мы ничем не могли им помочь. Нас осталось четверо: я, Владимир Щиголев, Виктор Передельский и Павел Трутнев, потом прибежал на подмогу Зураб Ментешашвили. У нас оставалось уже по два магазина на каждого, и ни одной гранаты. Даже некому было снаряжать магазины. В этот самый страшный момент к нам на подмогу пришел наш разведвзвод, а мы стали вытаскивать раненых. Рядовой Игорь Тихоненко прикрывал наш правый фланг все 10 часов, вел прицельный огонь из пулемета. Возможно, благодаря ему и Андрею Мельникову «духи» не смогли обойти нас с правой стороны. В четвертом только часу духи поняли, что эту горку им не взять. Забрав своих раненых и убитых, они стали отходить. На поле боя потом мы нашли гранатомет, выстрелы к нему в разных местах и три ручные гранаты без колец. Видимо, когда они рвали кольца, чеки остались в запале. Может быть, мятежникам и не хватило буквально этих трех гранат, чтобы подавить наше сопротивление.
Везде было много крови, видимо, у них были большие потери. Все деревья и камни были изрешечены, не видно живого места. В деревьях торчали хвостовики от 'граников'.
Я еще не написал про «Утес», который «духи» пулями и осколками в прямом смысле превратили в кусок металлолома. Мы вели из него огонь до самой последней минуты. Сколько было противника, можно только догадываться. По нашим прикидкам, никак не менее двух-трех сотен.'

Алексей Смирнов, выпускник РВВДКУ, возглавлял группу разведчиков, пришедшую на помощь взводу Виктора Гагарина.
'…Началась крупномасштабная операция 'Магистраль', во время которой провоевавшему в Афганистане уже полгода Смирнову и довелось сражаться вместе с 9-й ротой их 345-го полка на упомянутой выше высотке.
В конце ноября 1987 года полк перебросили под Гардез с задачей выбить 'духов' с господствующих высот вокруг города Хост. В 20-х числах декабря Смирнов без боя занял со своими разведчиками высоту 3234, передав ее парашютно-десантному взводу 9-й роты. Затем несколько дней выполнял следующие боевые задачи - занимал новые высоты и участвовал в зачистке близлежащего кишлака. 6 января завязался бой за высоту 3234.
Обстреляв горку из минометов и безоткатных орудий, душманы попытались взять ее пешей атакой. Когда в 9-й роте появился первый 'двухсотый', комбат приказал Смирнову подняться на высоту, чтобы вынести погибшего ефрейтора Андрея Федотова с поля боя. Но уже через минуту поменял решение, приказав Смирнову взять как можно больше боеприпасов и, дойдя до соседней высотки, ждать его дальнейших команд. К обороняющемуся взводу тем временем подошел командир 9-й роты с еще одним взводом, однако противостоять нарастающим атакам душманов становилось все сложнее. Выполняя со своими пятнадцатью разведчиками роль близлежащего резерва для уже почти окруженного взвода, Смирнов видел, как моджахеды все яростнее идут на штурм, как покрытая снегом горка чернеет от взрывов и пороховых газов. При этом комбат упрямо держит его в резерве, думая, что 'духи' могут попытаться обойти роту с его стороны. С нескольких сотен метров, которые разделяли Смирнова и сражающуюся 9-ю роту, он хорошо слышал крики моджахедов: 'Москва, сдавайся!'. И когда уже поздним вечером с места боя начали доноситься доклады бойцов ротному о кончающихся патронах, Смирнов радировал комбату, что больше тянуть нельзя. Получив добро на атаку, рванул на выручку роте. 15 разведчиков Смирнова и доставленные ими боеприпасы сделали свое дело: после нескольких часов ночного боя боевики отступили. Когда рассвело, на подступах к устоявшей высоте валялось много брошенного оружия, а снег изобиловал кровяными пятнами.'

Резюме.
В принципе, с нашей стороны все было достаточно грамотно. Арткорректировщик ст. лейтенант Иван Бабенко привлекал к подавлению атак приданную артиллерию - самоходки 'Нона' и гаубичную батарею, обеспечивал нанесение и корректировку артударов от начала и до конца боя, причем наши снаряды рвались при последних атаках буквально в 50 метрах от позиций бойцов 9-й роты. Очевидно, артиллерийская поддержка сыграла важнейшую роль в том, что десантникам, несмотря на подавляющее превосходство атакующих в живой силе, удалось удержать позиции.
9-я рота мужественно и умело оборонялась 11−12 часов. Меры, принимаемые командованием для организации боя были своевременными и правильными: в качестве резерва на высоту прибыли 4 группы; огневая поддержка была на уровне, связь работала четко. По некоторым сведениям, в составе роты был и авианаводчик, однако из-за неблагоприятных метеоусловий авиацию применить не удалось. Наши потери можно считать относительно небольшими: они составили 5 убитых непосредственно в ходе боя, еще один умер от ран уже после боя. Старшему сержанту Александрову В. А. (пулемет 'Утес') и младшему сержанту Мельникову А. А. (пулемет ПК) присвоили звание Героя Советского Союза посмертно. Все остальные участники боя были награждены орденами. Потери противника можно оценить лишь приблизительно, так как всех погибших и раненых моджахедов эвакуировали в течение ночи на территорию Пакистана. Общее количество 'духов', одновременно участвовавших в атаках, по оценке участников боя, было от 2 до 3 сотен, т. е. на одного оборонявшегося советского солдата приходилось от 6 до 8 нападавших в среднем.

Высоту 3234 защищали: офицеры - Виктор Гагарин, Иван Бабенко, Виталий Матрук, Сергей Рожков, Сергей Ткачев, прапорщик Василий Козлов; сержанты и рядовые - Вячеслав Александров, Сергей Бобко, Сергей Борисов, Владимир Борисов, Владимир Веригин, Андрей Дёмин, Рустам Каримов, Аркадий Копырин, Владимир Криштопенко, Анатолий Кузнецов, Андрей Кузнецов, Сергей Коровин, Сергей Лащ, Андрей Мельников, Зураб Ментешашвили, Нурматджон Мурадов, Андрей Медведев, Николай Огнев, Сергей Объедков, Виктор Передельский, Сергей Пужаев, Юрий Саламаха, Юрий Сафронов, Николай Сухогузов, Игорь Тихоненко, Павел Трутнев, Владимир Щиголев, Андрей Федотов, Олег Федоронко, Николай Фадин, Андрей Цветков и Евгений Яцук; а также разведчики 345-го ПДП и десантники других взводов 9-й роты, подошедшие в качестве усиления.

Из них погибли на высоте 5 человек: Андрей Федотов, Вячеслав Александров, Андрей Мельников, Владимир Криштопенко и Анатолий Кузнецов. Еще один боец - Андрей Цветков - умер в госпитале через сутки после боя на высоте 3234.

Что такое Старый Новый год?

Толком никто не может сказать - чем на самом деле Старый Новый Год отличается от Нового традиционного, привычного для всех года? Безусловно, со стороны кажется, что дело исключительно в расхождении дат. Однако, как ни странно, но к Старому Новому году все мы относимся как к совершенно самостоятельному празднику, который способен продлить нам очарование Нового года. Для некоторых, именно в этот день наконец-то удается его по-настоящему почувствовать. Ведь Старый Новый год - более спокойный, семейный праздник, без суеты и невероятных хлопот, свойственных празднику 1 января.

Так или иначе, а причин появления этого уникального Старого Нового года целых две - изменение даты наступления Нового года на территории Руси и невероятное упрямство, не желание Русской Православной церкви, переходить на Новый стиль летоисчисления.

Но, несмотря на банальность причин, многие люди наделяют эти даты сокровенным смыслом, покладая большие надежды и веря в глубокое таинство праздника. Несут ли эти даты, какой-либо таинственный, мистический смысл? Давайте разберемся.

В языческие времена на Руси Новый год отмечался 22 марта - весьма логичная дата, учитывая, что это день весеннего равноденствия, тесно связанный с земледельческим циклом. После принятия на Руси христианства византийский календарь стал постепенно вытеснять старый, по которому Новый год теперь уже начинался 1 сентября. Эту дату и сегодня некоторые учения трактуют, как истинный день рождения Христа. Долгое время на Руси сохранялся новогодний разнобой - одни продолжали отмечать Новый год весной, другие - осенью. И только в конце XV века официально определили единую дату начала Нового года на Руси - 1 сентября.

В 1699 году по указу известного новатора, Петра I, начало Нового года было перенесено на 1 января, тогда еще по старому стилю летоисчисления, стало быть, по новому стилю на 14 января. И наконец, в 1918 году, после Великой Октябрьской революции большевики «упразднили» разницу между европейским и нашим летосчислением, «передвинув» календарь на 13 дней в году.

Так и образовались два праздника Нового года: один - по новому стилю, дугой - по старому, соответственно Новый - 1 января и Старый Новый - 14-го.

Русская православная церковь и сегодня встречает Новый год, впрочем, как и Рождество Христово, по старому, юлианскому календарю, который на данный момент разнится с общепринятым в мире григорианским календарем на, те самые, 13 дней. То есть мы в ночь с 13 января на 14 встречаем Старый Новый Год, а церковь просто - Новый.

Интересен в этом вопросе тот факт, что разница в датах с 2100 года, а именно с 1 марта, будет составлять не 13, а уже 14 дней. И Старый Новый год, и Рождество с 2101 года мы будем отмечать на день позже. То есть Старый Новый год - в ночь с 14 января на 15-е, а Рождество - 8 января.

По заявлениям Русской православной церкви, они совершенно не намерены вносить какие-либо коррективы в свой календарь, так как не видят в этом совершенно ни какого смысла. Разница между календарями, юлианским и григорианским, действительно, увеличивается каждые 100 лет на один день. Однако, придавать календарным различиям большого значения, по мнению церкви, не стоит. Григорианский календарь также не является точным и имеет свои сдвиги, поэтому православная Русская церковь продолжает использовать юлианский календарь. Согласие в календарные споры может внести только разработка нового, абсолютно точного календаря, что практически не реально.

Есть и вполне житейское объяснение церковному упрямству. Дело в том, что для большинства верующих Старый Новый год действительно имеет особое значение, ведь отпраздновать его от души они могут только после того, как завершится Рождественский пост, во время Святочных гуляний.

14 января - это ненаучная дата, утверждают астрономы. Тем не менее, и действующий в настоящее время календарь, идеальным не является. По мнению ученых, механика движения планет «виновна» в необходимости вносить некоторые изменения в летоисчисление. Действовавший до 1918 года в нашей стране юлианский календарь, отстает от, ныне действующего, григорианского календаря на 13 суток.

А все дело том, что планета Земля вокруг своей оси оборачивается не за 24 часа ровно. Каждые сутки набегают дополнительные секунды к этому времени, которые постепенно и складываются в дни. Они и образовали эти 13 суток к началу двадцатого столетия, составляющие разницу между новой григорианской и старой юлианской системами. Однако, следует отметить, что новый стиль более точен в отношении законов астрономии.

Главное, по мнению ученых, чтобы календарь, каким бы он ни был, максимально точно отражал расположение нашей планеты по отношению к Солнцу. Немало энтузиастов и сегодня пытаются разрешить календарную проблему, и предлагают массу собственных вариантов отсчета времени. Заявки на изменение календарного летоисчисления, «тоннами» поступают даже в ООН. В большинстве своем данные предложения основаны на изменениях традиционной недели, к примеру, некоторые предлагают ввести пятидневную неделю или вообще обходиться без недель, заменив их десятидневками. Однако идеальных предложений, отвечающих законам астрономии, и решающих таки проблему с летоисчислением, пожалуй, не может существовать - именно к такому заключению пришли специалисты многих стран. Ученые пришли к мнению о нецелесообразности проводить какие-либо календарные реформы на данном этап

Но, что бы там, ни говорили ученые, и даже, невзирая на то, что данный день не является, к сожалению, даже выходным днем, популярность этого праздника неудержимо растет. По данным некоторых центров изучения общественного мнения, людей желающих его праздновать в России давно перевалило за 60%, в Украине и того больше - порядка 80% жителей. Причем среди тех, кто регулярно отмечает или планирует праздновать Старый Новый год, люди, имеющие совершенно разные статусы, доходы и возраста: учащиеся и студенты, рабочие, предприниматели, домохозяйки, со средним специальным и высшим образованием, пенсионеры…

Все дело, думаю, в том, что в отличие от европейцев, у нас сильны новогодние традиции. Нам есть, чем заняться и на Новый и на Старый Новый год, и на Рождественские праздники и на святочные гулянья… Широта нашей славянской души не позволит нам скучать. По правде говоря, нам и повод-то не особо нужен, а тут - такое! Гуляем!

О том, что во время празднования наступления года приняты новогодние гадания, на которых можно и жениха нагадать, и будущее предсказать, и желание загадать - знают даже дети. Наиболее популярными на сегодня, безусловно, являются шуточные гадания на варениках с предсказаниями и пожеланиями. Но об этом позже. Кроме этого, существуют и другие новогодние традиции. Некоторые из них, как говорится, канули в лета, некоторые сохранились и по ныне, а некоторые «трансформировались», став более удобными и интересными.

В старину этот день назывался Васильевым днем, и имел решающее значение во всем последующем году. В Васильев день отмечался праздник земледелия, который был связан с будущим урожаем. Поэтому на него совершали обряд обсевания, так и появилось другое название праздника, а именно, «овсень» или «авсень». Данный обряд по-разному проводился в разных регионах. К примеру, в Туле дети по дому рассыпали яровую пшеницу, произнося при этом молитву о богатом урожае, потом хозяйка собирала и сохраняла её до времени сева. Что касается украинских обрядов, то они отличались особым весельем, обязательно с плясками и песнями.

Был и ещё один своеобразный обряд - новогоднее варение каши. В 2 часа ночи, старшая женщина в семье приносила из амбара крупу (как правило, гречневую), а старший мужчина - воду, набранную в колодце или речке. Ни крупу, ни воду нельзя было трогать, пока не истопится печь, - они должны были просто стоять на столе. После вся семья усаживалась за стол, а старшая женщина начинала размешивать в горшке кашу, произнося определённые ритуальные слова при этом. Затем все дружно вставали из-за стола, а хозяйка ставила в печь кашу, обязательно с поклоном.

Когда каша была готова, ее из печи доставали и внимательно рассматривали - своеобразные новогодние гадания. Если горшок просто был полным, а каша в нем - рассыпчатая и наваристая, это предрекало счастливый год и богатый урожай - такую кашу съедали поутру. Если же каша из горшка вылезала, или вообще трескался горшок - это хозяевам дома не сулило ничего хорошего, они ждали беды в этом году, а кашу тут же выбрасывали. Такие вот новогодние гадания - предсказывающие либо беды, либо процветание. И эти предсказания, действительно сбывались, что вовсе неудивительно, ведь в них верили всерьёз, как сказали бы современные психологи, программировали себя на тот или иной исход событий.

Но были и исключительно позитивные обряды, и новогодние традиции. Интересен, например, обряд, при котором ходили по домам, заходя в гости, чтобы угощаться яствами из свинины. В ночь на Васильев день гостей обязательно нужно было потчевать пирогами со свининой, запечёнными или варёными свиными ногами, любыми блюдами со свининой. Кроме этого на стол обязательно ставилась свиная голова. Причина такого новогоднего обряда заключалась в том, что Василия, кроме прочего, считали «свинятником» - то есть покровителем свиноводов и любителем продуктов из свинины. Люди верили в то, что если на столе будет довольно много свинины в эту ночь, животные будут в изобилии плодиться в хозяйстве, принося хозяевам хорошую прибыль. Такая вот позитивная примета, настраивающая на изобилие и экономическое процветание, в особенности для трудолюбивых и рачительных хозяев.

А вот новогодние традиции лепить и угощать на Старый Новый год варениками с сюрпризами появилась сравнительно недавно.

Точно никто не помнит, когда, где и по чьей «вине», она возникла, но традиция лепить новогодние вареники с удовольствием соблюдается повсеместно, где празднуется Старый Новый год. В некоторых регионах вареники с сюрпризами лепят практически в каждом доме. Собираются всей семьёй, приглашают друзей, лепят вареники с картошкой, с капустой, используя разные начинки для вареников и пряча в них всевозможные сюрпризы. А потом устраивают праздничное застолье и едят новогодние вареники, с нетерпением ожидая, какой и кому сюрприз попадётся.

Эти шуточные гадания особенно нравятся детям. Вареники с сюрпризами и предсказаниями приносят с собой даже на работу, чтобы развеселить коллег и знакомых. Сегодня уже не редкость, новогодние вареники с предсказаниями в свободной продаже. Такие вареники часто выпускают на пищевых предприятиях под Старый Новый год. Русский хлеб
Хлеб сегодня другой. Совсем другой. Не такой, как был еще даже лет 20 назад. И уж совершенно иной, каким его знали наши прапрадеды. Вместе с хлебом изменилось и отношение к нему. А вместе с ним и мир. Сегодня для нас не понятно, какая связь между хлебом и миром. Но еще каких-то лет 70 назад, где-нибудь на Севере России, вам это объяснил бы любой землепашец

Хлеб в представлении наших предков был царем русского стола, его краеугольным камнем. Материальным воплощением благодати Божией. Стол без хлеба считался «сиротским престолом», а дом, где его не выпекают, - лишенным внимания Всевышнего.
Отношение к хлебу на Руси было строго регламентировано. Тщательное следование своду «хлебных правил» обещало людям достаток и размеренное, гармоничное течение жизни. Жизни без потрясений. Ведь в хлебе, согласно народным преданиям, воплощалась личная доля человека. Сегодня в поиске жизненного баланса мы отправляемся на йогу, к психоаналитикам, на трейнинги вроде «Помоги себе сам», не осознавая, что нам достаточно просто изменить свое отношение к хлебу.

В ХХ столетии мы перестали выпекать хлеб дома, заменив его на общественный, промышленный. Это было немыслимо для наших предков, поскольку выпекание домашнего хлеба гарантировало благословение с выше. А воплощенная в буханке личная доля человека растворялась в общественной доле.

Кроме того, промышленные хлебопекарни не гарантировали соблюдение строгих регламентов и ритульных правил в выпекании хлеба, что несло свои опасности. Обществынный хлеб считался «сиротой», и его нелегкая судьба могла перенестись и на едока.

В начале XXI века промышленный, но все же русский по происхождению и рецептуре хлеб начинают вытеснять на нашем столе «чужаки» - лигурийская чиабатта, французский багет, нормандский бришь, пита, вестфальский пумперникель, кавказские лаваши. По качеству они нередко превосходят наши булки, но с точки зрения символизма это означает, что мы причащаемся уже к совсем чужой, инородной доле.

Появилась и другая напасть - хлебоборчество, вроде многочисленных антиуглеводных диет, которые изгоняют хлеб с нашего стола, а вместе с ним, согласно народным преданиям, и Божию благодать из дома.

Теперь самое время вернуться в прошлое, когда еще хлеб почитался и рассмотреть непреложные «хлебные правила

В народной культуре хлеб предстает бесценным Божьим даром, к которому следует относиться с особым уважением. Выбрасывать хлеб считается тяжелым, непростительным грехом. Будь это свой хлеб, промышленный или экзотический-заморский. Даже заплесневевший хлеб возбраняется выбрасывать, его следует скормить птицам.

Нельзя оставлять надкусанный кусок. Это грозит сиротством или вдовством, потерей силы, счастья - другими словами, доли. Кусок хлеба в данной ситуации становится носителем благополучной судьбы человека и определяет его будущий социальный статус.

Нельзя отрезать новый кусок, не доев первого.

Не стоит доедать кусок даже за родными людьми. Русская поговорка говорит, съешь чужой кусок - заберешь чужую силу. Или долю.

Не разрешается ломать хлеб - значит жизнь будет ломанная. Ломая хлеб, мы нарушаем правильное течение жизни.

Выпекание хлеба нужно было делать, благославляясь. Муку и квашю перед использованием крестили. В печь сажали со специальным приговором: «Печка-матушка, прикрой мой хлебца, испеки по хорошему». Ну, а перед тем, как приступить к нарезанию хлеба его трижды закрещивали ножом.

Хлеб почитался как святыня: над ним нельзя было смеятся. Самый невинный смех за столом могу обернуться, по народным преданиям, самыми суровыми неприятностями.

Хлеб никогда не клали на голый стол, только на скатерь. В противном случае люди рисковали обречь себя на «голую» жизнь.

Хлеб никогда не клали верхней коркой вниз считалось издевательством, святотатством.

Хлеб могла выпекать только ритуально чистая стряпуха (не имевшая как-минимум сутки половой связи, не беременная, не во время регул).

У славян выпечка пища постоянно числилась благородным и великодушным занятием. Еще в «Домострое» описывались малые «хаты-пекарни», в которых хлебники готовили хлеб. Такие помещения колотили в большинстве деревень. Однако, в всякой семье владелица и без такого могла выпечь семейный хлеб для собственной родни.

В «Домострое» описываются все нужные познания, которыми обязан был обладать хлебные профессионалы. Среди остального, они обязаны были ведать насколько необходимо муки, как верно её бросать, как бить тесто, плясать его и, основное, верно выпечь.

В xi веке на Руси стали изготовлять кислый (сбродивший) хлеб, который приготовлялся из пеклеванный муки. Это был довольно трудозатратный процесс. Для этого требовался большущий эксперимент, знание и познание особенных заквасок. Рецепты их приготовления держались в требовательнейшем секрете. Они передавались старшими членами семей только младшему поколению.

Закваской считается дробь теста, которая осталась от предшествующей выпечки. Её употребляли для придания тесту рыхлости и подходящей кислотности. От свойства закваски зависели вкусовые характеристики пища. Именно потому её аккуратно сберегали, обсыпав пыткой, в холодных местах.

Процесс приготовления ржаного пища проходил в некоторое количество шагов. Для истока нужно было к закваске прибавить воду и муку и все это растворить. Таким образом приготовлялся «расчин». Он некое время бродил, опосля что из него готовили тесто. Кроме такового метода существовали и остальные, с использованием нескольких товаров. Некоторые из них дожили и до наших дней и, еще совершенно не так давно, применялось на хлебозаводах и пекарнях.

Технология изготовления ржаного пища формировалась на Руси профессиональными булочниками на протяжении почти всех веков. Сегодня такое неповторимое произведение не владеет аналогов в мире. Кроме ржаных хлебов наши предки еще обожали и хлеб, выпеченный из пшеничной муки. Некоторые такие изделия это: монастырские просфоры, ковриги калачи и различные пироги. Древнерусская коврига - представляет из себя большой хлеб с 3-мя или 4-мя углами. Калачи и пироги приготовлялись мастерами лишь по особенным праздничкам. Для них употребляли лишь топовую муку и наиболее аппетитные внутренности. Излюбленными были пища с медом и маком. На Руси почаще только изготавливали хлеб из муки с совершенным удалением отрубей. Такие изделия именовали «пища незапятнанное зело».

В средневековье на Руси, огромную дробь ремесленников сочиняли разные булочники, пряничники, саечники, блинники и остальные хлебные профессионалы. Славяне в особенности обожали быть пряники. В те эпохи их изготавливали чрезвычайно крупными - весом от 2 до 16 кг. Пряники были восхитительным даром на именины, женитьбу и остальные семейные пиршества. Несмотря на разные празднички, обыденный хлеб оставался неподменным для всякой славянской семьи. Он обязан был постоянно находиться на столе.

В xvi… Xvii веках был установлен особенный муниципальный контроль за качеством и стоимостями на хлеб. В 1626 году королевским указом «О хлебном и калачном весу» были зафиксированы цены на изделия из пшеничной и пеклеванный муки. Специальный хлебные приставы были должны нарушать городские улицы и надзирать выполнение требований правительства. В их повинности вступало испытывать цены на хлебную продукцию и свойство выпечки. Контролю подвергались все обитатели какие занимались созданием пища. Тех, кто был уличен в несоблюдении правительственного указа, наказывали штрафами. В случае неоднократных нарушений дело доходило и до плотских наказаний. Наиболее требовательные запросы к хлебобулочным изделиям и к булочникам были при Петре i. Но, все же, хлебных мастеров на Руси постоянно обожали и почитали. Их постоянно именовали по имени и фамилии и, никогда, не давали прозвищ.

В наши дни очень много пекарен и хлебозаводов производят тонны различных хлебобулочных изделий, обеспечивая нас ценным продуктом. Но и в данный момент в особенности ценится аппетитная семейная выпечка.

Сегодня получил уникальное письмо. Жалобу на некоего местного авторитета, который пообещал помочь в разрешении земельного спора и не помог. А деньги взял! Написать запрос федеральному авторитету? Что делать-то, посоветуйте?

Депутат орёт в коридоре Думы в трубку: «Если я депутат, это ещё не значит, что я идиот! Понятно?Так и запишите!»

Депутат в лифте грустно: «Вот зарплату повысили, ну всё делают для нашей дискредитации!»

Иду мимо одного министерства. Там ремонт.Визг пилы. Все (!)прохожие хихикают: деньги пилят! Больше ассоциаций нет. В страшное время живём.

Однажды, Ангел Смерти подслушал мысли двух пожилых людей, которые никогда не были знакомы друг с другом.
И он, и она понимали, что их жизни подходят к концу.
И сожалели лишь об одном, что в их жизнях никогда не было долгого, любовного разговора.
Такого разговора, когда смотришь в глаза друг другу, и время останавливается.

Ангел Смерти соединил мужчину и женщину, предупредив, что заберёт их тот-час, как только прервётся их разговор.

М: -«Знаешь, кем я хочу стать в будущем? Я хочу стать грозовой тучей, с громом и молнией,
тогда я смогу выразить свою любовь к тебе так, как мне давно хотелось, но никак не получалось.
Я хочу чтобы ты трепетала от волнения!»
Ж: -«В таком случае, мне нужно стать морской волной, чтобы волноваться соответствующим образом.
А так-же я смогу незаметно испаряться и наполнять тучу влагой. И мы станет одним.»
М: -«О Бог! И небо не выдержит нас, и мы прольёмся дождём в море, с блеском и грохотом.»
Ж: -«И станем шелестящей, морской волной, чтобы опять воспарить.»
М: -«И это будет продолжением нашего вечного, любовного разговора.»
Ж: -«И мы никогда не умрём.» … (гуляя по парку, нашла яблоко в снегу) … «Просто удивительно!
Раскололось пополам, и это похоже на две половинки сердца… Хочешь?»
М: -«Никогда не думал, что яблоко похоже на сердце - символ любви, что привело Адама к смерти.»
Ж: -«Любовь и смерть - одно? Конечно. Ведь однажды познав любовь уже нельзя остановиться,
а хочешь любви больше, и больше. И только смерть сможет утолить эту жажду,
потому, что только после смерти, познаёшь самую большую любовь, Божью!»
М: -«Постой, ты хочешь сказать, что моя любовь несовершенна? Что я не могу любить как Бог?
Ты хочешь сказать, что всё, что было между нами - это ничто?» - и тут появился Ангел Смерти.
А.С.: -«Ну вот и всё: бесконечный, любовный разговор кончился банальной ссорой.»
М: -«Что это?»
А.С.: -«А на что это похоже?»
М: -«Ни на что.»
-«Ни на что не похожей бывает только смерть.» - сказал Ангел Смерти.
Ж: -«Пойдём. Чего ждать? Когда-то же надо начать.» (они обнялись и их унёс вихрь пепла, песка и мелких листьев)

(Воспоминание Ангела Смерти прогуливающегося по побережью моря и смотрящего на грозу, повисшую вдалеке над безбрежным морем)

М: -«Знаешь, кем я хочу стать в будущем? Я хочу стать грозовой тучей, с громом и молнией,
тогда я смогу выразить свою любовь к тебе так, как мне давно хотелось, но никак не получалось.
Ж: -«В таком случае, мне нужно стать морской волной, чтобы волноваться соответствующим образом.
А так-же я смогу незаметно испаряться и наполнять тучу влагой. И мы станет одним.»
М: -«О Бог! И небо не выдержит нас, и мы прольёмся дождём в море, с блеском и грохотом.»
М: -«И это будет продолжением нашего вечного, любовного разговора.»
Ж: -«И мы никогда не умрём.» …

Вечная жизнь и смерть, и конечно любовь! Любовь - она бессмертна.
Смерть - это другое дело. Смерть не может быть вечной.

Идёт экзамен.
Профессор: - Hа борту самолёта - 500 кирпичей. Один кирпич выпал из самолёта. Сколько на борту осталось кирпичей?
Студент: - Ну, это легко. 499.
Профессор: Правильно. Следующий вопрос. Как положить слона в холодильник за 3 шага?
Студент: 1 - открыть холодильник. 2 - положить туда слона. 3 - закрыть холодильник.
Профессор: Дальше. Как положить оленя в холодильник за четыре шага?
Студент: 1 - открыть холодильник. 2 - вытащить слона. 3 - положить оленя. 4 - закрыть холодильник.
Профессор: Отлично! Следующий вопрос. У Короля Льва день рождения. Пришли все животные, кроме одного. Почему?
Студент: Потому что олень всё ещё в холодильнике.
Профессор: Великолепно! Далее. Может ли бабуля пройти через болото с крокодилами?
Студент: Конечно может. Ведь все крокодилы - на дне рождения Короля Льва.
Профессор: Хорошо! А теперь последний вопрос. Бабуля прошла через пустое болото, но всё равно умерла. Что с ней случилось?
Студент: Э-э… Она утонула?
Профессор: Нет… На неё упал кирпич который выпал из самолета!
НА ПЕРЕСДАЧУ!

С вертолета Шотландское нагорье похоже на волнующееся море: гребни и вершины кажутся застывшим прибоем. А впадины между волнами - это бесчисленные узкие долины, глены, с гигантскими валунами, оставленными ледником, склонами, поросшими вереском, и голубыми стеклами озер. Даже обычные березы среди этого великолепия выглядят иначе, точно на полотнах старых мастеров. Хольгер летел с единственной целью - увидеть все это, и, когда вертолет опустился, он еще мог, прикрыв глаза, представить Шотландию такой, какой она была в этот солнечный день.
Двухчасовое воздушное путешествие закончилось в городке, похожем на десятки других, и среди домов с аккуратными цветниками под окнами Хольгер в две минуты нашел знакомую вывеску.
В бар он вошел вслед за девушкой, оставившей автомобиль на другой стороне улицы, и присел к ее столику.
В девушке ему нравилось все: и короткие каштановые волосы, и глаза, и улыбка, едва заметная, осторожная. Может быть, просто сегодня такой день, подумал он и тут же поймал себя на том, что рассматривает воротник ее платья - даже этот круглый воротничок был до странного красив и строг.
Встреча с ней казалась естественной, предрешенной, и если бы она не состоялась сегодня, завтра, послезавтра, Хольгер, может быть, не отдавая себе отчета, надеялся бы на такой же солнечный день, когда хочется вместе смотреть на луч, упавший через окно в синюю пустоту воздуха.
Ей нравилось, как он говорит по-английски - переделывая слова, глотая звуки, коверкая фразы. Хольгер сказал что-то по-шведски, и она непостижимым образом поняла смысл. Это развеселило обоих.
Но можно ли смеяться долго, не боясь, что веселье сменится грустью?
Когда-то, друзья, я любил и мечтал.
И летнее солнце улыбкой встречал,
Но ранняя осень нежданно пришла
И с нею холодная мгла.
- Дан Андерссон. - Хольгер сделал нарочито трагический жест. Когда-то читал…
- Давно? - живо спросила девушка.
- Да, очень. Еще в школе.
- Еще в школе… - с шутливым разочарованием повторила она, - я думала, вы моложе. А стихи вам очень идут.
- Мы еще не успели познакомиться…
- Маргарет.
- Хольгер.
…Ее дом стоял у западной дороги недалеко от города. Когда они вышли из машины, он подумал, что вечер будет лунным, и вспомнил о замке Данвеган.
Калитка закрылась, шум, доносившийся с шоссе, пропал, смешавшись с тихим перезвоном жесткой высокой травы по краям дорожки, посыпанной круглыми зернами шлака. Чист и ясен был здесь воздух с запахом рощи после дождя, и небо над головой казалось другим - прозрачнее, глубже.
Они прошли к дому. Одна из стен была наполовину закрыта оранжевыми, зелеными и голубоватыми листьями, уживавшимися на одних и тех же стеблях. У низкого крыльца стояла большая глиняная ваза с тонким зеленым рисунком по краю, сверху в нее падала струйка воды, падала и вытекала на землю в том месте, где от вазы был отбит кусок с рисунком.
Излом был таким свежим, что Хольгер невольно поискал глазами осколок. Поднимаясь на крыльцо, он успел заглянуть в вазу, но не увидел дна. Почему-то стало ясно, что на дне осколка тоже нет.
Необъяснимо легко, от одного прикосновения ее пальцев распахнулась дверь - комната показалась продолжением сада. На розоватой каменной стене неяркой краской были очень живо набросаны те же листья трех оттенков. В углу стояла такая же ваза, что и в саду. И точно так же не хватало кусочка керамики в верхней ее части, где по всему кругу шел поясок орнамента.
Хольгер подошел к вазе и протянул руку, ловя водяную струю, сбегавшую вниз и не оставлявшую следов.
- Зеркало, - улыбнулась девушка.
И он понял, что это точно было зеркало, отражение в котором почти не отличалось от реальной вазы: так легко возникала иллюзия объема. На ладони как будто бы даже осели невидимые росинки - тоже, конечно, иллюзия.
- Это вы придумали? - спросил он.
- Что тут особенного? В доме должно быть хорошее зеркало, а куда его поместить - сразу видно. Настоящее зеркало должно оставаться невидимым, незаметным.
В комнате были и книжный шкаф, и стол, и телевизор, и легкие кресла, но эти привычные вещи сочетались тем не менее с едва уловимой новизной, необычностью.
Электрический свет не зажегся, не вспыхнул матовыми пятнами - просто засиял воздух вокруг, и оставалось непонятным, как возникло это сияние. Кресло передвинулось, повинуясь пальцам, а комната, казалось, меняла размеры, точно кто-то творил неслышимые заклинания. Изображение не умещалось в тесном квадрате телеэкрана- линии замыкались уже в пространстве, очерчивая как бы некоторый объем.
Книги… Их страницы пахли яблоками, как окна в сад. И рассказывали они о голубых лугах, где плескались волны травы, о жемчужных полях спелого овса, о грибах лесных, дождях, даримых летними грозами, - обо всем таинственном и неповторимо прекрасном. И каждая страница являлась отражением дня, ушедшего в прошлое, одного дня, который как будто забылся, растаял и снова всплыл в памяти - веткой весенней березы или горной сосны, вписавшейся под тонкий переплет с запахом яблок.
- Вы любите… об этом? - голос ее был рядом, но Хольгер понял вопрос скорее по движению губ.
- Да. У вас хорошие книги, где только вы раздобыли их?
- Эти книги о хорошем. Но есть и другие. Взгляните. - Она притронулась длинными пальцами к ядовито-зеленой обложке. Книга раскрылась. Возникли правдивые желчные слова.
«Является ли туризм экологическим фактором того же порядка, что и землетрясение, пожар или наводнение? Нет, это явление регулярное, хроническое, а не случайное, как стихийное бедствие, и похоже больше на заболевание. На альпийских перевалах автостоянки теснят луга, на туристских маршрутах в Англии и ФРГ в прошлом году сбиты десятки тысяч зайцев и косуль…»
- Это не о нас, - сказал Хольгер. - У меня нет машины. У вас она есть, но вы не турист. И потом, эти зайцы и косули искупили собой жизнь многих людей, которых сбили бы те же автомобили, пролегай их маршруты в других местах - там, где нет косуль, но зато есть люди.
- Безразличие - вот настоящий убийца. Оно настигает везде и всех, без разбору. Как-то я нашла на дороге зайца с отдавленными лапами. Только через месяц он смог бегать.
- Он живет у вас?
- Нет. Ушел к себе в лес. Иногда заходит в гости по старой памяти. Вам нравится у нас?
- Да. Сегодня я видел Шотландию…
- С вертолета? - спросила она с легкой иронией и сухо добавила: Сегодня тепло и солнечно, но и в такую погоду с вертолета многое можно не заметить.
Хольгер встретил ее строгий взгляд.
- Вам нужно побывать на Гэльских сборах, - посоветовала она. Шотландия - земля гэлов, кельтов. Гэлы… Ведь это слово скоро останется только в книгах, в сказках. И вересковые пустоши исчезнут. Будут жить только земля и камни. Что было раньше, давным-давно, когда не было Принсес-стрит и Джорджсквер, Эдинбургского замка и еще раньше?.. - она как будто спрашивала о чем-то неясном или думала вслух без надежды на ответ.
Хольгер вспомнил голубовато-серый ромб озера Лох-Ломонд, широкие волны земли с редкими рощицами, очередь у ночного клуба в Глазго, пляшущую, кричащую, извивающуюся, - длинноволосые юнцы и симпатичные девочки с бутылками виски в сумочках. И еще хмурое утреннее небо над Клайдом, паучьи лапы кранов, суету миллионного города и сутулые спины свободных от работы. Это была Шотландия, и все-таки знал он ее так, как можно узнать по моментальному снимку, не более.
- Гэльские сборы… Это, кажется, фестивали, где поют старые песни и играют в гэльский футбол. Машина времени. Единственный способ увидеть частицу прошлого.
- Не единственный. Но оставим Шотландию. Расскажите, чем вы занимаетесь у себя на родине.
- Я электрик, инженер-электрик. - Было немного жалко, что ответ на ее вопрос звучал так прозаически.
- Это интересно? - спросила она серьезно.
- Не очень, - признался Хольгер, - но если бы пришлось снова выбирать, то лучше трудно было бы что-нибудь придумать.
- Я думаю, человек дважды открывает истину, - неожиданно сказала она, - сначала в искусстве, потом в науке или технике. Можно многое уметь, не зная настоящих причин. Уметь интереснее, чем знать.
Она почему-то вздохнула.
- Вы правы, - сказал Хольгер. - Золотым коробочкам из Ирландского музея две тысячи лет, а следы сварки на них обнаружили недавно. Ирландские кельты были знакомы с холодной сваркой металлов, они умели это делать, объяснение же нашли инженеры двадцатого века.
Она не ответила, и Хольгер смутился. Янтарный свет, мягко очертивший пространство комнаты, отражался в ее глазах, готовых к улыбке снисхождения, улыбке радости, улыбке любви. И понять это было совсем нетрудно, но они говорили о книгах, о Клифе Ричарде, о кино - долго, так долго, что на небе успели смениться десять оттенков синевы, а на востоке и западе проросли звезды.
…Пролетала короткая ночь. Он поймал себя на том, что не знает названия городка. Вертолет подвернулся случайно, а ему было все равно, куда лететь.
- Инвернесс, - сказала она. - Ты прилетел в Инвернесс.
- Инвернесс, - повторил он, словно что-то припоминая. Потом, уже про себя, он повторил ее имя: Маргарет, Мэгги, Мег.

- Нет ничего правдивее легенд, молодой человек.
…Содержание первой части легенды совпадало с тем, что рассказал служитель замка. Во второй части речь шла о том, какую важную роль играло покрывало фей в жизни клана Мак-Лаудов, к которому принадлежал Малколм.
Когда молоденькая няня, повинуясь приказу Малколма, понесла ребенка в зал, где происходило пиршество, послышалось пение фей. В песне содержалось предсказание: покрывало, оказавшееся знаменем фей, спасет клан в годы бедствий. Однако развертывать его позволялось лишь в тяжелый час, отнюдь не по пустячному поводу. В противном случае на клан обрушатся несчастья: умрет наследник, будет потеряна скалистая гряда - владение замка, и в конце концов в семействе вождя не хватит даже мужчин-гребцов, чтобы переплыть залив Лок-Данвеган.
Знамя фей бережно хранилось в чугунном ларце. И ни сам Малколм, ни его сын, ни ближайшие их потомки ни разу не прибегли к его помощи.
Только много десятилетий спустя знамя развернули в первый раз. Это случилось, когда Мак-Дональды выступали против Мак-Лаудов. В самой гуще сражения взметнулось вверх зеленое знамя, и Мак-Дональдам почудилось, будто к противнику подошло подкрепление. Они дрогнули и побежали.
Позже знамя спасло от чумы скот Мак-Лаудов. И все снова убедились в его могуществе.
Но вот сто с лишним лет назад некто Бьюкенен, поступивший на службу к одному из Мак-Лаудов, решил отучить людей от суеверия, взломал ларец, извлек знамя и помахал им в воздухе на глазах у собравшихся. И сбылись постепенно все предсказания фей: прямой наследник рода погиб при взрыве военного корабля «Шарлотта», скалы «Три девы» перешли во владение Кембелла из Иснея, а слава клана скоро померкла, и в семье вождя не набралось гребцов, чтобы переплыть морской залив.

Вот что рассказывала легенда о зеленом шелке с изображением феи, может быть, самой королевы фей, ставшей женой вождя клана. Не все поддавалось объяснению. Возможно, несколько иной, более понятный смысл был вложен в первоначальный, не дошедший до нас, текст: те, кто «развернул знамя» без серьезных оснований, несомненно, могли быть только вздорными, неумными людьми и, безусловно заслуживали лишь неприятностей. «И я развернул знамя», - неожиданно подумал Хольгер.
Интерлюдия в отеле
Хольгер вернулся в отель и зашел в ресторан пообедать. Здесь он увидел Эрика Эрнфаста, с которым вместе летел из Стокгольма. В зале почти никого не было, как всегда в это время. Туристы, остановившиеся в отеле, заходили сюда обычно часом-двумя раньше, большими шумными группами рассаживаясь за столы. Потом зал пустел.
Эрнфаст приветственно взмахнул рукой:
- Где ты пропадал? Садись-ка и расскажи!
Судя по всему, он чувствовал себя здесь как дома. Не дожидаясь ответа, Эрнфаст проглотил полстакана какой-то смеси и заказал еще.
Место и в самом деле было уютное. Большие окна выходили на тихую улицу с серыми, как земля, домами; подстриженными кустами и цветниками. Из пасти мраморного льва у входа в отель озорно торчала охапка веток. В старой витрине напротив красовалась реклама «Курите папиросы «Кинг».
Хольгер втянулся в разговор. Он казался себе первооткрывателем. Совсем даже неожиданно с легкой и неприятной для себя откровенностью Хольгер рассказал Эрнфасту о поездке в Инвернесс, о Мэгги (он так и называл ее в разговоре - Мэгги). Потом с наигранной шутливостью стал говорить о феях, о старом замке, понимая, что другой тон был сейчас неприемлем.
- Не понимаю, - возражал Эрнфаст, - не люблю сказок. Да и зачем тебе фея, если ты с такой девочкой познакомился?
- Здесь есть какая-то связь… какая-то загадка.
- Загадка - это плохо. Загадок не должно быть.
- Не должно, - машинально повторил Хольгер, наблюдая, как Эрнфаст наполняет стакан.
Ему вдруг ясно вспомнилось, как Маргарет набирала кувшином воду из вазы, но только не из той, что стояла на крыльце. Она не выходила из комнаты, лишь приблизилась к зеркалу, в котором отражалась ваза, протянула кувшин - и тот погрузился в воду! Разбежались круги, с кувшина упали прозрачные капли. Он не обратил внимания на это тогда же, потому что все произошло так естественно, даже незаметно, как будто зеркальное отражение и было настоящей вазой.
Теперь же, пытаясь разубедить себя, Хольгер вновь и вновь переносился в тот вечер, слыша ее легкие шаги до головокружения отчетливо. Но нет, кувшин снова опускался рядом с зеркалом, снова позванивала в ушах и разбивалась на капли падавшая с него струйка, снова Маргарет отводила со щеки каштановые волосы… Колдовство.
Странная, почти нелепая мысль все больше овладевала им. Наверное, сказалась ночь, проведенная в замке. Потому что разве иначе пришло бы в голову, что феи могут жить рядом, сейчас, вместе со всеми. Может быть, их совсем мало осталось, но они ведь всегда жили на этой земле.
- Не стоит грустить, - голос Эрнфаста прервал его размышления. - Что с тобой, в самом деле?
Хольгер молчал. Непонятное беспокойство, какая-то неизъяснимая тревога все отчетливее переходили в вопрос: «Зачем я сижу здесь? И зачем говорю о невозможном, неповторимом с этим пьяным болваном? Но почему нельзя этого делать? Да потому, что разве не протянутся жадные, досужие руки к тайне, к хрупкой неизвестности- не сейчас, может быть, не сразу, - чтобы разрушить, смять, растерзать, расколоть ее, хотя бы из любопытства, из желания опередить других?»
- Выпьем, - потребовал Эрнфаст. - Не зря же мы прилетели в Шотландию.
- Нет. Хватит.
- Не хочешь выпить со мной… из-за какой-то шотландки, - тонкие губы Эрнфаста оформились в саркастическую улыбку.- Впрочем, теперь, кажется, считается хорошим тоном игнорировать правила хорошего тона.
- Баста, - Хольгер встал.
- А я говорю, выпьем! - Эрнфаст вдруг загремел на весь зал, раскинув на столе руки-щупальца.
- Ты с ума сошел, - тихо, но внятно сказал Хольгер, - пошли отсюда!
- Нет, останемся. Пока мы не уйдем отсюда, мы останемся здесь, понятно?
Эрнфаст поймал его за руку и покачнулся вместе со стулом. Освободив локоть, Хольгер быстро пошел к выходу, точно ему представилось вдруг, что нужно немедленно, сейчас же догнать нечто ускользавшее от него.

Посадка на вертолет уже закончилась, но он размахивал руками и, задыхаясь, на ходу кричал, чтобы его тоже взяли. Кто-то подал руку, помог подняться. Он сел в кресло и молча наблюдал, как поблескивали солнечные монетки окон в домах фермеров и густел воздух в долинах. Но далекая земля, пробегавшая внизу, была для него лишь призрачным пятном света. Потом возник в сознании неровный ромб озера, наполовину закрытый тенью и вытянувшейся в сторону Инвернесса. В ту же сторону безответными попутчиками неслись облачка дыма.
Когда после медленного падения вертолет повис в воздухе большой багряной стрекозой, Хольгер жадно припал к стеклу, стараясь угадать верную дорогу к ее дому. Там, куда он смотрел, стояло над горизонтом продолговатое облако, и по нему опускалось вниз солнце. «Вот она, западная дорога», подумал он.
Едва вертолет коснулся асфальта площадки, вернулось чувство земли. Тени стали большими и неуклюжими. Он спускался по ступенькам, и встречный воздух расправлял легкие.
Хольгер зашагал быстро, не оглядываясь, так, как будто сотни раз ходил здесь раньше. Прикрыв глаза, можно было видеть солнце - ориентир, чуть подернутое сухим облачным пеплом. Длинное облако-айсберг подвинулось в сторону, с него все реже и реже слетали багровые лучи.
Далеко впереди показалась знакомая ограда, и он заспешил к ней, поправляя ладонью волосы. Снова увидеть Маргарет - сейчас, через несколько минут… Но что он такое сочинил сегодня? С легкой усмешкой вспомнил он вдруг выдуманную им самим историю. Да, она необычная девушка. Но не более того.
Спору нет, если бы феи жили в наши дни - вышивание голограмм было бы для них старинкой бабушкиной забавой, конечно, они научились бы многому. Сотни лет… И за более короткое время все вокруг меняется до неузнаваемости.
Но кувшин, наполненный водой как бы от одного лишь соприкосновения с зеркалом, следовало объяснить иначе. Просто фокус, или не все успел заметить (что, впрочем, близко по смыслу). Кто знает, может быть, когда-нибудь физики и в самом деле откроют способ передавать со световым лучом воду, воздух, сначала отдельные атомы, ну, а позже - до краев наполнять колбы или стаканы с помощью демонстрационного зеркала, установленного где-нибудь в аудитории перед безразличными к научным чудесам студентами? Но это когда-нибудь, да и то в лучшем случае.
В общем-то, логично даже допустить, что феи совсем не исчезли. Но речь ведь шла о Маргарет. Можно ли поверить? Выходит, ей ничего не стоило, например, услышать, как он болтал с Эрнфастом? При воспоминании об Эрнфасте Хольгеру стало стыдно. Разумеется, выдуманное - вздор, непонятно даже, как такое в голову может прийти. Но рассказывать о Маргарет… Ничто не давало ему такого права, похожего на право предавать. Боясь верить себе, вспоминал Хольгер подробности разговора в отеле. Да этот Эрнфаст мог заявиться в Инвернесс с ватагой таких же, как он сам, молодчиков в любой подходящий день…
Вот о чем думал Хольгер, направляясь по залитой закатным светом дороге к знакомому дому.
Трудно было оценить все последствия совершенного, потому и другая мысль, успокаивающая, даже радужная, мажорным аккордом прозвучала в нем. Мысль эта была продолжением невероятного, невозможного, это была мысль-мечта, вызывающая то легкую улыбку, то прилив тепла к вискам и ладоням, она манила поверить во всемогущество желания, когда легкое, но точное прикосновение действует, как невидимый ураган, а взгляд мгновенно проникает в суть, в душу вещей. Разве в нем не может воскреснуть крупица тайны, бывшей когда-то достоянием многих?
Чем ближе он подходил, тем яснее становилось, что там, впереди, в том месте, с которого он глаз не спускал, произошли изменения. Погас самый низкий солнечный луч, точно струна зацепилась за верхушку дерева и лопнула. И тотчас как будто холодок спустился с неба, и возникло тревожное чувство предвестник беды. Как бы пристально ни всматривался он, взгляд не мог найти ничего знакомого, ничего похожего на ее дом.
Холодной желтой лентой тянулась дорога навстречу закату. Калитка была приоткрыта, дорожка вела к ветхому крыльцу. Два-три запыленных куста торчали из-под ржавых металлических обрезков. Рядом валялись смятые канистры и полуразбитые деревянные ящики. Из-под этих ящиков вышел большой тощий пес и лениво зевнул, показывая влажные клыки.
Хольгер обошел дом дважды, пытаясь разобраться в случившемся… «Я перепутал дорогу… Или она действительно все слышала?» Было тихо, и никто не окликнул его.
Откуда-то выскочил заяц. Казалось, он увидел что-то смертельно опасное, но у него не было сил немедленно умчаться прочь. Хольгер подошел к нему совсем близко, и тогда заяц, заметно прихрамывая, пустился наутек. Хольгер смотрел вслед, пока тот не скрылся из виду. «Ему нужно было прискакать сюда немного раньше… или позже», - подумал он.
Вечерний свет зажег пыльные кусты и черные пустые окна неровными языками закатных огней. Хольгер нагнулся: под ногами лежал какой-то предмет, привлекший его внимание. Это был глиняный черепок, и Хольгер узнал его. На потемневшей керамике еще сохранился зеленый орнамент. Черепок крошился в руках. Казалось, его откололи от вазы очень давно. Может быть, так лишь казалось.
Хольгер собрал с земли крошки и медленно пошел назад. Только раз, взобравшись на холм, он обернулся, словно еще на что-то надеясь. Но все оставалось на своих местах.

Глядя на всеобщее, так называемое, «веселье» и разнузданность, царящие на сайтах и форумах, невольно думаешь: а как эти же люди ведут себя в реальной жизни? Почему-то представилось, как женщины (возможно даже занимающие приличное положение в обществе) с восторженным визгом кидаются на шею мало-мальски знакомому, а порой, и незнакомому мужчине, зашедшему в офис, и начинают его целовать во все доступные места. Или мужчины, случайно попавшие в женский коллектив, сально шутят, заглядывают под юбки, с упоением обсуждая нижнее белье и физиологические прелести его обладательниц. При этом, последние опять же визжат от восторга и восхищаются остроумием и обаянием носителя штанов. Похоже, на сюжет безвкусной и дешевой комедии. Я не пуританка, и не могу похвастаться тем, что живу в соответствии с высокой моралью, но считаю, что человек, будь то женщина или мужчина, должен всегда оставаться человеком, даже если его имя скрыто за сетевым ником, а лицо - за аватаром. ИМХО.
…
Как изменился мир…
В нём позабыта честь.
Будто большой трактир -
Место для: «пить» и «есть»:
…
Дешевизна услуг
И дармовой интим…
Стыдно за женщин-мух,
Мерзко от мух-мужчин.
…
В мир, за большим стеклом,
Мутным от грязных лап,
Тычутся хоботком,
В хлам превращая Храм.

PS. Это, всего лишь, мысли вслух. Не стоит примерять к себе.