Цитаты на тему «Проза»

Артем приехал к бабушке в деревню на первом автобусе. Время было раннее утро, деревня еще спала и лишь первые петухи сотрясали деревенский покой своими пронзительными голосами. Артем не был у бабушки почти 10 лет, лишь теперь, когда ему стукнуло 18 лет, решил навестить старенькую бабушку, да и городская столичная жизнь с ее водоворотом немного утомила юношу. Он прошелся вдоль села, заглянул на речку, подошел к скотному двору, где суетились местные доярки, вздохнул запахи местной цивилизации, после чего пошел к родовому гнезду и постучался в дом родной бабули.
Сколько радости и счастья увидел он в глазах старушки, которая и не мечтала уже о приезде внука. Накормив его продуктами своего хозяйства и огорода, бабуля спросила:
- Как тебе, милок, понравилась наша деревня?
- Да не чо, но мочалок хороших я здесь не увидел, то ли дело у нас в столице - одна краше другой - уминая пирожок промямлил Артем, понимая под словом «мочалки» молоденьких девушек.
- Да вроде есть у нас хорошие мочалки, по крайней мере никто пока не жаловался, удивилась бабуля, вспоминая банный ассортимент товара в местном сельпо.
- Но у почты видел одну прелестную телочку, клеевая - поправился Артем, вспомнив девушку в сарафанчике, которая открывала помещение местной почты.
- Да, это наша Зойка, она всегда там по утрам пасется, за хорошей травкой приходит - подтвердила бабуля, говоря о соседской корове Зойке, которая пасется за зданием почты.
Артем чуть не подавился куском пирога, и с усилием проглотив кусок, уставился на бабулю:
- Чо, прям хорошая травка? И ты так спокойно об этом говоришь! Может и план у вас есть?- заинтересованно спросил внучек, т.к. знал о разновидностях наркотических средств.
- А то, что мы хуже других! Конечно план есть, но только у нашего председателя. - гордо заявила бабуля, вспомнив план о застройке деревни.
- А как насчет прихода, он достойный? - поинтересовался внук, имея в виду качество наркотических средств и получаемый от него кайф.
- Очень достойный приход - гордо заявила бабуля, говоря о церковном приходе в селе. У нашего священника, отца Николая самый хороший приход.
- Во дела, и святой отец туда же - протянул внучек, представив священника под кайфом.
- А уколоться?- почти шепотом спросил внук, не мигая уставившись на бабулю.
- УУУ!!! - многозначительно протянула бабуля. У колодца - это вся наша молодежь, - добавила она, вспомнив место тусовки местной молодежи у центрального колодца деревни. Сам сегодня все вечером увидишь.
- Да, бабуль, хочу про водку еще узнать, она у вас как, качественная? - поинтересовался внук качеством основного напитка россиян.
- Не хватало тебе еще проводку узнавать, это дело нашего электрика Василия, он ее делает, за нее отвечает, от жителей деревни никаких жалоб по этому поводу к нашему электрику нет. Благодаря его работе в деревне светло, радостно, весело всем от детишек и до стариков.
- Чудеса!!! - вытаращив глаза, произнес внук - услугами вашего Василия пользуется не только взрослое население деревни, но и дети и старики. Бабуля, деревня у вас чумовая, жаль, что раньше не приезжал к тебе.
Пока бабуля убирала со стола, внук молча сидел, размышляя об этой глухой странной деревне в Ярославской области, где хорошенькая девушка по утрам спокойно приходит на почту за марихуаной, где гашиш у председателя колхоза, где священник ходит под наркотическим кайфом, где вся молодежь деревни колется героином, а электрик Василий гонит самогон, который употребляют все жители деревни от мала до велика, а поэтому живут весело и счастливо. И не догадывался столичный юноша, что в рассказе бабушки все его слова имели совсем иное, но истинно правильное значение.

САТИРИЧЕСКАЯ ДРАМА В ШЕСТИ ДЕЙСТВИЯХ, С ПРОЛОГОМ И ЭПИЛОГОМ.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Конкордия Браниславовна (попросту Ко бра), 63 года, женщина со следами былой красоты, манеры заносчивые с претензией на аристократизм, урождённая мещанка, не гнушается ни одним из доступных ей видов порока. Взгляды отсталые, колеблются в зависимости от перемены атмосферного давления: с вялотекущей ксенофобии до рьяного антикоммунизма.

Её дочка Лесная Фея - чистая девушка, глубоко страдающая из-за своей матери. Бледна и прекрасна.

Непобедимый Ёжик, 38 лет, вечный студент - благородный поборник справедливости, бескорыстно навязывает свою помощь всем, кто в ней нуждается и не нуждается, за что не вылезает из драк и реанимации.

Старый Филин Юлий Штар, медиамагнат - умён, богат и развратен (скрытный… очень скрытный содомит - боготворит свой собственный пол, но иногда уступает домогательствам противоположного). Недавно приобрёл ценою целого состояния титул лесного баронета, вследствие чего настаивает, чтобы теперь его называли не иначе, как Гай Юлий Штар фон Ротвейлер-Блох, но никто из лесной братии не утруждает себя таким надругательством над языком и зовут по-прежнему Старый Филин, а «особо приближённые», так и вовсе Юленька.

Гном-алхимик Авигдор, состоит в интимных отношениях с Конкордией Браниславовной (Ко брой), нечист на руку, хромает на левую ногу.

Реликтовый Гоминид 25 лет, рыбак - пьяница и шарлатан, но в целом человек порядочный.

Осёл Дильмон - задирает свой хвост в самое неожиданное время, в любом неподходящем для этого месте, удивляя тем самым окружающих. Жаль, что сам не осознаёт собственное скотство, ввиду привитой Коброй мысли о якобы свойственных ему сладострастной непревзойдённости и великолепии самца. Неплохо поёт и бренчит на гитаре (после стычки с Реликтовым Гоминидом, поёт только звонким фальцетом, и это заставляет его глубоко страдать).

Владлена Кобринская - штатное замковое привидение. Неприкаянная душа сестры-близнеца хозяйки замка, погубленная Коброй в борьбе за владетельные права. Неупокоенный дух Влады взывает о мщении, распугивая редких гостей Кобургберга и погружая постояльцев в суеверный страх и уныние, неспособных привыкнуть к еле слышно скользящему, время от времени, по каменным залам туманному белому силуэту…

Вольный Падальщик - беспрекословно предан Кобре. Не отличается здравомыслием, но обязанности выполняет исправно, со знанием дела. Пару раз сбегал в монастырь, мучимый укорами совести и донимающими его по ночам явлениями призраков безвинно загубленных людей, но оба раза был изгнан тамошней монашеской братией, несогласной мириться с обществом «взывающих о прощении» проституток, их жеманных сутенёров и «почти раскаявшихся» наркодиллеров, густо поваливших вслед за своим вожаком, из-за чего Святая Обитель стала походить больше на разбойничий вертеп. Ущемлённый в своих искренних побуждениях на пути к нравственному перерождению, подумывает о переходе в католицизм.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ, ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ.

Штаб-квартира Непобедимого Ёжика.

Желая предупредить врагов раньше, чем они могли бы узнать о его истинных намерениях и не дожидаясь их следующего хода, Непобедимый Ёжик пишет письмо, полное достоинства, Конкордии Браниславовне (Ко бре), намереваясь встретиться с ней, в обход остальных её сателлитов, по возможности разгадав злокозненные замыслы своих врагов:

Рой мелких снежинок всё гуще и гуще
Вереницу следов заметает.
Нежность памятных встреч
Белоснежным ковром устилая.

Снится тёплая летняя ночь,
Хризантемы цветенье,
Твой мат ироничный.
Мне тебя не хватает Ко бра…

Ответ пришёл от дамы скоро:
«Опять за старое, проказник?
Мы разные. Меня не соблазнишь!»
Спустя денёк спешит письмо второе:

Вы силитесь расшифровать мои стихи?
«Кто ты таков? Чего здесь ищешь?»
Разоблачений предвкушая целый ряд,
Не забывая давние обиды

Томить не буду, цель моя одна
Потешить собственную душу, вдосталь,
Увидев яростно-безудержный оскал
В ответ на хлёсткий стих иль меткую остроту!

Мне от чужих не нужно ничего
И потому - свободен, весел, дерзок!
Желаю бескорыстно бить пороки
Строкой из песни, восхваляя женщин!
В Вас всё сошлось, что долго так искал
Ум, беспорочность, «зверский Ваш оскал»
Для идеала нет прекрасней дамы!
Вы одиноки? - Это поправимо!

Ответ летит из замка Кобургберг
Стремглав по почте голубиной:

«Все мои мысли только о тебе
Хочу я чувствовать тебя своим вполне,
Тобою обладать и наслаждаться.
Одно лишь связывает тягостной помехой,
Но я не в праве в том открыться…
Страшно мне!»

О Кобра милая, скажи, кто тот мерзавец,
Что твоё сердце так изранил болью?
(Стонал и плакал среди чащи, Юлий Штар,
Предчувствуя грозящую расплату) -
Письмо читая, я уже жалел беднягу.
Припомни хорошенько мой наказ:
«Не верь клянущимся любить тебя безмерно
Коварным папуасам в ярких перьях,
Готовым убежать в любой момент
В зелёный лес с ухмылкой саркастичной,
А верь лишь мне и слушай своё сердце,
Что, выбивая чёткий мерный ритм
Всего пять слов твердило непрестанно:
Любимый Ёжик - свет моих молитв!»

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ, ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ.

Кабинет Ёжика, расположенный в угловой башне, был похож, скорее, на обитель алхимика, чем простого Рыцаря Удачи. Белые стены были увешаны старинными картами и литографиями, изображавшими достопамятную историю, исчерчены схемами, загадочными символами, витиеватыми гербами и исписаны сложными родословными. Он, подобно средневековому чернокнижнику, расчислял свои творения, вдали от мирской суеты.

Главным украшением этого помещения был портрет Анны, вставленный в великолепную резную раму - место поклонения его души. Портрет был любимейшим созданием знаменитого художника.

Только с ней Ёжик делил свои замыслы, был счастлив наедине с ней, она была единственной связью с миром, от которого он уединился в своей берлоге. Анна представала то стыдливой скромницей, то игривой любовницей, то мудрой собеседницей перед ним.

Вольный Падальщик, одетый в чёрное, облегающее трико и полумаску, в которых он представлял себя ни кем иным, как благородным поборником справедливости и вершителем правосудия, попираемого сильными мира сего - доблестным идальго Зорро, проник с ледорубом наперевес, в кабинет Ёжика.

- Как глупо!

- Почему глупо?!

- Потому что исход поединка уже предрешён…

- Хватит болтовни! Я пришёл за золотом и твоей жизнью - и я не уйду, отсюда, не решив дела!

Падальщик, с безоглядной яростью, устремляется на противника, высоко над головой занеся ледоруб. Бьёт наотмашь, вкладывая всю недюжинную силу в удар. Ёжик изворотливо уклоняется в сторону, давая сокрушительной машине убийства пройти мимо, не причинив ему вреда, и ловким движением ноги делает подсечку злодею, отчего тот теряет равновесие и, сшибая на лету мебель, грузно валится навзничь. Оружие выскакивает у него из рук.

Растерянный, тяжело и прерывисто дышащий, Падальщик непреклонно и злобно уставился на своего победителя.

Ёжик повернулся спиной, разрешая ему уйти, произнося:

- Я привык к опасности. Я гляжу ей прямо в глаза, как солдат, я не бегу от нее в страхе, а мужественно встречаю её! Мое мужество - это мужество веры!

Вольный Падальщик достаёт металлическую струну для убийства, подаренную ему Юленькой Штар в знак особого расположения и сердечной близости - это последний шанс переменить ситуацию в свою пользу, и, с проворством леопарда, бесшумно бросается, пытаясь задушить Ёжика.

Анна стреляет в него без промаха. Нападавший падает к ногам её возлюбленного.

Дым от выстрела рассеивается и она произносит:

- Вот и повержен змей!

- Дракон!.. дракон, охранявший вход в замок Кобургберг!

ПРИЛОЖЕНИЕ 4.

ЛЕГЕНДА О КОБУРГБЕРГСКОМ ПРИВИДЕНИИ.

Расскажу Вам о привидениях, драгоценный мой друг.

Я уже довольно долго живу в Коацакоалькосском каганате, успев хорошо изучить его жителей и их историю. Спеша предупредить Ваше любопытство и нетерпение, перескажу самое таинственное и зловещее сказание, заметьте сказание, а не выдумку, услышанное мной от старейшин и мудрецов, в обычное время живущих в монашеских скитах и горах, храня заповедные легенды и пророчества. Ибо, дар предсказания - есть дар Божий и поминание его в мирской суетной круговерти непростительно, чтобы не подвергать сокровенное испытаниям общего, весьма непостоянного в своих суждениях, мнения, предпочитая опираться, лишь на разум и предания предков.

Не считая себя писателем и оставляя это поприще тщеславным бездельникам, не имеющим никакого другого полезного занятия в жизни кроме сочинительства, буду щедро сеять семена мудрости церемонно величественным глаголом моего солдатского языка, ведь изящество не украшает мужчину. Поддержку и вдохновение я найду в твоём животрепещущем интересе к моим содержательным рассуждениям, друже.

Впрочем, возвращаюсь к рассказу.

Долг честного человека изображать добродетели и достоинства привлекательными для слушателя, обуздывая пороки героев. Я тоже стремился к этому, но одолеть совершенно порочные склонности предрасположенных своим воспитанием от самой колыбели лиходеев и насильников, кичащихся собственными злодеяниями, оказалось задачей, отступившей перед стремлением быть правдивым.

В ту пору решался вопрос о кобургбергском наследстве.

Конкордия Браниславовна (Ко бра) похвалялась, будто бы кобургбергские жители бессильны перед ней. Всецело полагаясь на своё колдовство, а более на поддержку коварного Юлика. Когда же её безоглядное бахвальство дошло до Непобедимого Ёжика, он промолвил: «Это надо ещё проверить, свою шею я сгибал только перед отцом и Церковью». Хорошенько поразмыслив и выслушав народное собрание, Ёжик вскоре собрал преданных ему людей и, надеясь на свою смекалку, и проницательность решил неотступно следовать задуманному.

Влада была дамою столь же благонравной, сколь исполненной светлой радости и юмора по отношению к миру окружавшему её. Трудно представить себе, что она сестра-близнец зловещей Кобры, чьим гербом была ядовитая змея, а печатью кровавое пятно!

Рано выданная замуж за сурового нелюдимого Вольного Падальщика. Она не высказала ни слова жалобы, стараясь быть верной спутницей, дарящей лучезарность своей светлой души тому, кто меньше всего это ценил и был увлечён лишь своими мрачными мечтами, уносясь мыслью неведомо куда.

Однажды возвращаясь после праздника с богомолья в дальнем монастыре обратно в замок. Вольный Падальщик и его супруга Владлена Кобринская, сопровождаемые лишь горсткой почти безоружной челяди, наткнулись посреди лесной глуши на мощный отряд, высланный её коварной сестрицей Коброй, во главе со Старым Филином.

Штар с помощью своих наймитов с лёгкостью перебил слуг. И, связав Падальщика по рукам и ногам, совершил насилие над его женой у него на глазах.

Овладев беззащитной женщиной, насильник сел подле неё и стал утешать, сознавая уязвимое униженное положение жертвы и ловко подводя лукавыми словами к гнусной цели. Он уговаривал её, уверяя, что утратив чистоту тела, и обесчещенная она уже не сможет ужиться с мужем и что, не лучше ли ей пойти к нему - баронету Штару, ведь он решился на бесчинства только потому, что она ему полюбилась.

Старый Филин вымаливает прощение Влады:

- Всю свою жизнь я думал, что мне выпала никчемная доля, и я мстил за это людям, встреченным на моём тернистом пути.

- Я проклинал свою судьбу, не ожидая, что она надо мной сжалится и когда-нибудь подарит избавление от горестной участи.

Он вожделенно осматривает тело Владлены.

- Сейчас же всё изменилось. Я встретил тебя. Мне стало понятно, чего мне не хватало в жизни. Мне нужна только ты, без тебя я опять вернусь на прежний путь греха, и я умоляю тебя - будь моей женой!

Произнося последние слова, он мысленно уже подыскивал способ избавления от законной, состарившейся раньше времени, из-за жестокого обращения жены и пяти взывающих о заблудшем папеньке детях.

- Я, знаменитый баронет Гай Юлий Штар фон Ротвейлер-Блох! - он становится на колени и кланяется растерянной Владе, - видишь, как я склоняюсь перед тобой!

- Если ты согласишься, я готов буду сегодня же торжественно въехать в замок Кобургберг. Объявив, что вырвал тебя из рук лесных разбойников и переложив вину за убийство твоего, пока ещё живого, мужа на людей Непобедимого Ёжика.

- А как же ваша супруга и дети? О них вы забыли? - прошептала Кобринская.

- Старуху по боку - в монастырь, а будет кочевряжиться - на плаху, за неверность! Щенков - на хутор, чтоб не мешались под ногами! Ни что не должно стоять на пути к нашему счастью. Свадьбу отгрохаем такую, что перезвон будет стоять по всей Святой Кобургбергщине, помяни моё слово, так и будет!

- Золота у меня хватает. Ни в чём тебе отказа не будет. Да, и твоё приданное присовокупим после устранения твоей сестрицы Кобры. Тогда мы станем единственными властителями Каганата - только ты и я!

Распалённый Штар продолжал:

- Ну, а если ты брезгуешь моими «кровавыми», отнятыми у сирых и убогих деньгами. Я пойду трудиться, как бы мерзко мне не было даже от самой мысли об этом. Я готов опуститься до работы лизингового директора. Ты только скажи!

- Ну, скажи, ты согласна быть моей женой?

- Ты же видишь, я для тебя на всё готов. Ну?

Пытаясь добиться ответа пока Влада была во власти ужаса произошедшего с ней, Юлик перешёл на крик и угрозы.

- Скажи, ты будешь моей?

- Отвечай!

- Я прирежу тебя, если ты дерзнешь мне отказать!

- Ну, я жду! Скажи мне, что ты согласна!

- Не плачь, не плачь, говорю!

- Ну, отвечай, будешь моей женой?

Он наговорил ей ещё много льстивых слов, баснословных обещаний, сменяемых зловещими угрозами и, слушая его поруганная Владлена, наконец, подняла своё задумчивое лицо.

Связанный муж, молча, наблюдал за происходящим. Лицо Влады было прекрасным, каким он её никогда раньше не видел. Он надеялся, что она разразится проклятиями в адрес злодея, но что же ответила прекрасная жена?

- Да, у меня нет выбора - я буду вашей. Я пойду с вами куда угодно, теперь вы мой хозяин - вы мой Калиф.

Вот каким был её ответ!

Однако она не остановилась на выполнении желаемого Старым Филином. Она пошла дальше, объявляя своё условие. Условие, послужившее приговором Вольному Падальщику, лишая его последней надежды на спасение и обрекая душу на муки и скитания, в поисках успокоения, как на этом, так и на том свете.

- Докажите свою любовь ко мне - убейте Падальщика! Ведь он был свидетелем моего позора! Я не смогу быть вашей женой пока он жив! Убейте его!

Увы, её безжалостные слова, и сейчас уносят меня, как вихорь в пропасть беспросветной тьмы и безнадежного отчаяния, когда я вспоминаю эту легенду! Каково же было услышать это её мужу? Корни этого поступка лежат в заложенном в нас самой природой предательском непостоянстве, заставляющем пускаться на хитрость и убегать от выполнения долга, петляя из стороны в сторону, в поисках удовлетворения всё новых соблазнов, непрерывно заполняющих душу, и только лишь обуздание и рассеяние их способно возвысить человека.

Разве когда-нибудь человек, скрывавшийся за личиной любящей супруги, мог осквернить свои уста такой изменнической низкой речью?

Даже Старый Филин побледнел, услышав, то, что она говорила, а ведь он сам подтолкнул её к этому шагу. Следуя своей злобной натуре, он решил изобразить благородное негодование. Ведь своей главной цели он уже достиг, растлив не только тело, но и душу Кобринской и ему совсем не хотелось выполнять все те обещания, что он ей посулил. Она не нужна своему мужу - это главное, а значит, обречена на его гнев и презрение. Штар внутренне ликовал, видя исполнение своих замыслов.

- Убейте его, прошу вас! Он должен умереть! Он должен умереть! Убейте его!

Юлик брезгливо швыряет её на землю и наступает ногой на спину даме, подобно подстреленной на охоте дичи, вопрошая Вольного Падальщика:

- Ну, что прикажете делать с этой негодной женщиной? Убить её? Если согласны кивните. Я жду, - он заносит саблю над шеей обескураженной и окончательно сломленной Влады, - так как же? Убить её или помиловать?

За одни эти слова Падальщик готов был простить насильника, не догадываясь, что это всего лишь хитрая игра.

- Постой, не стоит рисковать жизнью, ради такой женщины? Предав однажды, разве она будет хранить верность и впредь? Задумайся! Бери её даром! Моя жизнь мне теперь дороже этой презренной женщины!

Неожиданно для обоих, соревнующихся между собой в благородстве и великодушии «рыцарей», несчастная женщина вырывается и, потеряв всяческий страх, уступивший место переполнявшим её негодованию и презрению к «храбрецам», превращается из кроткого, повергнутого несчастьем, существа в гневную фурию!

- Это я то, презренная? Нет, это вы оба беспомощные! Какой же ты мужчина, если с такой лёгкостью меня уступаешь, после того, что он сотворил со мной на твоих глазах? Ты должен был драться, а уж потом позорить меня!

- А ты Штар? Разве ты похож на того злодея о котором люди говорят вполголоса, бледнея от ужаса? Трус! Лжец! - она плюёт ему прямо в лицо, заливаясь безудержным издевательским смехом, похожим на хриплые вскрикивания дикой птицы.

Изумлённые, осознающие справедливость её слов они стоят, потупив головы, не в силах пошевелиться от растерянности.

Влада убегает в лес, громким криком, взывая о помощи к людям.

Прошло некоторое время, прежде чем Штар, собрался с мыслями.

Падальщик был ему больше не нужен. Хорошо зная этого человека, он не ждал с его стороны мести за поруганную честь, которую тот ставил ниже денег и близости к власти. Единственная конкурентка его союзницы Кобры была выведена из борьбы за власть. Дело сделано.

Старый Филин развязывает верёвки пленника и уходит. Давая ему полную свободу, надеясь, что тот не простит свою жену и попытается с ней расквитаться, тут же, в лесной чаще. Если же этот малодушный трус не сделает ожидаемого - дело должен был довершить наёмный убийца, предусмотрительно спрятанный Штаром неподалёку.

Бедняжка Влада была обречена судьбой и коварством её зловещей сестры-близнеца и Юлика.

Она бежала долго, потеряв голову. Опомнившись среди густого леса, на берегу преградившей ей путь речки.

Влада спустилась к воде. Зачерпнула рукой и сделала несколько глотков. Внезапно она увидела собственное отражение в зеркальной глади тихой заводи.

- Как же мне теперь жить в этом мире?

- Что делать? Такой никчёмной и опозоренной, одинокой, никому не нужной!

- Кому я теперь нужна? Куда я теперь пойду?

Рыдания сотрясали её хрупкое тело.

- Как пережить такое поругание?

«Когда этот подлец овладел мной… я уже не могла с ним бороться… с какой издёвкой он смотрел в глаза моему мужу… в чём же моя вина?.. ведь я всего лишь слабая женщина!.. Я вспоминаю взгляд моего супруга, когда он отрекался от меня. Это был ужасный взгляд, кровь стыла в жилах, когда я вспоминаю его глаза. В них не было даже гнева. Только холодное презрение ко мне и ничего больше, ни сострадания, ни любви. Да, да, одно только презрение. Этого я не заслуживала!.. как жестока ко мне судьба, доведя меня до черты, стоя у которой я стала никому не нужной!..»

«У меня остался единственный выход…»

Влада заходит в реку. Всё глубже и глубже, пока, наконец, прозрачная холодная вода не сомкнулась над ней, унося из жестокого мира…

Тишина.

Скользкий берег реки.

Луч прощальный на ветках сосны.

Нет ни голоса птицы,

Ни звука…

Лишь безмолвие, скорбно застывшее.

Я сидел на земле в тишине, в забытье.

Кто-то рядом…

Чьё это присутствие?

Я стремлюсь рассмотреть.

Сумрак тёмный густой.

- Как я стражду с душой неприкаянной…

- Нежный призрак ты чей?!

Всё прозрачнее, чище, светлей.

- Дух Владлены Кобринской погубленной…

Беспредельны мученья. Не быть им конца!

Как я стражду, блуждая во мгле небытья!..

Избавленье придёт лишь с отмщением.

Дворецкий Сидор Дам-Вглаз поспешно входит в кабинет Штара:

- Баронет, сегодняшней ночью стражники, нёсшие неусыпную вахту, наблюдали, как по залам неслышно скользил туманный белый силуэт. Говорят, это неупокоенный дух погубленной вами бедняжки Владлены Кобринской взывает о мщении. Что прикажете делать?

- Читать заупокойную, безмозглый остолоп! Сначала по Владе Кобринской, а скоро и по самой Кобре… - Штар зловеще добавляет себе под нос, - я не остановлюсь ни перед чем на пути к безраздельному господству. Следующим моим шагом будет опубликование переписки между Вольным Падальщиком и Коброй!

- Но вы это уже сделали, господин. Переиначивши и дополнив её собственными репликами!

- Ах, да. Чью же переписку я ещё не выставлял напоказ?

- Трудно вспомнить. Может собственную с привидением… с Владленой Кобринской?

- Пожалуй. Это будет моральное изнасилование - что страшнее насилия обыкновенного!

- Но Непобедимый Ёжик?

- Сидор, безмозглый мой Сидор, не волнуйся ты так. Ёжик больше не вернётся, а если и вернётся, то ненадолго. За моей спиной 60 000 прихлебателей здесь, в Кобургберге и ещё 40 000 в Фабуловке, в резерве. Мне ли бояться ёжиков?..

Звон разбитого вдребезги оконного витража заставляет их обернуться.

Испугано Дам-Вглаз поднимает с пола, усеянного осколками стекла, увесистый булыжник, обёрнутый в листок бумаги. Разворачивает и протягивает его Юлику:

- Это вам.

Напрасно надеялись вороги

Числом пересилить Ёжика.

Клинок приготовил воронам

На радость обильную трапезу.

Скальд - повелитель помыслов

Слово вещает правдивое:

Бойся, зловещий Штар!

Месть не минует злодея.

Погублена втуне душа

Невинной Владлены Кобринской.

Возмездие скоро грядёт

На землю с пролитием крови.

Порукой в том клятва Ежа,

Защитника всех обездоленных.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ, ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЁРТОЕ.

РАДОСТЬ СВИДАНИЯ.

С наступлением вечера Юловская Пуща выходит из дневной, полусонной сиесты и зажигается огнями улиц. На большой просеке, ведущей к поляне де-лос Ниньёс Хироес, было оживленно, как всегда в это время. Дома из жёлтого и белого сруба, густо разбросанные на речном берегу, купались в лучах догоравшего заката. На каждом удобном месте красовались многокрасочные голографические плакаты обворожительной Лесной Феи - самой известной уроженки этих мест.

Все живое, казалось, ощущало и благодарно принимало, нисходившую с неба, радость ранней весны.

В тиши закатной пламенеющий залив.

На рейде парусник. Беседа двух влюблённых.

- Ты обо мне не знаешь ничего.

Не нужно слов, читай в глазах ответы:

Удача и добыча для тебя!

На всё готова - пользуйся же этим!

- Дух твой витает в небесах,

Кружит в мечтах беспечно,

Вчерашний день был прожит и забыт.

Что впереди? - лишь бесконечность.

- Влюблена в этот вечер, сегодня!

Синий сумрак окутал форт Джеймс.

Очаруй, обмани после встречи!

Я порочной игры не боюсь!

Ёжик и его спутница сидели в галереи ресторанчика «Дубравушка», с броским местным интерьером, отличающимся достаточно смелым использованием ярких, вычурных красок.

- Как в Кракове? Всё прошло гладко? - спросил Ёжик.

- Да, я была решительна, и поэтому всё сложилось наилучшим образом. Твой прогноз оказался абсолютно верным, и я обнаружила бабушкин клад именно там, где ты указал на карте - всё сошлось! Богатство наше!

- Превосходно, знающий прошлое будет владеть будущим! - подчёркнуто сдержанно произнес Ёжик.

Теплый воздух, с ароматом сладкой спелой дыни, и заходящее солнце придавали праздничный вид мужчинам, настроение игривой влюбленности женщинам. Анна, всецело поглощенная восторженным созерцанием и одурманенная радостью этой сутолоки вдруг стала серьёзной:

- Вся роскошная, веселая и праздная жизнь - всё это теперь доступно нам, любимый!

- В этот вечер мне не до философии. Я весь отдаюсь настоящей, блаженной минуте.

- Поговори мне, ещё! - рявкнула она. - А чего это ты такой вялый?!

- Хорошо, любовь моя - поговорим. О чем же?

Она прошептала:

- Ты любишь меня не так, как я тебя? Я это знаю, я чувствую это. Ты любил и теперь еще любишь, быть может, всё, что находишь во мне прекрасного: моё утончённое изящество, моё усердие нравиться тебе, мою нежность, наконец, то, что я посвятила тебе одному всю свою внутреннюю жизнь!

Непобедимый Ёжик взял её горячую ладонь в свою руку, украшенную старинным серебряным перстнем-печатью, с изображением двух Фениксов, и не торопясь, преданно глядя своей избраннице в глаза, продолжил ей в унисон:

- Настоящая любовь требует предопределённости свыше, чтобы два человека были рождены друг для друга, изначально, чтобы они сходились во взглядах, во вкусах, в характерах, чтобы их объединяла духовная и физическая близость, чтобы они были так тесно связаны, что составляли бы уже единое целое. В сущности, мы любим не столько конкретного человека, сколько совершенное создание, сотворенное нашим воображением - образ, обладающий такими свойствами, формами, душой, складом мышления, что он, словно магнитом, притягивает наши инстинкты, мысли, все наши стремления, духовные и чувственные. Мы любим некий тип, то есть соединение в одном человеке всех качеств, которые могут порознь прельщать нас в разных людях.

Произнося свои мысли, вслух, он осмысливал, как и почему она получила такую власть над ним.

- Любовью трепетной пылает чьё-то сердце

Рассудок и покой уносит ветер страсти

Мужчина помнит долг - слова, дела смиряя

Что, слишком мрачен я?

Тюльпаноликая, в грядущее вглядевшись,

Оковы разума, на миг, сорвав с души,

Узришь обоих неразлучных вместе:

Непоправимо милый - Ёж Непобедимый

Стихия приключений - Леди Анна.

Теряю нить видения… всё скрыто…

Увы, нет выбора перед судьбы перстом.

Теперь сама ты ведаешь и знаешь.

Так, примем со спокойствием свой путь.

- К возвращению домой я приготовила сюрприз. Это новый танец. Он называется - Радость Свидания. Перед сном я исполню его для тебя. Ты будешь единственным счастливым избранником, кто это увидит!

- Танец тобою исполненный дорогого стоит.

Ты всё делаешь верно, моя бесценная,

Мне нужна подруга, советница умная,

И лишь затем любовница для утех,

Общаясь же с тобою, отвлекаюсь на… секунду

Ах, если бы ты была рядом, в моих руках

Постоянно, всегда.

Мы бы творили, грешили и каялись,

Тебе, посвящая романы с поэмами.

Почему же ты хмуришься, Анна?

Ты уже замолила свой краковский грех

Или так и застыла в оцепенении?

У тебя вечно-юное сердце.

Не грусти, моя Анна.

Трудно сдерживать чувства.

Да, и надо ли?

- Я хочу быть любовницей для утех!

Наливай вина и сажай на колени!

Может это есть настоящий грех.

Только в этот момент ты о нём забудешь

Что там кровь и плоть?

Разве ценность в ней?

Приласкай меня, приголубь, Мой Ёжик!

Нет греха тогда, когда есть любовь!

Нам не снится сон - счастье с нами рядом!

- На сон грядущий дам совет один:

Не откровенничай впустую, с кем попало.

О тайнах сокровенных мук сердечных,

О споре зла с добром в душе твоей

«Хранитель тайны» растрезвонит всем.

Мы разные.

С тобой мы слишком разные.

Хандришь сейчас. Я весел, невпопад,

Но снизойду к тебе своим участьем.

Сердца связует грусть надёжней радости.

Любовь очистишь Ниагарой слёз.

Я ангелом ниспослан утишающим,

А заодно и сопли утирающим!

Ну, улыбнулась?

Не печалься! Так, держать!

Анна, тоже пыталась понять хитросплетения перемен, произошедших в её жизни, за последние два года знакомства с Ёжиком: «Любовь! Её присутствие наполняло её всё возраставшим счастьем. Она знала, также, что он будет любить ее также всем своим существом. В такие вечера, как этот, они будут гулять под вечным светом звезд. Они станут настолько схожими и близкими, что смогут безошибочно, одной силой своей страсти, проникать в самые потаённые мысли друг друга».

- Судьба сполна вознаградила нас счастьем взаимного обладания. Не правда ли, милый?

- Ни один дурак не является счастливым,

Ни один мыслитель не является несчастным.

Ты счастлива - это главное!

- Я уверена ты действительно любишь меня. Именно в этом я нахожу своё жизненное вдохновение и увлекаемая этим сверхъестественном душевным движением обретаю гармонию и покой!

- Моя несравненная Анна,

Вы сегодня словоохотливее обычного.

К чему бы это?

Разве я обманул хоть единожды?

Надеюсь на взаимное доверие.

Не можем же мы до бесконечности

Рисковать нашей дружбой и чувствами?

Я заметил, что Вы изменились и изменились к лучшему.

- Раньше ты не был так внимателен. Что с тобой произошло? Ты мне не изменял, за время моего вояжа?

- Неверность усмотрит в безвиннейшем флирте

Ревнивец, влюблённый в себя.

Измену раскроет помощник-свидетель

Поверит влюблённый, лишь Ей.

Судить тебя? Что ты! Живи как удобно,

По жизни идя налегке.

Тебе как знаток подберу сто советов

И томик мудрейшего Ницше!

Пылкая влюблённость, которая им овладела на первых порах, уже прошла, но её сменило спокойное, глубокое чувство - любовь к этой женщине.

В ней же, наоборот, влечение росло, такое чувство часто появляется у женщин, которые отдаются одному мужчине, всецело и на всю жизнь. Они любят, потому что желают любить настолько полно, что всё их существо, мысли и сердца целиком заполняются самозабвенной страстью.

- Да, что не Робокоп, не Терминатор - признаю.

Способен захмелеть я от вина Любви!

Перед тобой с главой невинною предстану,

Сгорю от страсти и в лазури воспарю!

Будь для меня прекрасной исповедницей.

Любя, всё мне прощай - всё кроме подлости.

Дождём великодушия омой,

Преобразив грехи в мои достоинства.

Все тугие узлы, разрубив, развязав,

Разве, полные счастья, не сможем с тобой,

Разукрасить цветами реальность.

В наши души, впустивши Любовь?

- Прекрати истерику, слюнтяй!

- Ты сбиваешь меня своей благоразумностью!

Твоему прелестному личику

Недостаёт хоть капли притворства,

Иначе я выгляжу глупцом недостойным.

С портрета на влюблённых смотрела улыбающаяся Лесная Фея: «Для меня любовь - это таинство, и я не собираюсь его анализировать»!

Сумерки быстро сменила тёплая весенняя ночь, усеянная мириадами звездных жемчужин. Вожделенный покой и тишина воцарились в подлунном мире и в душе Непобедимого Ёжика, который, наконец, насладится долгожданной близостью со своей возлюбленной.

- Каждый встречающийся на пути человек - ангел. Он тебе помощник и встретился недаром. Он тебя или испытывает, или любит. Другого не дано. У меня был случай в молодости. Выпивали мы с приятелем, расстались поздно. Утром звоню узнать, как добрался, а мне говорят: он под электричку упал, обе ноги отрезало. Беда невыносимая, правда? Я к нему в больницу пришел, он говорит: «Тебе хорошо, а я вот…» - и одеяло открыл, а там… ужас! Был он человеком гордым. А стал скромнейшим, веселым.
Поставил протезы, жена, четверо детей, детский писатель, счастьем залит по уши. Вот как Господь исцеляет души болезнями физическими! Возможно, не случись с человеком горя, гордился бы дальше - и засох, как корка черствая. Таков труднопереносимый, но самый близкий путь к очищению духовному. Нужно каждую минуту поучаться, каждую минуту думать, что сказать. И созидать, созидать, созидать.
Жизнь порой бьет, но эти удары - лекарство. «Наказание» - от слова «наказ». А наказ - это урок, учение. Господь нас учит, как отец заботливый. Ставит маленького сына в угол, чтобы он в следующий раз не делал плохого. Дитя рвется, а отец держит его за руку, чтобы под трамвай не попал. Так и Бог. Искушения - это экзамен. А экзамен зачем? Чтобы его сдать. В этих испытаниях мы становимся все чище и чище. Золото в огне жгут, чтобы оно стало чистым. Так и души наши. Мы должны переносить скорби безропотно, без вопроса «за что?». Это наш путь.

Подлинный смысл жизни - любить.

- Зачем мы живем? Долгие годы я никак не отвечал на этот вопрос - бегал мимо. Был под кайфом, пил, дрался, твердил: «Я главный». А подлинный смысл жизни - любить. Это значит жертвовать, а жертвовать - это отдавать. Схема простейшая. Это не означает - ходить в церковь, ставить свечки и молиться. Смотрите: Чечня, 2002 год, восемь солдатиков стоят, один у гранаты случайно выдернул чеку, и вот она крутится. Подполковник, 55 лет, в церковь ни разу не ходил, ни одной свечки не поставил, неверующий, коммунист, четверо детей… брюхом бросился на гранату, его в куски, солдатики все живы, а командир - пулей в рай. Это жертва. Выше, чем отдать свою жизнь за другого, нет ничего на свете.
В войну все проявляется. Там все спрессовано. А в обыденной жизни размыто. Мы думаем: для хороших дел есть еще завтра, послезавтра… А если умрешь уже сегодня ночью? Что ты будешь делать в четверг, если умрешь в среду? Кажется, только вчера сидел рядом Олег Иванович Янковский, вот его курточка лежит, вот трубочка. А где сейчас Олег Иванович? Мы с ним на съемках фильма «Царь» сдружились. Много о жизни беседовали. Я и после его смерти с ним беседую. Молюсь: «Господи, помилуй и спаси его душу!» Вот что проходит туда - молитва. Поэтому, когда буду умирать, мне не надо роскошных дубовых гробов и цветов. Молитесь, ребята, за меня, потому что я прожил очень всякую жизнь.
Молитва важна и при жизни. Слово «спасибо» - «спаси Бог» - это уже молитва. Бывает, не могу очки найти, прошу Творца Вселенной: «Помоги, Господи!» - и нахожу. Отец Небесный любит нас, к нему всегда можно за помощью обратиться. Вы знаете, какое это чудо?! Cидим мы здесь с вами, такие червячки, - и можем напрямую сказать: «Господи, помилуй!» Даже маленькая просьба - запрос во Вселенную. Вот крутняк! Никакой героин рядом не лежал!
Господь не злой дядька с палкой, который, сидя на облаке, считает наши поступки, нет! Он нас любит больше, чем мама, чем все вместе взятые. И если дает какие-то скорбные обстоятельства - значит, нашей душе это надо. Вспомните свою жизнь в моменты, когда было тяжело, трудно, - вот самый кайф, вот где круто! Написалась у меня такая штучка: чем хуже условия, тем лучше коты. Вот так…

Любовь - это вымыть посуду вне очереди.

Видеть хорошее, цепляться за него - единственный продуктивный путь. Другой человек может многое делать не так, но в чем-то он обязательно хорош. Вот за эту ниточку и надо тянуть, а на дрянь не обращать внимания. Любовь - это не чувство, а действие. Не надо пылать африканскими чувствами к старухе, уступая ей место в метро. Твой поступок - тоже любовь. Любовь - это вымыть посуду вне очереди.

Спаси себя - и хватит с тебя

- Нельзя рассказать про вкус ананаса, если его не попробовать. Нельзя рассказать про то, что такое христианство, не пробуя. Попробуйте уступить, позвонить Людке, с которой не разговаривали пять лет, и сказать: «Люд, давай закончим всю эту историю: я что-то сказала не так, ты сказала… Давай в кино сходим». Вы увидите, как ночью будет хорошо! Все возвращается во сто крат тебе, любимому, но только не тряпками, а состоянием души. Вот подлинное счастье! Но чтобы его достичь, каждую минуту надо думать, что сказать, что сделать. Это все есть созидание.
Посмотрите, что делается вокруг: сколько хороших людей, чистых, удивительных, веселых лиц. Если мы видим гадость - значит, она в нас. Подобное соединяется с подобным. Если я говорю: вот пошел ворюга - значит, я сам стырил если не тысячу долларов, то гвоздь. Не осуждайте людей, взгляните на себя.
Спаси себя - и хватит с тебя. Верни Бога в себя, обрати свой взор, свои глаза не вовне, а вовнутрь. Полюби себя, а потом самолюбие преврати в любовь к ближнему - вот норма. Мы все извращенцы. Вместо того чтобы быть щедрыми - жадничаем. Живем наоборот, на голове ходим. На ноги встать - это отдать. Но если ты отдал десять тысяч долларов, а потом пожалел, подумал, что нужно было отдать пять, - твоего доброго дела, считай, и нет.

Я прожил сегодняшний день - кому-нибудь от этого было хорошо?

Каждую ночь нужно задавать себе простенький вопросик: я прожил сегодняшний день - кому-нибудь от этого было хорошо? Вот я, знаменитый крутой артист, рок-н-ролльщик, - могу с вами разговаривать так, что вы по струнке будете ходить. Но разве мне от этого лучше будет? Или вам? Одно из имен дьявола - «разделяющий». Внутренний дьявол внушает: ты прав, старик, давай всех построй! Я стараюсь таким не быть. Продвигаюсь в своей душевной работе каждый день. Комариными шажочками.
Не хочу ничем гордиться: ни своей ролью в фильме «Остров», ни стихами своими, ни песнями, - хочу с краю глядеть на все это. Мне чудо - каждый день, у меня каждый день небо разное. А один день не похож на другой. Счастье, что стал это замечать. Я очень много пропустил, мне очень жаль. Об этом я плачу, внутренне, конечно. Могло быть все чище и лучше. Один человек сказал: ты такие песни написал, потому что водку пил. Но я их написал не благодаря водке, а вопреки. С высоты своих 60 лет я говорю: нельзя терять в этой жизни ни минуты, времени мало, жизнь коротка, и в ней может быть прекрасен каждый момент. Важно утром встать и убрать вокруг. Если я проснулся в дурном настроении, не портвейн пью, а говорю: «Господи, что-то мне плохо. Я надеюсь на тебя, ничего у меня не получается». Вот это движение самое важное.

Это же так просто, - думал Маленький Ангел, разглядывая пробегающих где-то далеко внизу людей, - это так просто… Улыбнуться новому дню… Сказать тем, кого ты любишь сотни ничего не значащих - для других, далеких, практически чужих для тебя людей, не значащих - слов. Пожелать хорошего утра. Шепнуть о возможном.
Загадать - невероятное. Услышать ритм любви в четких и быстрых ударах сердца. Шагнуть вперед, сохраняя легкость.
Раскрасить настроение - радугой.
Увидеть в черно-белости - тысячи полутонов. Задуматься о вечном. Вернуться в настоящее.
Вдохнуть ветер. Забыть о призраках прошлого. Потерять покой. Насладиться мгновением.
Обернуться, услышав знакомый голос. Заглянуть в любимые глаза. Придумать счастье. Понять - счастье есть. Счастье рядом. Счастье - здесь. Что может быть проще?
- Я скучала, милый…
- Я скучал, милая…
Что может быть проще - быть счастливым в ежедневной суете?"

Я хочу рассказать вам, одну казалось бы обычную, но очень поучительную историю. Историю из своей жизни. Когда-то уже очень давно, я повстречал милую и прелестную девушку, и как это бывает в юном возрасте, влюбился. Да, да влюбился, казалось так глубоко и так бесповоротно, что больше ни о ком даже не думал. Я был молод, амбициозен и счастлив, счастлив по настоящему. Это счастье струилось из меня во все стороны. Это была любовь. Да, та самая любовь, о которой так много говорят, о которой пишут стихи и поют песни. И без которой страдают, и теряют друг друга.
Все началось как обычно, как у всех. Была свадьба, был счастливый жених и еще более счастливая невеста. И, как и все молодые пары, мы хотели жить в достатке, брать от жизни все то, что она могла нам дать. Мы начали работать, чтобы обеспечить свою будущую семью, построить дом, купить автомобиль, обставить дом мебелью и поселить в нём тот маленький комочек плода нашей любви, который уже зарождался и притягивал к себе все наше внимание все наши надежды и чаяния.
Когда любишь, то никакая работа не бывает в тягость, мы думали, что нам открыты все двери и море по колено. И с головой погрузились в суету бытовых проблем и стремление иметь все и сразу. Время пролетело как один миг. И вот появился этот крошечный комочек, теплый, беззащитный и такой любимый. Но вместе с ним пришли и дополнительные хлопоты. Работа отнимала много времени, а жене было тяжело одной после родов заниматься малышом.
И вот тут, наверное, и был сделан самый первый неверный шаг. Тогда казалось, что все проблемы лежат только в финансовой плоскости, тем более что «декретные» жены были гораздо меньше её зарплаты, и я начал еще усиленнее работать, выходил на подработки в дополнительные смены на заводе и даже подрабатывал дворником на треть ставки. И естественно ни о какой близости с женой не могло быть и речи. Мы начали потихоньку, очень медленно и незаметно отдаляться друг от друга. Все больше в привычку входило пропадать на работе и все меньше бывать с семьей. И даже те редкие выходные, которые я мог позволить себе, бездарно проводились у телевизора на диване или перед компьютером. Да именно БЕЗДАРНО и БЕССМЫСЛЕННО! Конечно, жена знала что я устаю на работе и с пониманием относилась к этому. Нет, дело не в постели. Хотя и тут все стало меняться, это было уже не так ярко, практически безо всяких прелюдий и романтических вечеров. Но мы, даже те недолгие выходные дни и её отпуска проводили порознь. А ведь, сколько было возможностей! Зимой катание на санках и лыжах, каток, снеговики, снежки и просто вечерние прогулки вдвоём. А летом!!! Это же невообразимое множество приключений и дополнительных эмоций, эмоций от того что мы ДЕЛАЕМ ВМЕСТЕ, эмоций поддерживающих то что когда-то связывало нас незримыми ниточками и не давало чувствовать усталость. Эмоции, которые сейчас так трудно даже вспомнить.
Теперь уже не важно когда и с чего все началось. Когда-то пытались понять это, разобраться, но все сводилось только к спорам, о том, кто виноват и в какой мере. Сейчас даже это не имеет значение. АБСОЛЮТНО НИКАКОГО ЗНАЧЕНИЯ!!!
Понимаешь только одно - все потеряно, потеряно БЕЗВОЗВРАТНО! Постоянные ссоры и нежелания понимать и даже слушать друг друга, сделали свою черную работу. И как бы мы не пытались взять себя в руки, начать все сначала, единственной сильной эмоцией, до сих пор возникавшей между нами, стала НЕНАВИСТЬ! И как бы мы не старались, как бы ни проявляли терпимость и уважение, Любовь к нам, больше не возвращалась…

Эпилог.

Можно сколько угодно говорить о том, что любовь переходит на какой то другой, «новый» уровень, видоизменяется, становится какой то «особенной», но это будет всего лишь никому не нужным оправданием своей беспомощности и безответственности.
А любовь… Возможно, она у каждого своя. Я же считаю, что ОНА ЕДИНА, во всех её проявлениях. Потеряв любовь друг к другу, мы теряем любовь ко всему, нам больше не нужны те «вещи», которые были когда-то интересны когда мы были вместе. Уже не приносит удовольствие природа с её многообразием. Стихи и фильмы о любви вызывают какие то непонятные и неопределенные чувства от которых скорее хочется избавится. Мы становимся грубыми даже со своими детьми и как это не ужасно - со своими родителями. Мы перестаем дарить, окружающим, ту любовь, которая некогда переполняла нас и позволяла видеть прекрасное. Поэтому я уверен, что любовь ЕДИНА. Она зарождается в женщине хранится и защищается ОБОИМИ и распространяется от них как лучи, во все стороны, согревая и освещая все вокруг. И всегда нужно помнить о том, что, не сохранив её, мы лишаем любви не только себя, но и ВЕСЬ ОКРУЖАЮЩИЙ МИР. И он становится пустым. А потом «живем»… В этой пустоте…

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ, ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ.

Недалеко от безмятежной полянки, уютно расположившейся рядом с тихоструйной рекой, находилась ничем непримечательная избушка. Фасадом она была обращена к голубым водам заводи де-ла-Махоны, откуда легкий бриз приносил прохладный воздух на разогретое дневными лучами солнца побережье. Избушка была окружена густым, умело обихоженным садом, на границе которого высилась неприступная, увитая лианами стена.

Подгоняемая легким прибрежным ветром Анна впорхнула в гостиную. Она звонко, непринуждённо засмеялась.

- При входе никого не было; поэтому я и вошла без доклада!

Непобедимый Ёжик смотрел на нее внимательно и ласково.

- Как ты похорошела! Приключения явно пошли тебе на пользу!

- Да, на мне новое платье, парижское. Как ты его находишь? Красиво?

- Очаровательно, какая гармония! Надо сказать, что французы понимают толк в оттенках. У тебя и очки новые?

- Дольче Габано, честно! Теперь, ты можешь неотрывно смотреть в мои широко открытые глаза!

- Они такие красивые, все в зелени!

- Я чувствую себя королевой Монако!

Он ходил вокруг нее кругами, осторожно ощупывал ткань, поправлял кончиками пальцев расположение складок платья, как завзятый модельер или дамский портной, который знает толк в моде, хотя в моде он был полным профаном и сам одевался со вкусом, а точнее с полным отсутствием вкуса, солдата, выходящего на дембель.

Она позволяла любоваться собою, радуясь, что хороша и нравится любимому.

Невысокого роста, уже не молодая, но по-прежнему соблазнительно красивая, немного худощавая и энергичная, она блистала той живописной свежестью, которая придает сорокалетнему телу женщины сочную зрелость. Тёмная брюнетка, она сохранила резвую, юную грацию жительниц больших густых лесов, которые никогда не стареют, похожие на одну из тех роз, что распускаются все пышнее и пышнее, пока не расцветут, слишком роскошно своим поздним, густым цветом. Обладая поразительной жизненной силой, они остаются все такими же, сексуальными и ждущими от жизни праздника, ревностно заботясь о своем теле и оберегая здоровье.

Анна тихо проворковала:

- Что же, меня не поцелуют?

- Я только что ел курицу.

- Все равно! -- сказала она, поджимая губки.

И уста их встретились. Он крепко обнял её, подхватил на руки и отнёс в спальню, чтобы получше изучить все её новые наряды, включая кружевное, французское бельё!

Когда, наконец, с горизонта, повеяло свежестью; легкий трепет тронул подвижную водную гладь, уставшее светило опустилось раскалённым шаром, посылая миру прощальные лучи.

ДУЙСТВИЕ 3, ЯВЛЕНИЕ 2.

Гостиная замка Кобургберг. Портьеры на окнах плотно прикрыты. Конкордия Браниславовна (Ко Бра) величаво расположилась в «вольтеровском» кожаном кресле с высокой спинкой со сфинковской закаменелой неподвижностью на время всего действия. На её лице читалось одно: «Я - владычица!», но при более пристальном взгляде опытного физиономиста можно было разглядеть еле уловимые трещинки на губах и густо высыпавшую россыпь лёгких прыщиков на «царственном» носу, говорящие о мучительно-изматывающей застарелой болезни нервов и судорожных кишечных коликах, парализовавших в величественно-созерцательной позе их «полноправную властелину».

Её дочь, Лесная Фея, сидя у стола, воспользовавшись подслеповатостью, дремлющей в полузабытьи, Кобры, вызывающе открывает книжку со стихами, строго настрого запрещённого в их доме, автора Реликтового Гоминида и начинает демонстративно декламировать свои избранные строки, написанные в её честь, уверенная, не только в незрячести, но и в полной глухоте старушки:

Ты ищешь оправдания любви,
Уже живущей в твоём нежном сердце?
Я продиктую тысячу причин,
Но все они заранее известны
Тебе уже давно, кроме одной:
Поверь в себя и будь самой собой.
Не нужно романтизма напускного,
Желанье вспыхнет, загорится и уйдёт,
Как в зеркале бесценный облик тает,
Доступен только внутреннему оку,
Тот образ, что любимым назовёшь,
Когда сольёмся мы уста с устами,
Его полюбишь ты одним дыханьем!

Порывисто, распахивая дверные цветастые драпри, в зал торопливыми шагами вторгается, всё это время подслушивавший из соседней комнаты Юлий Штар. Он вырывает книгу и швыряет её в пламя горящего камина.

Желая выслужиться, изображает всем своим видом совершенное истощение сил и рьяную озабоченность.

- Ох! Только отдышусь… нет больше сил…
Спешил к вам с новостью… мы погибаем…

- Не слышу, батюшка, не слышу!
Ты, милый, громче говори!

- По лесу бродит вольтерьянец,
Непобедимый Страшный Ёж
Стихи, куплеты, манифесты,
Клеймящие ваш славный строй,
Теперь найдёте вы везде.
Сей выскочка - писака гнусный
(хотя, не спорю, он талантлив)
Вот это всунул мне в дупло.

- Что скажут звери - вот афронт!

- Я вам прочту, а вы судите.

Шепнула Фея: «Ну, завистник!
Чужою славой уязвлён,
Пернатый Филин-садомит!»

- Ты, ангел мой, читай погромче!

Кричит в ответ: «Не много ль чести?
Да не для вас, а для Ежа
Ведь он совсем не Чернышевский!»

- Я, милый мой, совсем глуха!

В полголоса: - Проклятье… нам!
Ты и в маразм ещё впадаешь.
Не слышишь старая карга.

- Я на-чи-наю фель-е-тон!

- Моей самой пылкой и преданной поклоннице - Кобре!

- Мон шер, но это уже слишком!

- Так называется сей труд.
Прошу, не прерывайте больше.

МОЕЙ САМОЙ ПЫЛКОЙ И ПРЕДАННОЙ ПОКЛОННИЦЕ - КОБРЕ!

Она панически пугается подошв,
Которые не раз ей хвост давили,
И в каждом проходящем господине
Ей чудится подбойка с каблуком.

Спасите! Слышу гулкие шаги!
Подошва где-то рядом! Ближе, ближе!
Зигзагами ползёт по грязной жиже,
Спасая шкуру ядовитая змея.

Вдогонку побежите вы, друзья?
Брезгливый ужас отражён на лицах.
Я буду к Кобре добр, великодушен,
Позволив край ботинка прикусить!

Она имеет слабость к стелькам, каблукам, шнуркам…
Возможно это давний психо-комплекс,
Доставшийся из нищенского детства,
С мечтой прошедшего о паре обувной?!

Довольно, не вгрызайся! - Береги свой яд!
Нужда в твоих услугах будет скоро,
Когда из пресмыкающейся кобры
Преобразишься силой дивных чар
В Царевну-Скоропею - мне лишь верной!
И преданно искристой чешуёй
Ты виться будешь рядышком со мной
Готовая по первому веленmю
Мгновенно жалить всех моих врагов.
А посему, я повторюсь:
Побереги свой яд и злость.

Я обещаю вспоминать тебя.
Утри слезу, и думай о хорошем.
Подошв не бойся - ползай не таясь!
(О бедная моя, какой испуг! -
Такое пережить и не сломаться).
Пиши и думай непрестанно обо мне,
В стихах эпических и в прозе жития,
Храня любовь и преданность к кумиру.

Смиренный во Христе,
Твой Ёж Непобедимый.

Воцарилась драматическая пауза.

Лесная Фея подошла к ближайшему окну и отдёрнула занавесь.

Дневной свет хлынул в просторный полусумрачный зал, через открытую брешь - поток яркого голубого сияния, просвет в бесконечную лазурную даль, где мелькали быстро пролетающие птицы. Но едва проникнув в строгую, готическую, увешанную картинами старых мастеров, комнату, радостное сияние дня тотчас же ослабевало, угасало, потухало в портьерах, меркло в темных углах, где лишь столовое серебро и драгоценности, украшавшие разъярённых дам, загорались яркими бликами. Из-за могучих каменных стен раздавался глухой хохот потерявшей почтительность к господам народной толпы и раскатистое необузданно-жеребячье ржание, разрывающихся от издевательского рёва тысяч солдатских глоток - пойдут ли они на смерть за того над кем потешались с глумливой издёвкой?

Он передал пергаментный свиток хозяйке. Та ещё раз внимательно его перечитала, не догадываясь, что этот хрупкий листок, исписанный Непобедимым Ёжиком, походя, между более важными по его твёрдому мнению делами, и вставленный Старому Филину в дупло накануне ночью, может стоить ей самого дорогого, что она так трепетно ценила - власти!

Все было неподвижно, только время от времени уносилось к потолку облачко голубого дыма: вальяжно развалившись в кресле, во главе стола, Конкордия Браниславовна (Ко бра) жадно курила тоненькую дамскую трубку «миньон». Юлий Штар не переносивший запаха табака надрывно покашливал и покрякивал, нервно переминаясь в ожидании.

Наконец раздался голос Кобры:

- Вы предлагали ему денег, вы с ним говорили, баронет?

- Я назвал его «дворнягой», моя королева. Это должно было ошеломить проклятого наглеца и подавить его волю - не всякий способен прийти в себя после подобного! - с кичливым высокомерием выпалил он.

- Ежа - дворнягой? Великолепно!

- Вы не уловили тонкую иронию и скрытый полунамёк, ясновельможная пани. Он происходит из славного дворянского рода, отсюда игра слов: дворянин - дворняга… дворняжка - бедняжка… хе-хе… Вам не смешно?

Кобра внимательно испытующе смерила его ледяным презрительным взглядом и прошипела:

- Возьми себя в руки, старый болван! Не думаю, чтобы быдло на рыночной площади разбиралось в изысканном сарказме твоих неуклюжих ужимок!

Лесная Фея восторженно зааплодировала стоя за спиной своей матери.

Растерянный Штар, отворачивая суетливо-бегающий взгляд, пробубнил сбивчивой скороговоркой:

- Наш прямой долг найти проклятого негодяя и обрушить карающую десницу закона на его трепещущую голову. К нам попала тайная переписка вольнодумца с его возлюбленной. Она у меня в руках!

Прочтя её, она насмешливо произнесла:

- Хитрец, он искусно обвёл вас вокруг пальца! Вероятно, почуяв вашу нерасторопную слежку, Ёжик дал вам знать только то, во что сам желал вас посвятить! Ничего компрометирующего. Он невинен, как семинарист, откушавший курятинки в постный день.

- Тогда у нас нет выбора, моя госпожа. Нам нужен последний резерв для физического решения операции. Раз мы бессильны обратимся к Вольному Падальщику.

Его глаза выкатились из орбит, а рот оскалился в мстительно-хищной полуулыбке в предчувствие скорой расправы над грозным гонителем его кровавых авантюр и хитроумных махинаций, несущих горе и беспросветную обездоленность лесным зверушкам!

- Как я устала от вас! Действуйте, как задумано!

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ, ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЁРТОЕ.

НАСЛЕДНИЦА ВАВЕЛЬСКИХ СОКРОВИЩ.

Собор св. Станислава и Вацлава своей эклектичной архитектурой, чем-то поразительно напоминал собор Василия Блаженного в Москве. Те же плотно прилегающие и соперничающие между собой сёстры-часовенки, сгрудившиеся вокруг возвышающейся над ними девятой столпообразной церкви. Никакой строгой симметрии и упорядоченности, отчего можно было бесконечно долго любоваться этим творением, не опасаясь, что оно надоест или ты сможешь разгадать сокрытый символизм.

Наши искатели сокровищ потратили несколько недель на подготовку к своему рейду, прежде чем решились, наконец, приступить к задуманному делу.

На крутом берегу Вислы, величественно возвышался, каменным исполином, краснокаменный Вавель. В темноте его башенки и зубцы на стенах чудились безмолвными стражами, охранявшими польскую казну, столетиями стекавшуюся, подобно водам Вислы, им под ноги.

Лучи фонарей выхватывали из мрака нависающие, каменные стены, уходящие вниз… Компаньоны, проникли в замок не через главные, королевские ворота, а через южный плохо охраняемый портал.

- Мы идём дорогой польских королей! - прошептала, улыбаясь, пани Похитительница Сокровищ, - они входили в собор именно этим путём, во время коронационных торжеств.

- Значит нам с ними по пути, дорогая!

Они были практически в шаге от цели, стоя на пороге Пресвитерия, сумев обойти все караулы и посты охраны, как вдруг раздался оглушающий звон колокола Сигизмунда, самого большого в Польше и уж точно самого громкого во всей Европе!

Пробравшись по узкому подземному лазу в саркофаг, удачливые авантюристы оказались в просторном, сводчатом помещении, сплошь уставленном коваными сундуками с драгоценностями, огромными бочками со злотыми и дукатами, глиняными амфорами с золотыми кронами и цехинами. Нашим друзьям стоило немалого труда, чтобы взять себя в руки, отобрать только самое ценное и ровно столько, сколько они могли унести.

Выходя из замка, знакомым путём они услышали за спиной прощальный рёв колокола с башни Сигизмунда. Компаньоны переглянулись и, уже ничего не опасаясь, громко расхохотались, а потом не в силах сдерживаться наградили себя жадным поцелуем!

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ, ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ.

НЕ НОЙ, ТОСКУЯ ПО МЕКСИКЕ!

Они были в полной безопасности.

Голубая Висла, окаймлённая изумрудными, высокими берегами, плавно стремила свои воды вдаль, между гор, оседланных средневековыми, белокаменными замками.

- Мы счастливы вместе и мы богаты! Весь мир призывно раскинулся перед нами! Куда теперь?

- Куда угодно, только подальше от Москвы. А не махнуть ли нам в Мексику, милый?!

Он мечтательно устремил свой взгляд, куда-то в туманную даль, как будто бы силясь рассмотреть за горизонтом мексиканские густые пампасы и расслышать нарастающий, ритмичный гул маракасов.

Прекрасная Анна обхватила сзади, за горло Вольного Падальщика левой рукой и с силой хватила его по затылку рукояткой пистолета. Столь же острая, сколь и внезапная, мучительная боль огненным облаком окутала взоры ошеломлённого Падальщика, и, когда он снова получил возможность владеть своими чувствами, Анна уже стояла над ним, связанным по рукам и ногам, торжествующая и великолепная в своей нескрываемой, циничной наглости.

- А как же Мексика…

- Не плачь, как женщина над тем, что не смог отстоять, как мужчина! Adieu!

- Князь!
- А?
- Беда!
- Чего там?
- Оказывается Пересвет был под допингом!
- И чего теперь?
- Ну, победу присудили Челубею!
- Мда…

- Князь!
- Ну?
- Опять беда!
- Какая?
- Оказывается вся дружина была под допингом!
- Итить-колотить и чего?
- Им теперь запрещено воевать под вашим флагом, только под нейтральным!
- Однако…

- Князь!
- Божечки-кошечки, что там опять?!
- Опубликованы доказательства того, что и вы были под допингом.
- Хм…
- В общем теперь победу присудили Мамаю! А вас отстранили!
- От чего?
- Даже не знаю…

- Князь!
- Да что за день-то такой?!
- Беда!
- Я догадался, что теперь-то?
- Ягайло на пресс-конференции сказал, что это он победил иго!
- Так он же за них был!
- Ну, теперь нет…

- Князь!
- Не подходи! Зарублю к писюнам собачьим!
- Там письмо от Мамая.
- Даже читать не хочу!
- Ну он в общем обвиняет вас в сексуальных домогательствах. Мировая общественность возмущена…
- Ой, все! Я спать пошел!

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ, ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ.

НОЧЬ И УТРО У ПОСТЕЛИ АННЫ.

Вольный Падальщик долго стоял под окнами Прекрасной Анны. Ночь, словно готический алтарь Мариацкого костёла, росла над Краковом, где звезды картинно раскинулись, как красные, синие и белые отблески на цветных барельефах алтаря - росла и, поколебавшись перед высоким, открытым окном, медленно входила и застывала там, в глубине комнаты. Вместе с ней росло в душе Вольного Падальщика томительное нетерпение и, как холодная, тонкая струя воды, разрушало плотину его самообладания, разрастаясь в бурлящий, всепожирающий, неудержимый поток водного цунами, захлёстывало спокойный огонь его внутреннего, душевного уклада.

Редкие, запоздавшие прохожие спешили побыстрее добежать и скрыться в уютных норках своих жилищ. Он дождался, когда на улице стало совсем безлюдно, а соседские окна погасли.

Раздался осторожный, но вместе с тем нетерпеливый, условленный стук в дверь.

- Войдите.

Вольный Падальщик открыл дверь и увидел молодую даму в грациозной позе на подушках; раздеваясь, на ходу, подошел к постели. Он прочёл в её взгляде: «Войди в меня с силой, сорви весь букет чувств, и я паду к твоим ногам!»

Как-то особенно развратно улыбаясь, она смерила оценивающим взглядом его крепкую фигуру и мясистые, сочные ляжки. Затем, приподнимая ажурное одеяло, которое покрывало и прятало все её соблазнительные прелести, приказала строго:

- На меня!

Падальщик был старателен и исполнителен, пока не утолил все ее желания, какие только смог прочесть в ее глазах.

Светила большая бледно-голубая луна, освещавшая разгорячённые, обнажённые тела. Им было дивно хорошо вдвоём.

- Скажи, а каким ветром тебя занесло сюда, в Галицию?

- Каким ветром? - она загадочно улыбнулась. - Скорее, по чьим следам?

- Так, по чьим же?

- Прежде чем ответить на твой вопрос, позволь мне задать тебе встречный. Ты хотел бы разбогатеть?.. сказочно разбогатеть?!

- Давай отложим все разговоры на потом! - и он снова увлёк её в свои объятья.

Светало, когда влюблённые, счастливые и обессиленные от взаимных ласк, наконец-то приняли милосердный сон, закрывший их очи.

Анна разложила старинный, потёртый лист бумаги на столе, перед Вольным Падальщиком.

- Клад здесь в Вавеле! - и она уверено, ткнула пальцем в самый центр карты.

- Я всё продумала и уже давно добралась бы до своих родовых сокровищ, принадлежащих мне по праву, если бы я была не слабой женщиной, а мужчиной. Ты мне нужен! Ты силён и храбр - вместе у нас получится!

- Но ведь и поляки не простаки. Это же сердце всей Польши, как наш Кремль! Там лежат все их герои и короли, хранятся все сокровища нации. Ты думаешь, всё пройдёт так гладко, как ты замыслила?

- Я уверена и ты согласишься со мной, когда узнаешь подробности моего плана.

- Смотри, собор неоднократно разрушался, достраивался и перестраивался, за последние семьсот лет. Ты правильно заметил, что именно здесь гордые поляки хоронили свою знать, а так же накопленные богатства и награбленные у своих соседей трофеи, не забывай, когда-то Речь Посполитая простиралась от Балтики до Крыма и подмяла под себя всех славян. Всё золото они свозили сюда! - и она снова указала на красный крестик, обозначенный на карте, - между часовней Конарских и часовней короля Сигизмунда находилась и наша родовая часовенка. Вот там и надо копать! Пока нас не опередили другие, охочие до чужого добра, авантюристы. Ну, что по рукам?

- Согласен. Добычу пополам!

- Между жёлтым, каменным домом с зелёной крышей стоящим левее, с западной стороны, и собором есть подземный переход, ведущий как раз таки, точнёхонько в каменный саркофаг нашего рода. Не многие знают, что когда-то в этом доме находился Пресвитерий. Один из моих предков и был вавельским пресвитером, ещё во времена Ягеллонов.

- Ягеллонов говоришь? - Вольный Падальщик насуплено-недоверчиво, исподлобья взирал на Прекрасную Анну, - а ты меня случаем не дуришь?! Что же твой муженёк не пошёл к тебе в помощнички?

- Он в командировке. - Кратко ответила она.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ, ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ.

ВСТРЕЧА ДВУХ СЕРДЕЦ.

Составы тяжело текли, среди вокзальной толчеи и удалялись, в мареве горизонта. «Последние звонки» начинали звонить по всем платформам. Толчея и суматоха нарастали. Раздавалось зычное: «Поезд 666 подходит!» Люди в апокалипсическом угаре мчались на встречу с неизбежностью. Через пару минут разносилось окончательное и бесповоротное предупреждение: «Встречающие на перрон! На перрон!» Толпа в крайнем возбуждении, опрокидывая встречных, замешкавшихся ротозеев и их поклажу, неслась тёмным беспощадным стадом обезумевших бизонов, сметающим всё на своём пути! Железнодорожный ажиотаж достигал своего апогея, с приходом долгожданного поезда!

Из стен краковского, вокзального дворца выпорхнула невысокая, с фигуркой, словно выточенной из слоновой кости, брюнетка. Её изящное тело элегантно облегало лёгкое, подчёркивающее соблазнительные изгибы тела, платье. Вокруг шеи, у незнакомки был повязан шёлковый кашне. С безмятежно-отстранённым видом она стала прогуливаться по залитой знойным солнцем, привокзальной площади.

Стая птиц вспорхнула и поднялась в яркое, ликующее в своей праздничности и голубизне небо. Красотка проводила их взглядом, высоко запрокинув хорошенькую головку. Отброшенные назад волосы чуть пошевеливал легонький, теплый ветерочек, развевалось также её платье, оголяя стройные ножки. Лицо светилось радостью и вакхической безмятежностью! Или это солнце отсвечивало от её нежной, бархатистой кожи?.. Да какая, в общем, разница! Весна!

Несколько скучающих обывателей, прохаживались по площади, с еле скрываемым вожделением, глазея на очаровательную путешественницу. Воздух был пропитан чем-то сладострастно-тягучим, располагающим к лени и к откровенным разговорам.

- Урода!

- Что вы сказали? - женщина всем корпусом повернулась на голос.

- Урода - это красота по-польски, - услышала она в ответ, по-русски.

Перед ней стоял высокий, спортивного вида мужчина. Его черные, до блеска начищенные туфли сияли на мраморной ступеньке, ведущей внутрь вокзала. Вольный Падальщик даже снял шляпу, обнажив свою голову, и склонился в лёгком, почтительном полупоклоне, перед дамой.

- Приятно услышать русскую речь, - сказала она. - Вы где учились? В Москве? У вас московский выговор.

Мужчина ответил утвердительно, держа под мышкой небольшую сумку.

- Эх, я бы все отдала, - сказала женщина, - чтобы никогда там больше не очутиться! - И опасливо, заговорщически прошептала: - У вас случайно не найдется в вашей сумочке чего-нибудь выпить? Страсть, как хочется глотку промочить!

Всем своим видом и манерами она демонстрировала изысканную утончённость и хорошее воспитание (воспитание по-московски).

Красотка кокетливо улыбнулась, взглянув, через плечо, на незнакомца. Что-то магически-привлекательное читалось в её серо-зелёных, игривых, с прищуром глазах, сулящих многое или только насмехающихся над доверчивым простаком.

Они расположились за столиком, в кафе. Мужчина заказал даме вина.

- Здесь мило! Вы встречаете или сами уезжаете? - спросила она.

- Проездом в Седлицу, по делам, - кратко и неопределённо ответил он.

- А вы не очень словоохотлив. К сожалению, с этим городом, у меня связаны не лучшие воспоминания. Мне было там, плохо! Реально плохо, от бурления в организме, от усталости.

- Пейте, - и он услужливо протянул ей, принесённый бокал вина.

Вышла пауза. Было слышно, как за соседними столиками перемешивают ложечками кофе, в чашках.

Женщина внимательно изучала лицо своего собеседника. Нос прямой, чуть заострённый; губы тонкие и плотно сжатые: признак сконцентрированной воли и непрерывно устремленной на что-нибудь мысли. Та же живая мысль светилась в цепком, зорком, подмечающем малейшие подробности взгляде тёмно-голубых глаз. Брови подчёркивали их красоту. Это были две русые, густые, почти прямые полоски, которые лежали несимметрично: левая на линию была выше другой, отчего черты лица как будто бы давали какой-то знак. Ничто не ускользнуло от её внимания.

Он глядел прямо в ее серо-зелёные, ласковые глаза.

- Мне кажется, своим взглядом вы узнаёте во мне всё то, что не хочется, чтоб знали другие, милая панна! Или пани?

- Пани - я замужем, - грустно произнесла она.

- А кажется радости-то у вас к мужу немного?

«С ума сойти, какая она хорошенькая! Как мне повезло, что я её встретил! - думал он, глядя на нее почти с нескрываемым желанием. - Этот овал лица, эти глаза, где, как в омуте, темно и вместе сверкает что-то… страсть, наверное! Улыбкой можно любоваться бесконечно. Какое счастье смотреть на неё. Даже дыхание перехватывает!»

- Вы любите путешествовать? - продолжила она, переходя на другую тему: - Странно, я люблю дорогу! Я люблю ее ожидания на вокзалах задержанных рейсов, люблю ее пыль, осевшую на тебя. И никогда не чувствую какого-то раздражения. Если была бы возможность, я бы так и жила. Иногда я ощущаю себя некой душой цыганки, идущей в таборе по дорогам. Даже, будучи, в пыльной, тесной, до скуки изученной и предсказуемой Москве, сидя в душном офисе - продолжаю свои вояжи и открытия новых городов, новых людей, но уже в интернете, - и она звонко засмеялась: - Вот послушайте! Однажды, я сидела в инете и скучала, переворачивая одну страницу за другой, не ожидая, что встречу свою судьбу…

- Я зашла на один из тех сайтов, куда я обычно заглядываю, когда хочу отдохнуть от работы, и вместе с тем искусно симулировать видимость хоть какой-то деятельности, перед своим начальником, благо, что он не может видеть в это время монитор и будет уверен в моём трудолюбии. И заметила интересный ответ, ранее не встречаемого мной человека. Мы вступили в диалог, переросший в тесное общение, но уже не на форуме, а в личной переписке, позже условились о личной встрече.

- От него я и узнала подробную историю своего древнего и очень знатного, польского рода. Он, как ты догадываешься, оказался историком. С его же помощью я смогла расшифровать и разобраться во множестве легенд и преданий нашей семьи. Одно из них меня привело в Краков.

- Интересно. Люблю послушать «про дела давно минувших дней, преданья старины глубокой».

- Мой далёкий предок был когда-то наместником славного города Мценска, во время очередной, русско-польской войны, в городе хранилась походная казна Войска Польского. Наместник полюбил прекрасную, местную девушку, которая не соглашалась ответить ему взаимностью, не поддавалась на его уговоры и не прельстилась ни его знатностью, ни высоким положением. Тогда, придя в полное отчаяние, польский вельможа пошёл на крайний шаг: видя неминуемую сдачу города русским, он решился похитить польскую казну, доверенную его попечению, списав всё это на неразбериху военного времени, надеясь купить любовь красавицы ценою предательства и огромных денег! Так ясновельможный пан и поступил - вместе с похищенным богатством и новой женой он бежал сюда в Краков, где его никто не мог достать. Защиту местной знати он приобрёл с помощью своего свежеиспеченного состояния.

- Так значит, ваша прабабушка стала причиной, по которой Польша проиграла войну России?

- Выходит, что так!

Они долго беседовали на самые разные темы, чувствуя взаимный интерес и находя много нового и полезного в обоюдном общении. Незаметно для обоих наступил вечер. Привокзальные часы восьмикратно пробили. В воздухе повеяло долгожданной прохладой. Пара встала из-за столика и направилась через площадь. Фонари и лучи заходящего солнца освещали им путь.

Было назначено рандеву.

САТИРИЧЕСКАЯ ДРАМА В ШЕСТИ ДЕЙСТВИЯХ, С ПРОЛОГОМ И ЭПИЛОГОМ.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Конкордия Браниславовна (попросту Ко бра), 63 года, женщина со следами былой красоты, манеры заносчивые с претензией на аристократизм, урождённая мещанка, не гнушается ни одним из доступных ей видов порока. Взгляды отсталые, колеблются в зависимости от перемены атмосферного давления: с вялотекущей ксенофобии до рьяного антикоммунизма.

Её дочка Лесная Фея - чистая девушка, глубоко страдающая из-за своей матери. Бледна и прекрасна.

Непобедимый Ёжик, 38 лет, вечный студент - благородный поборник справедливости, бескорыстно навязывает свою помощь всем, кто в ней нуждается и не нуждается, за что не вылезает из драк и реанимации.

Старый Филин Юлий Стар, медиамагнат - умён, богат и развратен (скрытный… очень скрытный содомит - боготворит свой собственный пол, но иногда уступает домогательствам противоположного). Недавно приобрёл ценою целого состояния титул лесного баронета, вследствие чего настаивает, чтобы теперь его называли не иначе, как Гай Юлий Стар фон Ротвейлер-Блох, но никто из лесной братии не утруждает себя таким надругательством над языком и зовут по-прежнему Старый Филин, а «особо приближённые», так и вовсе Юленька.

Гном-алхимик Авигдор, состоит в интимных отношениях с Конкордией Браниславовной (Ко брой), нечист на руку, хромает на левую ногу.

Реликтовый Гоминид 25 лет, рыбак - пьяница и шарлатан, но в целом человек порядочный.

Осёл Дильмон - задирает свой хвост в самое неожиданное время, в любом неподходящем для этого месте, удивляя тем самым окружающих. Жаль, что сам не осознаёт собственное скотство, ввиду привитой Коброй мысли о якобы свойственных ему сладострастной непревзойдённости и великолепии самца. Неплохо поёт и бренчит на гитаре (после стычки с Реликтовым Гоминидом, поёт только звонким фальцетом, и это заставляет его глубоко страдать).

Владлена Кобринская - штатное замковое привидение. Неприкаянная душа сестры-близнеца хозяйки замка, погубленная Коброй в борьбе за владетельные права. Неупокоенный дух Влады взывает о мщении, распугивая редких гостей Кобургберга и погружая постояльцев в суеверный страх и уныние, неспособных привыкнуть к еле слышно скользящему, время от времени, по каменным залам туманному белому силуэту…

Вольный Падальщик - беспрекословно предан Кобре. Не отличается здравомыслием, но обязанности выполняет исправно, со знанием дела. Пару раз сбегал в монастырь, мучимый укорами совести и донимающими его по ночам явлениями призраков безвинно загубленных людей, но оба раза был изгнан тамошней монашеской братией, несогласной мириться с обществом «взывающих о прощении» проституток, их жеманных сутенёров и «почти раскаявшихся» наркодиллеров, густо поваливших вслед за своим вожаком, из-за чего Святая Обитель стала походить больше на разбойничий вертеп. Ущемлённый в своих искренних побуждениях на пути к нравственному перерождению, подумывает о переходе в католицизм.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ, ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ.

Кабинет издателя газеты «Задрипанец Заполярья». Старый Филин Юлий Стар и Конкордия Браниславовна (Ко бра) обговаривают совместные действия против Непобедимого Ёжика. Стар подкупает Кобру.

- Пять тысяч - вот моя цена!
Как видите я не дешёвка!
- В «зелёных»? В евро?
- Нет в рублях!
Платите Стар, не прогадаете.
Учтите, я за этот гонорар
Так расстараюсь, вам в угоду,
Что удивится весь лесной народ.
Наш Филин в сторону. Смущён, опешил.
Бубнит под нос:
- Как низко пали нравы.
Былых любовников сдаёт за грош!
- Вы просто прелесть! -
Я согласен!