Цитаты на тему «Цитата из книги»

«Он начинал свой первый путь наверх не, как все, с первой ступени… Он начинал — с подвала…»

Почему нам что-то постоянно мешает выбирать счастье?
Быть несчастливым несложно. Для этого не нужно искать причину, достаточно пойти за толпой, вечно недовольной и слишком заземленной. Станешь как большинство, которое только и делает, что выставляет миру претензии.
У несчастливой жизни один вкус — горький, вяжущий. Как у незрелого миндаля.
Всегда разное на вкус счастье требует труда. Оно не придет, пока отлеживаешься на диване, надо хотя бы встать, открыть дверь.
Проложить путь к счастью нелегко. Нет единого маршрута, всем подходящего трафарета.
Обязательно будут ошибочно снятые мерки.
Это нормально, таков процесс — не бросай на половине.

Когда человек перестает делать выбор, он перестает быть человеком.

Всяк за себя в этой пустыне эгоизма, именуемой жизнью.

Когда я приезжаю в чужую страну, я никогда не спрашиваю, хорошие там законы, или плохие. Я спрашиваю только, исполняются ли они.

Знаете, есть такие люди, которые разговаривают с рыбами. Они подходят к аквариуму, стучат по стеклу и кричат: «Эй, мистер рыба! Как там водичка? Не хотите, чтобы я заменил её на виски?». А рыба в ответ пускает пузыри, и люди смеются, даже не догадываясь, что будь у мистера рыбы возможность, он бы с радостью утопился от такого собеседника хоть в воде, хоть в виски. Я тоже хочу утопиться, когда ко мне обращаются по второму имени

Каждый имеет право хранить молчание - или кричать об этом с крыши.

А риск придает нашему существованию особенную остроту. Только тогда и стоит жить. Мы слишком уж изнежились, потускнели, привыкли к благоустроенности. Нет, дайте мне винтовку в руки, безграничный простор и необъятную ширь горизонта, и я пущусь на поиски того, что стоит искать.

Он слушал её смех, глядел, как она дразнит щенка, который перевертывался на спинку и умильно поглядывая, выпрашивал кусочек намазанного маслом гренка, а затем довольный полз на свою подстилку.
-Разве он не очарователен?-лениво спросила Филиппа.-Я обожаю его забавную беспомощность.

-Почему ты вдруг стал таким чужим-чужим?Почему твоя любовь словно умерла? Моя ведь не умирает. Почему, Ник?
-Сокровище моё, на твоё глупенькое «почему"не может быть ответа, так как вопрос не имеет под собой ни малейших оснований, ни даже тени…
-Если ты ещё любишь меня так, как я люблю тебя,-поцелуй меня и я узнаю.
Было тёмно, прохладно и очень тихо. Только учащенное прерывистое дыхание влюблённых нарушало тишину. Вдруг Тото вскрикнула:
-Ты любишь, любишь! Нет, целуй меня, как целовал раньше, целуй нашими поцелуями. О, о!..
Ник отбросил её от себя. При свете высоких уличных фонарей, колеблемых ветром, она увидела его побледневшее лицо с закрытыми глазами и судорожно сжатые руки.
Она зашептала:
-Ник…любимый…любимый мой… О, что с тобой? Что я наделала? Почему ты больше не целуешь меня? Не любишь? Значит, правда, не любишь?
Миг один, и она уже была подле него на диване;стоя на коленях, обхватила его голову и принимала её к своей груди.
-Скажи…скажи мне…
Она спустилась ниже, приникла щекой к его щеке, всем хрупким телом угнездилась в его объятиях,-и бурные весенние полые воды страсти захлестнули их обоих, сметая все плотины принятых решений и дорого дающегося Нику самообладания…

Каравелла-это дача… Евгения ее так называла. Почему-понятия не имею. Вообще-то, каравелла-это корабль…

Я его люблю, понимаешь, люблю, как волосы у него лежат, и голос его, и его славные средневековые взгляды на женщин, но он не смог бы заменить мне солнце, луну, звезды, и узнай я, что никогда больше не увижу его,-мне вовсе не показалось бы, что свет померк.

Любить себя - значит быть требовательным к себе.

Из Афгана я вернулся, я знал - буду жить! А в Чернобыле все наоборот: убьёт именно тогда, когда ты - уже дома.

- К политической партии какой-нибудь принадлежите?
- Нет, я не занимаюсь политикой, - суховато ответил Самгин.
- Большая редкость в наши дни, когда как раз даже мальчики и девочки в политику вторглись, - тяжко вздохнув, сказал Бердников и продолжал комически скорбно: - Особенно девочек жалко, они совсем несъедобны стали, как, примерно, мармелад с уксусом.