У него дешевые ботинки,
Нет в кармане лишнего гроша…
Только есть изорванное сердце,
И большая, теплая душа.
Он отдал последнюю надежду,
Он берег как мог, свой кров и лик…
Только не услышали наверное,
Той мольбы истошный, дикий крик.
Он хотел всего лишь искру счастья,
Теплый, светлый луч любви хотел…
И закончить начатое дело,
Клялся он, но все же не успел…
я ненавижу собственную душу
за гадкую особенность болеть
за то что осторожность не послушав
неистово пытается взлететь.
но цепь прочна и тяжелы оковы
сжигает боли ядовитый сок
ей все равно и разбегаясь снова
очередной свой делает бросок.
с глухим ударом, в кровь сдирая крылья
упав на на черный хлад гранитных плит
она лежит затягиваясь пылью.
и в сотый раз предательски болит.
я осуждаю лицемерие Народа
Сидел царёк и правил себе мирно
Цвела и пахла буйная природа
А Днепр тёк торжественно и чинно
Тарас и Ксана поросят растили
Под Рождество на рынке продавали
Ни Ватикан, ни грозная Россия
Им ни рубля, ни евро не давали
Двух сыновей отправили учиться
В столицу Киев на врачей-хирургов
Для чад родных решив не мелочиться
Купили много шмоточек гламурных
Домишко новый выстроили тихо
Оксана гарно вскидывала брови!
Под Новый Год продали тонну шпика
Тарас рыдал от счастья! «Мы- герои!»
Больной сосед, поэт или философ
Москаль, еврей, и бачили что немец
Их донимал настойчиво вопросом
- Не надоел вам этот Янукевич?
-Дык, ясен перец! Надоел, блатует!
Сидит себе, барчук, на нашем троне!
Конечно деспот, бабник, и ворует!
Попил уже! Попил народной крови!
*************************************************
А по ночам Оксана всё молилась
- Сытно живём… Дякую, Мати Божия!
Чтоб ничего у нас не изменилось!
В Стране и доме… Сделай, Ты же можешь!!!
**************************************************
Пришли жиды, соседу дали денег
А может сам пошёл, по зову сердца
Чудной он был, талантлив, но бездельник
Душа нигде не находила места
В конце концов под сотню набралося
Мозгами площадь, кровушкой полили!
Большой Стране ночами не спалося
В столице бунт… Видать, деньки лихие
Отвоевались, хлопцев похоронили
Ликует Киев, празднично и людно!
Вопит по пьяни: «Слава Украине!»
Бросая тару оземь вместо урны
Тарас ботинки вычистил до блеска
Оксана час выщипывала брови
Рукой подать до города Донецка
Рукой подать до крика: «Мы- герои!»
я ненавижу! Лицемерие народов
Жуть революций, перемены гимнов
Пройду ножом иль танковой колонной!
По этим язвам, гнойным, «самостийным»!
Я забываю своё прошлое, я чистым был, почти что ангелом.
Я делал для тебя хорошее - ты подарила боль мне странную.
Я не просил любить меня, ты оказалась столь нежданною.
Была бы музой для огня - а причинила боль мне странную.
Спасибо, что была в судьбе, твоя ещё, она же ранняя.
Ты Есть, но есть ещё и Честь, а боль пройдёт - она же странная.
догорает любовь, словно факел несущий надежду,
среди темной, таящую страх пустоты,
и печаль, от того, что не нужны друг другу как прежде,
разрывает на части, как и скорый приход темноты…
Меня поймет лишь тот, кто знал беду,
Кто ощущал внутри себя потерю.
Рыдал от боли во сне и наяву
И сам себе произносил «Не верю!»
Молился за спокойствие души,
Терпения просил у Бога.
Забыть утрату не спешил,
Скорбел о тех, кто сердцу дорог.
Кто каждый день жил мыслями о том,
Что горе никогда не повториться.
Болезни и беда покинет дом
И счастье в двери снова постучится.
ГОРЕЦ
Ветер потянется с гор,
Так - потихоньку.
Солнце согрело лицо
Как-то легонько.
Там, где стоял старый дом,
Только руины.
Рядом, согнувшись старик,
Тронул седины.
Ночью случайный снаряд
Рядом взорвался.
Жить поседевший старик
Чудом остался.
Но, не проснувшись, лежат
Дочка и внуки.
Рвут клочья белых волос
Старые руки.
Вся его долгая жизнь -
Только работа,
Вся его трудная жизнь -
Только заботы.
Здесь не стареют от них
Синие горы.
Думал - последние дни
Встретит не скоро.
Старое вынув ружье,
Молча побрел он.
Где-то звучали вдали
Смех, разговоры…
За деревянным мостом
Вьется дорога.
Танки тянулись по ней
В линию строго.
Встал на дороге старик,
Вскинув винтовку.
Руки держали ее Как-то неловко.
Парень какой-то кричал,
Вылез из танка,
И разрядил автомат
Весь, без остатка…
Танки спешили вперед,
В линию строго.
Солнце за гору ушло,
Вьется дорога.
Сколько еще впереди
Мирных околиц.
Кто-то сказал из солдат:
«Чокнутый горец… чокнутый горец…»
Не стреляйте, люди, не грешите!
Ну зачем вам ссоры и война?
Имена погибших на граните…
Не нужны убитым ордена…
Не стреляйте вы в детей державы,
Пожалейте бедных матерей.
Навсегда забрал февраль кровавый
Жизнь отцов, мужей и сыновей.
Дорогой ценой все заплатили
За свободу в XXI век.
А кому-то дом теперь могила…
Что с тобою стало, человек?
Не стреляйте, люди, не грешите,
Помните, что жизнь дана одна!
Мирную историю пишите…
Ну зачем вам ссоры и война?!
Никто не должен судить о том, что я сделал со своей жизнью, - до тех пор, пока не побывал в моей шкуре каждый жуткий день и каждую бессонную ночь.
Иногда, человек просто устает бороться. Делает первый, второй и даже третий шаг и все впустую. Зачем бороться за того, кто никогда больше не будет твоим.
Твой поступок не имеет никакого смысла, если другому человеку от тебя ничего не нужно. Я считаю, что в этом случаи, нужно отпустить человека. Как бы больно не было, как бы ты не скучал. За любовь, должны бороться двое, когда борется один человек, приходит конец всему.
Проходит время и ты не показываешь никаких чувств, ты просто устал, у тебя больше нет желания, делать первый шаг. Ты больше ничего не хочешь от этого человека, но в душе скребут кошки.
Кто-то любит, а кто-то вытирает ноги.
Тот, кто расправил мои крылья… а взлететь мне так и не дал… И я волочу их теперь за собой по земле, а ведь когда-то умела парить… Но сейчас прибивает к земле тот комок боли, что остался от души после него…
Не окрыляйте тех, с кем не собираетесь в небо…
Как будто стою на краю пропасти,
Не зная куда же ногою ступить.
И Бога молю лишь плача о помощи,
Своими шагами всё не погубить.
Среди пустоты и чужой лживости,
Скрепляю обломки себя по кускам.
Мне больше не страшно быть в чьей-то немилости.
Я больше не верю красивым словам.
Не осуждай меня, ведь ты не знаешь,
Как тяжело одной мне в жизни было.
Когда не спишь ты ночью, представляешь,
Что всё плохое навсегда уплыло.
Рассказываешь тайны все в подушку
И тихо плачешь, думая о прошлом.
Боишься снова угодить в ловушку,
Плюс на душе от всяких мыслей тошно.
Когда тебя никто не обнимает,
Не согревает в зимний поздний вечер.
Всё выслушав, поймет… и приласкает,
Поцеловав, набросит шаль на плечи.
Не скажет «с добрым утром, дорогая,
Вот завтрак твой… Чудесная погода!»
Не рассмешит под вечер новой шуткой…
И не с кем выпить чаю с майским медом.
Когда от одиночества так грустно,
Что обо всем на свете забываешь.
И умирает постепенно чувство…
Не осуждай меня. Ты этого не знаешь.