Соседи не могли наглядеться друг на друга в замочные скважины.
На днях ходила в магазин за покупками. Купила продуктов, в том числе целого замороженного петуха. На улице стояла жара, вымоталась, пока донесла тяжеленные пакеты, около дома ещё с соседкой поругалась. Она опять на наш участок мусор выбросила. Что за люди! Короче, пришла домой я в дрянном настроении. Злая, как собака.
Захожу на кухню, выгружаю содержимое на стол. Муж подоспел, помощничек. Лучше бы сам в магазин сходил, так нет, когда ему — ЧМ футбол же идёт, нельзя пропустить! А жене таскать такие баулы, значит, можно. И тут, кот ещё, Мурзик, как с цепи сорвался. Видать, не кормили его без меня. Орёт, как бешеный, возле стола.
Я как закричала на мужа:
— Ну чего ты стоишь, отруби ему голову, достал он уже меня!
Я имела в виду петушиную голову, чтобы накормить кота.
А надо сказать, Мурзик — это любимец нашего 8-летнего сына Миши. Он как только услышал мой гневный крик, выбежал из детской комнаты, схватил кота и пулей выскочил из дома. Я в недоумении уставилась на мужа. Супруг побежал за сыном. Приходят все вместе с котом, хохочут:
— Мишка подумал, что ты Мурзику голову отрубить хочешь. Говорит, мы пока на улице побудем, пока мама остынет и снова добрая станет.
Гениальный человек гениален во всем. А если говорить о великих художниках, то они, как правило, не только гениальны, но и чудаковаты. И даже их хобби и увлечения, по воспоминаниям современников, были, мягко говоря, странными. Хотя, кто знает: может быть именно сумасшедшие натуры с необычным взглядом на мир и свою жизнь способны создавать шедевры живописи?
Пабло Пикассо
Пабло Пикассо был поклонником оружия и сам любил пострелять, да не просто пострелять, а навести настоящий ужас на окружающих. Он частенько палил в воздух, возвращаясь под утро домой из кафе и ресторанов. Художник иногда угрожал револьвером в своей мастерской покупателям картин, когда торговался с ними по поводу цены. В порыве аффекта он мог даже стрельнуть в прохожего на улице.
К счастью, он всегда использовал холостые патроны, но, тем не менее, подобное поведение многих пугало и возмущало. Однажды за такую стрельбу художника даже арестовала полиция.
Леонардо да Винчи
Леонардо да Винчи очень любил играть словами и создавать зашифрованные тексты. Например, часто он писал справа налево, и прочесть его послание можно было только, поднеся его к зеркалу. Примерно так же, по мнению некоторых исследователей, он кодировал и свои известные картины, оставляя на них скрытые послания зрителям. Ключом к разгадке мог быть взгляд изображенного на полотне человека, руки, ноги либо определенный предмет. Какую-то картину, согласно этой теории, нужно перевернуть, а какую-то — поднести к зеркалу определенной частью. Самой зашифрованной картиной считается его «Джоконда».
Леонардо был амбидекстром, то есть хорошо владел как правой, так и левой рукой, поэтому иногда он мог писать двумя руками одновременно.
А еще Леонардо очень любил играть на лире, и это у него получалось великолепно. Некоторые современники считали его главным образом хорошим музыкантом, и только потом — художником и ученым.
Анри Матисс
Матисс был человеком весьма своеобразным и страдал разными фобиями. Больше всего он боялся, что когда-нибудь останется нищим и никому не нужным — например, если вдруг ослепнет и не сможет писать картины. Поэтому на всякий случай художник научился играть на скрипке.
Однажды во время застолья в одной из забегаловок он даже отобрал у бродячего скрипача инструмент и принялся вдохновленно играть сам. Впрочем, это искусство давалось ему гораздо хуже, чем мастерство художника. Видимо, догадываясь об этом, Матисс даже в глубине души стеснялся своей игры и опасался, что ее услышат журналисты и начнут его высмеивать.
Николай Ге
Будучи в солидном возрасте, именитый художник Николай Ге неожиданно бросил городскую жизнь и уехал на хутор в Черниговскую губернию, где занялся простыми деревенским хозяйством. Он выращивал овощи, солил грибы, а еще неожиданно увлекся… изготовлением русских печей.
Как вспоминал друг и коллега художника Григорий Мясоедов, однажды он приехал в гости к Ге на хутор Ивановское и застал хозяина перемазанным глиной и исцарапанным. Тот объяснил ему, что решил стать последователем Толстого и заняться простым физическим трудом. Он, мол, уже переложил все печи жителям Ясной Поляны, а теперь возводит печь своим соседям.
Кстати, заказчики щедро одаривали «печника» продуктами, и он с благодарностью их принимал, замечая, что дополнительный хлеб никогда не бывает лишним.
Илья Репин
Илья Репин, как и его супруга, был вегетарианцем. В своем имении «Пенаты» он ввел правило есть только скромную и полезную растительную пищу и требовал того же от близких. Зная такие правила художника, гости, которые приезжали к нему, привозили мясные продукты с собой и ели их только тайком — когда не видит хозяин. Спал Репин всегда на свежем воздухе, на балконе — даже в сильные морозы.
Была у него и еще одна причуда. В доме художника все, даже гости, должны были обслуживать себя сами. В гостиной у него стоял круглый стол, центральная часть которого поворачивалась вокруг своей оси — таким образом во время трапезы каждый мог сам накладывать себе любое угощение, не прибегая к помощи других — достаточно было лишь повернуть круг.
Если кто-то нарушал правило, Репин назначал ему «наказание»: в углу комнаты стояла трибуна, с которой «проштрафившийся» обязан был произнести речь. Если художник замечал отступление от правил за самим собой, то также шел к трибуне. Эту забавную игру он очень любил.
Михаил Врубель
Как известно, у Михаила Врубеля была навязчивая привычка портить свои картины и переделывать их. Например, когда у художника один раз возникло спонтанное желание написать понравившуюся ему даму, он, не раздумывая, взялся за кисть и начал рисовать ее поверх уже готового портрета одного купца, который до этого долго ему позировал.
А вот настоящим хобби Врубеля было полиглотство. Художник говорил на восьми языках и при любой возможности старался практиковаться. Не важно, кто был перед ним — англоязычный метрдотель ресторана, гувернер на даче купца Саввы Мамонтова или случайный прохожий иностранец. Врубель мог упражняться в разговорах часами, а потом с восторгом рассказывать окружающим, что узнал от собеседников.
Есть где-то Лунная река.
Она как Млечный путь легка.
Войди в воду, дождись восхода,
Почувствуй на миг неземную свободу.
Мы рядом в этот дивный час.
Луна всю ночь блестит для нас.
Река там поёт о любви
О том, что всё пройдёт,
Нам нужно быть вдвоём
Всё время…
Вдвоём…
Мне снится Лунная Река.
Течет издалека она.
Всех рек в мире она шире,
И звезды мерцают над ней и со дна.
Мы двое будто на плоту.
Уходят в темноту холмы.
Под нами вода так легка…
Скрылись берега.
Лишь Лунная Река,
Лишь небо
И мы.
Рецензия на «Знание — сила, а польза — сильнее»
(Александр Владимирский)
Вначале добр, затем обязан
и вряд кому от этого уйти,
а если разум с пользой связан,
то им обоим вечно по пути.
Алекс Весельчак
добавить замечания
Знают, что приносит пользу,
остальные знания — понты,
которые рано или поздно,
забудут прочно он, она и ты!
Алекс Весельчак
Круглые Даты и не очень,
зовут рифмовать куплеты,
чтобы всякие связи упрочить,
поддерживая традиции и приметы.
14.07.56!14.07.58!
а я летаю… за край границы.
мне часто берег лазурный снится.
кокосы в пальмах. и пирамиды
лукум. баклава. и мангустины
и море мёртвое. и море красное
и бирюзовое и солёное.
и солнце — пекло огнеопасное.
песок и небо. оно бездонное
а я летаю, где много рая.
где ад зарыт в глубине вулканов.
и там любовь… и она нагая
то с перцом чили. то с дуреманом.
скажи мне море… зачем одежды?
опять ресницы целуют тело.
с той самой встречи. опять, как прежде
в сто первый раз им не надоело.
по телу зыбь. корабли. шторма
твои ресницы. мои мечты.
в сто первый раз — я люблю тебя
в сто первый раз — ты меня люби
а я летаю… в твои моря
а ты купаешь… в любви меня
Растопить лёд в сердце поможет пожар любви
Если память тебя подвела, протяни ей руку помощи, не дай ей погибнуть: подкармливай кроссвордами, сканвордами, судоку.
Затупить мозги помогают криминальные новости, заострить — выключенный телевизор.
Вот она, удивительная жизнь. Во всём своём проявлении.
Взять и встретить в конце-концов человека.
С которым хочется прожить остаток дней.
Когда уже трахаться не хочется.
Стачки потому и внушают всегда такой ужас капиталистам, что они начинают колебать их господство.
Путевая обходчица Зина —
Баба ладная, кровь с молоком,
А приходится править дрезиной,
И по шпалам ходить с молотком.
С той поры, как разбилась в осколки,
Разлетелась на части страна,
В этом бывшем рабочем посёлке
Заработать нельзя нихрена.
Зине сорок, и льготного стажа
У неё, что гружёных платформ…
А по телеку Зине расскажут
Про пакет пенсионных реформ:
«Кто выходит на пенсию рано,
Тот обуза для нас, работяг!» —
Раскудахчется с телеэкрана
Белозубо-фарфоровый хряк.
Расписная модельная цаца,
Вся в обтяжку, глистою глиста,
Будет долго в эфир распинаться,
Что готова трудиться до ста.
Замелькают какие-то лица
— хоть прикуривай с этаких лиц! -
Убеждая, что надо стремиться
И усвоить пример заграниц…
Зина утречком, поступью скорой
Вновь отправится, затемно встав,
Обходить свою ветку, которой
Раз в полгода проходит состав.
Прошагает обходчица Зина
Мимо школы, которая спит,
Мимо блёклой стены магазина,
Где в подсобке разводится спирт.
По тропинке, знакомой до боли
За… не вспомнить, который уж год.
Где направо — заросшее поле,
Слева — бывший советский завод,
Где повис — на прорехе прореха —
Небосвод, беспросветен и сер,
Зацепившись над крышею цеха
За облезлые молот и серп…
Все-таки русская культура всемогуща и всепроникающа на самых невероятных уровнях.
Одолжила сегодня альбом народной сефардской музыки в местной библиотеке. Я вообще фольклорную музыку очень люблю, и слушаю в этой области буквально все — от песнопений на гэльском языке современных потомков кельтов (Loreena McKennitt в любимицах) до песен народов Африки и Азии (из Мали в прошлый раз такая замечательная певица попалась, Rokia Traore. Это надо слышать, не описывать).
Ну вот и слушаю я себе вечером спокойно народную музыку сефардов. Это такие испано-португальские евреи, если кто не знает, но мой выбор был совершенно случайным. Над ритмичным боем таблы и восточным орнаментом взмывает так хорошо узнаваемая бессмертная мелодия русского романса «Гори, гори моя звезда». Я три раза назад прокрутила — это несомненно была та самая мелодия!
Господи, кому только авторство этого романса не приписывали. И студенту Чуевскому, и Николаю Гумилеву, и Ивану Бунину, и даже адмиралу Александру Колчаку (можете сами в Вики посмотреть). Но музыка ныне никому неизвестного Петра Булахова, который мелодию к романсу в середине 19 века написал, оказалась настолько хороша, что попала даже в народные песни сефардов.
Вы знали имя этого русского композитора? Я тоже нет, пока не начала раскопки в связи с этим романсом и этой мелодией и историей. Булахов Петр Петрович. Еще одно незаслуженно забытое имя в истории русского искусства — он ведь не только мелодию к «Гори, гори моя звезда», но и большому количеству до сих пор известных романсов, таких как «Нет, не люблю я вас», «Колокольчики» и многих других написал. Малоизвестен, ибо большую часть жизни был парализован и в силу того не мог за собственную популярность бороться.
Даже если бы Булахов ничего более в жизни не написал — одной его мелодии оказалось достаточно, чтобы стать мировым фольклором и достоянием истории. По моему мнению, большего достижения для композитора быть не может.
Знаете, когда обнаруживаешь, что не только широко известный анекдот — но и всемирно знаменитая мелодия не являются плодом коллективного разума человечества, а имеют конкретного автора — то имя этого автора хочется опубликовать. Что я и делаю.
Послушала народную музыку сефардов, называется.
Рогов не из тех, кто бросает [жён]: такие лет пять думают прежде, чем жениться, и не менее десяти — прежде, чем развестись.