Наверное, первый раз мне стало страшно за моего ребенка этой весной, когда дочка начала ходить и стала гулять по двору на своих двоих, коротеньких и смешных, ножках.
Дочка стояла на асфальте, одетая как капуста во сто одежек, было довольно холодно, но по-весннему солнечно. Она стояла и удивлялась - первая осознанная весна. А вокруг шли люди. И к каждому она пыталась подбежать и рассказать, как вокруг интересно, но люди торопились - да и кому любопытен чужой ребенок?
А она тянулась ко всем - открытая, полная любви и радости, доверчивая, как бывают доверчивы только очень маленькие дети. Мир в ответ молчал.
Вот тогда и стало страшно - сколько ударов впереди, от которых эта доверчивость испариться, сколько разной гадости, которая поугасит всю эту любовь… Мы рожаем детей для счастья, а как уж получается - все знают.
- они на столько суровы, что прибивают к деревьям не скворечники, а собачьи будки.
- они на столько суровы, что делают орегами из листовой стали.
- они на столько суровы, что когда носят кирзачи мозоли появляются на кирзачах.
- они на столько суровы, что если болеют, то ставят на спину трех литровые банки.
- они на столько суровы, что в поезде выпивают 20 литров пива перед санитарной зоной.
- они на столько суровы, что спят на битом стекле и не делают из этого шоу.
- они на столько суровы, что банкомат дает им деньги без карточки.
- они на столько суровы, что могут выдержать Дом-2 больше минуты.
- они на столько суровы, что едят пельмени замороженными… вместе с пачкой.
- они на столько суровы, что кофе не пьют, а жрут его ложкой из банки.
- они на столько суровы, что чистят картошку ногтями.
- они на столько суровы, что когда сморкаются зажимают обе ноздри.
- они на столько суровы, что бреются голыми руками.
- они на столько суровы, что могут разогнать ядерный реактор руками.
- они на столько суровы, что струей раскалывают писуар пополам.
- они на столько суровы, что их мускулы как камень, а сопли как канаты.
- они на столько суровы, что когда падают лицом об асфальт, то кровь идет из асфальта.
- они на столько суровы, что когда моют лицо хозяйственным мылом не закрывают глаза.
- они на столько суровы, что у них из одного крана бежит холодная вода, а из второго - очень холодная.
- они на столько суровы, что могут потушить пожар по телефону матом.
- они на столько суровы, что когда включают на кухне свет тараканы в панике его выключают.
- они на столько суровы, почти как Сибирские мужики, только Сибирские еще более суровы.
- Сибирские женщины на столько суровы, что их боятся даже суровые Сибирские мужики.
В конце зала ожидания пригрелась старушка. Вся в черном. Сухонькая. Сгорбленная. Рядом лежит узелок. В нем не было еды - иначе старушка в течение суток коснулась его хотя бы раз. Судя по выпирающим углам узелка, можно было предположить, что там лежала икона, да виднелся кончик запасного платка, очевидно, «на смерть». Больше ничего у нее не было. Вечерело. Люди располагались на ночлег, суетились, расставляя чемоданы так, чтобы обезопасить себя от недобрых прохожих. А старушка все не шевелилась. Нет, она не спала. Глаза ее были открыты, но безучастны ко всему, что происходило вокруг. Маленькие плечики неровно вздрагивали, будто зажимала она в себе какой-то внутренний плач. Она едва шевелила пальцами и губами, словно крестила кого-то в тайной своей молитве В беспомощности своей она не искала к себе участия и внимания, ни к кому не обращалась и не сходила с места. Иногда старушка поворачивала голову в сторону входной двери, с каким-то тяжким смирением опускала ее вниз, безнадежно покачиваясь вправо и влево, словно готовила себя к какому-то окончательному ответу. Прошла нудная вокзальная ночь. Утром она сидела в той же позе, по-прежнему молчаливая и изможденная. Терпеливая в своем страдании, она даже не прилегла на спинку дивана. К полудню недалеко от нее расположилась молодая мать с двумя детьми двух и трех лет. Дети возились, играли, кушали и смотрели на старушку, пытаясь вовлечь ее в свою игру. Один из малышей подошел к ней и дотронулся пальчиком до полы черного пальто. Бабуля повернула голову и посмотрела так удивленно, будто она впервые увидела этот мир. Это прикосновение вернуло ее к жизни, глаза ее затеплились и улыбнулись, а рука нежно коснулась льняных волосенок. Женщина потянулась к ребенку вытереть носик и, заметив ожидающий взгляд старушки, обращенный к дверям, спросила ее: «Мамо, а кого вы ждете? Во скильки ваш поезд?». Старушку вопрос застал врасплох. Она замешкалась, засуетилась, не зная, куда деваться, вздохнула глубоко и будто вытолкнула шепотом из себя страшный ответ: «Доченька, нет у меня поезда!». И еще ниже согнулась. Соседка с детьми поняла, что здесь что-то неладно. Она подвинулась, участливо наклонилась к бабушке, обняла ее, просила умоляюще: «Мамо, скажите, что с вами?! Ну, скажите! Скажите мне, мамо, - снова и снова обращалась она к старушке. - Мамо, вы кушать хотите? Возьмите!» И она протянула ей вареную картофелину. И тут же, не спрашивая ее согласия, завернула ее в свою пушистую шаль. Малыш тоже протянул ей свой обмусоленный кусочек и пролепетал: «Кушай, баба». Та обняла ребенка и прижала его кусочек к губам. «Спасибо, деточка», - простонала она. Предслезный комок стоял у нее в горле… И вдруг что-то назрело в ней и прорвалось такое мощное и сильное, что выплеснуло ее горькую беду в это огромное вокзальное пространство: «Господи! Прости его!» - простонала она и сжалась в маленький комочек, закрыв лицо руками. Причитала, причитала покачиваясь: «Сыночек, сыночек… Дорогой… Единственный… Ненаглядный… Солнышко мое летнее… Воробышек мой неугомонный… Привел… Оставил». Она помолчала и, перекрестившись, сказала: «Господи! Помилуй его грешного». И не было у нее больше сил ни говорить, ни плакать от постигшей ее безысходности. «Детки, держитесь за бабушку», - крикнула женщина и метнулась к кассе. «Люди добрые! Помогите! Билет мне нужен! Старушку вон тую забрати, - показывала она в конец зала - Мамою она мне будет! Поезд у меня сейчас!». Они выходили на посадку, и весь вокзал провожал их влажными взглядами. «Ну вот, детки, маму я свою нашла, а вы - бабушку», - сияя от радости, толковала она ребятишкам. Странно, но большинство из тех, кому я рассказываю об этом случае, свидетелем которого стала несколько лет назад на вокзале города Кургана не верят в то, что вот так, за несколько минут человек мог принять такое важное для себя решение.
Не так давно мне довелось побывать на одном из московских вокзалов. На каком не важно, то о чём я хочу рассказать, Вы можете увидеть на любом вокзале, в любом городе. Мне пришлось задержаться на этом вокзале на несколько часов. При входе на вокзал я имела неосторожность положить несколько купюр в коробку какого-то нищего.
Самого нищего я даже не разглядела, сидел ближе всех, вот и положила. Даже не знаю точно, мужчина это был или женщина. Помню только, что уж очень жалкий. Проделав три или четыре круга по вокзалу, я от нечего делать, остановилась почитать доску объявлений. Особенно меня заинтересовали объявления под вывеской «Требуются».
Я не москвичка, и слыхала, что работу в Москве найти довольно трудно. Поэтому была поражена, тем, что увидела. Даже если половина объявлений уже была не актуальна, выбор всё-равно оставался приличным. И чего там только не было. Я, мягко говоря, была удивлена. Было даже объявление, такого содержаний «Требуются на уборку люди от 30 до 60 лет. Регистрация не обязательна. Жильём обеспечиваем».
Я читала и изумлялась, что вот так открыто и вроде не очень законно. И тут ко мне подошла ОНА. Довольно молодая женщина, в одежде с чужого плеча, замурзанная, но явно здоровая и упитанная. Я обратила внимание, что подошла она ко мне совершенно целенаправленно. Она искала именно меня, это было видно по её поведению. Увидев меня, она даже обрадовалась.
Мне стало любопытно. Подойдя, женщина протянула руку и произнесла, низким, чуть хриплым голосом, «Помогите, Ради Бога. Мне детей нечем кормить, а работы нету». При этом она выглядела совершенно смущенной и даже растерянной.
Я решила пообщаться, всё-равно ещё несколько часов деваться было некуда. Я указала на доску объявлений, и предложила прям сразу позвонить по любому указанному телефону. Чтобы выяснить, какую работу ей могут предложить.
Женщина слегка опешила, но быстро пришла в себя, и сообщила, что она не местная, у неё нет ни профессии, ни прописки. Я показала на поразившее меня объявление. То где не требовалась ни прописка, ни даже регистрация. И порадовалась, что вот сейчас я помогу человеку. Телефон у меня был, и я даже начала набирать, указанный в объявлении номер.
«Нет!», уже совершенно другим голосом, завопила женщина. «Деньги давай, у меня дети голодные, четверо». Я немного опешила, она была довольно молодой. Ну разве что, каждый год по ребёнку рожала.
Я попыталась настоять на своем. Предложила пойти в магазин, который заметила недалеко, и купить любые продукты. Там я видела и отдел одежды, сказала, что куплю детям и кое-что из одежды.
Женщину просто перекосило, она уже не разговаривала, а шипела. «Деньги давай, деньги! Ты что не понимаешь?». Если до этого момента я и правда не совсем понимала, всё-таки я не местная, то здесь мне уже всё стало ясно.
Я внимательно посмотрела на женщину и сказала: «Денег не дам». И тут же сорвалась с места, чтобы отскочить от неё. И, очень вовремя. Такого мата я в жизни своей не слыхала. Женщина плевалась, ругалась, сыпала проклятиями. Вокруг начал собираться народ. Кто-то даже возмутился, обращаясь ко мне: «Чего несчастную обижаешь?».
Мне, конечно, очень хотелось возразить, что это не я её, а она меня обижает. Но я поняла, что надо ноги уносить, пока не поздно. Что оказалось самым, на тот момент, разумным поступком. Удаляясь очень быстрым шагом, я ещё долго слышала проклятия и ругательства. И гул небольшой толпы, успевшей собраться рядом с местом происшествия.
С тех пор я нищим не подаю. И помощь в трудоустройстве «не местным бедняжкам», тоже не предлагаю. Зачем я это всё рассказала? А кому надо сам поймёт.
Всем известно, что ни за какие деньги нельзя купить счастье… почему же тогда мы ведём себя так, словно будь их немного больше - мы станем счастливее? Все пытаются стать богаче (хотя знают, богатство - не синоним счастья), все мечтают о последних гаджетах или вещах, которые помогут соответствовать стилю, навязываемому средствами массовой информации. Мы стремимся заработать больше денег, думая, что они помогут сделать жизнь лучше.
Не это делает нас счастливыми. Неважно, сколько мы зарабатываем, как много у нас денег в данный момент, как хороша наша одежда или автомобиль, на котором мы передвигаемся, насколько нова последняя игрушка - ничто из этого не поможет нам стать счастливее. И печально, что проходят десятилетия, прежде чем мы осознаем это.
Так что же принесёт нам счастье? Есть отличная новость! Эти три вещи не стоят ничего. При участии сотен тысяч людей было проведено исследование: что они имеют, как живут и насколько счастливы. На основании полученных данных были выявлены главные компоненты счастливой жизни.
Вот эти три секрета:
1. Хорошие отношения. Каждому человеку нужна близость. Брак или тесная любовная связь, настоящая дружба, отношения с членами семьи дают нам гораздо больше шансов стать счастливыми. Что делать? Каждый день находить время, чтобы провести его со своими близкими, говорить им, что они вам нужны, слушать, о чём они говорят и развивать ваши отношения.
2. Позитивное мышление. Не секрет, я большой сторонник позитивного мышления, как лучшего способа для достижения целей, но оказывается, что это ещё и кратчайший путь к счастью. Оптимизм и чувство собственного достоинства наиболее ярко выражены у людей, которые живут счастливой жизнью. Счастливые люди знают свои полномочия, контролируют свою жизнь и позитивно на неё смотрят. Что делать? Пусть позитивное мышление войдёт в привычку. В самом деле, это должно стать одной из главных привычек. Заменяйте все негативные мысли положительными. Вместо того чтобы думать «не могу», думайте «я могу». Это может звучать банально, но, тем не менее, работает каждый раз.
3. Поток. Это одно из названий состояния полной сосредоточенности на работе или стоящей перед вами задаче. Иногда мы настолько погружены в деятельность, что теряем счет времени. Удовлетворение от работы и отдыха, полученное в этом состоянии, неизменно приводит к счастью. Люди получают наибольшее удовольствие не тогда, когда бессмысленно и пассивно проводят время, а когда всецело поглощены чем-то интересным. Что делать? Найти занятие по душе. Серьезно, это чрезвычайно важный шаг. Найти дело, которое будет увлекать. Выключите телевизор и всё, что может отвлечь, абстрагируйтесь и уделяйте внимание только тому, что очень нравится.
Теперь вам известны все три компонента настоящего счастья. Не упустите ни один, и оно всегда будет с вами
Израиль:
Он, как рев автобуса, застрявшего в пробке. «Да-да-дааааааааа». И так - по нарастающей.
Австралия:
Русский звучит очень брутально, маскулинно. Это язык настоящих мачо (Уилл, финансовый аналитик).
Чехия:
Для меня русский звучит ровно как польский. Та же интонация, то же «женственное» произношение, в особенности по сравнению с чешским (Якуб, финансовый аналитик).
Великобритания:
По мне, русская речь - это нечто среднее между рыком моржа и мелодией Брамса (Эйб, бухгалтер).
Ирландия:
До того, как я начал изучать русский язык, и ещё некоторое время спустя после начала уроков славистики, тем больше он казался мне похожим на запись любого другого мирового языка, пущенную задом наперёд (Гетин, разведчик).
Монголия:
Самое удивительное, что русский язык может звучать совершенно по-разному: все зависит от говорящего, и от того, что именно говорится. В принципе, от русского языка при желании можно добиться ангельского звучания. Правда-правда! Русский - это пластилин, из которого месте может вылепить все, что пожелаете (Батыр, фотограф).
Новая Зеландия:
Как будто кто-то толком не отхаркался, набрал полный рот слюны и при этом пытается разговаривать (Дин, пенсионер).
Нидерланды:
Русский язык - это звуки, которые издавала бы кошка, посади её в коробку, полную мраморных шариков: писк, визг и полная неразбериха (Вильям-Ян, дизайнер).
США:
Мне всегда казалось, что русский - это смесь испанского с округлым «р», французского, в который добавили «ж» и немецких грубых звуков (Джереми, учитель).
Италия:
Это как приглашение к отчаянному флирту. И особенно, когда русские девушки невероятно сладким голосом произносят вот это их «ПАЧИМУ? «. Опубликуйте меня, пожалуйста (Алессио, журналист).
Корсика:
В высшей степени эмоциональный язык - в интонацию русские вкладывают много чувства и страсти. Пример: «Вот это да! «(Крис, консультант).
Германия:
Русский язык - это пара знакомых слов, затерянных в полном лингвистическом хаосе неприятных на слух звуков (Альбертина, врач-инфекционист).
Великобритания:
Как звук наждачной бумаги, скребущей по шероховатой поверхности, покрытой тонким слоем лака. А если говорить о провинциалах, то их русский - это скрёб наждачной бумаги по шероховатой поверхности безо всякой лакировки вообще (Марк, учитель).
Франция:
Русский язык - он как очень плохо отрегулированный радиоприёмник: полным-полно лишних шорохов, треска и скрипа (Мария, переводчица).
Было ясно: Котик дурачилась. Кому, в самом деле, придёт серьёзно в голову назначать свидание ночью, далеко за городом, на кладбище, когда это легко можно устроить на улице, в городском саду? И к лицу ли ему, земскому врачу, умному, солидному человеку, вздыхать, получать записочки, таскаться по кладбищам, делать глупости, над которыми смеются теперь даже гимназисты? К чему поведёт этот роман? Что скажут товарищи, когда узнают? Так думал Старцев, бродя в клубе около столов, а в половине одиннадцатого вдруг взял и поехал на кладбище.
Тебе бы мои проблемы
Дорогой Яндекс! Я только сейчас поняла, как же напрасно возражала мужу и сыну против компьютеров и Интернета. Вчера они уехали на рыбалку, а эти штуки забыли выключить. Мне вскоре стало скучно, и я решила освоить все премудрости. И знаешь, милый Яндекс, чего произошло?
Сначала там на экране было много всяких цветных штучек. Я постучала по буковкам, на что-то нажала - и всё это ненужное пропало с экрана, и появилась надпись: «Сообщите о возникших проблемах Яндексу»!
Уважаемый Яндекс, по твоей просьбе с удовольствием сообщаю о проблемах.
Во-первых, у сестры Лидки муж пьёт. Пьёт, зараза, как лошадь. Другие вон тоже, но - с умом. Если из дома несут пропивать, то хоть выбирают, чего в семье ещё нужне, а чего уже не очень. А этот не то что из дома ненужное унести - он до того и не приносил-то вообще ничего. И дуреет, как выпьет: велит моей сестре Лидке садиться за стол и писать под его диктовку продолжение трактата о переустройстве коррумпированного государства.
Теперь, дорогой Яндекс, Лёшка мой. Семнадцать лет балбесу, а он с девочками ещё толком не гуляет - всё у него игры какие-то, стрелялки на уме и фильмы, где всё время ногами по бестолковке бьют. И спать он не ложится с этой галиматьёй до пяти утра, а потом ползает весь день, как мокрый шмель.
Ещё такая проблема. У нас в отделе Никанорова плановичка будто следит за мной. Я вот купила берет из щипаной норки - она в тот же день в таком же пришла. Я платье сшила коричневое чуть выше колен к сапогам - эта корова в таком же припёрлась. Я знаю, милый Яндекс, что это она мне назло. Потому что Игорь Сергеевич, когда с договорами приезжает, мне шоколадки дарит, а ей нет. Только ты об этом моему мужу не рассказывай, иначе у меня ещё одна проблема появится.
О самом же паразите, муже моём, милый Яндекс, я расскажу в следующий раз, а то заболталась совсем. Да и от компьютера горелый запах пошёл, надо его аэрозолем побрызгать и квартиру проветрить. Вот это, милый Яндекс, для меня не проблема!
.Моребоязнь
Я приехал отдохнуть на Черноморское побережье. Была изумительная погода.
На пляже рядом со мной загорал мужчина. Я то и дело бросался в море, подолгу плавал. Незнакомец порой подходил к прибою, тоскливо поглядывал на гладь моря, но ни разу не окунулся. Назавтра всё повторилось. На третий день я поинтересовался:
- Почему не плещемся?
- Боюсь заходить в воду, - последовал ответ.
- Чем это вызвано?
Он замялся, оглянулся и тихо произнёс:
- Однажды был такой же чудный полдень. Я вошёл в воду. Резвлюсь, как дельфин. Блаженствую! Вдруг чувствую, кто-то вцепился в мои ноги. Пятки щекочет. Пытаюсь освободиться. Тщетно! Нырнул, чтобы посмотреть, кто там меня держит. Гляжу, не поверите, молодая девушка. Фигура впечатляет! Телом к моему телу прижимается. Целует меня… Ну, я же женат, на всё это не реагирую, проявляю моральную устойчивость. С большим трудом вырвался. Прибегаю в номер. Лёг спать. Утром просыпаюсь, не поверите, она в моей постели! А тут супруга нагрянула. Скандал устроила. Я ей объясняю, мол, так и так было. Жена не слушает. Кричит: бабник, юбочник, никуда нельзя одного отпускать… Развелась со мной. С тех пор боюсь моря.
- А что с девушкой стало?
- Да вон она под грибком с биноклем сидит. Наблюдает: ступлю ли я в воду?
Я посмотрел в указанную сторону. Действительно, там, на качалке, расположилась белокурая красавица.
- С какого места входили? - поинтересовался я у мужчины.
- Напротив того рифа!
Я поднялся с лежака и быстро направился к разрезающему волны каменному выступу. И едва успел погрузиться в воду, как чьи-то нежные руки сковали мои колени.
ФУРАЖКА
У Митьки была чокнутая двоюродная сестра Милка, она всем давала. То есть, конечно, не всем, а по выбору Митьки, к тому же она про то и не подозревала, она всегда была верна своему Аурелу («аур» по-румынски «золото», Аурел - ласкательное - вроде от «Злато» - «Златик»).
История на самом деле тяжёлая. Ещё шла война, когда семья Митьки решила вернуться домой в Бессарабию, они бежали от фронта вглубь Румынии, а когда король Михай перешёл на сторону союзников, то первым делом беженцам захотелось домой. Мать Митьки вместе с Милкой собственным ходом добрались до Прута, реки, которая ещё толком границей не была, потому на том и на этом берегу их здорово обчистили, а семнадцатилетнюю Эмилию долго и всласть насиловали. Она и тронулась после этого.
А был у неё, повторяю, единственный любимый - Аурел, молодой капрал, его после контузии списали с фронта в запас. Эмилия любила его без памяти. Он тоже души в ней не чаял. Само собой, румынского парня в советскую Бессарабию не пустили, да он и не пытался. Милка жить без него не хотела, пыталась топиться, но Аурел её спас, пообещал тайком вернуться к ней, пусть ждёт и никому ни гу-гу.
Вот так и получилось, что Милка стала тихой сумасшедшей, её из дому в город не выпускали, - к тому времени, когда я рассказываю, ей было уже лет девятнадцать, она всё путала, жила в каком-то своём мире и неизменно ждала своего Аурела. И - как вы уже догадались - тайно «встречалась» с ним. Митька с осторожностью вербовал очередного хахаля, договаривался о подарке себе за услугу и отводил его в тёмный сарай к Милке. Полная конспирация, хахаль вступал в роль «Аурела», якобы скрывающегося от советских властей…
Она, бедная, охотно верила.
Я спросил у Митьки после школы - это правда? Он сделал таинственное лицо и ответил шёпотом, чтобы я пришёл вечером в парк.
Итак, мы встретились. Митька протянул мне папиросу, я отказался - ещё не курил…
- Стасик, - сказал Митька, чиркая спичкой. - Я тебя знаю. Ты парень свой, трепаться не будешь, я тебе устрою. Тебе уже пора. Если ты мне подаришь «Смену». Мне очень хочется снимать, а на аппарат никак деньгу не соберу. Милка добрая, ласковая, только я должен тебя научить…
Я едва скрыл испуг, сказал, что подумаю, ночь не спал, мучился от стыдных видений, днём на уроках в школе ничего не понимал, время от времени меня бросало в жар, наконец, я понял, что деваться некуда. Я принёс Митьке фотоаппарат.
Вечером я с трудом отделался от знакомых, город у нас маленький, кружным путём пришёл к Митьке, он провёл меня через огород к сараю и дал мне в пакете румынскую фуражку.
- Вот это самое важное - фуражка. По ней она «своего» узнает, в темноте нащупает. Ты, значит, Аурел, ври, что вздумается, она поверит. Говори по-румынски, а можешь и по-русски, скажешь - научился… Но всё по-доброму, не обижай, ладно? Не бойся, она не беременеет, что-то ей там испортили гады… Жди, она придёт…
В сарае было темно, я с трудом различил у стены топчан, напялил на себя фуражку, с трудом сдерживая дрожь. Кажется вечность прошла, пока дверь скрипнула и девичья фигурка метнулась ко мне:
- Аурел?
Не успел я что-либо промямлить, как она обняла меня, горячо зашептала:
- Ты! Ты наконец пришёл, я уж боялась, что тебя поймали.
Она сняла с меня фуражку, стала гладить по волосам, по щекам.
- Ты похудел, ты стал какой-то маленький.
- Конспирация, - прошептал я хрипло, страшась собственного голоса и, дурея от внезапной близости тёплого тела, ткнулся в волну её волос, неловко искал её губы, представляя её красавицей, чуть ли Диной Дурбин, а она быстро поцеловала меня в обе щеки, провела по ним ладонью, заворковала:
- Погоди, погоди, вот я тебе пончики принесла, ты же любишь пончики, ты же голодный, бедненький мой…
И достав откуда-то горячий пончик, чуть ли не силком сунула мне его в рот. Пока я, давясь, жевал, она засыпала меня вопросами, на некоторые, торопливо, как бы понимающе, отвечала сама, на иные, не дожидалась ответа (я что-то мычал, жуя) перескакивала к другим, потом прошептала прямо в ухо:
- Тебе страшно жить? Страшно? Мне тоже. Но я тебя люблю, - хочешь, умрём вместе? Мы будем ангелами, будет летать, куда захотим, миленький ты мой, Аурел, я знаю, чего тебе надо, я сейчас разденусь, но я только ради тебя, мне это зачем? С тех пор, как меня обидели у меня в животе здесь внизу, как будто змея кусачая, ты только погладь, мне легче станет - и она взяла мою руку и подвела к низу живота, я погладил и всхлипнул.
- Что с тобой? - спросила она.
- Ничего, закашлялся, я простужен, Милочка.
- А эти кто? - Я почувствовал, что она озирается. - Вот видишь, стоят, смотрят, вот там!
Я никого не видел. Темнота и только. Но я взял себя в руки и храбро сказал:
- Не бойся. Сейчас всех выгоню!
- Нет, нет, не связывайся, ты не знаешь их. Их сразу станет много. Они пахнут кровью и дымом. Лучше пусть смотрят. Они и тогда смотрели, когда меня топтали. Давай, я разденусь. Давай скорее, миленький, покончим с этим. Они тогда исчезнут, а мы поговорим.
Я не успел сообразить, как она уже легла на топчан.
- Иди сюда…
Я сдуру, не раздеваясь, стал на колени и ткнулся в неё головой. Потом наши руки встретились.
- Аурел, только ты меня любишь…
- А Митька?
- Митька добрый, но строгий. В кино меня не пускает. Говорит, в городе бандиты. В мире одни бандиты… Таких, как я, хватают. И таких, как ты… А я только вышивать умею, целый день вышиваю и жду тебя… Аурел, спой мне нашу песенку, тихо спой и делай, что хочешь. А я буду слушать и плакать.
Вот тебе на! Какую песенку?
- Ну, пой! Видишь, они приближаются. А песенки боятся…
Я покашлял - нет, я вовсе не забыл ту, нашу, но, может, я непременно спою в другой раз, сейчас не получится, я простужен, прости, Милочка, - и руками стал блуждать по её телу, мне становилось жарко, а она замолчала, вся как-то сжалась, повернувшись боком.
- Мне холодно, - наконец сказала.
Я нашарил на полу её платье, набросил на неё и лёг рядом. Она повернулась ко мне, я неловко потыкался наугад в её тело и, смущённый, затих. Она и не думала помочь.
- Ты сегодня какой-то… Но успокойся. Мне хорошо, миленький. Можно мы с тобой, как тогда, после той ночи, на скирде, просто будем смотреть в небо и улетим?
- Ну, да, конечно. Как тогда… на скирде…
Так мы лежали молча минут пять или сто лет. Скорей всего, она задремала. Я жалел её и сгорал от стыда.
И вдруг раздался условный стук в дверь. Это Митька мне давал знать, что моё время истекло.
- Милочка, мне пора! - Я встал, нащупал фуражку, она тоже вскочила, вцепилась в меня, покрыла поцелуями, я тоже обнял её, голую, дрожащую, прижался к ней, в первый раз прижался к девушке, которая так любила «меня». Ей тело и запах помню до сих пор…
Но её я не разглядел. Понятия не имею, как она выглядела.
…Митька взял из моих рук пакет с фуражкой.
- Лады? - спросил он.
- Угу… - отвечал я, пряча глаза. - А по-моему, она не совсем спятила, можно вылечить…
- Зачем? Что ей делать в этом мире?
13 простых истин, как всегда оставаться желанной!
1. Женщина в любых ситуациях должна оставаться женщиной. К сожалению, многие из нас забывают про это. Наш главный минус - это излишняя эмоциональность, которая проявляется, когда нас выводят из себя. Очень часто в пылу гнева, мы говорим очень много слов, о которых потом жалеем, когда утихнет гнев, и совершаем такие поступки, за которые очень часто бывает стыдно. Поэтому в любых ситуациях нужно учиться держать себя в руках. Если вы этому научитесь, то будете очень сильно выделяться на фоне всех его знакомых.
2. Станьте для него загадкой, непрочитанной книгой, которую он захочет прочитать. Не отправляйте любимому слезоточивые смс, если он не давал о себе знать пару дней. Вы не должны принадлежать своему мужчине на 100%. Когда мужчина, осознает, что женщина ему полностью принадлежит и он может увидеть её в любое время дня и ночи, то пропадает вся романтика: он может задерживаться на работе, встречаться с друзьями вместо ваших свиданий, которые он даже забывает отменить. А все только потому, что он знает, что стоит ему позвонить и попросить прощения, как вы сразу же броситесь к его ногам и простите его.
3. Не бойтесь потерять своего мужчину, если вы будете бояться, то очень скоро он будет играть вами как марионеткой. Покажите ему, что у вас и без него куча вариантов, как провести этот вечер. И в скором времени, результаты не заставят вас ждать.
4. Не унижайтесь. Уважайте себя. Если выбор стоит между достоинством и поддержанием отношений, то всегда выбирайте достоинство. Вам не нужен мужчина, который не уважает вас. В очень скором времени вы найдете мужчину, который будет действительно вас достоин.
5. Будьте недоступны, непокорны. Не соглашайтесь сразу на свидание, на интимные отношения, даже если при виде его, у вас начинает бешено колотиться сердце и подгибаются коленки. Чем меньше вы проявите интерес, тем больше он распалится.
6. Вы должны сразу показать мужчине, что о вас нельзя вытирать ноги, что вы не половая тряпка, а мечта многих мужчин. А если он этого не понимает, то пусть катится на все 4 стороны, потому что в очень скором времени, он поймет что потерял.
7. Не будьте для мужчины мамочкой. Не надо его чрезмерно опекать. Это ни к чему хорошему не приведет. Мужчине всегда нужно чувствовать себя мужчиной, да и вам, скорее всего, нужен брутальный самец, а не половая тряпка, поэтому позвольте ему самому принимать решения, даже если он в них потом раскается. Но если уже не в моготу, то не забудьте поговорку: «мужчина голова - женщина шея». Направляйте своего мужчину, но так, чтоб он об этом и не догадывался.
8. Не говорите с ним с первых встреч о серьезных отношениях, это испугает любого представителя противоположного пола. Делайте вид, что вы не хотите их также как он, даже если в душе у вас при этих словах, начинают скрести кошки.
9. Излучайте уверенность. Не сравнивайте себя с другими его партнершами. Это глупо. Ведь вы скорей всего намного лучше их, если он ушел от них к вам. Подумайте об этом.
10. Вы должны выглядеть женственно и нежно, как роза из «маленького принца», тогда ваш принц захочет вас защищать и оберегать как хрупкий цветок. А вам как раз это то и нужно!
11. Не забывайте делать комплименты своему молодому человеку. Мужчины это ой как любят. Он точно не устоит, если вы начнете шептать ему в ушко о том, какой он замечательный, добрый, нежный и сильный.
12. Не забывайте, что вы всегда должны выглядеть на 100%. Если вы хотите найти настоящего принца, тои должны выглядеть как принцесса. У вас всегда должен быть идеальный маникюр, идеальная фигура, идеальный макияж. И тогда не один мужчина не устоит перед вами.
13. И напоследок: любите себя и будут любить вас. Если женщина любит себя и относится к себе с достоинством, то и мужчины будут относиться к ней соответственно.
В России крепкие напитки пьют залпом в отличие от Европы, где обычно их пьют прихлебывая. Марксизм тоже Россия выпила залпом, пока Европа его пригубляла. Через семьдесят лет мы отрезвели - и тут же залпом выпили демократию.
Почему в России пьют залпом? Величайшая загадка.
Одни говорят, что россияне спешат к итоговому состоянию после выпивки. Другие говорят, что наша жизнь столь ненадежна, что человек пьет залпом, боясь, что у него отнимут выпивку, пока он будет прихлебывать.
Вероятно, разрешив эту загадку, мы облегченно вздохнем и начнем пить прихлебывая. А Европа, заметив это, сильно встревожится и станет пить залпом.
Почему время такая предательская штука? В детстве, когда ждешь новый год, летние каникулы, день рождения, новую игрушку, поездку к бабушке- оно и не думает торопиться, тянется- потянется …
Сейчас во взрослом состоянии я не успеваю считать новые года и дни рождения. Они проносятся с колоссальной скоростью, не давая отдышаться и насладится ими в полную меру.
Как затормозить время? Как вернуть давно утраченное ощущение тягучести? В то, что ничего нельзя с этим поделать я не верю… не хочу верить…
Причиной возникновения демографического кризиса в развитых странах могут быть «маменькины сынки». Неожиданное обвинение в сторону мужчин, «привязанных к юбке», выдвинули австралийские психологи.
Они утверждают, что эта категория мужчин слишком инфантильна. «Маменькины сынки» не привыкли брать на себя ответственность за свою жизнь, а потому не спешат заводить серьезные отношения с женщиной и не горят желанием иметь детей.
По мнению ученых, современные женщины совершенно не задумываются о правильном воспитании мальчиков, лишая их свободы выбора и принимая все решения за них. Как следствие, их подросшим детям комфортнее остаться с мамами, чем жить с другими женщинами, которые не будут их опекать.
За последние 10 лет количество беспомощных мужчин увеличилось. Только на территории Австралии «маменькиных сынков» стало на одну четверть больше, а их «плотность» в мире составляет уже 27%.
Кстати, этими мужчинами очень легко манипулировать. Поэтому часто они не могут состояться и сделать карьеру - поскольку у них нет своего мнения, они будут соглашаться с мнением начальства, в том числе, в том, что касается их собственной зарплаты и круга обязанностей.
Вывод ученых: если современные женщины в развитых странах не изменят свое отношение к воспитанию сыновей, демографических надежд у западного общества не останется. Уже сейчас прирост населения в западных странах - это заслуга мигрантов из Азии и с Ближнего Востока. На каждого белого младенца в Лондоне приходится по 6,5 азиатских и ближневосточных малышей.
В купе ехало четверо.
- Ну, - сказал один, когда за окном враскосяк побежали городские окраины, - будем знакомы! Алексей! - Он сложил из руки «рот фронт» и, разжав, лопатой протянул навстречу соседям.
Пассажиры замялись, но впереди лежал целый день пути, знакомства было не избежать. Поезд шел туда, где кончались не только рельсы, но и вообще все.
- Петр, - подавая детине маленькую аккуратную руку, сказал скуластый брюнет. Третьего пассажира звали Константином, был он худ, высок и патлат.
Четвертый, сидевший с ногами в углу, - юный, налысо выбритый, но с косичкой сзади - молча всем поклонился, вынул из холщового мешка «Бхагават-Гиту» и выбыл из обращения.
Пришла проводница; собрали за белье, попросили чая. Выбритый с косичкой отказался и от чая.
Петр вынул из сумки и положил на столик запотевший целлофановый пакет с распластанной в хлебе котлетой, другой пакет с огурцами и тонко, на просвет, нарезанным сыром со слезой. Общительный Алексей добавил полпалки толсто нарубленной колбасы, три яйца, ноль семь коньяка и семейство латунных, матрешкой, стопочек.
Константин, помедлив, завершил натюрморт курицей, запеченной в фольге.
Человек с косичкой, выждав некоторое время, вынул из холщовой сумки апельсин, сосредоточенно очистил его и съел.
После второй заговорили о политике.
- Козлы, - убежденно сказал Алексей.
- Почему козлы? - поинтересовался Константин.
Потому что.
- Кто? - уточнил Петр.
- Они все, - ответил Алексей, кладя в рот яйцо. - Нахапали и еще хотят.
- Все не так просто, - осторожно откликнулся Константин. - Попробуйте посмотреть на вещи с другой стороны…
- С какой еще другой? - Алексей прожевал яйцо и прополоскал рот чаем. - Нету никакой другой стороны!
- Есть, - возразил Константин. - Другая сторона всегда есть. И оттуда обязательно надо посмотреть!
Мимо окна проехал овраг с дощатыми времянками, стоявшими на самом краю и словно бы раздумывавшими - не броситься ли совсем вниз? Появилось и гуськом ушло за рощицу несколько покосившихся телеграфных столбов.
- Вот я, например, был депутатом.
- Вы?
- Я, - подтвердил Константин. - И козлом себя не считаю.
- Да я вообще… - покраснел Алексей. - Я же не про вас…
- Нет-нет! - Константин жестом отверг предположение о личной обиде. - Я в принципе говорю: тут ничего нельзя сделать. И потом: вы же сами… мы же сами, - поправился он, - выбрали… тех, кого выбрали, правда?
- Ну, - согласился Алексей.
- Так что же тогда выходит?
- Что? - с опаской переспросил Алексей.
- Выходит, мы сами и козлы, - мягко доформулировал Константин.
- Да ладно вам… - не поверил детина. Он еще подумал немного над открывшимся, потом покосился на бритого с косичкой и молча налил три стопки.
- Будем!
- Куда мы денемся, - согласился патлатый.
Выпили.
- А я не прошел, - вдруг сказал Петр с верхней полки.
- Куда? - спросил Константин.
- В депутаты. - Он помолчал еще и свесился вниз. - Вы по какому округу были?
Через полчаса разговор соскользнул на баб.
В основном - бляди, - сообщил свое мнение Алексей. - Про всех не скажу, всех не знаю, но в основном…
- А вы многих знали? - заинтересовался Петр.
Детина закатил глаза и зашевелил губами, считая.
- До ебаной матери, - округлил он наконец.
- И все, значит…
- Почти все, - заверил атлет.
- А вы сами? - спросил Константин.
- Что?
- Если посмотреть с другой стороны, - напомнил Константин.
- То есть?
- Ну, вот вы… ведь даже сосчитать не можете, сколько у вас их было!
Алексей хмыкнул.
- Я, конечно, тоже кобель порядочный! - Он шумно, с удовольствием выдохнул, устроился поудобнее и снова начал перечислять, загибая пальцы. - Значит, так! Ленка, потом Ирка, потом… Маша, Света, Нина Петровна, потом пионервожатая эта… потом опять Ленка, потом Полина…
- Какая Полина? - насторожился брюнет на верхней полке. - Как фамилия?
- Ладно, ладно, - отмахнулся Алексей. - Отдыхай.
Поезд, тяжело вздохнув, остановился. За окном темнел кусок вокзала. С товарных путей женский голос гулко и заполошно прокричал что-то про восьмую, которую надо подать на пятый. Бритый кришнаит вынул из своего мешка очередной апельсин, почистил его и начал есть, аккуратно собирая косточки в кулак.
Мимо окна, качаясь в такт скрипу снега, проплыла фуражка и следом две ушанки.
- Патруль, - определил Алексей и, помолчав, добавил: - Я, помню, ходил однажды в патруль. Смешная история… - Он замолчал. Поезд дернулся, поравнялся с фуражкой и, оставив ее позади, покатил в ночь.
- Так - что? - напомнил патлатый. - Ходили в патруль - и? Вы говорили: смешная история…
- А-а. Ну, оборжешься! Зима тоже была, колотун… Идем. Вижу - чурка какой-то в шинели идет навстречу. Нас увидел и сразу бочком, бочком - и в переулок… Самовольщик! Я ему: «Стой! Ко мне!» - а он бежать. Я за ним, а он, сука, со страху так чешет, хрен догонишь. Но я ж спортом занимался, разряд был, дыхалка… - а потом, в отпуск-то охота! - ну я за ним и наладился. Ребята сразу отстали, а я на принцип! Пять минут за ним бежал, за уродом!..
Алексей не на шутку распалился от воспоминания, махал ручищами, глаза его горели.
- Он на станцию - я туда! Он по путям - я за ним! И на запасных догнал! Он, сучонок, сдох через рельсы бегать. Догнал я его и вот так… - Алексей занес кулачище над столом, - кэ-эк дам по балде! Он с копыт, башкой об уголь - там склад был - и лежит. Ну, а я сел на рельсы, отдыхиваюсь, жду, пока ребята подойдут. И представляете - застудил яйца! Мне в отпуск ехать - две недели дали за отличную службу! - а у меня вот такие стали! как у слона буквально! Ну, меня в медсанбате кололи всякой гадостью - стали нормальные, маленькие…
Детина вдруг замолчал.
- Даже еще меньше, чем были.
И он замолчал опять, уже надолго.
- Ну? - подбодрил рассказчика Константин, так и не дождавшийся смешного.
- Баранки гну! - немедленно среагировал детина. - А мне обидно стало, что они маленькие, яйца, мне ж в отпуск идти! Так я потом, как из медсанбата вышел, и под холодную воду их, и в снегу держал - ни в какую! Так до сих пор маленькие и остались. Вот такусенькие. Представляете?
Алексей замолчал и откинулся назад, весь охваченный неожиданным воспоминанием. Внизу стучали колеса, вдоль окна черной стеной летел лес; бритый, закрыв «Бхагават-Гиту», смотрел на рассказчика.
- Все? - раздалось с верхней полки.
- Все, - подтвердил Алексей. - Теперь давай ты чего-нибудь смешное расскажи.
И налил.
- Хорошо, - согласились с верхней полки. - Это тоже в армии было. Пошел я как-то в самоволку. Только из гарнизона выбрался, гляжу - патруль. А первым здоровенный такой старшина шагает, рожа репой, увидел меня, сразу глазки кровью налились, как у кабана. «Ко мне-е!» - кричит. Ну, я, конечно, - ноги, а этот - за мной. Здоровый, мерин. Я от него туда, сюда - как заяц… Все-таки догнал он меня, урод…
Тут брюнет свесился с полки и пояснил: «Спортсмен был, наверное», - и, снова улегшись, продолжил:
- Ну вот. На путях железнодорожных меня догнал - и как даст сзади своей колотушкой. Я упал, башкой обо что-то трах - и все, ничего не помню. Очухался на гауптвахте. Десять суток на воде и хлебе строевой шаг отрабатывал. И как раз на десятый день - от сотрясения, видать, - у меня способности открылись…
- Какие способности? - поинтересовался Константин.
- Порчу насылать могу, - пояснил брюнет и, свесившись вниз, доброжелательно оглядел присутствующих.
Детина так и сидел с невыпитым коньяком наперевес. Колеса стучали в полной тишине.
- А у меня тоже было смешно, - поделился вдруг Константин. - Я в медсанбате служил. И вот, значит, как-то зимой привозят нам старшину с во-от такими яйцами! Отморозился. На рельсах сидел, имбицил. Ну, колем ему гадость всякую, колем… Глядим - совсем они у него маленькие становятся. Недели через две фельдшер меня и спрашивает: мы чего ему колем? Я говорю: откуда мне знать? Он тогда посмотрел и говорит: ох ты, мать-перемать, я ж ему не ту концентрацию херачу! Хорошо, говорит, заметили, а то бы совсем в горошину съежилось у парня, а ему на дембель…
Константин закончил свой рассказ и в тяжкой тишине захрумкал огурцом. Детина так и сидел со стопкой в руке. Рот его был открыт.
- А я… - раздалось вдруг из угла.
Говорил кришнаит.
Брюнет свесился со своей полки по пояс, Константин перестал жевать. Детина медленно поставил на столик нетронутую стопку и повернул к читателю «Бхагават-Гиты» лицо с парой раскаленных глаз на буром лице.
- Ты еще?.. - захрипел он. - Ты еще будешь?.. Не было тебя нигде, вообще не было, врешь!
- Я никогда не вру, - сказал кришнаит и, покраснев, потупился. - Мне нельзя. - Он поднял глаза, они сияли светом последней истины. - Послушайте! Однажды, в прошлой жизни, когда я был яйцом… обыкновенным мужским яйцом…
Поезд разрезал тьму, а может, тьма поглощала поезд - и все зависело только от того, с какой стороны смотреть.