Ну, беседуй! — сказал я своему приятелю, впрочем, приятелем он стал мне недавно. Мы сидели компанией в здании клуба и пили пиво, он попросил моего совета по одной «щекатильной теме», как он сам выразился. Я отошел с ним от других, так, чтобы нас никто не слышал. Мы стояли в молчании уже полминуты, было видно — он собирается с мыслями и не знает с чего начать.
— Тут такая тема, братан, посоветуй! Мне одна дама понравилась, вернее, нравится она мне давно и я ей, вроде как, но… блин, как бы сказать… я вот сам знаешь, бродяга по жизни, ветер, а она девушка правильная, грамотная там, все дела… ну че говорить, Она книги читает! Ну, не те, что там задают по учебе — другие, добровольно, прикинь! — в этот момент нужно было видеть его лицо. Он говорил об этом факте с таким неподдельным изумлением, с такой восторженностью, казалось, он не мог так просто принять то, что люди могут ДОБРОВОЛЬНО читать книги и не те, что задают по учебе.
— Да уж, ситуация. Надо же, такой недостаток! Книги читает! — заметил я с долею сарказма.
— Не, ну пойми, я не то, что это плохо, просто мы, как бы на разных берегах. Я хочу к ней подкатить там, все дела… ну потихоньку, помаленьку, понимаешь?! Но я даже не знаю как с ней себя вести, о чем говорить? Она он начитанная, вежливая такая, на олимпиады ездит, а я че? Расскажу, как пивас с пацанами пью и по синеве помял батину машину?
— Не парься. Если ты ей, как сказал, вроде как нравишься, то нравишься именно таким! Значит, она разглядела в тебе что-то такое, что её привлекло и заинтересовало, быть может, такое, что и ты в себе не замечаешь, а она это чувствует. Не пытайся быть как Она, вести себя как Она, но интересуйся Ею, изучай Её, пусть Она делится с тобой своим миром. Не думай над тем, как бы правильно с нею поступить, всё равно не угадаешь, просто будь искренним, будь собой.
— А если Ей со мной будет не интересно? Мы то, разные.
— Ну да, ты мальчик, она девочка. Ладно, шучу. Вы разные только поверхностно, только видимо, а зачастую видима лишь часть чего-то более глубокого, та часть, которая бросается в глаза, вот и судят о ней с такой позиции как у тебя, мол, очевидно разные и точка, а что, если заглянуть за ширму? Ведь гораздо важнее содержимое, то, что внутри. Лежащее на поверхности — это только демонстрация приближенная к действительности, но не сама действительность. То, что видно всем — лишь набросок портрета, игра, и тот будет иметь успех, кто на эту игру не купится, а разглядит за ней содержимое, смысл, захочет понять, по-настоящему заинтересуется. По названию рассказа, можно сделать вывод о чем там пойдет речь и то не всегда правильный, тем более, невозможно определить его суть, посыл, идею, нужно читать, понимаешь? Так вот и с девушками, да и вообще, со всеми людьми, только улови, заметь то, что скрыто за ширмой, скрыто потому, что не предназначено для других, для большинства, но если ты это увидишь, почувствуешь — человек твой.
Он задумался, поджал губу и закивал головой — Я тебя понял!
— И при том — добавил я — даже если и так, если ей будет с тобой уж очень не интересно, то, что ты сможешь сделать? Начнёшь читать горы книг? Интересоваться научной литературой? Оно конечно, не помешает, но, чтобы говорить, в этом плане, с ней на равных, тебе понадобиться не месяц и не два. На это уходят годы. Поэтому, расслабься и не загружайся тем, что на данный момент не в твоей власти. А сейчас, пошли пить пиво!
Через три часа я уже был дома и готовился ко сну. Меня, признаться, несколько впечатлило подобное откровение моего нового приятеля. Особенно тот трепет, тот страх дерзкого и смелого парня, которым он был в глазах друзей, перед хрупкой и нежной девушкой. Да-да, именно страх, страх показаться глупым, грубым, смешным, не таким, каким Она ожидает его увидеть. А каковы Её ожидания? Он не знает, и это, в какой-то степени, усиливает его неуверенность и трепет перед ней. Она книги читает! Она из другого общества, но тем-то Она и прекрасна, тем и пленила его: своей скромностью, оригинальностью, непохожестью на других, тем, что Она сильна и в то же время, ранима, тем, что Она не выставляется на показ и в её обыкновенности так много необыкновенного.
Впрочем, любому человеку знаком этот трепет. Трепет перед тем, что неподвластно, незнакомо, иной раз даже чуждо, что заставляет невольно восторгаться и восторгаться именно тем, что выходит за рамки твоего понимания. В этом случае, осознавая свою собственную необразованность перед лицом образованным, да к тому же, еще и симпатичным, наш герой поплыл. Дерзость в нём осталась только для использования в том окружении, где он был уверен, где играл по правилам привычным и знакомым, и от части установленных им же. Стоило перейти на другое поле, где играют другую игру — стало неуютно, не по себе, страшно, но уходить не хочется, потому, что игра завораживает. Ты не можешь проявить себя на этом поле, тебе здесь нечего делать, но стоишь в оцепенении поглощенный увиденным, растерянный, а с места не двинешься. Понимаешь, что это новое и пока непонятное берет над тобою власть, но ты не смеешь противиться, ибо власть эта умиляет. Так вот и Она, хрупкая и нежная, робкая и скромная, сможет укротить Его именно своею слабостью перед ним.
(21.06.18)
Близость между людьми определяется не расстоянием, а чувствами, которые они испытывают друг к другу.
Умирает любовь от боли,
От предательств и унижений,
От неверных твоих решений,
От обмана и пустословья.
Тихо гаснут в глазах моих звезды,
В сердце пусто, как в гулком зале.
Я смертельно от боли устала,
И, наверно, спасаться поздно.
Соберу я остатки воли,
Забинтую потуже раны.
Твой обман снова стал ударом
И источником острой боли.
В полнолунье больнее плакать,
Только крик мой никто не услышит.
Я сожмусь, стану меньше и ниже.
Пусть засохнет печальная слякоть.
Как же больно! Как трудно и колко
Этой светлой и лунной ночью
Собираться опять из кусочков,
Из мельчайших тоски осколков.
Как же верить, когда сразу двое
Самых близких меня предали.
Всё доверие растоптали…
Я не плачу, я просто вою.
Одинокой усталой волчицей
Я с утра пойду кормить малых.
Жизнь идёт, несмотря на усталость.
Только мне вновь ночами не спится…
Спаси меня космос от колкости масс,
Потерян мной компас, а значит я pass.
Пусти меня к звёздам, я создан для них,
Но космос весь роздан, да грезам, я — псих.
По лунной дорожке, да ножки бегут,
Но всё понарошку, по крошкам найдут.
И как рыцарь лунный, окажется юный,
А космос нешумный, он весь простодумный.
Верните мне ночи, я прочим не очень,
Но чем озабочен, я в том и порочен.
И вечная темень в компании с теми,
С кем в общей системе работает время.
И я стану скорость и от людей скроюсь,
Пусти меня космос, и я найду Фобос.
Я лжи не приемлю, что за, то за дверью,
Пойму всё и внемлю, взирая на землю.
Спаси меня космос от колкости масс,
Потерян мной компас, спаси один раз,
Но космос весь роздан, да звёздам, я — псих.
Пусти меня к звёздам, я создан для них.
А с вами так бывает тоже:
В руинах попранной мечты
Стоишь и сам себя не можешь
Спасти из плена пустоты?
Вокруг всё мрачно и уныло,
И ты — один в ночной тиши,
И выносить уже не в силах
Всю боль истерзанной души…
И ты бредешь, а ночь роняет
Сиянье звезд на гладь реки,
И чувства тихо оживают
Смертельной грусти вопреки…
В твой мир бесцельно-одинокий
Нисходит жизни благодать,
И в голове, как птицы, строки, —
И ты не можешь их унять!
И ты слагаешь осторожно
Из строк волшебный хоровод…
А с вами так бывает тоже?
Из жизни в жизнь, из года в год?
Люби меня тихо.
Так, знаешь, как любят печаль,
как в чашку фарфора
вливают настоянный чай,
как в звон хрусталя окунают
шампанского всплески.
Люби меня нежно,
взлетев над суровым и веским.
Слепи эту негу
из бархата ночи беззвёздной.
Люби меня -слышишь?-
пока ещё это возможно.
Пока по земле я хожу,
и смеюсь или плачу — люби, я прошу,
как надежду, как любят удачу.
Однажды земля потеряет
мой голос и взгляд мой…
Люби.
Ведь когда-то, исчезнув,
не выйду обратно.
И в дверь не зайду, понимаешь?
И писем не будет.
Люби меня просто за то,
что я есть среди судеб…
Есть поцелуи, от которых душа распускается из бутона. в цветок, о котором никто не подозревал. Даже сам бутон. Любимые поцелуи любящих губ.
Я точно знаю, есть на свете вещи, которые невозможно описать словами. Ни один язык человеческий не способен передать некоторые чувства, проникающие в сердце неожиданно и остающиеся в нем на короткие мгновения. Словно бабочка, садящаяся тебе на раскрытую ладонь — невозможно сфотографировать, ведь пока ты будешь тянуться за камерой, она уже улетит. И единственное, что ты можешь — это затаив дыхание наблюдать. Не фиксировать, не записывать, а жить прямо внутри этого чувства. Такие чувства может вызвать что угодно: первая улыбка твоего ребёнка, огромная радуга в пол неба после грозы, взгляд очень дорого для тебя человека, который ты замечаешь на себе среди толпы, поцелуй украдкой… Нет в мире слов, способных описать всё то, что происходит в такие мгновения в душе. Пожалуй, подходит только это, одно, единственное, простое и затертое до дыр. Любовь. Хотя сама любовь так много значит. Нет смысла судорожно искать слова, теряя драгоценные мгновения. Когда с тобой случается такое, полезно просто замереть, открыв глаза и отворив сердце нараспашку.
Когда касаются сердечных дел, все мы становимся глупыми наивными и сентиментальными как дети. Это происходит с каждым, но особенно ярко это выражено у прекрасной половины населения нашей Земли. Разумеется я говорю о милых женщинах, и совсем неважно какой у женщины возраст, она любит и этим все сказано. Хочет верить безоговорочно тому человеку, которому так безропотно отдала свое сердце. Давно доказано, что любовь делает нас слепыми, на многие вещи, но тем не менее это чувство прекрасное и светлое и когда оно приходит в нашу жизнь, мы становимся добрее и наши души обогащаются. Не нужно бояться любить.
Первая скрипка оркестра чувств — интуиция.
Я буду ждать… упавшей ресницей.
Радугой… над судьбы колесницей…
Веером памяти возвращаясь…
В душных снах с тобой забываясь.
Я буду ждать. июньскими грозами,
Пресными облаков слЕзами…
Пеной морской… омывая душу,
Омутом… полюбившим сушу…
Я буду ждать… бумерангом строчек.
И бесконечной любовью точек…
ZaБava
Когда каменным
Сердце станет,
То замолкнут
Стихи и птицы.
Ведь стирает
Из сердца память
Дорогие когда-то
Лица.
Ничего не осталось
… Просто
Замерзает душа
Под снегом.
Я тобой не болею боле.
Будто ты никогда и не был…
А мы продолжаем надеяться…
Что кто-то придет и спасет…
Что спрятавшись под одеялом,
Нас сон от проблем унесет…
А мы продолжаем верить…
В сказку со счастливым концом.
И не запираем двери…
И к ветру всегда лицом…
А мы продолжаем ждать…
Нет.не принца на белом коне.
Когда уже не двадцать пять,
То истина где-то в вине…
И ты рисуешь на белой стене,
То, во что веришь свято…
У кого-то храм на заре…
А у кого-то Бэтмэн. распятый…
ZaБava
Господи, сделай меня сильнее,
Чтобы я могла помогать упавшим,
Тем, кому во сто крат больнее,
В горе и бедах своих застрявшим.
Господи, сделай меня красавицей.
Милой, хорошею, но не бездушной,
Чтоб с красотою могла я справиться
И оставаться всегда простодушной.
Господи, сделай меня смиренною,
Помоги и направь, дай мысли светлые
И помоги воспарить над бренностью,
Вместе с тобою справлюсь я с ношей этою.
С неба разлившись слезы рассветные
Город мой утренний ласково кутали.
Это все были те знаки заветные,
Что всех спасают от холода лютого.
Стать бы усталой песнею, книгой старою,
Словом, в которое душу вкладывают
Или красивой розой алою,
Чтобы могла я спасать и радовать.
Пощёчина общественному вкусу
Ласкает слух, как тихий, мерный дождь.
Ты склонен верить Будде, не Исусу,
И НИЧЕГО ни от кого не ждешь…
Ты пьяный вдрызг черпАешь просветленье
Из отрицанья гнилостных констант.
А я тону в потоке откровенья,
Лечу в бездонный боли котлован.
Ты вышел из скупых кварталов детства,
Где бьют нещадно, даже за слова.
А я сражалась рядом, по соседству,
Наивно веря в женские права…
И мне спасти бы нас немного раньше,
Мне б только знать тогда, что ты один,
Усталый, злой, не признающий фальши,
Покоя ждёшь, как лампы Аладдин.
К тебе я опоздала лет на десять.
Но я горда тобой… Тебя не жаль!
Ты из дрожащей эфемерной взвеси
Оборотился в вековую сталь.