А я тебя хотела,
А я тебя любила,
Ждала и верила
И верною была.
Недоласкала…
Недолюбила…
Мечтами и надеждами хранима
Я в грезах о тебе жила…
Но ты же мудрый,
Ты же знаешь,
Как сердце непокорное заставить замолчать.
И как бы ни было мне трудно
Прошу я, научи, забыть тебя,
Не вспоминать.
Не заплачу и не закричу,
не окликну даже,
Бог тебя накажет,
даже если я прощу…
Тёплый вечер входил в тишину Комарова,
И не ново нам было встречать его врозь.
Я тебе постелил мягкий лапник еловый
И земли бросил тёплую горсть.
Будут сосны шуметь, ветер дунет с залива,
Где ты белой стрелой белых чаек гонял.
И я помню твой смех - он всегда был счастливым,
Ведь ни в чём ты отказа не знал.
Беспокоен и тревожен сон,
Не всегда безмятежно жить.
Я проснусь - ты в моё лицо
Тёплым носом своим уткнись.
Как сбежать мне от дикой негаснущей боли
И куда, если в круге мирском пустота?
Боже, как я любил, возвращаясь с гастролей,
Встретить белый пропеллер хвоста.
А ты однажды мне рассказал,
Что наступит чудесный миг,
И разбудит мои глаза
Твой шершавый лизун-язык.
Знает Бог лишь один, как мы весело жили,
Целовались и дрались в высокой траве.
Я мечтал, чтоб ты спел у меня на могиле,
А так вышло, я взвыл на твоей.
Говорят у меня красивая улыбка. Буду всем улыбаться. Пусть уж лучше смотрят в зубы, чем глаза.
Вращается и кружится планета. Как буд-то организм живой лучами солнца обогрета. Единый дом он твой и мои. Леса-как легкие планеты. Они дают земле дышать. А реки, словно вены-в них кровь земли должна бежать. А мы на них платины строим, их травим разною херней. Мы строим, строим, строим, хотя, давно пора ломать. Мы словно «рак» планеты этой. От нас повсюду только вред. Мы не цари, а вирусы, бациллы. От нас, куда ни глянь, один лишь вред. Мы рубим, пилим, добываем, бросаем, гадим, рвем. Порою, кажется, что это- помойка, а не чей-то дом.
Сердце плачет, и стонет душа… Я тоже, родной мой, из жизни «УШЛА».
На этой карте чудеса не значатся,
С разбитым сердцем не идут к врачу,
За сотней «не могу» обычно прячется,
Обидное, простое «не хочу»…
На этом сайте вновь без обновления,
На этом ящике входящих писем нет,
Кто больше любит - просит о прощении,
А сам прощает кряду много лет…
Как мало чистых душ судьба отмерила,
Как много ярких и красивых тел,
Прийти «не смог»…И ты опять поверила,
Пойми же наконец - «не захотел»!!!
Слеза скатилась по щеке, за ней другая.
Тупая боль нудит в виске, ну как хмельная
Глаза, предатели мои, в них много грусти,
Кусаю губы до крови, боль не отпустит.
Она в висках, она везде, засела прочно
Душа повисла на гвозде ну как нарочно.
Мне разум четко рисовал, реальность жизни
Но я поверила едва, махнув капризно
Я верила своей душе, ну и напрасно.
Что рай в каком-то шалаше, теперь согласна.
Что трезвый разум и расчет, немаловажны
Былые ценности в разлет, теперь не страшно.
Душа закрыта на замок, ведь виновата
Она испытывает шок, но поздновато.
Иногда нет силы дальше жить.
Просыпаться и натягивать улыбку.
Знать бы где допущена ошибка,
и за что мне суждено платить.
Засыпать и просыпаться с болью,
Каждый день в мучениях проживать.
Вот за что, за что дано мне «с выше»
все мученья эти испытать?
Жила как все я, горести не знала,
С простых движений день я начинала,
Могла шутить, смеяться, улыбаться.
И каждый день был прожит мной не зря.
Но вот однажды в зимний вечер,
сломалась, как ни странно я.
Из сильной стала вдруг бессильной.
Терпенье, вера в чудо-все прошло.
И нет желанья больше просыпаться,
уснуть и не проснуться-вот и все.
Но знаю… Я должна быть сильной,
Ведь у меня растет малышка.
Быть может никому, а ей нужна
И вот я снова встану, вытру слезы.
Она ведь ждет, чтоб дальше шла.
Идти вперед и не сдаваться,
На зло всем своим врагам.
Да, быть может я сломалась,
Но радоваться вам не дам!
- Аня, это же не ты,
Что с тобою случилось?
Ты была ведь, как цветы!
Дома не томилась…
Не сидела вечерами
В четырех стенах,
А гуляла часто с нами,
Что с тобою?
- Ах!
Я, ребята, и не знаю,
Что со мною стало,
Но, признаться, прозябаю,
Боль ко мне пристала…
Боль не та, что ломит тело,
Та вскоре проходит…
Эта боль в душе засела,
Долго не уходит…
От нее и дрожь бывает,
И так стынет кровь…
О ней точно каждый знает,
Боль эта - любовь…
Он в поезде шёл по вагону
Низко голову опустив,
Напевал грустную песню
И слёзы глотал на взрыв.
А ему ведь нет даже семи,
И ещё он никто в этой жизни,
Однако успел он такое пройти,
Что многие видят лишь в фильме…
Почему в мире делятся люди
На богатых и бедных
На добрых и злых
На очень хороших
и очень плохих???
Неужели приятно ребёнку
Жизнью такою жить?
Неужели приятно мальчонке
У всех крошку хлеба просить???
Ведь имеет он право на счастье,
Как все дети на этой земле.
Чем он хуже тех ребятишек,
Что бегают у нас во дворе?
Ведь детство --- это святое,
И надо им дорожить.
Не знать ни печали, ни горя,
Беззаботно и счастливо жить…
Давайте же станем добрее,
Будем радость людям дарить!
Мир сразу станет светлее,
Если будем друг друга любить!!!
Вы знаете, что такое фантомные боли души?
Это когда Ваша душа, после долгих безуспешных поисков, находит, наконец, свою идеальную половинку, которая точно, всеми своими пазами, соответстувует всем выступам Вашей души, а все неровности новообретенной половинки мягко ложатся на соответствующие впадины Вашей души. Когда души соединяются без трения, без притирки, без стачивания шероховатостей, без выравнивания углов и зашкуривания заусениц. Когда Вам не нужно кривить своей душой, чтобы принять в нее другую дущу. Души ложатся одна на другую и моментально срастаются. И уже не скажешь никогда, где проходила линия раздела, где заканчивается одна душа и начинается другая… Даже как-то странно, что одна могла столько времени обходиться без другой…
А потом, кто-то забирает свою половинку души обратно, как один ребенок в песочнице отнимает силой у другого только что подаренный совочек, думая, что сможет его пристроить более выгодно. И этот кто-то вырывает любой ценой свою душу у другого, не глядя на боль, не обращая внимания на стоны и страдания, свои и чужие, не слыша крика, с которым разделяются, накрепко соединившиеся половинки; да разделяются не в месте стыка, а как попало, где придется, так что куски одной души остаются на другой и наоборот. И нету уже ни выступов, ни пазов, в месте разрыва остается лишь кровавое месиво, так что вряд ли туда можно будет что-либо еще когда-либо приладить…
Раны затягиваются, но боль остается. Но болит не своя душа, а вырванная чужая, которую Вы все еще ощущаете, как свою. Болит, как болят отрезанные части тела, болит тупой фантомной болью. Болит то, чего нет, а может и никогда не было. Ведь невыносимую боль причиняет незабываемое ощущение присутствия столь родной Вам чужой души.
Боль в межреберье впивается спицей.
Сердце скукожилось грецким орехом.
Птицы, огромные серые птицы
Над головой рассыпаются смехом.
Холод шершавою скользкою дланью
Горло хватает, сжимая безбожно.
Бьюсь сероокой подкошенной ланью.
Боль в межреберье - вздохнуть невозможно.
Голос, твой голос, хотя бы глоточек.
Но насмехаются серые птицы.
А впереди - горизонт - жирный прочерк.
Связи оборваны, не дозвониться.
Вороны давятся собственным смехом.
Холод усилил бездушную хватку.
Сердце расколотым грецким орехом
Крошится мелко в груди без остатка…
Трудно уйти - еще труднее остаться,
И сердце готово вот-вот разорваться
На мелкие клочья, на многоточие,
А чувства такие, как будто воочию
Стоишь и в сторонке сама наблюдаешь:
Ты снова целуешь, ее обнимаешь
Рукой, которую мне предлагал,
Неужто так нагло себе тогда лгал?
С пальца кольцо - на душе иголки,
Кругом от любви одни лишь осколки…
Поранюсь, ей Богу, до двери шагая!
Прошу, отпусти… Ты не тот, я - другая.
я обещал забыть, но не забыть что было, ты обещала помнить вечно, но забыла.