Навязчивость — это когда соскучиться нет никакой возможности.
Интуиция — это когда своё хорошее или плохое отношение к человеку можно объяснить двумя словами «потому что».)
Время быстротечно. В нем все неизбежно, в нем все стремительно. Мир постоянно меняется, люди находятся в постоянном движении. Вам нужно понять и принять, что нет ничего постоянного. Научитесь меняться так же быстро, как меняется время. И Вы сможете быть всегда на шаг впереди.
Мы влюбляемся всегда в принцев. Потому что к любви прилагаются розовые очки, в которых видно только достоинства. Если вдруг очки упали, и вы увидели все недостатки, но вам все равно, значит любовь у вас настоящая и принц тоже.
И приходишь к пониманию одной ужасающей, на первой взгляд, мысли. В этом мире нет ничего настоящего, истинного. Нет ни любви до гроба, ни дружбы навек. Мы все пассажиры одного скорого поезда, только вот до конечной нам придётся добираться в одиночку. У каждого она своя, и пункт назначения тоже свой. Кто-то выйдет, оставив нас на полпути с недосказанными словами и переполняющими чувствами внутри, кого-то покинем мы, и он в недоумении проследует без нас, с болью в сердце и тоской в глазах, всматриваясь в запотевшее стекло старого вагона в надежде встретить наш силуэт в толпе встречающих или вновь прибывших пассажиров. Но нас там больше не будет. Не стоит винить оставивших нас людей. Не нужно сильно корить себя, если пришлось самим выйти на какой-то станции. Это жизнь и у неё свои жесткие правила. Она даёт нам встречи для того, чтобы мы чему-то научились, и готова вытолкать нас дальше, если мы стоим на месте. Не стоит роптать на тех, кого мы когда-то любили и кто искренне любил нас, но ушёл из нашей судьбы. Всё меняется, и человек с тобой здесь до той лишь поры, пока ваши интересы совпадают. Уходят все- любимые, друзья, даже дети наши, вырастая, отдаляются от нас. Это больно, порой невыносимо, но нужно быть благодарным за каждую такую встречу, за все то хорошее, что у вас было когда-то, за то, что вы пережили вместе на каком-то отрезке пути. Да, наверное, для того, чтобы быть счастливым, нужно научиться не привязываться, отпускать легко любого и помнить о том, что человек приходит в этот мир один и уходит всегда тоже один, и что расчитывать в этой жизни можно только на себя. Такое реалистичное понимание убережёт от лишних болезненных разочарований и уменьшит раны от разрывов кровных связей. Вот только принять это сердцем почти невозможно, и оно всякий раз болит, разрываясь на части, когда остаёмся мы одни в прокуренном вагоне поезда, несущего нас в неизвестное.
Вот судьба у полукровки-
боль в душе и пустота,
а вокруг всё лисы, волки
да сплошная темнота.
Долго он с судьбою спорил,
не сдавался, не рыдал,
и доверчивые зори
лишь с улыбкою встречал.
Яркий луч сквозь леса чащу
мрак кромешный разбавлял,
для заблудших и пропащих
жажду светом утолял.
Одиночество разрушив,
луч исполнил все мечты,
подарил надежду дУшам,
как весенние цветы…
апрель 2018
Copyright: Надежда Георгиева 2, 2018
Свидетельство о публикации 118041900126
Пока ты счастлив в настоящем — ты молод. Когда ты начинаешь ностальгировать по прошлому — тогда и приходит старость.
А помнишь, как молчала тишина, мой друг? И не было в ней, как это в обыденности бывает, печали и отчаяния. Что-то светлое, эфемерное и зябко — вдохновенное в ней оживало. Помнишь? Сначала мы много говорили, а потом… много чувствовали. Мы танцевали с тобою, мой милый друг, и под высокими потолками большой залы наше молчание кружилось в танце душевных рвений. Ты так далеко… Ты так близко, мой друг.
Помнишь, я все пыталась поймать твою руку? Но не осязанием становятся близкими. Солнечный свет, по-праздничному сияющий из окон, проходил мимолетностью прикосновения сквозь мои тонкие пальцы. Вокруг — чувственная тишина. Ты помнишь ее, мой милый друг? В запахе солнечного света, в изящности твоих теплых рук, в лунной лилии цвета сияния твоих глубоких глаз… Ты ведь помнишь это? Помнишь, как мы были беззвучно счастливы, мой друг? В безмолвии нашей тихой любви.
-Мальчик жил в Отшибе, нет его хата не стояла на краю села, просто их хуторок называли Отшиб. Потому что сколько то лет назад особо радивый за посевы фермер приказал перепахать грунтовую дорогу ведущую к Отшибу. Правда Отшибом их хутор называли ещё до того, ещё в те времена когда тут стояла бригада МТС, еще тут жили люди, гремела по сезону техника, что-то пахалось и сеялось. Мальчик тех времен не помнил, ему было всего то десять лет. Три из низ он жил без родителей.
Была в этом бездорожьи своя хорошая сторона их Отшиб не трогали никакие коммунальщики. Они бедовали. Они, это дед Иван, четыре старухи от семидесяти до восьмидесяти и он, Мальчик. Когда и почему им отрезали электричество мальчик не помнил, но кто-то ушлый, тогда еще жили тут такие ушлые, кинул куда то провод и в хате у каждого стояла розетка да пара ламп.
Пенсия старикам приходила на карточки, хлеб все давно пекли сами, а Мальчик жарил лепешки. Конечно любая из бабок да и хромой Иван взяли бы Мальчика к себе, но он же был семейный, он не сдавался. К нему пару раз в год приходили родители. Старики подкармливали его, подстирывали, к бабке Соньке ровно раз в три месяца приходили дети и внуки, они зажиточно жили в большом селе. Все работали, все учились, давно звали Соньку к себе, но она как и повелось говорила
-Ох, помру я без своей хаты, да и могилки вон будут неухожены, да полисад зарастет, да и Мальчик как?
И действительно казалось что смерть пощадила стариков на Отшибе и ждет когда подрастет Мальчик. За три года с того дня как ушли в город на заработки его родители только столетняя Ксанка померла, ну так перед этим десять лет хворала.
Сонькина дочь стригла Мальчика заставляла отпаривать цыпки с ног, он краснел, пыхтел парился, обещал что к следующему их приходу всё отмоет, но через три дня забывал и снова наращивал себе пятки. Сонькины дети приносили ему одежду от своих и соседских пацанов, причем частенько Сонькина дочь прикупала ему новые парусиновые туфли по три пары елозила ими по траве, чтобы немного замазать и говорила
-Вот Саньке брали, не сносил, растет как на дрожжах, а тебе в самый раз будут.
Иначе Мальчик очень стеснялся и мог убежать…
Мальчик не был беден если мерить бедность отсутствием денег, деньги у него водились.
Бродила по бабкам история о том, что Алка, мать мальчика, всё никак не могла забеременеть и уже с мужем своим Коляшей бухали они в полный рост. Уже носы их покраснели и глаза стали рыбьими, как в какую то очередную пьянку угораздило довольно зажиточного фермера из села километров за тридцать Алку поиметь. Ни Алка, ни сам фермер даже вразумительно вспомнить не могли было оно там чё или брешут алкаши. Но Алка оказалась беременной и по срокам как-то можно было подумать. Фермер владел много-землями, держал свою, голов на тысячу, свино-ферму и начиная с весны брал Мальчика на подработки. Так денег не давал, жены опасался, а вот переплачивал хорошо. На всякий случай, вдруг перед Святым Петром ответ держать.
А ещё Алка с Коляшей заложили ему как-то свои земельные паи, хромой дед Иван документы выкупил, оформил карточку на свое имя и сдал паи в аренду. Потому и приходили к Мальчику родители. Приходили один раз весной и один раз осенью муки да масла подсолнечного набрать, тот по паям получал. Бывало даже бурак давали и арбузы, бывало и ячменя перепадало и семечки. Про то что документы давно выкуплены им не говорили. Дед Иван как отдавал бумаги научил.
-Смотри Малой, коли щас им про бумаги скажешь они ж их опять снесут. А снесут да продадут, тут про тебя и забудут, тут тебе дорога в детский дом. Не, я не говорю тебе что в детском доме плохо, вон скока нынче детей опекают, деньгу неплохую рубят и малышня вроде как с семьей, но решать тебе.
И Мальчик решил что будет ждать. И ждал.
Мальчик крепко знал что деньги просто так тратить нельзя, что бывают черные дни, как у бабки Ксанки когда прихватило ейное сердце, а денег на город не было. Бабка Ксанка дышала часто и страшно, а врачиха не схотела идти по паханке больше десяти километров. Они положили бабку на тачку и выкатили на дорогу. И пока катили дед Иван чертыхался.
-Были бы деньги на черный день отложенные, сунули бы этой падле, а то вон толкай.
Тяжело катили, хромой дед Иван тянул, а Мальчик толкал, раз двадцать останавливались отдыхать. Когда выкатили шофер со скорой помощи прямо из кабины начал материться, что запарился совсем от жары, что у него обед давно, что их таких тут целый район, а бабка Ксанка уже не пугала их своим всхлипом, она умерла ещё в середине паханки, просто они так устали что не обратили на это внимание. Назад они её только к утру дотянули.
Но урок Мальчик вызубрил, в кармане должно лежать, лучше не доешь сегодня, но отложи на завтра. Черный день о своем приходе не предупреждает…
Херсон это город без сна.
Ветер жизни иногда свиреп.
В целом жизнь, однако, хороша.
И не страшно, когда чёрный хлеб,
Страшно, когда чёрная душа.
Омар Хайям
У самого злого человека расцветает лицо, когда ему говорят, что его любят. Стало быть, в этом счастье…
Лев Николаевич Толстой
Что же касается до того, какой я человек, то я бы так о себе выразился: «Я человек счастливый, но — кое-чем недовольный».
Фёдор Достоевский
Во мне живёт бегемот, который всегда что-то жрёт.
А я хочу быть стройной ланью, диетой плачу словно данью.
До лани ещё далеко и дань мне платить нелегко.
Полгода платила, старалась, пыхтела, но улыбалась.
На хлеб я вообще не смотрела,
пироженок фотки глядела.
Во сне я им говорила, что вовсе я их не забыла.
И вот я решила довольно, встаю на весы…
О как больно! Сказала себе, ну, пойдём,
вкусняшку в сусеках найдём.
Siriniya.
Гномоны, клепсидры и другие способы, которыми определяли время наши предки
Циферблат часов управляет жизнью миллионов людей. Он так прочно вошел в жизнь, что уже трудно представить, как вообще можно было обходиться без этого. Хотя древние люди могли достаточно точно определять время, лишь с небольшой погрешностью. Как им это удавалось, и что для этого нужно…
Гномон — солнце светит, время известно
До того, как механические часы получили широкое распространение, время определяли при помощи солнечных часов. Это устройство имело три детали: гномон, то есть элемент, отбрасывающий тень, циферблат, на которой эта тень попадает, и ещё одна, условная деталь — непосредственно солнышко, которое и «заводит» эти самые часы.
На циферблат нанесены линии, а гномон имеет величину и форму, для расчёта которой используются географические координаты. То есть каждые солнечные часы создаются для определённой местности. Их изготовление — кропотливый и сложный процесс, требующий знаний, умений. Потому такие устройства стоили недёшево.
На Руси поступали проще: наши предки просто вкапывали в землю высокий шест, который и отбрасывал тень. Наблюдая за величиной тени, можно было определить время. Конечно, это не был идеальный способ. Но сравнивая длины тени, например в полдень, в вечернее время или на рассвете, а также замеряя её в разное время года, наши предки составляли достаточно чёткий определитель времени.
Всё бы было хорошо, если бы на Руси постоянно светило солнышко. К сожалению, это из области фантастики — дожди, облачность и прочая непогода здесь очень часта. Если добавить особенность северных районов, где солнце не поднимается слишком высоко над горизонтом, отчего и теневые показатели гномона имеют очень большую длину, получается, что солнечные часы нельзя было рассматривать как единственный, точный, круглогодичный вариант.
Клепсидры, которые крадут воду
Вид часов, которые не зависят от солнечного света — водяные. Называются они клепсидра. Если разобрать это слово на части, а состоит оно из klepto — скрывать и hydor — вода, то понятно, что в переводе с греческого, но означает не что иное, как «похититель воды». Простейшая клепсидра представляет собой два сосуда, установленных на различных уровнях. В верхнем есть отверстие, через которое вода по капле попадает в нижний. Время определяли при помощи наблюдения за тем, как понижается уровень воды в верхнем сосуде, либо — как поднимается в нижнем. Есть версия, что отсюда произошло выражение «течение времени».
Поскольку на скорость движения воды влияет давление в сосуде, то ёмкость стали делать в виде усечённого конуса. По строению клепсидра имеет преимущество перед солнечными часами, поскольку система сообщающихся сосудов может быть доведена до совершенства. Их можно использовать в любое время суток, они определяют время более точно.
Но использовать их можно только в том случае, когда вода находится в жидком состоянии. Увы, на Руси часто бывают морозы, и она могла просто замёрзнуть. Широкого распространения среди населения такие конструкции не нашли, использовались они в основном при проведении церковных обрядов и назывались при этом «гидрология».
Петухи, жаворонки и цветочки для бедноты
Часы на Руси долгое время были предметом роскоши. Простые люди использовали свои собственные методы, позволяющие обходиться без сложных механизмов. Наши предки были наблюдательны, природные процессы не были для них тайной.
Например, птицы. Понятно, что будильником в стародавние времена (да во многих деревнях и поныне) был петух, которой кукарекал три раза за ночь: в первый раз после полуночи, затем в два часа пополуночи, и в последний раз рано утром, примерно в начале пятого. Иволга, жаворонок, воробей — эти птахи тоже просыпались и начинали свои песнопения в определённое время. Надо было лишь понаблюдать, прислушаться к советам стариков и запомнить время.
Крестьяне вели наблюдение за цветами, поскольку те, повернувшись к солнцу, распускаются и закрываются в строго определённое время. Ну и, конечно, само солнце. Славяне делили сутки на день и ночь, ориентируясь на движение небесного светила. Серединой дня был полдень, когда солнце находилось в самой высокой точке. Чем позднее, тем длиннее тени от предметов.
В древности не было электричества, освещать избы было нечем. Да, были свечи, но жечь их постоянно было экономически невыгодно. Потому как только солнце садилось, дома накрывала тьма — можно ложиться спать с чистой совестью. Кроме того, наши предки не нуждались в чётком определении времени, в минутах, секундах. Для чего? Рассветает — можно идти в поля, работа — до заката, в сумерках возвращаются в деревню. Пастухи, например, измеряли тень от дерева при помощи лаптей, надетых на ноги. Тень достигла семи лаптей — можно собирать стадо и вести домой.
Интересен процесс замены временных понятий пространственными, например: «-Далеко ли эта деревня? — Да, далековато, два дня ходьбы». Отрезок, которое можно было пройти за один день, называли днище.
Чёткие биологические часы
О биологических часах сегодня знают все, так называется внутренний циркадный ритм. Для его формирования требуются годы, с его помощью формируется все биологические процессы человеческого организма. Мы испытываем голод, значит, подошло время обеда, к которому мы привыкли. Нам хочется спать — можно посмотреть на часы убедиться, что уже полночь (час ночи, два и так далее), в зависимости от привычки.
Наши предки жили по строгому распорядку. Крестьянка знала, что ей не нужно звать мужа к обеду. Он приходил сам, либо уже ждал жену в поле, поскольку тяжёлая работа и привычка делали свое дело, и аппетит разыгрывался очень сильно.
Размеренность, монотонность, свойственные жизни на Руси, следование определённому распорядку, отсутствие искусственного освещения делали ориентировку во времени простой и отчасти условной.
Часовые мастерские стали развиваться в России в 18 веке. Это событие ознаменовалось открытием «Часового двора» в Москве. А сегодня часами невозможно удивить даже детсадовца — настолько привычным, недорогим и повсеместно распространённым стал этот предмет.