Весна внезапно стала летом,
Декаду целую «проспав»…
В листву июньскую одетый
День майский, правила поправ,
Нос задирает и кичится,
Что новый статус приобрел.
И если так распелись птицы,
То значит мимо нас прошёл
Циклон, несущий непогоду?..
Ан, нет… у Фобоса в друзьях
Не лето… Осень рядом бродит,
Как будто кто-то впопыхах
Нам все сезоны перепутал.
Но, впрочем, нам не привыкать…
Ну это ж Север, детка… Круто
Здесь жить и вечно лето ждать!
Июнь, давай уже, не нюнь,
Пора тебе и улыбнуться,
Поднапрягись, на тучи дунь —
Пусть с небосвода уберутся.
И ветры северные спрячь,
А южным дай побольше воли.
И выкати лучистый мяч
По синему крутиться полю.
Тебе морозы не идут,
Тебе к лицу цветы и травы,
А то, что ты устроил тут —
Никак не добавляет славы.
Разнюнился, и холода
Прорвались, чувствуя слабинку.
Гляди, краснеет от стыда
За это тонкая осинка,
Укором трепетно горит
Она на фоне изумруда —
Неужто сердце не болит?
Гони ты прочь скорей остуду,
И вспомни то, что ты — июнь,
Берись за дело и не нюнь!
Господи! Как жить-то хорошо!
Как-то сразу понимаешь это,
Если мимо ураган прошёл,
И опять безветренным сюжетом
Мирное заполнилось окно.
Тут уже и дождик не досада,
А звучит отчётливо одно,
Что для счастья так немного надо.
Тихая мерцала бы звезда,
Розы расцветали у забора,
Не шуршала по углам беда,
И по-доброму решались споры.
Пусть звезды не будет или роз,
Тучи набегут, мороз случится,
Лишь бы горя не было и слез,
Лишь бы от раздора устраниться.
Так вот я и думаю порой,
Если дурью мается природа,
Главное, чтоб в доме был покой
И тепло в любое время года.
Вот и снова голубым ковшом
Небо опрокинулось над нами…
Господи! Как жить-то хорошо
Под его волшебными огнями!
Смерть за мною пришла в грязной рубахе.
- Я не ждал, погоди! Отчего ты грязна?
- А ты думал приду к тебе я во фраке?
Я не Ангел, а — Смерть. Я палач из клоаки
И казнить — черновая работа моя.
Час твой пробил, за тобой пришла я из мрака.
Шанса больше не будет, вышел твой срок
И отсрочки не дам, ждать я устала
Не усвоил ты Жизни — строгий урок.
- Почему? Я же прожил так мало?!
- Подл был ты. И к людям жесток
-Жизнь меня умоляла
Дать тебе шанс исправить,
Искупить все грехи и проступки сполна.
Сколько раз намекала тебе,
Но экзамен, ты проваливал вновь.
Потешаясь, на ветер бросая слова.
Била жёстко, возвращая тебе бумерангом,
Что ты сеял вокруг: - и раздоры, и гнев.
Злобен был на людей всё пеняя,
Что в несчастья твоих люди виновны,
А не ты, — неразумный и глупый «слепой» человек.
Я людей от твоей черноты избавляю
Час расплаты настал. И поздно жалеть.
Не хотел, не желал себя ты исправить.
Будешь в пламени адовом
За грехи свои тяжкие, вечно гореть.
вся наша жизнь игра а значит
в ней тоже действует закон
что можно всё просрать до нитки
за кон
Я пью теперь намного меньше
и мир стал ниже на ступень:
вокруг так много страшных женщин,
а пятница — обычный день…
Не утруждайте зеркала
Своими отраженьями,
Когда уже почти прошла
Жизнь ваша, к сожаленью.
Не отразят они души
Все грани и соцветия,
Которыми вы хороши,
А только многолетие.
Разбить бы пошлое стекло
В порыве вдохновения,
Но бреюсь сам себе назло
Хотя бы через день я…
А рыжий кот на всякий взгляд
Красив, как десять лет назад.
Пусть в душах Ваших распускаются Цветы,
Цветы Любви, Надежды, Веры в сказку.
И солнышко лучами Доброты,
Вам дарит искорки тепла и Ласки…
И снова просится строка,
Спешит поведать миру душу.
Не дышишь — так она хрупка.
Боишься слог её нарушить.
Как далека ещё мечта,
Её постигнуть безупречность.
Страшит и манит высота,
Но за неё награда — вечность.
Строка — наркотик и лекарство,
Дар свыше, вдохновенья благо!
Раскрой прошу, души богатство,
Всю боль и страсть доверь бумаге.
Ромашек белая постель,
Стелилась рядом с камышами,
Твоей любви мела метель,
Моя — курчавилась мечтами.
И солнца нежные лучи,
Как нити, связывали души.
Я слышал, как поют ручьи,
В объятьях каменистой суши.
И рук касание, как ток,
В усладе страстью обжигали,
Ту часть, где в венах кипяток,
Где губы алые пылали.
И раскалённые сердца,
Вкусив огонь, о счастье пели.
Не отрывая глаз с лица,
Я утопал в твоей метели.
Полураспад уже не за горой,
с тревогой жду, что мне готовит завтра,
как только вижу фэйс печальный свой,
произношу придуманную мантру:
«Пока до пола грудь не достаёт,
а только где-то в области коленей,
и лишь слегка избороздили лоб
следы забот, печалей и волнений,
своих зубов пока что полон рот,
а седину ещё закрасить можно,
и помнит мозг, какой сегодня год
(хоть день и месяц всё же вспомнить сложно)
пока не надо веки поднимать
(вот Вию поднимали, как известно)
пока мой муж зовёт с собой в кровать
(хоть мог найти кого поинтересней)
пока способен всё тональный крем
затушевать по первому разряду,
и ботокс есть, когда припрёт совсем
(хотя пока мне этого не надо).
Не только я — все мятые с утра,
помада, тушь — и вмиг помолодею
и кааак пойду походкой от бедра,
прекраснее любой фотомодели!»
И вот уже работают слова:
жизнь хороша, и не пугает старость…
Подумаешь, мне только сорок два,
а повезёт — то столько же осталось.
Не верится, что пять минут назад
я думала, что мне пора на свалку,
смотрю, что отступил полураспад!
Кто хочет эту мантру — мне не жалко!
Раздобрели, знать, недаром
Мы с подружкою на пару:
Как съедобное увидим,
Непременно тянем в рот!
В дверь протиснемся едва ли:
Столько веса мы набрали!
Но зато нас не обидит
Окружающий народ!
Красотой затмим любую,
Габаритами любуясь!
Занимаем по два места,
Но читатель нас простит:
Жить не можем по-другому,
Пусть завидуют объёму!
Хоть в автобусе нам тесно,
Не менять же аппетит!!!
Уважаю женщину за то,
Что, во всём мужчине потакая,
И сама подаст себе пальто,
И, входя, мужчину пропускает!
Место уступает только нам:
Сильному, уверенному полу!
А когда заденет вдруг шпана,
Защитит!.. Не брезгует футболом!..
Сумки поднимает, как штангист,
Мощною физическою силой!
Вызываем мы её на бис,
Чтоб почаще вкусненьким кормила!
Славлю и за то, что вопреки
Здравому, холодному рассудку,
Снова забирается в тиски,
Чтобы быть любимою, как будто,
Чтобы то, что видела во сне,
Сделать ослепительною явью,
И дарить, дарить блаженство мне!
Вот за это женщину я славлю…
Copyright: Эдель Вайс, 2013
Свидетельство о публикации 113042510566
Весло сломали об меня,
Такая в жизни невезуха!..
А улыбалась ведь, маня,
Она от уха и до уха!
Я комплиментик ей сказал,
Привлёк к себе совсем не грубо,
Но глядя ласково в глаза,
Она веслом дала мне в зубы!..
От удивленья онемев,
Хотя претензий не имея,
Стоял, почти окаменев
И зубы выплюнуть не смея,
Надеясь, всё же, что она
Со мною просто пошутила,
Любовной нежности полна,
Но лишь не рассчитала силы…
Смотри-ка, вот оно, то платье.
Обрезан коротко подол.
Могла ль тогда предполагать я???
Ах, внучка, дай-ка валидол.
За далью лет всё помнить сложно.
Да стоит ли и ворошить,
Кто, где, кого неосторожно
Тогда сумел приворожить?
Зачем мне вспоминать тот вечер,
Как, платье не успев подшить,
Летела я к нему навстречу?
Как будто торопилась жить.
Упорно кумушки шептали:
«Женат… Бесстыжие глаза…»
И строго губы поджимали.
Но… отказали тормоза!
Всё закрутилось-завертелось
И сложно так переплелось!
Моглось. Мечталось. И хотелось…
Но — быстро протрезветь пришлось.
Закономерно, очевидно,
Jack Pot стал ломаным грошом.
Да, было больно. Глупо. Стыдно.
Но… как же было хорошо!