Ты моя радость, ты моя крошка,
Ты моё солнышко, счастье моё!..
Так вот старушка общается с кошкой,
Если сложилось быть в жизни одной.
Признавайтесь в любви, даже если боитесь отказа,
Даже если на все сто процентов уверены в нём.
Говорите смешные слова и нелепые фразы,
Озаряйте обыденность тусклую ярким огнём.
Признавайтесь в любви, не жалея ни слов, ни эмоций.
И не бойтесь остаться, растратив себя, на мели.
В жизни, кроме любви, нет других маяков, карт и лоций.
А без них кораблям никогда не достигнуть земли.
Признавайтесь в любви тем, кто нужен вам, дорог и близок.
(Лучше сделать, чем плакать, что мог, но, увы, не успел.)
Исполняйте мечты и, смеясь, потакайте капризам,
А малыш-купидон поколдует над меткостью стрел.
Признавайтесь в любви, не пытайтесь скрывать её в сердце.
Не страшны холода, если вы отдаёте тепло.
Если вашим огнём удалось хоть кому-то согреться,
Вы поймёте когда-нибудь, как вам в любви повезло.
Так много отдано словам,
Так мало сделано в итоге.
Жизнь, как последняя глава,
И как иголка в сена стоге.
И мысли — задом наперёд…
И календарь роняет числа…
Мой замер дом. Чего он ждёт?
Он просто ждать не разучился.
Ты — в отъезде. Я нервно маюсь,
В тесноту квартиры вжимаюсь,
И обойный узор пятнистый
Неотчётливый, как и мысли,
Тошнотворно меня качает…
Я измучилась. Я скучаю…
Ночь. Не спится. Грущу, вздыхаю.
Пустота беззвучно-глухая
Заползает, слоится, душит,
Набивается в рот и в уши,
Поселяется нагло в теле…
Боже правый! Ещё неделя…
Ты — в отъезде. Почти не плачу,
Торопливо слезинки прячу.
Не тревожу звонком напрасно.
Отдыхай. Там, наверно, классно.
Так и надо. А я, дурёха
Не умею ждать… это плохо…
Как написать стихотворение,
Когда в запасе пара слов,
И темы нет, и нет стремления?
Как докопаться до основ,
Не выжимая пресных мыслей
Из тленом тронутых идей?
Как честным быть, остаться чистым?
Как достучаться до людей,
Не разглагольствуя открыто,
Да не пуская пыль в глаза?
И как среди сплошного быта
Всё так же верить в чудеса?
Как полюбить: душой и телом
Отдаться в руки, не страшась
Того, что ты, так, между делом,
Не различишь любовь и страсть?
Как верным быть — себе хотя бы —
И смело броситься вперёд,
Когда потом все эти «кабы»
Горою сверху?.. Не пойдёт!
Нет смысла, друг, в таких вопросах —
От скудоумия они.
Лишь сотрясаешь ими воздух,
Впустую тратя свои дни…
Я, кажется, так устала,
Что мне ничего не нужно,
Но удивлённо: «Дружба?» —
вздрогну на твой вопрос.
И задышав рывками,
Воздух порву руками
До крови на нервных пальцах,
До полной потери слёз.
И задрожу, как в стужу.
«Дружба? Какая дружба?
Когда я тебя так сильно…
Когда я к тебе… всерьёз?»
Извини, я без спроса сегодня, не как обычно,
Просто нервы, их нет сил больше сжимать в руке.
Не привык я за годы ни с кем говорить о личном,
Так как самые близкие чаще всего вдалеке.
Вот и ты далеко, но у вас там наверно слышно,
Когда молимся, плачем, или о чем-то вслух.
Так хотелось короче, и слов чтобы меньше лишних,
Только память как прежде не переводит дух.
Третьи сутки дождит, ни ночью, ни днем просвета,
А в душе полыхают построенные мосты.
Пап, скажи, где мои вопросы найдут ответы,
Может быть на вопросы ответы подскажешь ты?!
Просто знаком каким, каким нибудь жестом свыше,
Мне ведь помощи больше не у кого просить.
Я же верю, что каждое слово мое ты слышишь,
И что любишь как раньше, и будешь всегда любить…
Давай не будем выяснять, кто прав, кто виноват.
Мы наломали сами дров и оба хороши.
Когда есть близкий человек, ты сказочно богат,
Хотя в карманах у тебя звенят одни гроши.
Давай не будем говорить обидных горьких слов.
От них темнеет небосвод, и дождь идёт весь день.
И с каждым словом, ком растёт запутанных узлов,
И очень метко стрелы бьют обидами в мишень.
Давай держаться на плаву и вёслами грести.
Мою защиту лёгкий бриз опять продул насквозь.
И если я сорвусь с петель, то ты меня прости.
Поскольку долгие ветра мою погнули ось.
Давай прощения просить, но только от души.
Ведь самый трудный предстоит навстречу первый шаг.
А как на свете дальше жить, мы как-нибудь решим,
И тот, наверно, кто мудрей, поднимет белый флаг.
У каждого своя дорога,
Один ползет, другой бежит,
Чтоб не казалась жизнь убогой,
Нас учат верить в миражи.
Навряд ли ты уже вернёшься,
Хотя об этом говоришь…
Мне о тебе напомнит солнце,
А ночью лунной — неба тишь…
Мне о тебе напомнит речка,
Где ивы плачут, как и я…
Любить тебя я буду вечно,
Сердечная любовь моя!
Мне обо всём напомнит небо
И Рыбы звёздные твои…
И где бы я на свете не был, —
Лишь о тебе мечты мои!
Тарас Тимошенко
У каждого времени года
бывает своя свобода.
Свобода дождя и снега,
свобода чистого неба…
У листьев — желтеть и падать
в прозрачную вечность сада.
У истин — в глубинах сердца
надеждой незримой греться.
И в этой свободе каждый
находит себя однажды…
И вдруг понимает: время —
свобода остаться в теме
своей же судьбы и правды.
А всё остальное — праздность.
И может, спасение в этом —
быть глубже своих ответов…
И может быть, суть природы
быть выше своей свободы.
Иногда начинаю чувствовать себя ненужным,
как инструмент с неизвестным названием в обиходе,
и тогда я молча пытаюсь заглянуть себе в душу,
чтобы понять — что же со мной происходит.
Инструмент без названия, без своего назначения,
и от этой пустоты внутри — обреченно гулкий.
Ты думаешь — это стихи, тебя радует чтение,
но на самом деле это эхо в ночных переулках
головы, похожей сразу на зимнюю улицу
и на ватман с детским рисунком неровного солнца.
Если кто-то однажды в эту голову захочет сунуться,
то скорее всего уже никогда не вернется.
Потому — ненужность. Большое и циничное чувство,
добивающее в висок абсурдом, но живое как-будто,
чувство похожее на давленную алую клюкву,
к сожалению, все чаще и чаще знакомое людям.
Так получилось. Просто жизнь,
без режиссёра.
На нас идёт (но ты держись)
survival horror.
Наступит утро в темноте
под звуки хора.
Твоих животных и детей
убьют актёры.
У нянек больше чем семи
дитя безглазо.
Нам очень сложно быть людьми.
Сумей, зараза.
Уже болтают в полусне
в хрущёвках гетто
о том, что отвердевший снег
растает к лету.
Вот мир.
Решай сам, кто ты в нём,
какого сорта.
Нас не пускают — мы идём,
Нас убивают — мы идём.
Пусть даже к чёрту.
Мишка по лесу гулял,
Мишка шишки собирал.
Шишка с дерева упала
И на голову попала.
Он за голову схватился,
Не на шутку рассердился.
И от злости чтоб не лопнуть,
Он решил ногою топнуть.
Этот смысл, ведь я не ржу,
Он понятен и ежу;
Не хрен по лесу гулять,
Не хрен шишки собирать.
25 октября 1996 года.
Доколе будем мы страдать?!
Доколе нас будут взрывать?!
Доколе будут не любить?!
Доколе нам дадут пожить?!
Кто захотел народов распри,
Распада в каждом государстве?!
Кто рад междоусобным войнам,
Чтоб жизнь была всем беспокойна?!
Кто хочет, чтоб ругали президента,
Творя над всем эксперименты —
Эксперименты с совестью людской,
Чтоб очерствела, и, была скупой?!
______________
Не справиться один лишь президент…
Не сможет в руки взять в один момент,
В момент исправить всё в стране,
Не говоря уже, исправить всё извне…
Я призываю — президенту помогать,
И, равнодушие ко всем искоренять,
К патриотизму молодых склонять,
Пример истории дедов им показать.
Быть ближе к церкви, ближе к Богу,
Протаптывать стране дорогу,
России интересы защищать —
Иначе, мы обречены страдать!
3 апреля 2017 года.