Цитаты на тему «Лирика любовная»

А где-то в одной из вселенных горит окно. Там в этом окне непрерывно идёт кино, в котором ты просто лежишь на моих руках, над нами лишь птицы. Птицы и облака. Ты смотришь мечтательно в небо, где свет и синь. Нам не о чем беспокоиться и просить. Весь мир отодвинут за тонкий небесный край. Не нужно спешить, притворяться и умирать. А нужно лишь пить с жарких губ тростниковый сок, и видеть, как падают тени наискосок на мягкие травы, нетронутые поля, как дышит туманами ласковая земля, как полдень сменяется вечером, а затем как звезды огромные светят нам в темноте. Смотреть на тебя, любоваться тобой, желать, не помня о том, как же я без тебя жила, и в жажде извечной склоняться к твоим рукам, любить этих птиц, эти звёзды и облака… Читать безусловную нежность в твоих глазах, шептать твоё имя и гладить по волосам, и жить у тебя в тёплой впадинке за щекой… В каком это веке все сбудется, год какой…

В одной из вселенных все также идёт кино. Заманчивым светом мерцает в ночи окно. Закрой на минуту глаза и смотри, смотри.

Окно разгорается прямо у нас внутри.

Вечер. Хор. Нагота к наготе.
Голос бел. Тишина сквозна.
Закрывай эту странную дверь,
Закрывай… если тень легка.
Всё уйдет, всё трава, всё сон!
Властен звук, да слова мягки.
Что останется за темнотой
Кроме этой родной руки?!
Что крестила твою строку
Согревая её в ночи,
Что искала твою тоску,
Чтобы к ней подобрать ключи.
Пальцы ведали что творят…
Знаки скрещены… не молчи!
Растянувший тень твою в шрам
Разговаривал с красной строки;
Без обола, без клятв, без долгов,
Эти травы тобой поя…
Непреклонно, у края строки
Пеленая в любовь тебя.

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117122110991

Сердце, это любовь…
Сердце, справишься с ней?
В этой белой бумаге звук становится твердым.

Какой мне сад беречь, когда приходит ночь?!
Так увенчай меня строкой, молчаньем, садом…
И дай строке и серебро и ладан
И место невесомое для встреч.
Где шепотом по коже белых букв
Из тонких тканей нас с тобою создавали,
Где говорили в губы мы губами
И забывали что такое речь.
Перекрести меня всей нежностью своей
В полёте снега, в созерцании глубоком…
Кто этот шепот подарил цветам в дорогу?
Лишённый речи рассказать — сильней чем речь.
Я так люблю тебя и так хочу сберечь…
Синай строки и теснота молчаний…
Наш белый звук, необжигающее пламя…
Казнить нельзя помиловать любить

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117120811451

Tantum illa

Отойди, ты светел… Отойди, ты вечен.
Человечность — встреча в ожиданьи встречи.
Теснота багряна, всё светлей под вечер…
Подойди, ты — пламя, руки, губы, плечи…
Укрывай собою, не проси не сбыться…
Подойди, ты — вера, та, что чистым снится.
Подойди как шепот, подойди как счастье…
Защищать собою будем небо вместе.
Все цветы как раны… все слова как море.
Подойди как нежность… Подойди, нас двое.
Всё белее голос… Всё прозрачней свечи…

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117112911795

«Не убоись Бездны, ибо я есть бездна»

Ты так боишься растворяющихся дней
Или молчания у сонной переправы?
Есть время жить, есть время умереть,
Всё остальное — отсечение изъяна.
Минусовать способна только жизнь,
И не способна быть живою Вечность.
Всяк, приходящий — огненная речь.
Не расплескай, не убоись, ты — бесконечность.
Один лишь шаг от звука к тишине,
Одно касание от нежности до страсти,
И смотрит вновь в глаза бессмертья лесть,
И ветер рвёт обманчивые снасти.
Желания хозяин, тени раб…
Не приближайся к огненно-опасным…
Они сожгут тебя, без права быть причастным
К их огненно-безудержным стихам.
Они дадут испить лишь тень строфы
Того, что в них так искренне, так нежно.
Остановись там, где не бьется сердце,
Чтоб подле тишины его молить,
Его — трепещущее скерцо на ветру…
Его — причастие, анафему и нежность…
Остановись там, где способно сердце
Лишь искренне пронзительно любить…
Лишь там позволено о бренном говорить.

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117111108380

Marginalis

Я слышал — мне шептали в ночь тебя,
Тебя шептали словно торопились.
И я забыл когда меня убили,
И вновь воскрес.
Всё падшее на землю не умрёт,
Язык любви, как сумасшедший дом,
Одержит нас и нами лишь спасётся.
Ближайших маргиналий звук собьется,
И вскрикнет слово и найдет перо.
Дельта апострофов в оранжерее тела
В твоей душе уже созрела…
Губами пробует Психея строки слёз.
Ты вычтешь нас из Своего Альбома
Гортанных алых невесомых…
И буквой не читаемой забьется
В предсердии твоём бездомный лес.
Там, где уже просрочен желтый,
Там, где уже прострочен алфавит…
Как меня звали… Я и сам уже не помню,
Но память всё отчетливей болит.
Кто мои белые безудержные строки?
Со мной иль без меня…
Танцуй где снег!
И руки полуголые и Боги…
Касания и теснота огня,
И руки полуголые и строки,
Запомните без имени меня.

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117111808234

Пронзительна строка…
Пронзительна, как холод Арктики и жар Сахары…
Благодарю тебя за этот край земли, где узнаю себя…
Где и узнав себя… как мало
И льда и жара и глубин!
Перенасыщен красками октябрь…
И снег летит и пахнет он весной.

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117111100358

Ты не сильна в молчании свечей
В ночь разрешенных обнажений плеч…
Безудержна песнь алого огня,
Не просит позволения для встреч.
И тень глотка взаимной тесноты,
И шёпот тесноты вне кожи,
И губ твоих безудержная речь
Желаний вновь таких неосторожных.
Богема и симфония строки —
Касайся, кайся… ты неоспорима,
Неотличимы голоса любви
И в нежности они неотличимы.
Где время потеряло вес,
Взведён курок слепого полнолунья,
В тенях распятых правда о весне
И ни-че-го о вечности безумья.
Как непредвзято смотрит страсть в глаза,
Как тонко бьётся на запястье жилка,
Как тёмен бог, спустившийся сюда,
Как вечен трепет, где молчанье зыбко…
Родство касаний, пить из губ…
И повторять их дрожь все жарче
Где, раздевая нежность, нежность просит
Ещё мгновение твоей любви.
Ещё глоток… бессильный и глубокий,
Ещё касание… не закрывай глаза.
Не закрывай их, даже если я узнаю…
Что ты сильна в молчании огня.

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117111100333

Обучи мое тело, жертвенный нож.
На равнине войны я любви присягал обнаженным.
Мы там выжили с ней.
Мир причислил нас к прокаженным,
Когда трепет души обнимал этот жертвенный нож.
Мы там выжили с ней
В стороне от безумного мира…
В тех касаниях, что неподвластны даже перу.
В нас звучал алый бог
И акафист, прикрывший нам спины,
Белым воинством лёг дорогою поутру.
Так возьми черный мёд,
Зачеркни и пиши за пределы
Этим белым, целующим
Стигматы листа.
Светлой болью пиши,
И сжимай острие этих целых,
Этих трепетных букв,
Повторяющих слово «любить».
В белых нишах и серой сквозной галерее,
В отраженных изгибах наших измученных дней
Обучи мою душу, заостренное междометье,
Богу нашей любви
Богом в глаза смотреть.
Там, где хрустнула спица
В колесе на дороге войны,
Там сломалась о жертвенный нож репетиция смысла.
Обучи мою душу, жертвенный нож,
Быть твоим откровеньем
Вне игры в эти тленные числа.

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117110900435

Мы вышли к большой воде,
Мы молча облачились в бренное.
Мы все одинаково смертны
И в этом свое обаянье.
Мы равновелики и в этом своя суть.
Мы не заметили как осиротели,
Вода смягчила нам речь
И мы прошли сквозь кулисы.
Глотки становились остры,
Мы касались кожи,
Мы отряхивали песок с себя
И сходили со своих шагов,
Чувство утраты всегда приходило вместе с пробуждением.
И кто-то искренний подливал нам новой воды.
И было в ней чувство превосходства и лукавства.
Мы учились становиться ничьими,
Искаженные сложной игрой водяных преломлений,
Потерявшие смысл тверди как таковой,
Удивленные чувством покорности и превосходства.
Нас вели сюда — в сердцевину мира…
Нас вели сквозь строй наших возможных судеб,
Где еще не был рожден огонь касаний,
Где еще не был рожден лед сомнений.
Не ищите основы, оставайтесь какими были
В райском саду, где хлеба из пыли еще не научились печь.
Время сквозит сквозь пустынность
И куда ты забрёл знает только лишь Бог.
Чем нежнее становишься, тем более холоден мир,
Так в молитве сближают ладони, снег и тепло окна.
Полуземная латынь,
Где каждый цветок воодушевит тебя красотой
И, отцветая, оплачет черной каймой иной красоты.
Ты волен не слушать… или забыть осторожность…
Ты уже одинаков и с ней и без неё,
Принявший родство и сходство.
Мы все одинаково смертны
Мы все одинаково вечны…

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117110900386

Как безудержно,
Как мимолетно,
Как медленно входит шелк
В тесноту вне кожи…
Стань теплее меня, чтоб уже мне не знать куда вернуться.
Вкус жажды, где каждый перед смертью шепчет «благодарю тебя»
В этом храме, где не избегают прямого взгляда,
В этом трепете, где тени распяты на полу,
Присягая на верность совершенству,
Совершенству, которое не принадлежит никому.
Неотличимые голосами в молчании…
Мы знали, что музыка ночи безумно красива…
Мы знали, что еще недоступнее нежность, когда мы слишком близко

Я роняю перо в твой огонь
Чтоб больше не суметь ни для кого писать.

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117110900409

Spatium

«Любовь выскочила перед нами,
как из-под земли выскакивает убийца в переулке,
и поразила нас сразу обоих!
Так поражает молния, так поражает финский нож!»
Михаил Афанасьевич Булгаков

Обжигая свой рот о строку, декламируешь сад.
Твой обещанный лист, как и гвоздь, принесут и с улыбкой оставят,
В них обоих отлита непреложная твердая суть,
В них обоих — петухи прокричали, прокуратор заплакал,
И усталость довеcила время в одолженный путь.
Тьма накрыла Ершалаим, играя бессмертьем…
Ты рассчитан на вечность, ты вернешься в один из дней
И напишешь опять «я был здесь, той весной, в этот вечер»…
В этих строках своих, что в тебе наизусть.
Ты придешь меня плакать, а там уже нет меня.
Золотая привычка молчать подобна открытой тетради.
Эти лица как буквы… Ты придешь меня плакать…
Ты придешь меня плакать, а после придешь встречать.
Уходящие вдаль всегда одиноки,
Слово рвется в тебе и смотрит в твои глаза.
Все, кто знает о том, что земля — это выбор в боги…
О, ристалище, выбери снова меня.
Поле боли причастий, анафем и тишины,
Ты клеймен тонким шрамом строки и тяжестью веса,
И грядущих твоих тянет к краю у пыльной завесы,
И у края утрат понимают они что легки.
Совпади только ты! Только ты со мной совпади…
Степь распластана ввысь, красный мак на коленях так вечен!
ДУши трав вспоминали нас в этот обещанный вечер,
И я верил их голосу под сенью крестившей Руки.
Понимать эту сталь- это значит родится жрецом
(Раскаленные знают слияние алого с белым),
Остальное вы сами положите им на колени,
Остальное вы сами… Предадите их с легкой руки.
А над бездной твоей, над рассветною бездной, свирель!
Все поэты молчат когда входит в их дом это чувство,
Только белые строки летят, облачая искусно,
То ли в саван, то ли в вечность тебя.
И по строкам пройдя, вспомни — в них есть душа;
По серебряной нити, по тонкому краю вне тела…
Где изнанка так хрУпка, и суть вне времен переспела,
Где летят снова яблоки, и листья седые летят.
Раньше времени все, кто читает обещанный гвоздь,
Веру огненную подливая в скупые чернила…
Нас погубит писательский дар —
Тонким шрамом по строкам разрыва…
(Как небрежно летит золотое самшита сквозь сад).
Нас зальёт тишина… Нас утопит в себе теснота,
Сотый раз прочитай на латыни огни этой мессы.
Вновь с запястий твоих собираю губами я вечность…
Вновь лежит на ладони эта яркая осень Отца.
Так целуй, обрекая на жизнь ту весну, где я встречу тебя.
Так целуй, пока можем позволить себе эту слабость!
Я себе заберу только строчку, где есть ты и я.
Я себе заберу лишь тебя, обрекая на малость…
Тьма укрыла Ершалаим,
Желтым цветом молясь.

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117102511634

Этот пронзительный
Кинжальный золотой
Перетекает и уходит забывать,
Дав обрести и все раздать,
Укрыться дав и холод одолеть.
Вернуться и неслышно говорить,
Где острый глубоко проникнет в тень.
И накрест в каждый жест
Скользить,
И забывать, и вспоминать слова…
Сквозной — сквозной
Дышать тобой всегда,
И медленный превозмогая ход
Ключиц, ключей
Сквозь лепестки огня
Пой под откос,
Врастая в гибкость тел.
Текут по краю отзвуки —
Всё здесь…
Открытое живое… не владей.
Всё, огибая, окружая,
Нежность рук
Ловит изгибы мотыльков огней.
Пей выдох вдох,
И воздух вырезай
Гортанью, обжигая тесноту.
Ты — имя… и — мя… им я — ничего…
Не занимай, переходя черту.
Имя сквозное напои собой,
Мой тёрн… моя голгофа и фавор…
Лишь нежность оставляется в живых,
Изведав тесноту горячих снов.
Горячих вен первостепенные слова
Когда под вздохом и когда нагих
Сливает с шепотом бездонно — золотой
Фавор касаний в тесноте строки.

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117102300369

Запоминай вдоль тела танец рук,
Запоминай риторику огня,
Роняющую строки жарко вслух
Губами в губы на санскрите языка.
Всей вседозволенностью,
Временем читай
На коже полыхающий минор
Темных ночей и трепет жарких рук,
Развязанных под властью сквозняка.
Запоминай —
Я больше чем любовь
В той поднебесной, где рождается тарО
Под небом, где так сухо и легко
Цветет шанхайским золотом строка.
Цветет, переименованная в жизнь,
На черный день запрятанная в свет
В лад золотой и карту «император»,
Крещенную под ветреной звездой.
Когда тебя догонит речь,
Когда пройдешь вдоль приступа волны,
Запоминай как тень роняла тень
И как взлетали мы из тесноты.
И темное оружие клеймя,
Там, где так огненно и непроизносимо,
Запоминай —
Мы устоим у алтаря,
Где рукава пусты и небо длинно.
Мы устоим пред створами дверей,
Ведущих в… без нас умерший рай.
Запоминай —
Наощупь, навсегда.
Запоминай —
Все наизусть запоминай.
В телесной теплой памяти плеча,
Целованного лунным мотыльком,
В полобороте старого ключа
И карте, предрешившей всё.
Запоминай —
Нас целых в неге тел,
Успевших лечь под руки этой страсти.
Запоминай —
Нас — белое причастье,
Безумство шелка, жаркость свеч.
Слетевшее с губ «я люблю»…
Без номера страницы в нас строка…
Нам быть на площади, нам падать ниц…
Огнём жонглируя на острие клинка.
На каменный простор роняя тень
И огненные лепестки даря,
Никто из нас не сможет избежать
Того, что на знаменах золотых
От, А до Яда серебром мы вышивали.

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117102300285

Неповторимой… говорящей «не вернусь»…
Прекрасен день, и тень его улыбки,
И тонут листья в золоте великом,
Того, что каждым словом — наизусть.
Геральдика божественных аллей,
Ярким родством в мое нагое тело…
Я, посягающий на музыку Предела,
Глаз глубину услышать не боюсь.
Раздвоен воздух безупречно… Пополам
Забвенье в поры тесноты, безумством Лира…
И собирает дань со встречных Красота…
И отдает их тишине пунктира.
И маска на обветренных губах,
И скальпеля родство и… невесомость…
О, как знакома мне её святая вольность
Неповторимо говорящей «я вернусь».

Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117101511277