Я тебя до сих пор не забыла…
И все также… безумно люблю…
Просто раньше… от боли я выла…
А теперь эту боль терплю…
Просто стала… сильнее с годами…
Стараюсь не ждать… а жить…
Иногда… я не сплю ночами…
Просто … слезы не стала лить…
До сих пор… на сердце… тревожно…
На душе моей… кошки скребут…
Жить без тебя мне сложно…
Но ты где-то там… а я тут…
На лугу рассыпался ковёр из трав
Душистой мяты.
Голову кружит твой аромат,
Дурманит, мята.
Свою песню соловей поёт - встречая лето.
Лепестки искрятся от росы, в лучах рассвета
На весу дрожит, роняет свой хрусталь,
От ветра мята.
В Духов День, под вечер, ты сплела венок,
Милая панна.
В нём есть вереск, медуница, василёк
И листья мяты.
В комнате моей висит портрет любимой.
Засыпаю или утро в дом войдёт, сияя -
На меня, с улыбкой смотришь ты лукавой,
Ласковая панна.
На чужбине пью цветов благоуханье,
Самых разных.
Много девушек вокруг, но снится лишь одна -
Нежная панна!
Пахнут косы твои чабрецом и мятой пьянящей.
Посылаю в песне свой привет и обещаю,
Поскорей тебя обнять крепко, нежно.
Жди меня!
Слёз не лей,
Моя панна!
Незаметны следы светлых полос,
И, как бы ярок ни был огонь городских эстакад,
Твоя тень, аромат, низкий голос
И голубые глаза за мной из мрака следят.
Каждый шаг контролируешь,
Не давая возможности даже выдохнуть быстро.
Почему же молчишь?
Ответь, и пускай слова сердце выжгут, как искры.
Все равно я никчемен, устал, обессилен.
От горькой любви хуже, чем от дешевого коньяка.
На запястиях шрамы, я им завидую.
Они останутся, даже когда в твоей жизни не будет меня.
- Чему вниманье посвятил?
- Шутов любимых хор весёлый
Учил основам мастерства:
Урок сатиры в назиданье
Бездельникам я преподнёс. -
Неделю шутки смаковать!
Обиды горечь и насмешки,
Сравнение блудницы с «Леди»,
Мне камарилья не простит
И долго, нудно будет мстить.
Я рад такому развлеченью.
От скуки долгих вечеров -
Шутами буду ограждён.
- Я груб, жёсток? - Мы в интернете!
Отброшены мораль и стыд
Весёлых клонов дерзкой шайкой,
А недостатки скрыты маской:
Отребье в жизни - здесь король,
Возглавив троллей хитрых стайку.
- Однако, друг, не соблазняйся
Третьестепенной мишурой.
Ловкач на время преуспеет,
Но бледность мысли, серость строк
Читателю безынтересны.
Авторитет уступит стилю,
Возвышенному - скучный слог.
- Здесь стало тесно, старичок,
От дутых «Старов» и старьеток.
- Ум и таланта превосходство,
При должной выдержке, рассудке
Недолго будут в безразличье.
Трудись, мой гений, - комбинируй!
- Не ищет радость гений в злобе.
Пусть вор ломает сейф, что пуст -
Сокровища мои.
Смеюсь!
- Стар любит прихвастнуть,
Пред всеми, в час досуга
И к месту, и не к месту,
Как-то невпопад и вдруг:
«Мол, сам Пелевин жмёт при встрече руку.
Да, что Пелевин - Винничук, мне друг!»
В ответ, услышав визг:
«О Юлик, я кайфую!»
Самозабвенно басенку прочтёт.
Их у него полтыщи наберётся,
Всё больше о мартышках или псах.
- В зверушках озорных, он ищет вдохновенья.
Свой дар поэта, лишь распутству посвятив,
Описывая тех с кем дружен,
Кто близок сердцу старика:
Гиббоны голубые, шимпанзе -
На них он тратит пыл искусный,
И куцые остатки озаренья.
Заметь:
Ни женщины, природа иль мечта!
- Занятный выбор для поэта.
- Язык Эзопа и комедия Крылова
Не злы, не пошлы,
Поучительны в остротах.
Жаль, что не хочет шут учиться,
На пиитических примерах
Дней минувших.
Мишурную возню избрав взамен
Околотворческих агентов
И саранчи литературной.
- Смеёшься?
- Жаль немного старика.
Есть у него затея и другая.
- Какая же, скажи? Я обещаю:
Ты на лице улыбки не узришь.
- «Собаководство пекинесов и борзых»!
Ему в питомнике вольготней и уместней
Свой нрав мятущийся смирять
Селекцией щенков рычащих,
Меж пуделей и чи-хуа-хуа!
- Я весь вниманием горю!
Ну, продолжай же, я прошу!
- Недавно написал я эпиграмму,
Чтоб приструнить зарвавшихся шутов
Сердиться грех, но Боже, как приятно
Увидеть униженье наглецов!
Поотдохнув и свежих сил набравшись,
Преобразился старый негодяй.
Ощерился Ротвейлером блохастым
И рвать грозится глотки всем подряд!
Я долго слушал и зевал сквозь дрёму
О родословной благородных сук.
Когда зацикленность такая на породе,
То жди в помёте - по уроду в год!
Зачем мужчине женщина дана.
Ответ один - на счастье и на горе,
Порой бывает кроткая она,
Но очень часто не уступит в споре,
Порой визжит при виде паука,
Но может быть и яростнее львицы,
Вина, бывает выпьет два глотка,
Но с горя может от души напиться.
Являя красоту при свете дня,
Она, порой девчёнка недотрога,
Живёт сама не ведая, маня
Любовью той, что ей дана от Бога.
Всё в женщине живёт, и радость и беда,
Как шёпот милых уст, в которых «нет» и «да».
Листаешь ленту новостную -
Там селфи, свадьбы, пляж, спортзал,
И вот как будто бы вживую,
О друге новость ты узнал.
Уже ты в курсе изменений,
И вроде незачем звонить,
Ведь в комментариях быстрее
Все разузнать и обсудить…
Ты лишний раз не едешь в гости,
И не зайдут к тебе друзья.
Онлайн вы всем «помыли кости»
И обсудили все дела.
Френдлента с каждым днем длиннее!
/Ты нужен всем - какая честь!/
Но сам ты знаешь, что на деле
Друзей - по пальцам можно счесть.
Кто ставил лайк под каждым фото,
Тебе поможет не всегда.
Вдруг телефон отключит кто-то,
Узнав, что у тебя беда.
С последней «палочкой» вай-фая
К тебе исчезнет интерес.
Приоритеты подменяя,
Растет технический прогресс…
Что может быть интимнее секса?
Легкое прикосновение к губам.
Когда сидите рядом с ним на стуле,
Читая одну книгу по слогам.
Небрежные улыбки, нежный взгляд,
Сплетение волос.
Когда вы оба в общем мире грез.
Когда дыхание щекочет тебе шею,
Когда на миг касаешься руки.
На этот миг все просто застывает
И ты взлетаешь миру вопреки.
Что может быть интимней секса?
Стакан текилы в баре на двоих.
Или когда гуляете по крыше,
И он тебе читает твой же стих.
Когда вы вместе едете с работы,
И вдруг толпа друг к другу вас прижмет.
Когда забыв про все свои заботы
Он в гости на кино тебя зовет.
И поздно вечером уснешь в его кровати,
Всего на миг глаза свои прикрыв.
А он заботливо накроет одеялом
И тихо ляжет рядом тебя не разбудив.
Что может быть еще интимней секса?
Да очень много всяких мелочей,
Которых мы порой не замечаем,
Вплоть до забытых у него своих ключей.
Вечер развесил снова огни над городом,
Люди спешат домой через дождь и снег.
Город в глазах котов отливает холодом,
В каждом коте не выживет человек.
Где-то цветные монстры, раскинув щупальца,
Против миров огня восстают в поход,
Где-то от света феи вампиры щурятся,
Где-то - машины, люди, и снег идет.
Кот не ошибся миром, он здесь намеренно -
В прошлых вселенных тоже не «всё окей».
Хватит с него драконов и духов дерева,
Он бы теперь хотел посмотреть людей.
Кто-то бросает камнем и гонит с лавочки,
Кто-то бормочет: «всех бы вас придушить»,
Кто-то последним супом накормит с баночки.
Кто-то же скажет: «Кот, давай вместе жить».
В теплой квартире, глядя на снег за окнами
Кот человеку пел про свои миры:
Там где планеты плоские, небо коконом
И десятиметровые комары…
А в параллельном мире лесов и магии,
Где-то в альтернативном кольце времен,
От принесения в жертву жрецами-нагами
Гнома вдруг неожиданно спас дракон.
Гном от смущения даже слегка ссутулился:
«Я бы без вас не справился никогда…»
«Помните в прошлой жизни, на темной улице,
Вы вдруг решили взять себе в дом кота?»
ИМПЕРИИ
На свете все империи имеют много общего:
Царя ли, Фараона ли, Секретаря иль Кормчего,
И, в свой черёд, империи шатаются и рушатся,
И гибнут под обломками рабы, крича от ужаса!
ИРВИНГ БЕРЛИН
Судьба ему безвестие пророчила,
А он сразился с собственной судьбой:
Так Ирвинг Берлин - гений из Толочина
И стал американскою мечтой.
Это даже не зима…
Это же сырая осень!
В лужи смотрятся дома,
И природа нас не спросит,
Нужен нам мороз иль нет?
Может, нам угодно снега?
Да!- кричим мы, но в ответ-
Шум дождя и шёпот ветра…
Помнишь радостный мороз,
Что пощипывает щёки?
Помнишь запах- как арбуз,
Что разрезан с хрустом громким?
Веришь?- с запахом дождя
Он прекрасно сочетаем,
Не зима и не весна,
И не осень золотая,
Межсезонья маета,
И тоска-тревога злая…
А сегодня под окном
Вырос крохотный подснежник,
Жив под солнечным лучом,
Тень придёт- и нет надежды
В силу полную цвести…
Что же делать? Мне, наверно,
Надобно его спасти,
Уберечь от смерти верной.
Острым лезвием ножа
Вырезаю ком с землёю,
Не касаясь, чуть дыша,
В дом несу его с собою!
Нет посудины… постой,
Славный цветик некудышный!
В чашке с трещиной большой
Будешь жить на полке книжной.
Мы разучились благоговенью,
когда внезапен, не размерен,
восторг поэзией, доверенной
историей, её душой, её артерией.
-Как часть душевной инженерии.
Но верю, это в наших генах,
что снова к нам, «вернется вновь»,
как возрожденье - новая любовь.
ДНО
Кровь - не вода и не вино -
Коль сомневаетесь, проверьте:
Какое всё же это дно,
Когда иным желают смерти!
Очередной приняв от запада «урок»,
Несущий зло, волну дерьма и массу вздора,
Я предлагаю: расшифровывайте МОК,
Как «Максимально О. уевшая Контора».
Телегу любви я тяну и тяну за двоих,
Наверное, скоро умру от ее громыханья.
А он, мой напарник,
Хоть с виду и крепок, и лих,
Уже отступился -
Ему не хватает дыханья.
Ну что же, я дальше одна.
Пусть сидит на пеньке.
Подъем все равно одолею,
Хотя бы с разбега.
А впрочем, он прав:
Лучше дальше идти налегке.
И я у подножья холма
Оставляю телегу.
Лорина Дымова