Знаешь…
Кажется, я ухожу…
(и по коже мурашки…)
Постепенно… неспешно… хоть дергаю нервно хвостом…
(кошки то же порой без победы выходят из драки…)
Только сверлит в мозгу - Я БЫЛА Б ТЕБЕ ИМЕННО ТОЙ… той, что ближе рубашки
и даже вернее собаки…
Я была б…
только «бы» не дает
ни надежды…
Ни права (хотя бы) надежду дождаться!
Остаётся лишь верить, что это однажды пройдёт…
Как в том фильме -
Лежу…
И мне вовсе не хочется драться…
Я несусь…
А вокруг - гололед… гололёд…гололёд…
И зима…
И зима надоела безззбожнооо!!!
Но не та, что вокруг,
а другая - ядрёней и злей…
Я б осталась…
Да только -
Ну, сколько же можно?!?
Жизнь гораздо страшнее, чем чертов канал новостей…
Задолбала зима!!!
А вокруг столько теплых созданий…
Ждущих нежности, ласки…
Поцелуев…
Любви, наконец…
А ведь, правда - Ну, разве ты Пуп мирозданья?
Или всей этой жизни,
(паршивой!)
терновый венец?
Надоело играть
в твои странные… страшные игры…
Надоело терпеть, как скребут в раскалённой душе
не какие то кошки -
ррреальные дикие тигры,
с рёвом рррвущих дорогу на клочья ррреальных Porsche…
Я дала тебе шансы
и время…
Я дала… Видно слишком уж много…
Ты не выдержал бремя.
С дистанции на вираже
ты сошел -
не вкатила, похоже, дорога…
Что ж - s mi querido amigo…
Я надеюсь,
что ты свой La femme наконец то cherche…
Знаешь…
Я ухожу…
Пррровались они, эти мурашки!!!
Отмеряя шаги каблуками
по мостовой!
Мой последний патрон - холостой,
Я устала от драки…
Только сверлит в мозгу - Я БЫЛА тебе именно ТОЙ,
что вернее собаки
и ближе последней рубашки…
Я была …
Резиновая Зина
Не просит лимузина,
Мартини и интима,
Не спорит горячо.
Не убежит, не сбрешит,
К соседу не зачешит,
И матом не отчешит
Когда услышит -«ВСЕ…»
Я украла твоё сердце,
не верну его назад,
в нем лишь маленькая дверца,
чтоб впустить туда дитят!
Катится огромная слеза
По щеке с ресничек на подушку.
Это вдруг заплакала душа.
Вспоминая счастье дней давно минувших
Катится и падает на пол,
Разбиваясь вдребезги на части
А душа надеется и ждет
Смотрит с верой в будущее счастье.
Не одиночества свобода
«Напрягает" -
Самодостаточности
Бесконечно-глупый блеф
С той «сказкой», что никто
Не понимает,
Что будет всё совсем
«Не как у всех.».
Всё будет-
Как у всех-
Когда-то ведь родился,
И в час положенный,
Когда-нибудь умрёшь
Отличия скрываются
«В деталях" -
Сам эту мысль уразумеешь и Поймёшь.
Сам должен будешь
Совершать поступки,
Как ни казались бы они
Другим глупы
И сам-несёшь за всё
Ответ ты В движеньи вечном
В пустоту- из пустоты.
Поймёшь и то, что ты-
Лишь «клетка мира»
Зависим сам-зависят от тебя
И мира «организм» немного
Изменяешь-
Чего-то делая.
И-ненавидя.
И-любя.
НЕ СУЖДЕНО (25.02.2011)
Если тебя нету рядом,
Если ты далеко,
То и веселья не надо,
И на душе нелегко,
Грусть как голодная псина
Гложет меня изнутри,
Ну почему-же, скажи мне,
Ты не звонишь - набери…
Поверь, я скучаю ужасно,
Впрочем не надо, не верь,
Может все это напрасно
И бесполезно теперь…
Надо с собою быть честным!
-Я говорю себе сам,
Не суждено видно вместе,
Рядом друг с другом быть нам…
ВЕСЕННЕЕ (26.02.2011)
Природа радует весенним обновлением,
Снега растаяли сбежавши в неба синь,
Душа поет с великим наслаждением
И расцветает все куда глаза не кинь…
РАССТОЯНИЕ - НЕ ПОМЕХА (28.02.2011)
И снова вечер, снова дома я один,
И вновь тоска крадется кошкой в сердце,
И своим мыслям я опять не господин,
И лишь мечтам открыта в душу дверца…
А жизнь расставит обязательно все по своим местам
И не страшна меж нами пропасть в сотни километров,
Я тут один мечтаю, а ты где-то, где-то там,
И лишь молчишь, скажи же что ты думаешь об этом?
Хочу я видеть блеск твоих прекрасных глаз,
Хочу ослепнуть снова от улыбки белоснежной,
Я все б отдал чтоб рядом быть с тобой сейчас
И губ твоих касаться поцелуем нежным…
Но жизнь расставила все по своим местам
И пролегла меж нами пропасть в сотни километров,
Я тут один мечтаю, а ты где-то, где-то там,
И может быть в объятиях другого человека…
Ты говоришь что вместе быть с тобой нам не судьба!
Ну почему скажи, ответь зачем ты так жестока,
На расстояньи может быть любовь - ты не права,
Иначе почему скажи мне без тебя так одиноко…
А жизнь пытается все снова расставлять по тем местам,
Где между нами пропасть в сотни километров,
Я тут один мечтаю, а ты где-то, где-то там,
Надеюсь что ты не в объятиях другого человека…
Приключения истребителя в воздушном бою
Рву штурвал на себя, выхожу из пике…
Слишком поздно!
Кто вернется обратно, утешит всех вдов и невест.
Ветер бьется в стекло и сдувает горящие звезды
С искореженных и почерневших от дыма небес.
И когда я горящей звездой пролетел над землею,
Понапрасну растратив последние силы и злость,
Я успел загадать, чтоб остаться живым после боя.
Загадать я желанье успел, но оно не сбылось.
На том свете я долго стучался в пустые ворота,
Матерился, ругался, молился, просил: «Отвори!»
Я, участник боев, у меня стопроцентная льгота!
Мне положено в рай, так пустите же, черт побери!
Но апостол пришел и сказал мне, что б я убирался.
Все равно не пущу, и не надо напрасно стучать,
Кто вас там разберет, кто, за что в этой бойне сражался?
Нету места в раю, Бог сказал: «Никого не пускать!»
Я побрел неизвестно куда и доплелся до ада.
Там два черта сидели и пили у самых ворот.
Черт лениво спросил, мол, какого мне черта здесь надо?
Я ответил - любого, а лучше того, кто нальет.
Мне налили стакан, и я выпил его без закуски,
Мне налили еще, я и этот стакан одолел,
Так с чертями я пил на троих и ругался по-русски,
Сокрушался, что в рай Бог пилотов пускать не велел.
В ад, так в ад, черт с тобой, на земле натерпелся я ада!
Чем болтать, ты бы лучше поставил закуску на стол!
Но ответил мне черт: «Нам в аду таких пьяниц не надо,
Так, что ты возвращайся на землю, откуда пришел.»
И опять я в бою, выхожу из пике на пределе,
Обозленный вконец на апостола и на чертей,
Дотянул до своих, посадил самолет еле-еле.
И подумал, наверное, здесь, на земле я нужней.
А когда, наконец, в эскадрильи своей оказался,
Я узнал - все вернулись и был я доволен вполне.
И спросили ребята, ну где ж это ты так набрался?
Я ответил - в аду, но они не поверили мне.
Поцелуем закрой мне рот
Чтобы лишнего не сказала…
Поцелуем закрой мне рот
Чтобы вовремя промолчала…
Ведь не сказанное-дороже злата,
А слова по-пустому-медь…
Говорят же-«Ума палата»,
Но смолчать-это надо уметь!
Я о любви так долго не писала
Все потому, что как весенний сон
Она меня внезапно поражала
И очень долго помнилась потом.
Хоть самыми хорошими словами
Ее необходимую зови
Не уловить тот миг,
Когда мы сами
От безразличия идем к любви.
И нас молва худая не обходит,
И кто подобных не слыхал речей:
-Что в нем она особого находит?
-Что он нашел особенного в ней?
А что тут странного,
Когда навеки
Всем всем влюбленным свойственно одно-
Увидеть то в любимом человеке,
Чего другим увидеть не дано.
Снег умирает на ладонях,
А я хочу пожить немного.
Меня не завтра похоронят?
Спрошу, сегодня я у Бога.
За этим полустанком серым,
Вернее будет- получёрным.
За водокачкой обгорелой
Мы в землю вдавлены, как зёрна.
Но только, не дадим мы всходов,
Если окажемся в присыпе…
За брутсвером, кляня погоду,
Любой из нас, сейчас бы выпил.
Но нету водки, нету спирта.
Вода и та… лишь снег, как саван.
И фляжка сквозняком пробита,
Когда от мины падал вправо.
Она шарахнула, как надо,
Лишь только вышли из овражка.
И вот, пока я вправо падал,
Мне левый бок прикрыла фляжка…
И он, теперь, почти в порядке.
Шинель, немного зацепило.
А рядом-мёртвые ребятки.
Всех восьмерых, за раз побило…
Потом"МГ" работать начал.
У них, ведь всё не через ж…
Из взвода, я последний, значит
С чужими дальше на окопы.
Мы залегли, а снег всё валит.
Ну думаю, хана в шинели…
А немцы, полустанок сдали,
Чтоб нас, потом, держать в прицеле.
Высотка, с ихней батареей
За полустанком, чуть поодаль…
Эх, если б было всё шустрее,
Он и высотку эту б отдал…
И будто бы, с такой издёвкой
Дал нам возможность окопаться.
Ему, теперь, легко и ловко,
А нам, ни в жисть не удержаться…
Зарывшись в землю, коченеем,
Забыв о флангах и о тыле…
Вот, если б наши батареи
Высотку эту бы, накрыли…
Да нам, ещё в подмогу роту.
Мы бы её, конечно взяли!
Но ни орудий, ни пехоты…
А снег-подлец, всё шибче валит…
И умирает на ладонях,
А я, хотел пожить немного…
Зачем нас, на погибель гонят,
Спросил, сегодня я у Бога…
Мгновеньем каждым
Жизнь любого убивает
Не важно ей-
Ты- трус или-
Храбрец
Живёшь ты чувствами
Иль-холодно-бесстрастен.
Богатый, бедный-
Всем один конец.
Смысл жизни, цель её-
Осуществиться.
Хоть ненадолго, но -
Реальностью побыть
Собрать «букет цветов" -
Из новых впечатлений
Вернуться снова -
В мрак.
Ловить момент-
Себя осуществить…
«Мёрзнет девочка в автомате» © А. Вознесенский
«Простите, Вы не могли бы позвонить и позвать к телефону одного человека?»
(реальная встреча на улице)
Что ты, девочка, не дрожи, не ломай голубые пальцы. Это просто старуха-жизнь полотно небелёной лжи натянула на старых пяльцах. Он тебе, говоришь, не лжёт, просто вас разлучили люди. Ах ты, милая, знать бы брод, ломок первый осенний лёд, а тепла до весны не будет.
Кто его караулит? Мать? Ну, давай телефонный номер. Как назвать его, как позвать…
Мне сказали:
- Исчезни, б…, он для вас, потаскушек, помер.
Тише, девочка, не дрожи. Это поле - не поле битвы. Значит, больше не ворожи, спрячь подальше свои ножи, иглы, игры, таблетки, бритвы. Умер, стало быть - хорони! Проживи эту боль, как ломку. Знаешь, годы летят, как дни. Ты за шкирку себя возьми, ты - сама для себя соломка.
Ты - сама для себя вокзал, самолёт и дорога в небо. Ты забудь всё, что он сказал, губы, руки, его глаза. Ты реши, что он просто не был. Слёзы, девочка, не в цене. И цена у любви иная.
Он придёт. И не раз. Во сне.
Ты поверь, дорогая, мне. Потому что я знаю.
Знаю.
«Фея, добрая фея, я так устала от этих лиц.
Больно, вот здесь, левее; скажите, милая, где же принц?
Каждое слово ранит, и каждый взгляд меня бьёт, как хлыст.
Кто там ещё в программе, какие люди с глазами крыс?
Фея, добрая фея, вы мне теперь как родная мать.
Пусть я люблю и умею и веселиться, и танцевать, -
можно мне по-английски, пока не видят, домой уйти?
Сколько же может длиться этот нелепый корпоратив?
Фея, кто эти люди? Моё веселье их только злит.
Я не прошу, чтоб на блюде они мне чудо преподнесли;
видно, до самой смерти с себя не смыть ни золу, ни гарь.
Кто мне все эти леди, которые чуют во мне врага?
Фея, всё это грустно, всем этим тряпкам пора в костёр,
туфелька от Прокруста пусть будет обувь моих сестёр.
Я же ведь не про это, не про джек-пот или первый приз.
Что там конец сюжета, - мне знать бы в принципе, как там принц".
Голосом, полным ласки, ответит бархатный тёмный сад:
«В сказке есть доля сказки, -
ну потерпи ещё полчаса».
Только бы не сломаться.
Ещё немного.
Всё хорошо.
Медленно бьёт двенадцать
тяжёлый маятник медно-жёлтый.
Было простое платье - теперь изящно, как лепесток.
«Что же, теперь пора тебе, ты вела себя на все сто;
пока ещё не искали, беги с территории марш-броском.
Туфельки можно оставить, но я советую босиком;
тыква теперь - карета, и принц давно уже ждёт домой».
В сказке есть доля бреда, -
не дружит сказочник с головой.