Я не твоя теперь - ничья…
Горячих губ огонь остужен.
Мерцает в сумраке свеча…
Ты мне ещё, признаюсь, нужен.
Коснётся боль души моей,
И грусть волной накатит снова.
Быть не могу уже твоей,
Но и чужою - не готова.
В бокал вина себе налью,
В грехах и каюсь и не каюсь.
Так быстро всё ж не разлюблю,
Но от любви - не задыхаюсь.
С тобою вместе нам не быть…
Не упрекай меня, не мучай.
Хочу забыть, боюсь забыть…
Прости.
Прощай.
Так будет лучше…
Есть люди, которые появляются в твоей жизни и исчезают не оставляя следа. Они сидят с тобой в кафе, пьют кофе, о чем-то говорят… Им, как и тебе, что-то важно в жизни, а что-то - нет. А однажды они просто уходят и ты о них больше не вспоминаешь…
Есть люди, которые оставляют следы в сердце… Они хорошие… наверно… раз ты помнишь о них и каждый раз, при одной только мысли о таком человеке, твоё сердце вздрагивает и начинает учащённо биться. Есть те, кто оставляет следы в сердце… И сердце иногда очень хочет быть здесь с этим человеком, а не там - с другими, чужими, и по большому счету - не нужными…
Холодные, бесчувственно-черствые серые глаза… Пронизывающий тебя насквозь и испепеляющий тебя изнутри взгляд… Никогда не видел подобного. И лучше бы я его никогда и не видел…
Очнётся день от суеты,
Он безвозвратно канул,
И только лишь твои черты,
Рисует вторя память…
Я не молю тебя - вернись,
Уже не жду письма и взгляда,
И ты не знаешь, может быть,
Как боль пронзает сердце…
И снова, боль в груди застыв,
Вдохнуть сумею ли едва я,
Не позову, хоть и умру, -
Тебя тревожить, не посмею!!!
сироты-могилы
оставленные сироты-могилы,
оплаканные ветром и дождём,
покоятся в них те, кто сердцу милы,
тропинки к ним позарастали мхом.
уехали родные, взяв лишь память,
и маленькую горсточку земли…
могилы им пришлось, увы, оставить,
забрав с собой лишь океан любви…
и обвивают сорняки их, будто лапы.
хоть скрыта надпись, все равно, она кричит,
«родному нашему, от мамы, сестёр, папы,
сыночку, заточенному в гранит»
и птицей в небо их мечта взлетает,
хочет вернуться, хоть на миг, к могиле той,
но безнадёжно крылья опускает,
разбившись о преграды головой…
Как быстро 40 дней минуло,
Как быстро 40 дней прошло,
Нас бритвой будто полоснуло,
Когда известие пришло,
О том, что нет тебя на свете,
О том, что путь твой завершен,
Что ты не встанешь на рассвете,
Прогнав в одно мгновенье сон…
Ты 40 дней уже не с нами,
Подумать только - 40 дней…
Мы были верными друзьями
И дружбы не было сильней…
С уходом ранним нам смирится
Удасться вряд ли… Боль сильна.
Слеза соленая струится…
Но не поднять тебя из сна…
Прощай… На небо улетая,
Прими душевные стихи,
Пусть у ворот открытых рая
Тебе простятся все грехи…
Каждую ночь сердце в клочья воспоминания Никто не в силах мне помочь Чувства твои оказались пеплом Сдую с ладони, пускай летят по ветру
Ждать мучительно, забывать больно, но хуже всего не знать какое из этих решений принять.
В жизни бывают такие моменты, после которых презерватив хочется натянуть прямо на душу…
Хорошо всё-таки быть мужиком.
Возможно я иначе переживала бы свою боль, будь я мужчиной - трахала бы всех подряд до потери чувств.
«Мам, он ушёл… Мне больно» - «Чего ты ревёшь? Когда говно на улице обходишь - не плачешь. И сейчас обойди и не плачь…»
Я помню каждый шаг наш, наши встречи
Все наши поцелуи под луной
И в памяти моей навечно
Останется любовь наша с тобой.
Я помню все слова, что говорили
Друг другу в ночи долгие без сна.
О Боже, неужели мы забыли
О нас и как любовь была нужна?
Зачем мы рушим это всё, не понимаю,
Зачем ты поступаешь так со мной,
Зачем сама порой я чувствами играю?
Уходит всё, как сон в вечерний зной.
Быть может не судьба с тобой быть вместе?
Не верю я уже твоим словам.
Ведь было уже слишком много лести
И, кажется, тебе я не нужна…
Но вот опять ты ласкою одаришь
Любимою меня ты назовешь,
И после ссоры нашей ты оттаешь,
Потом возьмешь и снова оттолкнешь.
Не знаю я как жить с тобою рядом.
То загрущу, то снова всё прощу.
То посмотрю в глаза печальным взглядом,
То снова боль на волю отпущу.
И так всегда. Не может быть все ровно,
И этот груз на сердце я тащу.
Но я боюсь, что не смогу так долго,
И рано или поздно не прощу…
Чернобыль… Одного хватает слова -
И сердце, как болезненный комок,
Сожмется, ожидая вести новой,
И горькой пылью пахнет ветерок.
И не со звезд небесных боль упала,
И не на твердь бесчувственных камней -
А в грудь земли проникла злым запалом
И вероломно поселилось в ней.
И душами людскими овладела
Весенней ночью взорванной, когда
Узнали мы, не знавшие предела,
Что нам грозит всеобщая беда.
Что плодородным слоем чернозема
До сей поры покрытые поля
Больны смертельно страхом незнакомым,
Что смертна и бессмертная земля.
Ни павшим за нее в сплошных руинах,
Ни обелискам их - не объяснить:
Как мертвецов, на медленных машинах,
Увозят эту землю хоронить.
Ту самую, родную, на которой
Была пролита огненная кровь…
Ту самую, которую нескоро
Забыть, как нашу первую любовь…
Ту самую, пылавшую садами
И золотом колосьев наливных, -
Теперь мы хоронить увозим сами,
Освоив роль могильщиков земных.
Беды щепотка вырвалась на волю -
И не уймется столько лет подряд…
Какой же страшной растечется болью
По всей земле - оставшийся заряд!
Зарифмованы все мысли,
Переписаны все боли.
С глаз долой того, кто близко,
Сердце бьется нервной кровью.
Звук летит, звенящим эхом
Отражается от моря.
Там, с протяжным горьким смехом
Утопилось наше горе.
Прокурор мой смотрит злобно,
Жизни дни перебирая.
Я стою на месте лобном,
Память ластиком стираю.
Что там, в новых днях безумных?
И зачем теперь все это!
Клочья радости бездумно
Разбросали мы по свету.