Она легла спокойно спать,
Спев на ночь сыну «колыбельку»,
Не преведя эмоций в плач,
Не звав мужчин в свою «постельку»
Она спокойно помолилась
Чтоб у него все было так
Как он хотел, чтоб получилось
Все как желал, не «на косяк»
Он вновь ласкал блуднУю девку
И засыпал спокойно с ней
Не зная, что его малютку
Ласкает та, что всех родней.
Такие мамы-одиночки -
Не первый день, не первый век…
Растут у них сынки и дочки,
А их отец - не Человек.
Однако молятся мамаши
О тех, кто предал их давно,
Они ведь помнят - «Дети НАШИ»,
А остальное - все равно.
В какой-то момент душа становится просто горечью в подъязычье, там, в междуречье, в секундной паузе между строф. И глаза у неё все раненые, все птичьи, не человечьи, она едет вниз по воде, как венки и свечи, и оттуда ни маяков уже, ни костров.
Долго ходит кругами, раны свои врачует, по городам кочует, мычит да ног под собой не чует.
Пьет и дичает, грустной башкой качает, да всё по тебе скучает, в тебе, родимом, себя не чает.
Истаивает до ветошки, до тряпицы, до ноющей в горле спицы, а потом вдруг так устаёт от тебя, тупицы, что летит туда, где другие птицы, и садится - её покачивает вода.
Ты бежишь за ней по болотам топким, холмам высоким, по крапиве, по дикой мяте да по осоке - только гладь в маслянистом, лунном, янтарном соке.
А души у тебя и не было никогда.
Трудно забыть боль, но еще труднее вспомнить радость. Счастье не оставляет памятных шрамов. Покой учит нас так малому.
Ты солнцем был, сияющим, багряным,
Ты снегом стал, позволил мне остыть.
Я грусть распаковала по карманам -
И напрочь позжигала все мосты.
Мечтою был, безумною, блаженной,
Печалью стал, отчаянной, глухой.
Казалось, ты один во всей Вселенной
До боли близкий, любящий и мой.
Ты другом был. И в радости, и в горе.
Ты стал врагом, безжалостным и злым.
Мне ни в едином жизненном просторе
Не повидать тебя ни старым, ни седым.
Ты был секундой, беглой и тревожной -
Теперь сжигаю напрочь все мосты.
Вернуться в Счастье - так же невозможно,
Как вырваться из рук у Пустоты.
вам только с видy всё равно, а изнутри вас боль сжирает
я за тобою по краю… и по стеклу я босою…
из-за тебя все теряю… теряла даже с тобою…
дыша тобою… ты воздух… тобой жила, ты был смысл,
теперь умылась тоскою,
И СЛОВНО
ПРЫГАЮ
ВНИЗ…
сочится рваная рана… душа потрепана в клочья.
и пеленою тумана, только одни многоточья…
жизнь все бежит, но не так все… и на листе лишь эскиз,
мое разбитое сердце тебя отдав,
… ПРЫГНУ
ВНИЗ…
любовь и боль неразлучны, как лучшие подруги, и они всегда вместе! Если хочешь уберечься от боли, беги от ее подруги, как от охотника с ружьем. Беги быстрее ветра, беги быстрее света, беги так, чтобы они тебя никогда не нашли…
Ночь - колдунья мрака, черной тьмы и слез.
Все в твоей власти и душа деревьев даже.
Захочеш - погружаеш всех в мир сладких грез
Иль заставляеш дождь плясать на крыше по приказу.
Но к счасть власть твоя не так уж и сильна
И утром ранним исчезают все кошмары.
Должно быть рада ты - я даже днем теперь одна
Нас разлучила ты для злой своей забавы.
Разбила все ты, искалечила мои мечты.
Я знаю, что ему ко мне не возвратиться…
Какой же злой и подлой стала ты,
Что счастью двух сердец не разрешила сбыться.
Пей меня любимый…
Я снежинкой нежной в солнечных лучах.
Капелькой растаю на твоих губах…
Жарким летним утром в розовых стогах
Я сгорю, как свечка у тебя в руках…
И в твоем бокале сладкого вина
Растворюсь горчинкой, пей меня до дна…
Пей меня любимый, пей и не спеши.
В каждой новой капле… вкус моей души…
Ты мне послан судьбою…
Ты мне послан судьбою и Богом,
Как жила без тебя, не пойму.
Все блуждала, искала дорогу,
Что ведет лишь к тебе одному.
Ты мой плен, ты мой ангел хранитель.
Каждый жест, каждый взгляд твой ловлю.
Ты души моей грешной спаситель.
Я тебя бесконечно люблю…
Мне не спится и не курится…
Мне не спится и не курится,
За окном фонарь сутулится,
Освещая мокрый тротуар.
Эта ночь никак не кончится,
Мне к тебе прижаться хочется,
Но со мною одиночества кошмар.
Барабанит дождь по крыше.
Я зову, а ты не слышишь.
Ждать тебя, не в силах я уже.
Почему сейчас так скверно мне?
Ты с другой теперь наверное?
Ты с другой, но всё равно в моей душе…
Бред.
Целый день я в постели лежу
и немножко
жалею,
Что весна обманула
и вдруг притворилась
зимой.
Эпидемия?-
бред,
я не гриппом, конечно, болею,
Знаешь, призрачный мой,
я, похоже,
болею тобой.
…
…Столбик ртути бежит,
серебрится
до самого края,
Улыбается мне,
растворяясь во мгле,
образ твой,
В стопке с надписью «Флагман»
прощальной свечой
догорая,
Не боюсь, что умру -
жаль, что я -
отболею тобой.
(Цитата из стихотворения)
Небо… Потрогай руками,
Какое оно на ощупь?
С влажными облаками,
С закатом над синей рощей
С тугим залихватским свистом,
С потоком, разорванным в клочья,
С земным и как совесть чистым
Сиянием звёздной ночи…
Нет, не бравада и не смелость,
К соблазнам тяга велика,
Мне просто очень захотелось
Рукой потрогать облака,
И с сердцем замершим от счастья,
При виде мчащейся земли,
Раскрыть широкие объятья,
И гордо крикнуть: НА БЕРИ""""
Меня могла вновь полюбить,
Но разлюбила,
Зимой могла меня добить,
Но не добила…
И снова сердце насмерть рвёшь
Холодной ложью.
Душа хромает умирать
По бездорожью.
Яд равнодушия в вино -
Кровавой каплей,
И ощущение, что мы -
В плохом спектакле,
Где нет финала, где игра
Из зла и фальши…
И я боюсь cебя спросить,
Что будет дальше?..
Больные отношения как больные зубы, не подлежащие восстановлению. Чтобы от них избавится, нужно полное удаление. Жалко, больно, но пережить можно.