— Что нами движет?
— Нами движет любовь
В последнее время я всё чаще задаю себе вопрос «для чего?»
Для чего мы работаем, зарабатываем деньги, покупаем и обустраиваем жильё, рожаем детей?
Живём на работе, чтобы оплатить ипотеку (машину, отдых
Наша семья — работа. Она на первом месте. Не будет работы — не будет денег. Все силы туда. Больной, с температурой — ты не можешь подвести! Вперёд, во славу! В итоге оказывается, что у нас нет ни дома, ни семьи, ни здоровья. Дети уже выросли как-то между работой, садом и школой, криками и ласковыми «люблю». С мужем (женой) любовь крепче на расстоянии…
Я… Я привыкла жить в постоянном цейтноте, нестись куда-то на бешеной скорости. Без остановок. Иначе уже никак. Вошло в привычку так жить — на грани…
Для чего? Для кого? Чтобы удовлетворить своё чувство нужности? Чувство нужности чужим людям? Смешно же! Я была нужна, в первую очередь, детям, а не работе. Я была нужна покойным родителям, а не работе. Я была нужна любимому человеку, а не работе.
Я бы хотела вернуться назад и разделить с родителями их старость, вернуться и ответить любовью на любовь мужу, вернуться и разделить с детьми их детство полностью, чтобы они не видели моего плохого настроения и усталости. Вернуться, чтобы дать ещё больше любви и нежности родным людям. Чтобы на своём примере показать, что на первом месте всегда должна стоять семья!
Я ни в коем случае не имею ввиду жертвоприношение, фанатизм. Не нужно класть себя на семейный алтарь, не нужно растить эгоистов. Я говорю о заботе и любви, о ВЗАИМНОЙ заботе и любви. Можно находиться рядом и быть мысленно и душевно где-то далеко.
Больно… И уже ничего нельзя вернуть. Нужно либо научиться жить с этой болью, либо простить себя.
Ничего нельзя вернуть, но можно изменить приоритеты. Можно и нужно.
И чем раньше, тем меньше будет боли потом.
Любите и берегите родных!
Женщина как женщина: есть пол, один лишь пол и есть, хоть и дикоративный…
Береги себя… Когда мир твой крушится и ломается, не жди, что кто-то протянет тебе руку помощи, чтобы вытащить из-под обломков судьбы. Никто, кроме тебя самой не поставит тебя не ноги и не отряхнет пыль с твоих крыльев. Береги себя… Никто не подарит тебе улыбку, пока ты сама не обретёшь утраченную способность улыбаться. Не стыдись своих слёз, но знай, что высушить тебе их поможет только время. Не жалей о подаренных чувствах, даже если о твою любовь вытерли ноги. Любовь в тебе, а не в них, чем больше её отдаёшь, тем больше её у тебя остаётся. Не трать энергию своей души на напрасные сожаления, так ты только истреплешь душу, а это никому не нужно. Береги себя… Умей сказать нет тем, кто пользуется твоей добротой, и если чувствуешь, что силы твои на исходе, умей остановиться и выйти из центра событий, чтобы набраться сил. Береги себя и помни, ты у себя одна и чтобы выжить, нужно сохранить себя целостной. Люби себя, в мире не так много людей, готовых подарить тебе любовь, но это не значит, что ты её не достойна. Береги себя, девочка, потому что, если ты не сбережешь, никто этого не сделает.
«Жить с нуля» всегда нереально тяжело. Прошлое — это груз, который постепенно съедает душу, совести с годами становится меньше, а «просто плыть по течению» как-то с возрастом легче.
«Восставший из пепла» заслуживает уважения, лишь сильные могут начать все сначала.
Так мимолётны годы, пока он нуждается в нас. Пока можно на ручки взять, а потом — за ручку. А потом — за руку…
И он уже руку выдергивает — он большой! Или аккуратно высвобождает — он уже очень большой, взрослый.
И он уходит своей дорогой в свою судьбу, этот взрослый бывший ребёнок. Остаётся растерянность: как, уже? Как это вышло? Где мой маленький мальчик, маленькая девочка, которые так хотели на ручки, боялись засыпать, если меня нет рядом, звали постоянно: мама!
Теперь не зовут; прекрасно обходятся без нас. И засыпают с кем-то другим, с другим бывшим ребёнком…
Дети недолго остаются детьми. И вот это короткое детство занято воспитанием, обучением, чем угодно, только не объятиями и поцелуями. Не совместными играми — когда играть-то, уроки не сделаны или поделка для садика, некогда, я страшно устала, утром на работу…
И надо приучить к самостоятельности. Все только об этом и говорят! Это — самое важное, чтобы был самостоятельным! Скорее бы вырос! А потом раз! — и перед вами взрослый человек. Просто моложе вас. А ребёнка нет больше — детство очень короткое.
И как вы будете жалеть о каждом пропущенном объятии, о каждом крике и замечании, о каждом отказе поиграть, потому что некогда! Когда-нибудь потом. А потом уже не надо. Ребёнка нет — есть взрослый.
А некоторые дети не успевают стать взрослыми — так тоже бывает. И больше всего жалеют не о том, что мало выучили английских глаголов, формул, мало занятий в секции провели, мало приучали к самостоятельности, мало на экскурсии отправляли с классом — больше всего жалеют о том, что мало были вместе. Мало вместе лежали на диване, обнявшись. Гуляли на ручках. Или за руку шли — и уже нет руки в нашей руке.
Это так быстро проходит; это время, пока мы так нужны детям. Детство очень короткое. И жизнь тоже.
кто восхищается тем что вверху не спотыкается об то что внизу
Человек, с божьей помощью произошел от обезьяны, которую создал по образу и подобию…
Хорошо, шо бог и женщину тоже создал… правда не понятно по чьему образу и подобию.
72% всех законопроектов, которые поступают в госдуму, пишут не российские, а западные юридические фирмы по соответствующим заказам и на соответствующие деньги. Это одна из форм внешнего управления Российской Федерацией. Законы в нашей стране пишутся таким образом, чтобы их невозможно было выполнить и чтобы на этой основе вымогать взятки. У нас существует презумпция безнаказанности людей, создающих законы и контролирующих их исполнение. Законы не совершенны и где-то даже противоречат справедливости, но даже они не соблюдаются — мы все знакомы с ситуациями, когда в суде принимаются заведомо незаконные решения, и судьи знают, что им за это не будет ничего.
Я уже который раз думаю о том, что ключевое слово нашей жизни «Не положено!» Причем в котором уже поколении. Все меняется: власть, режим, принципы, законы, имена и названия. Незыблемо только одно — железное правило «Тебе не положено!». И как другие народы справляются с этой проблемой??!
Вот ты только должен родиться, у твоей счастливой юной мамы только слегка наклевывается беременное пузо… А тебе уже суют в неродившийся еще нос жирный кукиш! Ишь ты какой! В этот роддом — не положено! Бесплатно- не положено! У конкретного врача -не положено! Ты, конечно, можешь подключить силы особого реагирования, вытащить из чулка денежек, найти знакомую тетю в Минздраве и протыриться куда надо (если раньше случаем не родишь), но по модулю тебе не положено!
Дальше тебе не положен домашний грамотный доктор, место с ребеночком в больнице, настоящие лекарства, а не дженейрики, место в хорошем детсаду, квалифицированная нянька и скользящий график работы.
Тебе не положена школа, какую ты хочешь, необходимое лечение за счет государства, твои квоты уже все выбраны еще до твоего рождения, индивидуальный график прививок
К этому моменту тебе не положено расширить тесную жилплощадь даром, но ты не можешь сделать это и за деньги, потому что столько денег не отсыпят всей твоей семье с момента отмены крепостного права. То-есть ты, конечно, может быть, сука, вывернешься: с двумя высшими образованиями пойдешь вахтовым методом золото мыть или нефть качать, нахватаешь кредитов, продашь пробабкино приданое, с’едешься друг другу на голову, а свое будешь сдавать и копить или вообще повезет: тебя, простого кандидата искусствоведения возьмут аж нянькой к младшему сыну от четвертого брака хозяина Бронницких Колбас или Томилинских Килек. Но это если очень повезет, а так-то тебе не положено.
К этому времени подрастут твои дети и начнут болеть твои родители. Тебе не положено отселить одних и лечить других, потому что у младших «не все сразу, еще все впереди», а у старших возраст дожития и уже все позади. Поэтому ни тем, ни другим по-человечески жить не положено, а положено застыть в позе ожидания и стоять в ней, пока не рухнут. Варианты при этом есть всегда, если не заморачиваться на тему, что положено, а что нет и строго следовать принципу, что жизнь одна.
Но больше всего тебе не положено человеческое окончание этой жизни. Ни тебе, ни дорогим тебе людям, ни знакомым, ни прохожим, ни бомжу у станции метро. Умирать в больнице не положено — статистику портит и койко-место занимает, умирать дома в большинстве случаев только врагу можно пожелать, если враз не уберешься, а помучаешься сперва. На сиделку всей родней сначала будете собирать, а потом перед ней танцевать, чтоб не сбежала с бабушкиным судном и ее же пенсией за год. Лекарства, облегчающие страдания, и техническое подспорье, облегчающее уход, — признаки баловства, разврата и распущенности, положены крайне редко и не тебе. Так что уж потерпите, недолго уж…
А дальше умереть как раз положено, но место для захоронения — нет. Есть, конечно, счастливцы, поколениями живущие в одном месте, имеющие фамильные могилы, добросовестно отбывающие в мир иной не чаще раза в 10 лет, чтоб можно было тревожить прах,
Два дна назад внезапно умер замечательный режиссер, удивительно талантливый и честный человек, создатель уникального Театра Док, изучаемого во всех театральных школах мира Михаил Угаров. Никак не удается получить участок в 2 кв. м на Троекуровском кладбище Москвы, чтоб он обрел там последнее пристанище. Ему не положено…
Элина Быстрицкая: «Выше достоинства для меня привилегий нет»
Дочь военврача, прекрасная актриса с крепким характером, она ещё и 17 лет возглавляла Федерацию художественной гимнастики СССР.
Артистка уже давно не даёт интервью по поводу праздничных дат, да и саму дату не считает особенной: «Я люблю всего два праздника — 23 февраля и 9 мая, а 4 апреля — не праздник, а факт моей биографии».
Далее небольшая подборка цитат — о чём рассказывала Элина Быстрицкая…
О СВОЕЙ ВНЕШНОСТИ. «Мне никогда в детстве не говорили о моей внешности. Впервые я услышала об этом в 13 лет, в госпитале. Двое раненых разговаривают: „Посмотри, какая хорошенькая девушка!“ Оглянулась- никого… Потом долго смотрела в зеркало — ничего интересного не нашла. Мама воспитывала меня очень строго…»
ОБ УХАЖЁРЕ В НЕЖИНСКОМ ПЕДИНСТИТУТЕ. «Аспирант всё поглядывал на меня большими тёмными глазами, а в конце концов пригласил не то в кино, не то просто прогуляться. И вот поздно вечером проводил он меня до калитки и совсем уже собрался поцеловать… Но едва он протянул ко мне руки, как с соседнего столба грянул репродуктор. И не „Калинку-малинку“, а Гимн Советского Союза! Вы бы видели, что сделалось с моим воздыхателем: он расправил плечи и встал „смирно“…»
О СОБРАНИИ ПО «ДЕЛУ БЫСТРИЦКОЙ». (В Киевском институте театрального искусства, куда она перевелась из Нежина). «Выступали мои товарищи, которые инкриминировали мне чёрт знает что. Одни говорили: „Враг не дремлет, мы должны быть бдительными, товарищи!“ Другие: „А помните, она отказалась танцевать со студентом X. От него, видите ли, деревней пахнет?! А деревня пахнет хлебом, товарищи!!!“ Я слушала и ужасалась этой демагогии: с кем я учусь? Кто эти люди? Ведь они лгут! Я никогда не утверждала, что от X. пахнет деревней: от него пахло потом, и я не хотела танцевать в паре с неопрятным человеком; прежде чем подойти ко мне в танце, мог бы и помыться…»
КАК ЗАРАБАТЫВАЛА НА ЖИЗНЬ. «Когда начинала учиться, родители не взяли меня на содержание, сказали: „Театр — не профессия“. Я стала доказывать обратное. Сама зарабатывала на жизнь, снималась в массовках. Как-то в Киев приехал Кио. И вместе с Эллочкой Сумской (ставшей потом очень хорошей актрисой) мы пошли наниматься в его аттракцион. Её взяли ассистентом на „инкубатор“, а меня — на „фонарь“. Я даже не сразу поняла, что меня ждёт. Спросили: „Вы воздуха боитесь?“ „Что вы, нет, я люблю воздух!“ А оказывается, „воздух“ — это термин, высота. И когда взлетела под купол, испугалась так, что затряслись поджилки. Но надо было преодолеть страх. Зато потом я уже никакой работы не боялась. Да я, собственно, вообще не боялась. То, что делала во время войны (работая в госпитале медсестрой — Ред.), значительно труднее всего, что было потом».
ПОЧЕМУ ЕЁ НЕ ВЗЯЛИ В ТЕАТР МОССОВЕТА. «Приглашение выдающегося режиссера Юрия Александровича Завадского обещало заманчивые перспективы. Однажды на берегу Днепра мы отмечали свадьбу моей подруги и встретили выпускников предыдущего курса. Надо сказать, я не скрывала своего ликования по поводу того, что окажусь в столице, но кто-то из них меня „пожалел“: „Що ж ты, несчастна, будешь там робыть?“ — „Що буду робыть? Роли буду грать“, — сказала я гордо. И поехала отдыхать к родителям в Вильнюс (отца направили туда для дальнейшего прохождения службы). Но из Москвы вместо вызова получила… отказ.
О том, что произошло, я узнала только в 56-м во время съЁмок „Тихого Дона“. Борис Новиков, который был артистом этого театра, на мой вопрос, не знает ли он, что тогда случилось, ответил: „Знаю. Весь худсовет знает“. Оказалось, что в театр пришло около двадцати анонимок. Это как раз поработали те самые старшекурсники, которые так язвительно мне сочувствовали. И ведь знали, что кому написать! Сообщили, будто я хвастала, что стану любовницей главного режиссёра…»
О ПРОБАХ НА РОЛЬ АКСИНЬИ В «ТИХОМ ДОНЕ» СЕРГЕЯ ГЕРАСИМОВА. «…Сидит рядом какой-то горбоносый актёр из Орла с кучерявыми тёмными волосами и синими глазами. Какой же это Гришка? Он же сын турчанки! Он мне сразу не понравился. Но дело было не в нём, а в моём страхе повторения студенческого провала. И я сказала Герасимову, что не могу сейчас читать… Попрощалась я с ним, вышла за дверь — и в слёзы. Я очень горевала тогда, предполагая отказ. То, что мне не понравился партнёр, меня не смутило — опыт работы с Эрмлером меня убедил: ведь в „Неоконченной повести“ мне нужно было играть огромную любовь к герою в исполнении Бондарчука…»
О РЕВНОСТИ НОННЫ МОРДЮКОВОЙ, МЕЧТАВШЕЙ О РОЛИ АКСИНЬИ. «Я хорошо помню, как после первого общественного просмотра фильма она подошла и сказала мне: «А ты всё-таки сыграла, проклятая!».
О ТРУДНОСТЯХ В ОБЩЕНИИ С ЧИНОВНИКАМИ. «Как-то пришла к большому начальнику: что-то просить для одного из коллег. А начальник этак зашёл сзади, положил мне руку на плечо, и ладонь как бы невзначай заскользила вниз — ну понятно, в каком направлении. Отрезвляющих физических действий я не применяла, просто отскочила в сторону и произнесла выразительный монолог. Жаль, вопрос, по которому я приходила, решён, разумеется, не был…»
ПРО СЛУХИ О «ТЯЖЁЛОМ ХАРАКТЕРЕ». «К сожалению, в моей жизни были отказы от ролей, и всё это списывалось на счёт моего «тяжёлого характера». Но на самом деле это не совсем так. Я очень сильно была «амортизирована» из-за войны, поэтому нервная система — не такая, как хотелось бы. Три-четыре раза возникали конфликтные ситуации: или мне недостаточно хорошо объяснили, или я не так поняла… Почти со всеми режиссёрами я прекрасно работала без всяких конфликтов, но случаи, когда я уходила и оставляла роль, были. Это негативно сказалось на моей актёрской судьбе. Однажды я решила пересилить себя и продолжала репетировать, хотя мне очень было тяжело. В результате я попала в больницу с нервным стрессом, лежала там три недели».
О ЗАМУЖЕСТВЕ. «В молодости мне очень нравился чисто внешне Жан Марэ. Романтичный герой. Но я понимала: влюбляться в артиста — то же, что читать романы Дюма. А в жизни… Мой муж был интересный человек. С ним мне было интересно общаться, разговаривать, ходить по театрам и галереям, потом обсуждать увиденное, спорить. Своим формированием я во многом обязана ему. Сколько он помнил, сколько знал! Он любил историю… Но женщин он любил больше всего. Слишком. Хорошо, если бы я была у него одна. Это невозможно было перенести. Некоторые переносят — я не смогла…(развелась после 27 лет супружеской жизни в начале 90-х).
О РАЗОЧАРОВАНИЯХ. «Я была счастлива. Может, именно в те годы я осознала, как много значит для актрисы личная жизнь. В душе я надеялась на чудо: вдруг вопреки всем медицинским диагнозам у меня появится ребёнок… Но если чудеса и случаются, то только не со мной».
ОБ ОДИНОЧЕСТВЕ. «Мне ближе мудрость Омара Хайяма: «Уж лучше будь один, чем вместе с кем попало».
И ЕЩЁ ОБ ОДИНОЧЕСТВЕ. «Думаю, что многие знают, какое это трудное испытание — оставаться наедине с собой среди множества людей. Для актрисы это может обернуться трагедией… В моей жизни был период, когда я однажды просидела десять часов под дождём в лодке, решая, как мне дальше жить… Но актриса, не познавшая любовь и горькое одиночество, никогда не будет искренней на сцене…»
О КРУГЕ ОБЩЕНИЯ. «У меня есть друзья, с которыми я общаюсь ежедневно, даже несколько раз в день, с ними я советуюсь. Мой круг — это мой круг, и я никого чужого не хочу туда пускать. Это тайна. Друзьями я не обделена. У меня есть всё остальное, чтобы чувствовать себя комфортно. Мои учителя, мои партнёры по сцене, по фильмам драгоценны для меня. Но, к сожалению, некоторых уже нет в живых… Я очень люблю своих учеников. Они бывают у меня, или мы ездим на природу. Когда я с ними общаюсь, мне хорошо, но частые встречи не удаются… Родители мои уже ушли. Практически близких у меня никого нет. Но в Москве мой причал…»
О ТОМ, КАК ДЕРЖАТЬ СЕБЯ В ФОРМЕ. «У каждого человека есть свои потребности. У меня это гантели. По полкило каждая. Для женщины больше не нужно. Есть у меня гимнастическая палка, обруч. Пока все это мне доступно. Форма ещё не ушла. Конечно, я сегодня не та, какой была 25 лет назад. Я это понимаю. И не притязаю на исключительность в сохранении вечной молодости».
О ДАВНЕЙ ЛЮБВИ К БИЛЬЯРДУ. «Я люблю играть в бильярд. Это увлечение идёт от тех лет, когда для нас с двоюродным братом родители купили маленький бильярд, чтобы мы никуда не шастали, а забивали металлические шарики. За войну бильярдик пропал. Уже актрисой, отдыхая в санатории, я увидела большой бильярдный стол. Навыки точно бить по шару не пропали. А увлечения и азарта у меня было достаточно, и я начала играть с мужем. Поначалу проигрывала, а потом победила и воспряла. В санатории устраивали турниры. И когда мы с мужем в паре выходили в финал, вот тут азарт брал верх. Мне хотелось выиграть. И я выигрывала. Потом ездила одна в Архангельское, в санаторий, и выигрывала уже по-настоящему. И маршал Виктор Георгиевич Куликов подарил мне настоящий кий. До сих пор его берегу».
ОБ ИГРЕ НА ДЕНЬГИ. «Но на деньги я никогда не играла. Я презираю это. Меня не деньги интересуют — меня влечёт победа».
О ЧЕСТИ. «У меня характер сложный. Но для меня слово «честь» — не пустой звук. Люди меня знают: я не обману, не подведу».
О МАЛОМ ТЕАТРЕ И БОЛЬШИХ ОБИДАХ. «Когда я пришла в Малый, меня приняли очень хорошо… Александра Александровна Яблочкина сказала про меня: «Я всё поняла, её надо брать». Это значит, что я была готова к работе в Малом. И у меня было много работы, но поменялось руководство — после Михаила Ивановича Царёва пришёл Юрий Мефодьевич Соломин. И в этот момент произошло следующее: я возглавляла Федерацию художественной гимнастики страны, и меня попросили поехать на 10 дней в качестве руководителя делегации на чемпионат мира. Это был 1990 год, а в это время в Малом театре я получила роль в спектакле «Дядюшкин сон». Репетиции даже не начинались, я предупредила, что не могу не ехать, это было очень важно для выступления нашей сборной. Уехала, а вернувшись, узнала, что на эту роль уже назначена другая актриса. И у меня начался простой, который продолжался 10 лет. Новая работа раз в четыре, а то и пять лет… Я не могу объявлять, что я обижаюсь, — это не принято в Малом театре. Во всяком случае, я не хочу произносить эту фразу».
О ТОМ, ГДЕ БРАТЬ СИЛЫ. «Знаете, есть такой диалог: «А откуда вы берете деньги? — Из тумбочки». Так и я силы беру в тумбочке. У себя беру. Где их ещё брать?.. Единственное, что нельзя делать, — добиваться своего за чужой счёт. Этого Бог не прощает».
И ЕЩЁ О ЧЕСТИ. «Я просто живу по правилам, которые были у нас в семье. Стараюсь не мешать окружающим. Но не допускаю, чтобы и мне мешали. Ради того, чтобы соблюсти честь, могу отказаться и отказывалась от многого. Выше достоинства для меня привилегий нет. Ни деньги, ни благополучие меня не остановят, если я считаю, что задет вопрос чести».
И ЛЮБИМАЯ ПОГОВОРКА. «Поживём — увидим».
Ты прости меня Ирина, если что не так,
Нарисована картина,
Час пробил, а
Дальше мрак.
Пропустите душу к свету, там, где есть добро,
Пусть идёт дорогой мира,
Что б ей повезло,
Ты шагай любви дорогой,
Песню напевай,
Про счастливое везенье,
Что бушует май,
Ещё будет час расцвета,
Радость бытия,
Очень жаль, что ты не снами
И уходишь в даль,
Будь счастливой и свободной,
Я люблю тебя!
Я солнечный свет в ладонях,
небо сияет в глазах…
Поплачь душа,
Сними свои печали,
На взрыд, да так, чтобы
Деревья закачались,
Чтоб ветер рвал на небе
Облака, что б дождь
На землю лил без остановки,
Что б от тоски земной с тобой
Завыли волки.
***********************************
И вдруг! …Наступит тишина, на
Небе жёлтая луна,
И облака причудливо играя,
Тебе вдруг нарисуют двери рая,
Придёт чудесная пора,
В душе всегда поёт весна, и лето,
Круглый год в душе,
Ты живописец и поэт, тебе вручили боги краски,
создай шедевр, порадуй глазки,
и душу красотой цели, возьми свой дар, возьми, возьми.
2017 г.