Цитаты на тему «Крик души»

— Нет отца. Не помнит мамы.
Грусть в глазах и пустота.
Пульс мой застучал упрямо…
Этот мальчик сирота.
— Как тебя зовут?
— Алеша.
— Сколько годиков?
— Восьмой.
Интернат у нас хороший
И красивый, и большой.
Шефы дарят нам игрушки,
Пионеры учат петь…
На щеках его веснушки,
Но в глаза его смотреть
Всё труднее. Что со мною?
Что бы это? Нервы? Блажь?
Я корю себя виною:
Не чужой ребенок — наш!
Сирота ведь предо мною,
Сын ничейный — сирота.
Нет, здесь не война виною,
А бездушья слепота.
Я креплюсь, а душу гложет
Жалость. Можно сострадать,
Только кто ребенку может
Заменить родную мать?
Ну, а пульс стучит упрямо,
Болью полнится душа…
— У тебя была ведь мама?
— Да, была. Она ушла
С дядей Колей. Я остался.
И соседка отдала
В интернат. Тут я взорвался:
— Так она же предала!
Нет щенка, и воет сука.
Ищет-рыщет, слезы льет.
И волчица, мама-злюка
Лижет деток, бережет.
Ну, а эта вот сбежала,
бросив крошку у дверей.
Не скулила, не визжала…
Что ж, выходит, что черствей
От волчицы и от суки?
Нет! Алеше не понять,
Почему они в разлуке.
Ведь Алеша любит мать.

Если не хочется жить,
Сердце как будто остыло,
Если не знаешь, как быть,
Стало вокруг всё немило,

Если красивой мечте
Снова подрезали крылья,
Если в мирской суете
Плачет душа от бессилья,

Если решил ты уйти,
Жизни урезав дорогу,
Можешь минутку найти,
Чтобы воззвать сейчас к Богу?

Только минутку, мой друг!
Это немного ведь, правда?
Ты не спеши в вечность мук,
В пасть ненасытного ада.

Если тебе всё равно,
Ты обратись сейчас к Богу!
Любит тебя Он давно,
Кликни Его на подмогу!

Просто скажи: «Иисус,
Сделай с моей жизнью что-то!
Мир без тебя сер и пуст,
Так, что и жить неохота.

Дух мой, Господь, возроди,
Сердце наполни любовью!
Ты заплатил за грехи
Смертью и пролитой кровью.

Каюсь за всё, что творил.
Голос не слушал Твой, знаю.
Верю, меня Ты простил,
Милость Твою принимаю».

Знаешь ли ты, что Христос
Взял на себя все недуги,
Реки страданий и слёз,
Боль и предательства муки?

Воля Его — чтоб ты жил
Долго на этой планете,
Верил, мечтал и любил,
Был за свой выбор в ответе.

Ты уходить погоди!
Путь свой обдумай серьёзно.
Имя Его призови.
Друг мой, ещё ведь не поздно!

Модераторам!

Дрожат опускаясь усталые руки,
Все мысли сгорели в костре многоточий.
Никто не возьмет чудака на поруки,
Палач усмехаясь орудие точит!
Рванет со спины до лопаток рубаху,
Я наспех успею промямлить молитву
И шея доверчиво ляжет на плаху
И вжикнет секира стремительной бритвой!
Давайте же умники, делайте дело,
Сжигайте стихи мои, рвите как фантик.
Я вновь напишу, мне молчать надоело!
Вперед, издевайтесь, глумитесь и баньте!

Вели в тюрьму за кражу мужика!
Ведро картошки стырил у пом. преда.
Теперь хлебнет по полной узник беды,
А как иначе? Липкая рука!
Был сильный риск,
Погоня и стрельба?
Надежда жить, бароном в новой жизни?
У нас воруют тысячи в отчизне,
А платит за пропажи голытьба!

Пиши поэт

С тобою все на свете было…
И кнут и пряник, и накал,
Но ты прожил, колясь об шило
И всем на свете помогал!

И ты познал великий праздник,
По свету Божьему прошел,
Отдав бездомному бумажник,
Не зная имени ушел!

Сердца друзей тебя любили
И предан был, но верил вновь!
Ты фантазер, но были былью
Надежда, Вера и Любовь!

У кромки лжи, крича от горя,
Ты знал, Всевышний точно есть,
Его любовь к тебе как море,
Ты помнишь Родину и Честь!

Осталось вывернуть карманы,
Поджечь в кострах остатки лжи,
Избавить души от обманов,
Пиши поэт! Стихи нужны!

Поэт принес стихи на мыловарню.
Так-эдак шестьдесят никчемных строк,
Но там его назвали жуткой тварью
И дали гонорар, чтоб он их сжег.
Гнилой волной поэзию накрыло,
Фрегат культуры тонет, в трюме течь.
И если вам кричат: - Стихи на мыло,
то видимо их нужно просто сжечь!

Не для сучьего блуда и хамства
Я пишу и в чернильнице кровь!
Если есть на земле постоянство,
То оно и зовется любовь!

Выбираю костюм Пьеро -
Пусть Буратино умрёт.
Выставляю всё на «зеро»,
Выпадает джек-пот.
Потеряюсь в пяти углах -
Выбираю острей.
Обезболивала игла,
Когда было больней.

Включаю перегруз,
Взрываю тишину!
Убит или в плену?
Бред Питт или Том Круз?
Читаю по губам:
Шестёрка или туз?
Чужие или сам?
Бред Питт или Том Круз?

Выбираю одну из бед,
Меняю грусть на печаль.
На все вопросы один ответ:
Всё, что было, не жаль!
Выбираю одно из зол,
Меняю вечность на миг.
Когда окончится рок-н-ролл,
Я зарифмую свой крик!!!

Камень истины!

Блуждает ложь в пещерах мнений,
Скребет лопатой и руками,
Чтоб вырвать в свет для поколений
Всесильный, философский камень!
Грызет гранит фальшивых истин
Уже изъеденный изрядно,
А камень тот в опавших листьях,
В жаре и ливне, в снегопадах.
В глазах израненного зверя,
В простом полете малой птахи,
А мы настойчиво не верим
И дальше губим мир с размахом!
Все вены вскрыты на планете,
Их кровью кормятся машины,
Но мы напористы как ветер
И зло с безумием едины!
Я четко вижу изваянья,
Повсюду хохот темной силы
И всюду камни в наказанье,
Их очень много… на могилах!

Из города, где пальмы куют из рельсов,
я летаю в Москву на самых дешёвых рейсах.
Эти рейсы всегда под утро и переполнены,
и я вижу справа по борту рассвета полымя -
от лимонного до кроваво-красного,
словно кто-то забыл закрыть тюбики с красками.
Самолёт мой белым журавликом оригами
летит на север и оставляет шрамы
на чистой глади такого близкого космоса.
Мне предлагают из фильтра обратного осмоса
воду в стакане полном наполовину.
И я как никогда ощущаю длинную пуповину
между мной и Богом, которого часто всуе
вспоминаю, когда мараю тетрадь в косую.
Я летаю в Москву, чтобы задать вопросы,
на меня, неотёсанную, смотрят косо.
Ответьте, что будет с теми, кто в городе южном
стоят, зубы сцепив, прижав оружие,
насмерть стоят четвёртую божью зиму,
стоят, как школьники в хоре, рты разинув.
Ответьте, что будет с нами, выброшенными на сушу,
я давно не трушу, ношу вместо тела душу,
ношу её наизнанку, шовчики, маркировка,
серийный номер, уже не душа, ещё не боеголовка.
Ответьте мне лично или по номеру телефона,
страна моя - степь, окружённая терриконами,
ждёт ответа, как смертельно больной диагноза.
О ней давно говорят только в разделе Разное.
Ответьте, я нуждаюсь в ответе сверху,
когда мы уже пройдём войной проверку,
в этой жизни или же в той, что наступит после?
Я летаю в Москву, чтоб задавать вопросы…

Есть врач вернувший жизни не за плату,
Способный все извилины включить,
Чтоб бескорыстно страждущих лечить…
Есть рвач, дававший клятву Гиппократа.

Без гимна и без флага, словно голь…
Сквозь санкции вердиктов и решений,
Пошли на гильотину унижений,
Плачевно все, но так решил король!

Наш кормчий искусал задатки перестройки,
А Русский гражданин в России словно гость
И старый ветеран за домом, у помойки
Пытается добыть на ужин кость…

Холодно, холодно, дайте тепла, хоть чуточку,
Стынет душа, примерзая ко льду корочкой,
Пусть говорят, что наивная глупая дурочка,
Только прошу: Ну не надо меня по полочкам…
Ластится, ластится ветер промозглый с улицы,
Только не станет ласковым чужеродное,
Хочется спрятаться, сжаться в комок, ссутулится,
Чтоб не плевали в колодец, водой наполненный.
Колется, жалится грубое слово жалами,
Только в ответ не могу ни сказать, ни высказать -
Вытерплю, выплачу боль свою мал-по-малу я,
Только прошу вас: Не режьте по ранам сызнова,
Только не надо учить меня жизни праведной,
Что без креста, что с крестом - для меня единое,
Я и сама, если нужно, подставлю вам щеку правую,
Только не тот, кто ударит - сильнее сильного
И вовсе не тот, кто протянет руку - протянет искренне,
На молоке раз обжегшись, воды сторонишься.
Я вас прошу: Ну не надо меня на исповедь…
Холодно, холодно, только тепла не допросишься…

А ведь небо может кричать громом… Скажи, ты это слышишь? А я бы тоже крикнула тебе. Если бы только могла, я бы крикнула о том, что так и не забыла тебя. Крикнула бы так громко, что даже осеннее небо испуганно осыпалось снегом к моим ногам. Оно бы ледянным зановесом скрыло б меня под этим снегом, но даже тогда… Даже тогда мой крик был бы слышен ему. Но я молчу. Кричит только небо. Ты это слышишь?