«Долог путь поучения, краток и успешен путь примеров»
из книги (учебника) «Слагаемые успеха»
«Так же как пример в большинстве случаев намного полезнее внушений и поучений — путь обучения собственными действиями значительно короче, успешнее, ценнее и надёжнее чьих-то примеров»
из книги (учебника) «Слагаемые успеха»
«Слышишь, читаешь, смотришь как надо делать — возможно, что-то запомнишь; исполнишь сам несколько раз — научишься»
на слагаемые-успеха.рф
(Когда ты захочешь заботы,
вернуться в дом прошлой любви
в час третий сто третьей субботы,
до ранней и вешней зари)…
заколет ль душа иль заноет
от робких и скомканных слов?
…под радужный звон колоколен,
простецкие песни дворов…
Наверное, очень захочет
очнуться от долгого сна,
и я узнаю новый почерк:
свидание, розы, весна,
как-будто от долгого гриппа
воскресла душа. И летит.
Написано многое в книгах,
но книги, увы, дефицит.
Не пишут- когда стоит выжить.
А если и выжить. Зачем?
Так чем ты, потерянный, движим
среди неснесенных мной стен?
В разлуке узналась свобода,
любовь если есть. Не умрет.
Когда ты захочешь, попробуй.
Возможно, еще повезет.
Ольга Тиманова. «Возможно»
Человек так устроен, что ему самого себя мало, надо, чтоб другие оценили, лайк поставили; если понадобиться, чтоб «по косточкам разобрали» или «раздули бы» до невообразимых размеров, что тоже неплохо))) Пиару ничто не повредит)))
Сначала будет Крест. и распятие.
шипы венца. оковы и плети.
страх тех, кто рядом. ложь и предательство.
и прокричит надрывно так петел.
Сначала будет трусость Пилата.
побои снова. глумление Ирода.
насмешки вора, слева распятого.
и надпись «Царь», в изглавьи прибитая.
И будут у Креста слёзы Матери.
моление в саду. одиночество.
и отречение Петра. и предательство —
опять, как исполненье пророчества.
И будет смерть. и Богом оставленность.
схожденье в ад. всех ждущих спасение.
и лишь когда совсем не останется
надежды —
прогремит Воскресение…
Ты помедли надо мной,
ангел улетающий.
Каплет ужас ледяной
из души рыдающей…
И поём средь бела дня,
коли сердце порвано, —
то ли ворон — про меня,
то ли я про ворона.
Обними… Унеси в свою осень,
В свою терпкую жажду тепла.
В свое небо, в бесчисленность весен,
Где так долго дышал без меня…
Унеси в свои зимы и вьюги,
В свои оттепели, холода,
Где бездумно ходили по кругу
Твои месяцы, дни и года…
Где ты ждал и метался у окон,
Где в удушье, в дыму сигарет,
Сердце резал осколками стекол,
Запекая остывший мой след…
…Обниму. Заберу в свою осень!
В мою нежную жажду тепла,
В мое небо, в бесчисленность весен,
Где так долго жила без тебя…
Отдавай: не потеряешь, сохранишь…
Не скрывай: ведь потеряешь, что хранишь…
…ОСТРОЕ слово, часто ставит в ТУПИК…
(ЮрийВУ)
Противозачаточное лицо
Этого явления существует несколько видов, берём зеркало, всматриваемся.
Куриная жопка.
Напрягаем губы что есть силы и хмурим брови. Вот! У вас получилось! Мужчина видит его, когда что-то делает не так. Обычно вслед за ним следует какое-нибудь «Ятакизнала» или «Яжеговорила»! Или яростное сопение «угадайначтояобиделась» и «незлименя»! Посмотрите на себя внимательно в зеркало. Хочется вам с таким человеком общаться? Он же сейчас снесет яйцо, иногда физически
Покерфейс.
Выражение лица: умри все живое, «якоролева»! С таким обычно идут фуфыры, которые накрасились, причипурились и пошли походкой от бедра крутить головы парням. Но при виде ваших сложных щей, как у тетки с обложки Вог, у них крутит одно место — живот. Улыбайтесь, люди не любят, когда их презирают. Глядишь и не отпугнёт их ваша космическая красота, которой вы себе все объяснили.
Унывашка.
Лицо, которое проиграло гравитации: уголки губ вниз, опущенные веки, грустные брови. Жизнь боль, дальше будет хуже, вазелином уже обмазалась, привыкаю к земле, на кладбище уже много знакомых. И такое вот после работы вас бы каждый день встречало, придавая жизни отчетливый привкус тлена. Да вы бы сами от такой к любовнице-хохотушке сбежали!
Лицо муравьеда.
Поднимаем одну бровь, вытягиваем верхнюю губу вниз, напрягаем подбородок. Это лицо ещё называется «тычтодебил»? С ним вы начинаете втирать глупышу, что он сморозил какую-то хрень, облажался, неправ или (о боже) сказал звОнит или ложить… вы с удовольствием тыкаете его носом, отрываясь превосходством всех своих четырёх образований. Он чувствует себя униженным и начинает переписываться вконтакте с девочками попроще, которые стонут «ты таааакой умный!» Да, если вы умней, вы можете ему это доказать, а потом он докажет, что вы не пуп земли в его жизни.
Смех смехом, но гляньте на себя! Вы же такая красивая, когда улыбаетесь, когда в ваших глазах любовь и нежность! Для вас такой ведь ничего не жалко и можно мир перевернуть! Помните об этом, когда опять потянет на противозачаточное лицо.
Ранимая любовь. Трепещет бабочкой…
На свет летит… В доверии нежна.
Бедой незваной острою, нечаянной,
Ей откровеньем — больше не нужна.
Наотмашь громом. Молниями стрелы.
Из поднебесья — ниц, в горящие костры
Она не падала, а все еще летела…
Любовь храня… Сжигая все мосты.
… в ладонях опустевших лед и стужа.
Она ушла. Не жди. И не зови.
В безумном крике сердце — как же нужен
Свет нежности единственной любви!
В потере сна, в нелепости разлуки,
Не в силах вынести звенящей пустоты,
Ей, с опозданьем вслед, тянулись руки —
Не уходи… Поверь… Вернись… ПРОСТИ!
Она, немая, выжата в рыданьях,
Бледна, без сил, вдруг, ожила…
Из темноты, ослепшая в метаньях,
На зов любимый, все-таки, пришла…
Воспрянула! Простила все. Забыла,
Как попрана безжалостно была.
Вновь засияла! Нежностью укрыла…
Себя всю снова… без остатка… отдала.
…***
Любовь как бриллиант храните.
От фальши, необдуманных шагов.
Ее ранимость нежно берегите
От подлости
…случайных
…сквозняков…
Я был даром твоим,
Переводом с души на перо.
Спал ли я в эту ночь,
Был ли крестик заговоренным?
Ты случилась со мной
Песней бархата, негою губ,
Красной мельницей
В платье отчаянно чёрном.
Я искал тебя в днях,
Обошел тайны правды и лжи,
Только чтоб посмотреть
В глаза твоей тайне!
Как хозяин листал
Рассветы, закаты и сны,
Где молчал экслибрис
Но шептало мне имя дыханье.
Я люблю тебя, слышишь?!
Это мой эпилог.
Полноправная флегма
Звать звезду, спать устами…
И библейскою болью
Возводить на костер наготу,
Ту, в которой к тебе
Прикасался я в смертной рубахе.
Подставляю глаза,
Нет, не щеку,
Не нужно любить
Моё чёрное в белом,
Моё белое в чёрном.
Я был жаром твоим,
Я дыханием был,
Я был царством твоим,
Возложившим на сердце корону.
Ты обрящешь…
Вспоминай меня в каждом из всех.
Где безудержны взгляды,
Ожиданием всех ожиданий…
Я был небом твоим,
Не на жизнь, а на все небеса.
Я был хлебом твоим,
Но каким-то отчаянно чёрным.
Не жалей меня
Ни луною, ни львом, ни фатой…
Поцелуй меня розой в созвездии Чаши…
Поцелуй мое солнце,
Когда я взойду над тобой,
Поцелуй мою тень,
Когда уроню в вечер звезды.
И когда мир оглохнет
«во имя» страстей,
Ты захочешь услышать
Ветер лирики утонченной…
Поднеси к роднику
Невесомую строчку воды,
И испей с её губ
Нежный воздух заговоренный.
И смотри ей в глаза
Отраженьем себя…
В бархат песен и отзвуки света.
Ты увидишь там высь,
Что касалась тебя…
То ли чёрное в белом,
То ли белое в чёрном.
*Лунница — древний славянский оберег,
влюблённые обменивались им
в знак преданности друг другу и бесконечной любви.
Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117010206473
Угадай меня, безымянный бог…
Посреди тишины… если ты не тень.
Говори листом, говори звездой,
Выдохом выходи в каждый судный день.
Выходи словами, мой глухонемой,
Две воды живут на земле твоей,
Две воды, как день; две воды, как ночь;
Напои меня мёртвой и живой.
Угадай себя, безымянный бог,
Тишиной своей на меня смотри,
Пей мою тишину своей тишиной,
Красоту не трогай, пустоту не грей.
Поперек гортани течет слеза,
Поперек души разрезает холод,
Поперек дорог стоит темнота,
Называй как есть…
лишь Любви не трогай.
Copyright: Эдуард Дэлюж, 2018
Свидетельство о публикации 118030408549
Лето Господне, небо баюкает сон твой,
Льёт тишину Назарета в яркие сны.
Детство твоё в молчаливой симфонии ветра,
Спето звездой Вифлеемской — пророком беды.
Там, где не слышно еще этой боли распятия,
Белой рубахи своей закатав рукава,
Ты, постигающий мир и свое в нем участие,
Учишься жить, верить и умирать.
Спи, мой спаситель, спи, моё воскресение…
Евангелье детства, пятая снизу строфа…
В траве босоногий ты улыбаешься времени,
Зная уже, что оно распинает тебя.
Copyright: Эдуард Дэлюж, 2018
Свидетельство о публикации 118030408498