От правды стараюсь держаться подальше. Мне глаза дороги как память.
Понты
Есть у меня один друг который обожает понтоваться. К примеру когда он на машине то хвастает тем сколько денег в нее вбухал, сколько за день натаксует
И вот как-то раз сел я на автобус и заметил его. Далее я это я, д это друг:
Я — здорова! Ты че на автобусе?
Д — да вот, тачку стукнул. Сейчас на ремонте. Экономлю что б по скорее оплатить.
Я — ну бывает. По Онайке (карта оплаты проезда) ездишь?
Д — да у меня их две! На одной 5к, на второй восемь!
Если нужные слова приходят слишком поздно
То они становятся лишними
Игорь Иртеньев.
Женщины носят чулки и колготки,
И равнодушны к вопросам культуры.
Двадцать процентов из них — идиотки,
Тридцать процентов — набитые дуры.
Сорок процентов из них психопатки,
В сумме нам это дает девяносто.
Десять процентов имеем в остатке,
Да и из этих-то выбрать не просто.
Тамара Панферова. @Oтвет (Oтвет) Иртеньеву*
Носят мужчины усы и бородки,
И обсуждают проблемы любые.
Двадцать процентов из них — голубые.
Сорок процентов — любители водки.
Тридцать процентов из них — импотенты,
У десяти — с головой не в порядке.
В сумме нам это дает сто процентов,
И ничего не имеем в остатке.
Эрнст. Ответ Иртеньеву и Панферовой*
Сорок процентов из тех, что в колготках
Неравнодушны к любителям водки.
Любят порой голубых психопатки,
Правда у них с головой не в порядке.
Дуры всегда импотентов жалели
А идиоток придурки хотели.
В сумме, конечно же, нас — сто процентов:
Дур, идиоток, козлов, импотентов…**
Богатый, помогая умным, но не богатым, создает иллюзию превосходства своего ума.
Для мошенников сбор денег через СМИ на дорогую операцию — совсем не дорогая операция.
Когда я встречаю внуков, то обязательно говорю:
— Какие вы большие выросли, вот это да! (хотя обычно с предыдущей встречи всего-то неделя прошла) Ещё пытаюсь поднять, не получается и я вздыхаю:
- Очень большие. Такие тяжелые!
Гуляли мы недавно. Гуляли-гуляли, нагулялись — устали. Трехлетний Руслан идёт и засыпает. Глазки закрываются, ноги спотыкаются, на край дороги тянет. А до дома далеко. Решила я — надо на скамейке посидеть, полежит на коленях, подремлет и дальше пойдем. Беру его на руки и слышу от моего маленького мужчины:
— Баба, я же тяжелый!
Ей-богу, прослезилась в душе. Во сне позаботился о бабушке!
Изо дня в день одно кино,
Из ночи в ночь «день сурка».
Каждый вечер — сухое вино,
И за утро кулек табака.
Каждое лето — отдыхать,
А осенью - в апатии.
Холодной зимой страдать,
И ранней весной в новой стадии.
Повторяется время у каждого:
День, месяц, год, мгновение.
Не завидую согражданам,
Ведь легко создавать изменение…
Поделись позитивом своим,
Улыбнись солнцу яркому!
Мы то, из чего состоим,
Заполни серость ремарками!
И утро с хороших мыслей,
На день — активный план.
И вечер чуть легкомыслен,
Волшебная ночь без изьян!
Разрешите!
Он сидел каждый вечер у дома,
А при встрече молчал и робел,
Он звонил ей на номер знакомый,
Чтоб услышать: «отстань, надоел!»
Проплывала игривою рыбкою,
Он ловил этот смех, этот взгляд,
Для него была полная пытка,
Что она не посмотрит назад!
Трудно быть постоянным и стойким,
Папка хмурится, время не ждет
И опять не исправлена двойка,
А отличница шанс не дает!
Путь взросления, страхи, промашки,
Иногда не понятная грусть…
Дорогие мои пятиклашки
Разрешите мне с вами в ваш путь?!
Я слышу будильник, но только свой, который с вечера запланировала услышать. Твой будильник я вообще не слышу.
Но есть и другой будильник.
с наглыми твоими губами.
который будит меня…
и во мне просыпается нежность.
Любой поисковик оценит труд,
направив читателя по ссылке
и пусть читатели о рифме трут,
ругая вас или хваля посильно.
Всего одна, но Настоящая Радость —
Целую Жизнь делает Настоящей!
О, Мария, глубоко павшая и великих высот затем достигшая, молись о нас, живущих в мире, не победивших плоть и принимающих в себя раз за разом «раскаленные стрелы лукавого» (СМ. Еф. 6:16).
Горько и страшно думать о том, до каких глубин ты опускалась. Но Божественным весельем дышит твое исправление. Читая и слушая о тебе, мы все понять должны, что твоя святость — не только твоя святость. И грехи твои, это не твои только грехи.
Общий грех на тебе отразился и стал всему миру виден. И общее спасение на тебе проявилось, и об этом нельзя не знать.
Твое дело ныне — радоваться, наше — трудиться и каяться. Помогай нам, просим. Помогай, Мария. И не только в день твоей памяти.
Знаете, что я вам скажу? Не слушайте, пожалуйста, все эти отмазки про то, что был очень занят или не решался, или не мог слов нужных подобрать, чтобы выразить все то, что якобы на сердце, или ещё какая оправдательная фигня. Когда человек тебя любит по-настоящему, ему неважно, как его слова и действия выглядят со стороны. Ему вообще на все плевать, кроме тех чувств, которые переполняют его сердце, и которые готовы разорвать его в клочья от малейшей невозможности быть высказанными! Любовь и разумные действия вообще несовместимы. И если человек ссылается на то, что «думал, так будет лучше, а потому не звонил, не приезжал, не звал, не признавался «- оставьте напрасные ожидания. Поверьте, вы стоите того, чтобы ради вас бросали даже самое неотложное дело, звонили посреди ночи и говорили, что любят так сильно, как никого на свете, приезжали внезапно с огромным букетом цветов, рисовали ваше имя на асфальте большими буквами и совершали прочие безумные поступки просто потому, что иначе не могут. Просто оттого, что любят!
«Однажды я ехал перед Рождеством, — вспоминал он, — с рудника в ближайшее село и видел ряд черных тел, лежащих без движения на всем протяжении моего пути; попадались по двое, по трое через каждые 20 шагов.
— Что это такое? — изумился я.
— А шахтеры, — улыбнулся сочувственно возница.— Горилку куповалы у селе. Для божьего праздничку.
— Ну?
— Тай не донесли. На мисти высмоктали. Ось как!»
«…И лежали они в снегу, с черными бессмысленными лицами, и если бы я не знал дороги до села, то нашел бы ее по этим гигантским черным камням, разбросанным гигантским Мальчиком-с-пальчиком по всему пути».