Я хочу, чтоб семья и дом.
Я хочу на двоих мечты.
Признаюсь я сейчас с трудом.
Вместо пульса одни биты.
Я хочу испытать любовь,
Чтоб без лжи и других причуд,
Чтоб от страсти вскипала кровь,
Словно в пьяном, шальном бреду.
Я хочу, чтобы твой парфюм
Заплетался в моих волосах.
Я хочу, чтобы твой триумф
Заключался в зелёных глазах.
Я — уставшая от потерь —
Перестала искать приют.
Мое сердце, как раненный зверь,
Не верит, что где-то там ждут.
Я писала не тем стихи
И не с тем распивала вино.
Я не тем целовала виски.
Моя жизнь, как немое кино.
И пусть тело мое — алтарь,
Ну, а ты, как бессмертный Бог,
Подари мне однажды янтарь,
В честь верности наших дорог.
Излечи мои старые раны,
Пусть глаза мои станут нужны.
Полюби меня, стать самым важным.
Полюби от земли до луны.
Враг наступал по всем фронтам на грабли.
Правда в чём — почти у каждой в книге жизни есть строка, где написано: «сегодня я влюбилась в мудака». Мудаки — такое племя, пострашней любых волков. Жрут они не мясо — время. Время — пища мудаков.
Жрут неделю за обедом, десять лет сжирают в год, а бывает так отведал, что всю жизнь забил в живот. И красивая девчонка станет возле мудака отвратительной старухой: вот в ее руке клюка, а рука в пигментных пятнах. А в глазах тоска и мрак. Ей всё так же непонятно, что ее сожрал мудак. Ей всё кажется: нормально. Все живут, и я живу. А душа в ладошках сальных растворяется в жиру.
Ей так скользко и так мерзко, перепачканной душе. И летят под стол обрезки жизни, смыслов и вообще всё летит, что не влезает целиком в мудацкий рот.
И девчонка прозревает.
Понимает: не живет.
И пытается девчонка убежать от мудака, но не может даже выйти за пределы кулака, где давно она зажата, и не телом, а душой.
Где, казалось ей когда-то, не кулак, а рай земной.
И тогда она сбегает. Без души, хотя бы так. Но никак не оставляет душу девичью мудак. Он клянётся в вечных чувствах, душу пробуя на вкус, но понять не может вкуса и не ведает он чувств.
А она переболеет, в книгу записав строку: «я не буду больше время делать пищей мудаку». И тогда она попросит: «не звони и не пиши. Мне проводят без наркоза ампутацию души»
Ты сегодня январь,
Ты сегодня пурга,
Непроглядная хмарь —
Гололёд и снега.
Сокрушительный вой
Всех стихий надо мной.
Так бывает порой —
Боже мой, что с тобой.
Но бывает везет,
С крыш вода потечет.
И крапива цветет —
И не колет раз в год.
И не жалит меня,
И на иглах цветы.. .
Кто есть Я у тебя —
Для меня кто есть ТЫ?
Возьмет, бывало, Поэт руки
И бродит с ними по селу.
Куда приладить их от скуки?
Ведь непривычны к ремеслу
Поэта нежные ручонки.
У них две разные судьбы:
Одной нужна любовь девчонки,
А на второй уж волдыри
От стихотворной канители.
Как разобраться, наконец,
Как привести их к общей цели,
Чтоб всё сказали:
«Молодец!»?..
Завидую…
Всем тем, кто был
С тобою прежде, —
Как приходил,
Так уходил —
С твоей надеждой…
Завидую…
Кто знал тебя
Во время оно, —
Как дочь любя,
С плеча рубя
Пигмалиона…
Завидую…
Учителям,
Что знали цену
Твоим стихам,
Твоим цепям —
Не для арены…
Завидую…
Кто бит кнутом,
Испытан боем…
Завидую… себе
За то,
Что ты со мною.
Тот был счастливый переход
От многомесячного сплина
До непредвиденных забот.
Дурил декабрь. Кончался год.
Хватало утром аспирина,
Вина к полодню, водки в ночь,
Замёток в номер. В промежутках
По семьям и романам прочь
Мы разбредались. Не до шуток
Бывало нам и там, и тут.
По семьям сдержанно молчали,
Влюбленные порой кричали,
Но весь домашний тарарам
С утра, как тапочки, откинув,
Мы возвращались впопыхах.
И в самых утренних стихах
Плясала полночь на перинах!
Отрезок точный провести
На временной шкале безумия
От временного слабоумья
Я не сумею. Бог простит.
Но кто бы там не хохотал,
Стуча копытом по паркету
И пыль хвостом не подметал,
И наши не сличал анкеты, —
Настолько ясен был подбор!
Какой там Шоу! Что Вам Олби!
И тот, кто взбил те свет и сор
В холодной трехэтажной колбе
Талантом не был обделён.
Хотя поклонам не чурался.
Но беспрерывный наш трезвон
Ему, естественно, наскучил.
И он не долго собирался.
Как только первый вышел случай,
Он был — по-аглицки — таков.
На свете мало дураков
Терпеть с утра до ночи поздней
Талантов шумную возню
И гениев смешные козни.
Он был разборчив, наш Создатель,
И это скромное меню,
Ему, увы, пришлось некстати.
Пускай хоть посвящённый улыбнётся,
Терзая сумошествие мое.
Но если уж повесили ружье
На стенку — без стрельбы не обойдется.
И отпустила липкая жара,
И мы брели по городу в молчаньи,
И тронул занавеску жест прощанья.
И опустел партер. Пришла пора.
Расстаться. Но на том краю земли,
Где нас столкнули мэтровы гастроли
До полночи нам расписали роли.
И мы в кафе покорно забрели.
Нам волны обещали Афродиту,
И море растеклось у ног, как сон
В молчаньи, углубленном и сердитом
Мы думали примерно в унисон:
«Мой дурачок, ребёнок повзраслевший,
Смени свой робкий, боязливый шаг
На оступь отреченной королевы
И дело в шляпе. Нам цена пятак.»
Но ты над собственной хохочешь тенью,
И быть с тобой, конечно же, беде.
Послушай! Ты прекрасна без сомненья!
Но я тебя покину через день.
Как ты сказала? «Детским жадным ртом
Лови зарей рассыпанные бусы?»
… И в сотый раз ты яблоко надкусишь.
А змей ехидно шевельнет хвостом.
О мой калиф на час! Сожми в горсти
Мгновенье посеревшего Востока
Мне будет бесконечно одиноко.
Ведь я тебя уже люблю. Почти!
Почти, покуда спит в сандальях бег,
Пока танцует девочка босая,
И петли сорваны с калитки Рая,
И дремлет стыд, и торжествует грех.
Под это иллюзорное почти
Твой самолет, насытившись разбегом,
На синем белой кистью начертив
Мне вскроет вены и разрежет небо.
Из записей книгоненавистника
Меня без книг не существует
И книг, конечно, без меня!
Они нужны мне для огня,
Они в костре меня волнуют!
подари мне свое одиночество
не надолго
на час подари
я отмою его от пророчества
чтоб удобней делилось на три
… эту тьму
эту слизь
эти заросли
не прожитой, но выжившей лжи
отравляющей душу кошмарами
и пугающей чувством вины
.подари мне свое одиночество
я отмою его до чиста…
летний сплин
вдохновенное творчество
запах моря…
сосны и песка-
…свежим ветром
запахнет как ладаном
изгоняя залетных чертей…
я умею-
ты знаешь
порадовать
…а потом
ты уйдешь
снова
к ней…
Как голубок вокруг голубки,
Мужик наматывает круг.
Попасть пытается под юбку,
А попадает под каблук.
Япония: 50 000 японцев перешагнули столетний рубеж ! А через 15 лет столетних долгожителей в Японии будет более миллиона человек. Почему?
Таких достижений по продолжительности жизни и качеству жизни нет больше ни в одной стране мира.
Кто-то выскажет предположение, что секрет их долголетия в том, что они едят сырую рыбу и водоросли. И будет не прав. Есть в мире много стран, особенно расположенных на берегах теплых океанов, где местные жители с утра и до ночи едят морепродукты, фрукты и овощи, а живут в два раза меньше.
Секрет долголетия заключается в том, что японцы — единственный народ на Земле, который при общении старается не испортить настроение своему собеседнику. Более позитивной страны найти в мире невозможно. Поэтому мы видим настоящее экономическое чудо, у них нет земли, им негде сеять рис и строить города, у них абсолютно отсутствуют природные богатства. Но при этом они самая богатая нация на свете. Средняя зарплата японца — три с половиной тысячи долларов.
Почему я вам рассказываю об этих удивительных достижениях?
Дело в том, что секрет успеха целой страны заключается в том, что японцы одними из первых научились контролировать свои мысли. Понимая прекрасно, что негативные мысли убивают не только настроение собеседника, но и его здоровье, и его будущее, — они взяли и выкинули из своего языка слово «нет».
Это было сделано естественным образом, потому что каждый из них в школе, дома, на работе, контролирует свои мысли и не даёт негативным мыслям испортить жизнь и будущее другим людям.
К сожалению, в большинстве стран люди не понимают, что мысли — это семена, из которых вырастет их будущее, будущее их детей, будущее их фирмы, будущее их страны.
Берегите друг друга, любите и будьте любимы
Демократия предполагает естественную селекцию власти. Блин! Но не среди же родственных организмов.
Вот как нас приучили. И видно семя легло на благодатную, кем-то заботливо удобренную, подготовленную почву. Как органично вписалась и пришлась по душе народу, новая идеология. Не можешь ограбить- обмани, не хочешь работать- укради.