Может ли кто-нибудь осуждать, укорять другого человека за то, что тот не выдержал чего-либо и потерял вкус к жизни. В какой-то степени она для него вдруг потеряла ценность. Я полагаю, нет не может и не должен, потому что у каждого из нас свой градус выносливости и объем чаши терпения свой. Поэтому мы не можем чувствовать до конца чужую боль даже самого близкого человека, даже если, допустим, пройдем какую-нибудь похожую ситуацию, все равно никто не сможет почувствовать, что чувствует тот или иной человек, когда на него наваливается что-то такое непосильное для его душевных и моральных сил. И в этот момент, от обрушившиеся на него бессилия и страшного отчаяния, которое так крепко, безжалостно, обхватило леденящим холодом душу, именно тогда, дойдя до грани своего терпения, и перейдя свой порог боли, кто-то может сломаться. И самое ужасное это то, что это может произойти с любым, даже с самым сильным, ведь никогда не знаешь, что может произойти с тобой завтра, будешь ли ты готов к этому и как поведешь себя. Давайте будем надеяться, чтобы наше терпение было как можно крепче и больше. Именно оно служит нам этаким щитом для души, а тем, у кого дал трещину этот щит, не будем отворачиваться от них спиной и говорить: какой же ты слабак, если поступаешь так, а постараемся понять, окружить душевным теплом, заботой и насколько это возможно, поддержать и снова дать почувствовать, что жизнь — она бесценна и как бы там ни было, ей надо дорожить и помнить, что нам ее не повторить она у нас одна.
Mне написал человек из прошлого,
спрашивал «как дела»,
3вонко щёлкнуло сообщение.
Я его не ждала.
Я давно сложила оружие
в этой былой войне,
Покатились воспоминания
холодом по спине.
Pазболелось опять, раздёргалось,
как удар по зажившим швам,
Заметались пожаром в памяти
все события и слова.
Cтал как будто порталом в прошлое
монитора зловещий свет,
И рука потянулась к клавишам,
чтобы бросить в него ответ.
Это глупости, наваждение.
Это сказка с плохим концом
В ней герой, вернувшись на Pодину,
не находит свой отчий дом.
И скитается веки вечные
По разрушенным городам
Hе ходи в эту сказку, глупая,
Ничего нет живого там.
Наверное, приняв решение свое отпустить меня, ты подумал, что даришь мне свободу. Тем самым для меня хотел лишь покоя на душе и чтоб свое счастье нашла другое. Скажи, Ну почему ты, черт возьми, все за меня решил, что будет лучше без тебя? И кто тебе вообще сказал, что мне нужна это свобода? Как мог ты позабыть, что мне нет жизни без тебя, покоя нет ни в сердце, ни в душе. Когда же ты поймешь, что птице с одним крылом свобода и небо голубое не нужны! Ведь птице не подняться в высь точно также, как и мне без тебя не летать, не любить, не мечтать. Ты не свободу мне дал, а одиночество и муку, пожертвовав нашей любовью. Но только вот вряд ли это принесет счастье тебе и мне. Ну что ж, остаётся лишь молиться, чтобы ты когда-нибудь все это осознал и вернулся, пока еще не слишком поздно исправить. Все мы сможем вместе, все осколки наших разбитых сердец собрать. Давай спасем любовь, и прежде всего самих себя, а установленные стереотипы о том, что любовь может убить расстояние, время и разлука сотрем. Нам не нужны чужие правила. Я верю, что у нашей истории должен быть счастливый конец! Пусть даже сейчас, когда все кажется обстоит иначе, и мы с тобой давно расстались, но у нас судьба одна на двоих, так чувствую я.
Мне б встретиться с тобой сейчас. Увидеть снова свет любимых глаз. В них утонуть хочу, как в первый раз, Когда пересеклись наши пути у нас. Я помню все, вкус сладких твоих губ, Сплетение наших с тобою неумелых рук, Наши тела от пылкой страсти трепетали, И от желания буквально оба мы сгорали. В нас было все, страсть уважение любовь, Хочу, хочу вернуть все то, что было вновь. Пламя нашей любви не погасло совсем. При нашей встрече я докажу тебе и всем. Поверь, когда посмотришь ты в мои глаза, Как в миг подскажет все твоя душа сама. Что мы не можем быть в дали друг от друга. Ведь перед Богом ты мой супруг, а я супруга.
Две дороги, два пути.
И каким теперь идти?
Следуя от сотворенья,
Стелится елей смиренья.
Но дойдя до Петрограда
Залпов слышится плеяда.
И в один истошный крик
Вопиют, что Бог — старик.
Словно волны Пороро
Над страной звенит оно.
Слово. Голоса: «Долой!
Прочь религии покой!
Не желаем верить в Бога!
Человек — превыше слога!
Левой, правой, шире шаг!
Понимайте выше стяг!»
И казалось нет преграды,
Нет отчаянья, досады,
Новая, живая кровь,
Закипает вновь и вновь.
Но не все, как мы хотели.
Вновь за пасхою мы сели,
Разбирая слог святой,
Воздвигая «храм златой».
Физика, закон, наука,
Нам казалось, это скука.
Книг тяжелых кирпичи
Стали нам, как палачи.
Вновь служителей готовим,
«Отче Наш» опять глаголем
То, что отвергалось прочь,
Пьем, как — будто это скотч.
Но по сути разобрать,
Как идти, чтоб не страдать?
Путь, который верный путь?
Где есть свет, и где есть муть?
Кто пророк, а кто отчасти
Души губит в сем ненастье?
И волна с волною споря,
Лишь срывает пену моря.
Камни точат две волны,
Брег ласкают две сестры.
Лишь тогда, когда едины
Две руки, тогда из глины
Получается кувшин,
Для храненья вод с вершин.
Разум связанный с любовью
Не марает душу кровью.
Когда в нарядном платье дефилирую,
То слышу в адрес свой «мадам!»
И «девушка!», когда утянута я джинсами.
Какому статусу мне предпочтение отдать?
Пока от одного к другому балансирую.
У человека могут быть положительные качества:
он не пьет, не курит. Ведет здоровый образ жизни и даже мяса не ест. Не пьет чай и кофе, — только отвары из целебных трав. Разбирается в искусстве отлично. Интересуется философией и политикой. В прошлом был на войне и даже награду имеет. Предан своему делу. Трудолюбив. Энергичен. И плохо относится к супружеским изменам. Высоко ценит верность и преданность. Материально обеспечен. Ну и что? Таким был Гитлер. Он так и заполнил бы анкету на сайте знакомств, но знакомиться с ним вряд ли нормальная дама захотела бы. Многие маньяки и злодеи так и написали бы о себе.
Палач Сансон был воспитанным и богобоязненным человеком. Очень вежливым. Благопристойным. И к жертвам относился уважительно: когда вез Шарлотту Корде на плаху, все советовал ей сесть на середину скамейки — чтобы не очень укачало. Он тысячи запытал до смерти и убил — но личной неприязни ни к кому не испытывал. Тихо извинялся, когда пытал. И советовал подвинуться на середину скамейки… А потом даже книгу написал о своих встречах со знаменитыми людьми — он их много повстречал. И для каждого эта встреча была последней. В книге он особенно напирал на то, что надо быть добрым и вежливым. И богобоязненным. Наш Пушкин, правда, горячо протестовал против издания книги палача в России — но сам Пушкин вел себя плохо. Выпивал, курил, на дуэлях дрался и увлекался красотками. В отличие от Сансона.
А Кузьмина-Караваева, Мать Мария, вообще курила сигары. И водилась с нищими и бродягами. С евреями водилась — носила в гетто продукты во время оккупации. И помогала бежать… Психолог Колберг был преступником: он нарушал закон и вывозил тайно евреев в Палестину во время войны. И тоже имел неприятные привычки. А богобоязненным не был. Ну что поделаешь — преступник!
И вот одни люди ведут правильную жизнь и излагают правильные мысли. Но от них бежать надо. Или в сумасшедший дом посадить, как минимум. А другие — ведут не всегда правильную жизнь. И даже нарушают закон, который первые люди установили. Но я лично лучше со вторыми в жизни встречусь. Много раз, всегда, каждый день. Плохие привычки можно победить. Можно простить. А плохую душу переделать невозможно. Палач остается палачом в любом случае.
1418 дней…
Страшно вспоминать…
Нельзя забывать…
22 июня 2018 год.
«Споткнувшись» о слово, дальше не читают…
На Красной площади открылся
футбольный парк с зелёным полем.
Ильич, пиная мяч ногами,
жив, вечен, весел и доволен…
22 июня 2018 год.
Какие бы разные мужчины мне ни встречались, они одинаково не
Как сложно устроен этот мир: близкие люди — далеко, далекие — близко, а недалекие — сплошь и рядом.
Переливая с пустого в порожнее надеются, что там что-то появится…
Руками лицо закрыла
И волю слезам дала…
Простите, что я любила,
Простите, что я жила…
Что всё отдавать умела,
Осознанно, от души.
То падала, то летела,
То просто училась жить…
Но планы совсем другие
У странной судьбы моей.
На искренность аллергия
У новых больших людей.
Господь — он со мной общался,
Но, видимо, взял отгул…
И стул, как назло, сломался.
Я тоже — немного стул…
Я чувствую, что сломаюсь,
Не выдержав этот крест.
Я, честно, нести стараюсь,
Но ноги ломает бес
То страшными новостями,
То подлостью, то войной.
Иду по земле ногами…
Присыпанная землёй…
Никто никому не нужен.
У выгоды свой расчёт…
Ходила с душой наружу,
Но каждый в неё плюёт…
Любви бы глоток и, может,
Он многих ещё спасёт.
Но стала душа, как ёжик…
Дотронуться кто рискнёт?
Младенцы, рождаясь, плачут…
Из рая на землю — бух.
А здесь у людей задача —
Как стул, не сломаться вдруг…
Эмоциональная нестабильность — это наиболее стабильная вещь в нашей жизни…