Бедные своё время продают богатым, а лишнее — убивают.
Ошибки нам доказывают, что мы неправы, но лишь в какой-то миг.
Разочарование собой — всё против, ты один.
Возраст — время, а время — размышления…
Вот на контурной карте маршрут,
И пятёрка под ним стояла:
Волга — Каспий — плато Устюрт,
Вёл маршрут к берегам Арала.
Но прошло не так много лет,
Как отличник учился в школе,
И лежит солончак-скелет
Там, где прежде плескалось море.
— Долой агентов влияния с нашего сайта!
Посреди площади размахивала громадным плакатом, написанным от руки, наша Верочка в каратистском костюме, с огромным ножом для мяса за поясом, на лице цветастый (почему цветастый? — зашептали рядом)… в огромных ляпистых цветах шелковый платок, который в пиратской манере прикрывал один глаз.
— Фиии! — Скривился стилист плюс пародист плюс поэт-песенник Серёга Народолюбцев. (забыла сказать — сайт, естессно, литературный)
— Как она могла?! Как она могла! (да-да, два раза, замечу — пафос — это обычное состояние Сереги) — Цветы! Через глаз! Безобразие и моветон! Только черно-синий шелк от Гуччи здесь приемлем! Фи!..
И всё бы ничего, но к досаде админа (хотя… может, и не к досаде), в это время у входа на главную площадь сайта как раз сгрудилось несколько новых посетителей. Кто-то посмотрел на Верочку удивленно, кто-то хихикнул, решив, что это специальная акция для новых пользователей. Кто-то понимающе поднял руку в приветствии, мол, — Но пасаран, подруга! А Верочка вытащила нож из-за пояса и ещё громче крикнула:
— Долой шпионов госдепа! Очистим Интернет от засланных казачков империализма! Не дадим всяким гадам пудрить русские мозги.
Вытащила откуда-то портрет и стала кромсать его своим ножом. К посетителям подскочил модератор.
— Прошу не беспокоиться, это наша достопримечательность, можно сказать, юродивая. Если на нее не обращать внимания, она впадает в спячку через некоторое время. Вот, смотрите, тут у нас есть дорожки, где можно пройти в наши рубрики. Осторожненько, вот так, со временем вы привыкнете… Да нет, что это я — уверен — вам понравится. Наш сайт самый добрый, самый эксклюзивный сайт в мире, смею вас заверить. А Верочка только с виду такая страшная — добрейшей души пользователь, чессстное слово. Бывает, правда, временами… но не долго и без крови…
— Ххха! — Верочка ухмыльнулась и развернула невероятных размеров борд с огромными светящимися буквами:
- Редактор — это не привилегии, а служение обществу!
Опять непонятно откуда достала тушь и залихватски нарисовала себе усы!
Тут на площадь вышла всеми любимый на сайте пользователь Антиастрочка с пионерскими галстуками в руках.
— Верочка, исходя из революционной ситуации на сайте, я решила, что всем нашим пользователям совершенно необходимо носить красный символ свободы слова.
(Антиастрочка в реале резала и продавала эти самые галстуки для реальных демонстраций)
— Оплата в любой валюте, можно наличными. — и, звеня нунчаками под юбкой, (нунчаки тоже из реала) бодро скрылась в очередной теме. Верочка подумала, сняла шелковый платок с лица, завязала вместо него галстук и гаркнула:
- Йохоххо!!!
Сайт тряхануло. Присутствующие замерли. Скрипнула входная дверь. В этот самый (безумно напряженный и душещипательный, жаль, музыки не было, ыхм) на пороге появился кругленький мужичок в оранжевом костюме, точь-в-точь как в американских тюрьмах из голливудских блокбастеров и мятой детской панамке. Вы же знаете, что такое гробовая тишина? Так вот — это было что-то большее. Что-то воздушно — объемное и с тем невозможно тяжелое. Что-то такое же неотвратимое, как наказание божье. Кто-то из пользователей признался потом, что боялся даже думать в этот момент. Конечно, она увидела его сразу и вы, наверное, жаждете уже кровавой развязки? Плохо вы знаете нашу Верочку! Она скосила на мужичка свой чистейшей голубизны глаз, надменно-выразительно достала козявку из носа, смачно сплюнула и растерла плевок ногой… Всё!
Не доводи до греха.
И не вводи в искушение.
Лайкуя меня,
Не далеко до грехопадения.
Спи, мой хороший,
Сладких снов.
Пусть тебе снится
Наша любовь…
Я вдруг поняла…
что сломанные цветы цветут
а значит я не любила тебя…
предавшие губы лгут…
они любят только себя
твои глаза меня ищут …
от них розовеет кожа моя…
и губы предательски дрогнут…
хотя, я уже не твоя…
прошлого отголоски… демонов семья…
мои цветы сломаны…
но, я бутоном опять зацвела …
мысли свободны…
значит, я влюблена,
но уже не в тебя.
Приснилось мне — прошу прощенья,
Ведь это только страшный сон, —
Как в новогоднем обращеньи
Сказал наш царь про пенсион.
Мол, слышал массовый он возглас,
И повышать не будут возраст,
Мол, есть решение вождя
Не счас решать, а погодя.
Не будет, дескать, вам реформы,
Спокойно спи, моя страна,
Поскольку есть другие фонды
И далеко пока до дна.
Я сплю и вижу эти хари
И как они встречают весть,
Ну те, в чиновном что угаре,
Хотели к нам в карман залезть,
Готовя план гигантской кражи,
Бумажки пряча в дальний стол…
Вот интересно, что же скажет
Теперь нам Таня-Арбидол?
Поскольку в своре бюрократов
Играет грымзы главной роль,
Она лишь пискнет о затратах,
Поправив свежий пергидроль.
Услышав приговор Володи:
Мол, надо это взад вернуть,
Переобуется Володин,
Привыкший верно шею гнуть.
Не вымолвит: «Простите, грешен,
Поставьте, что ли, мне на вид»,
И не покается Орешкин,
И Силуанов промолчит.
О деньгах, пущенных на ветер,
Не скажут — ясно и коню,
Не повинится вслух Медведев
За пенсионную херню.
В костюме модного оттенка,
Она капризное дитя,
Зевнет ответно Матвиенко,
Привычно брюликом блестя.
И в этом фарсе очень пошлом
Весь вовлеченный в дело клан
Подумает, как облапошить
Народ, готовя новый план.
Свои проекты вы засуньте
Подальше в зад! Ведь это факт:
Мильёна два от них в инсульте
И столько же схватил инфаркт.
* * *
Проснулся я, исчезли грёзы,
Хреново, мать твою етить,
Настало время грубой прозы,
Пойду копейку колотить…
..
Я езжу десять лет одним маршрутом,
Взирая на привычные ландшафты.
Нехитрой суетой встречаю утро,
С толпой переплетаясь брудершафтом.
Я помню, как сейчас, зимой и летом
В забытом сквере, тихом и неброском,
Трепал макушки елей вольный ветер,
И, напевая, портил им причёски.
Я помню старый дом, с трубою гордой,
Торчащею на крыше неприлично,
А в будке чёрный пёс, с весёлой мордой,
Собак соседских звал на перекличку.
.
и вот!
Я отвлеклась от будничной картины
Всего, как мне казалось, на мгновенье…
На месте сквера — пыль и магазины,
На месте дома — целое именье.
А вместо пса, сидит довольно кошка,
Встречая этот Март протяжным стоном…
Мы перестали пялиться в окошко,
Листая жизнь в мобильных телефонах.
Нельзя выбрасывать живого человека, словно скомканную бумажку в корзину для отходов! Человек не продукт, который портится, у него нет срока годности, и, если тебе кто-то надоел, скорее всего, испортился ты сам, причём довольно давно. Человек- живая энергия, сильная, берущая истоки из самой Вселенной. Притягивая к себе кого-то, а затем отталкивая его, ты совершаешь ужасную вещь — отторгаешь эту энергию, делаешь её безжизненной. Самое страшное, что можно сделать с человеком, после убийства его физического тела, это убийство любви в нём. Убивая любовь, ты убиваешь божественное, уничтожаешь то, что сам спровоцировал, притянул, играя — любовь. «Я не виноват, что разлюбил» — это не оправдание. Ты никогда не любил, ты пользовался этим телом, пока оно не надоело, а затем выкинул человека на помойку. Да, именно человека! Потому что человек — это не тело. Человек — это живая душа, и она болит, да что там? Умирает! «Не виноват, что разлюбил» своё засунь себе в одно место. Настоящая любовь не проходит, ты хватал своими ручищами живое сердце! Играл им, ломал. И да, ты виноват! Ты и все те, кто обманул, приручив, доверчивое сердце, поломав его и оставив валяться на дороге, истекая кровью. Ответишь, будь уверен — Вселенная не любит игроков, и кто-то однажды сыграет с твоим сердцем в такую жестокую игру, что ты всё поймёшь, вот только поздно будет… Если ты знаешь, что человек не нужен навсегда, если так, только дырку им заткнуть хочешь в своём свободном времени судьбы, не трогай ты этого человека!
Свернулась кошечкой
в объятьях кресла,
Ну как ты, милая —
жива, воскресла?
Позволь дотронуться
до лба горячего,
Ты много видела,
даже для зрячего,
Позволь обнять тебя,
моё сокровище,
Иссяк под солнцем
поток злословящий,
И даже льдинки,
что больно ранили,
Стекли слезинками
под утро раннее,
Ты только знай всегда —
ты в безопасности,
И не стыдись, дитя,
ни чувств, ни страстности,
Позволь укрыть тебя
крылом светящимся,
И помни, милая,
ты — настоящая.
Милосердие — это не стыдно
Как же часто, паря в облаках
Мы не знаем как больно, обидно
Равнодушие видеть и страх
Страх того, что сочтут тебя слабым
Если ты в каждом ищешь добро
Мы порой забываем о главном
Пряча лучшее глубже в нутро
Если жалость, при виде котёнка
Замерзающего под дождём
Вдруг кольнула, как будто иголка
Спрячь скорее его под плащом
Обогрей своим взглядом и сердцем
Накорми… Ты не станешь бедней
Приоткрой души своей дверцу
И тебе будет тоже теплей
И комочек пушистый, урчащий
Вам отплатит за ваше добро
Если ты человек настоящий
Значит многим с тобой повезло
Часто тот, кому в жизни не сытно
В бой вступает с открытым лицом
Милосердие — это не стыдно
Стыдно трусом быть и подлецом!!!
Мой цвет лица с зимою стал светлей,
Когда из виду солнце потеряла.
Я в глупой старомодности своей
Сама себе обузой в чем-то стала.
Поверь, мне было очень нелегко
В своей скорлупке с чувствами томиться.
Себя я изменила целиком,
Пытаясь перед прошлым извиниться.
Я перед ним как будто бы в долгу.
Меня ведь там так искренне любили.
Жаль, я уже ответить не смогу…
Уставшая одна в огромном мире,
Привыкла, стиснув зубы, выживать.
Переводить плохие даты в числа.
Терпеть порой холодную кровать
И чьи-то оправдания без смысла.
Я научилась в мудрости скрывать
Все то, что в иллюзорности томится.
Лишь зеркалам не научилась врать,
Без них пытаясь часто обходиться.
Мои глаза, с годами став темней,
Глубокие узнали километры…
Да нет же, мили чувственных морей.
Упрятав за вуаль полями фетра.
Ты видишь шарм у женской красоты.
Тебя влечет загадка, трепет тайны.
Но я задам вопрос: «Зачем мне ты?
И проявленья чувств, что так спонтанны?»
Зачем мне быстрый пульс и тихий вздор?
Покой — мой добрый друг и благодетель.
Веду я с сердцем странный разговор.
И чувствую: ты рядом… Наш свидетель.
И пробует душа уговорить —
Молчание красноречиво очень.
Я женщина… Сама хочу любить!
Чтоб выждав день, обнять желанье ночи.