…НУ, СКОЛЬКО МОЖНО?..
…Мне вас любить нет мОчи боле —
в яслях, в саду, в начальной школе…
Нет, мне любовь пора сменить,
ну сколько можно вас любить!..
(ЮрийВУ)
По демоническим законам,
по праву быть собой. И снова
мы станем заново знакомы,
я к сумасшествию готова,
Прольется кровь! Сожжет огонь
предплечья, руки, душу, тело,
И сладкой станет твоя боль,
ах, как я этого хотела…
Ольга Тиманова «Седьмое сновидение»
Золотыми солнца глазками
Хоть минуточку
Поморгай мне, радость, ласково
Прямо с утречка.
И расправь скорее пёрышки
Ты красивые,
И рассыпь в округе зёрнышки
Нам счастливые.
И пусть каждому достанется
То, что хочется,
День в окошке разрумянится,
Расхохочется.
А хоть даже и метелями
Занавесится,
Всё равно потом капелями
Он засветится.
Но с чего мне вдруг весеннее
Вспоминается,
И такое настроение
Получается?
А с того, что дни январские
К краю близятся,
А без них мне мая царствие
Лучше видится!
Внимая пространству озноблено, молчи — тишина не приручена
Свободная, но и бездомная, пришедшая просто по случаю.
В мгновения те безымянные дыханье насыщено притчами
Короткими, смелыми, странными… обманно-дурманными — личными.
Объятья смерещатся жаркие., но это из лучшего, чаще мне
Видения скалятся, шамкают, тенями кривляются, машутся.
А я удивляюсь: — Замечена? Узнаю ли что-нибудь?.. Важное…
Но слышу — Мешаете, женщина! Мы тут похоронены — заживо!
Как яростно тогда
звучали наши речи,
И молодым огнём
был каждый день согрет —
Всё было впереди…
Но наплывает вечер,
И юность не вернуть,
И вариантов нет.
Всё чаще у икон
мы зажигаем свечки —
Друзья сигналят нам
с небесных автострад…
А здесь — на трассе «жизнь»
не «вылетишь на встречку»:
Нет этой полосы,
раз нет дорог назад,
И вариантов нет…
в пути одностороннем
Один лишь знак стоит:
не жми, не торопись.
Что «было впереди»,
ушло… но день напомнит:
Еще ты за рулём…
Ещё «крышует» жизнь.
И вариантов нет…
Есть только слово «должен»,
И за спиной седок,
Мотор твой не заглох,
Заря ещё горит,
и многое возможно,
Пока ты за рулём,
и не оставил Бог.
Пыл яростных речей
сменив на рассужденья,
Мы сбрасываем газ,
выравнивая ход…
Вот старых бы друзей
вернуть… Но сожалений
Не знают Небеса…
И трасса рвёт вперёд!
Граница своя есть, куда не пускаю,
И там, где не ждут, никогда не брожу.
Мне трудно придумать — за что не прощаю,
Но сделавших больно — потом обхожу.
Несдержанных я не люблю обещаний,
Советов «разумных» давать не берусь,
И страстных всегда опасаюсь признаний —
Сгорают… Не дай бог, на них обопрусь.
Интриг между делом плести не умею,
Чтоб рыбку побольше добыть из пруда.
Когда говорю: «Ни о чём не жалею», —
Не верьте, есть то, что я помню всегда,
На что мои мысли слетаются в стаю
И щиплют, хоть толку с того ни на грош.
А память тревожит… она же не знает,
Что не переделаешь и не вернёшь.
И помню всегда: никого я не лучше,
Как, впрочем, никто и не лучше меня.
Судьба наши жизни тасует да случай —
Мы вносим то пепел, то искры огня.
Бываю я дурой — упрямой, сварливой,
И робость никак не могу победить…
Какой же хочу быть? — Хочу быть счастливой,
Как все… да подольше на свете пожить…
Я жил как все, был в меру грешен вроде,
Копался в рифме, словно в огороде,
И на свиданье к матушке природе,
Повесой несмышлённым прибегал,
Но вышло так, что воля провиденья
Мне подарила чудное мгновенье,
И в сердце вдруг от ветра дуновенья,
Огонь любви внезапно запылал.
Жил как умел, ни до кого нет дела,
Но знаю лишь что чувство овладело,
Без меры, без конца и без предела,
Вписало в долгожданный поворот,
Не ведал я, какая жизни сила,
Всё в этом мире видоизменила,
И правила игры установила,
И раскрутила всё наоборот.
Осенний день прикинулся весною,
Зима предстала летнею порою,
Уходят тучи чёрною стеною,
И в мире краски заиграли вдруг,
И солнца луч навстречу зимней стуже
Несёт тепло, снег превращая в лужи,
И стая птиц весенних в небе кружит,
И враг тебе отныне — лучший друг.
Всё в жизни, от веселья до занудства,
От вялого цинизма до искусства,
От первого и до шестого чувства,
Всё испытал, изведал, ощутил,
Не знал, что как великую удачу,
В душе седьмое чувство обозначу,
Что всем владеет так или иначе,
Чего по жизни сам себя лишил,
И радость жизни, что во мне проснулась,
Утихших струн души едва коснулась,
Зачем аккордом мощным обернулась,
Дивлюсь и поражаюсь до сих пор,
Пришла моя любовь, а это значит,
Всё будет в мире так, а не иначе.
Ты жизнь моя, ты счастье и удача,
Судьбы моей чудесный приговор,
Но радость бытия была недолгой,
Пропало чувство, как в стогу иголка,
И неприязненною речью колкой,
Закончился несбывшийся роман,
И отчужденье встало между нами
И разошлись мы в море кораблями,
Лишь боль души, да рваными следами,
Остались шрамы от душевных ран.
И пусть судьба нас не соединяет,
Пускай я всё по жизни потеряю,
Но всё равно, я это твёрдо знаю,
Что даже на обломках бытия,
Останется лишь то, что сердцу мило,
То, что меня как солнце озарило
В потоке дней унылых и постылых,
Любовь неразделённая моя.
А я такая-растакая:
Бокал вина плюс сигарета,
Короче, имидж — не для офиса.
Ну, что ж, спасибо и на этом.
Да, декольте, так глубже — некуда,
Подол — короче не бывает,
Помада — «Мулен Руж» — а-ля
И лак с помадой, совпадает.
Но, если Вы присесть хотите,
Решив, что рюмкой обойдётесь,
Я Вас, увы, разочарую
Хлебнув, не солоно, вернетесь…
Не льстите: «Ллик иконописный,
Что просится на образа…»,
Я плачу внутрь себя, слезами,
До боли, вывернув, глаза.
Задёрнув, будто бы, вуалью,
Лицо, от сигареты, дымом,
Одной лишь, утешаюсь, мыслью:
«Ты, как всегда, неправ, мой милый!»
Простите, гнев, сменив, на милость.
Я Вам сегодня отомстила,
Не лично Вам, а в лице Вашем,
Тому, кем я я была любима…
Не спорю, нет, прекрасны розы,
Но, прок от них, уж, не велик,
Вершит судьбу метаморфоза —
Лицом в дыму — скрывая лик…
Просто есть люди,
которым по плечу
Все твои паники и до утра разговоры,
Все твои «буду — не буду», «хочу — не хочу»,
Все твои страхи,
причуды и споры.
Просто есть люди,
с которыми всё равно
Что за окном и что в голове творится,
Летом жарким или тоскливой весной —
Нам одинаково смеётся и говорится.
Просто есть люди,
которые для меня,
Те,
кому навечно будет открыта дверь.
Просто есть люди,
с которыми день ото дня —
«действуй. люби. и верь»
Каждый из нас — как открытая книга,
Только не всех удаётся «прочесть».
Кто-то — с улыбкой, в кармане же… фига,
А на устах — лишь притворная лесть.
Жаль, мы на лесть поддаёмся порою,
Не замечая в поступках подвох,
Только, поняв, — расстаемся… Не скрою,
Что издаём облегчения вздох.
Есть люди-книги, где светом страницы
Ярко пылают… Их души — чисты.
И у людей этих — лики, не лица,
И безграничен запас доброты.
Разными мы рождены матерями,
Разные рост и походка, и стать.
Только пусть СВЕТ излучается нами,
Данный нас свыше, чтоб вечно сиять.
Любимая, ты пахнешь чайной розой,
Любовь моя к тебе неповторимая,
Скрывается за нежной общей фразой:
«Навечно твой, моя любимая…»
Твой запах — опьянил меня,
Привлёк внимание к тебе однажды,
В долины райские собой маня,
Принёс собою все надежды…
Твой поцелуй — таит блаженство,
Прикосновения — ласку твоих рук,
Оргазм — содержит тайно совершенство,
Любить по-настоящему умеешь без наук.
Тебя люблю ласкать я нежно,
С тобой сливаться — в вечность улетая,
Гулять по телу языком безбрежно,
Красива грудь и ты, когда нагая…
Нектар твой сладкий, влажный,
Дурманит голову минутой страсти,
И сразу облик мой куражный,
Сникает в силе твоей власти…
Я на коленях пред тобой сейчас,
Спасла меня ты — душу пожалела,
Была духовно в злополучный час,
Моей душою ты навечно овладела.
Тебя одну — боготворю душой,
В тебе — вся радость счастья,
С тобой — делюсь своей мечтой,
Закрою от невзгод и сил ненастья.
Готов я жизнь отдать свою,
Семья — дороже всех богатств,
Приму судьбу теперь твою,
Делю я крест с тобою без убранств.
Духовно буду — я всегда с тобой,
Твоей защитой, тылом и спиной,
Я — Ангел твой и твой покой,
Шлю письма с первою Луной…
К твоим ногам кладу любовь,
Цветами ложе наше застелю,
Желаю встречи я с тобою вновь,
Тебя одну — всегда люблю…
С тобой могу уйти я далеко,
Сбежать от мира на край света,
Хотя со мною иногда и нелегко,
Тебе — я верен… Жду ответа…
Проходит Жизнь…
И в памяти стираются страницы,
Написанные временем судьбы.
Желтеют фото. Исчезают лица,
Которым было не дано пройти
твоей тропы.
Осыпал листья пожелтевший тополь,
Когда-то буйно цветший по весне
И где-то вдалеке остался еле
слышный шёпот,
Который по ночам ещё всё снится мне…
Нет ничего прекраснее на свете
Живого естества.
Не рвите ландыши, не рвите!
Они ведь тоже жить хотят!
На вянущих на них взгляните --
Они по прошлому скорбят…
Скорбят они по вольну лугу,
По лесу и по ветру другу,
По пенью птиц, презревших вьюгу,
По журавлям, что вдаль летят;
В темнице жизнь теряет смысл --
Она похожа на актрису,
Чью славу погребли кулисы,
Не бросив сожаленья взгляд.
Не рвите ландыши, не надо!
Подумайте в тот миг о том,
Ну что вам будет за отрада
В окно их выбросить потом?
А ведь они дышали жизнью:
Любили солнце, шелест листьев…
Но были сорваны корыстью
И ею водворённы в дом.
Загублена их жизнь порочно!
Конечно, в мире всё непрочно…
Но ведь лишили их нарочно
Того, что дорого им в нём.
Не рвите ландыши, прошу вас!
Поверьте -- это ни к чему!
Не сотворят они вам чуда,
Коль вы несёте им беду!
Прошу вас, вспомните мгновенья
(Любови мудрой откровенья!),
Что вам дарило вдохновенье,
Когда бывали вы в лесу.
Ведь как приятно в час рассвета
Идти-брести тихонько где-то, -
Вдыхая чудный запах лета
И видеть ландыши в цвету.
M.Ж.
Мой комнатный тиран, ну как тебе живётся?
Оправился от ран? В ладу ли ты с судьбой?
Забыл ли ты меня и моего уродца —
Нескладную любовь? Доволен ли собой?
Мой комнатный тиран, мучитель мой любезный,
А я живу вот так: работа-дом-дела.
Прости себя за то, что я почти исчезла,
Тем более прости за то, что я была.
Мы столько раз могли не встретиться, не сбыться,
Судьба дала нам шанс один на миллион.
Из вымыслов и слов я изваяла принца,
Да вышел из меня плохой Пигмалион…
Прости, что столько лет случались только зимы,
За мой не-поцелуй, за не-любовь в стогу.
Я создала тебя таким невыносимым,
Что позабыть тебя вовеки не смогу.
Везёт тому, кто написать ещё желает
Письмо, забыв о компе и о клаве,
На чистом беленьком листе бумаги.
А тут рука уже, как ни старайся,
Выводит буквы вкривь и вкось, коряво.