Нет, никто не настаивает на том,
чтоб на мир смотреть лишь с открытым ртом,
чтоб трещать без умолку о высоком,
но ходить в разодранных башмаках;
просто в скуке и трезвости мало проку -
я отнюдь не оду пою пороку,
но умеренность часто выходит боком:
случай оставляет ум в дураках.
Просто жизнь - тяжела, скучна и сурова,
и поэтому всем нам дается слово,
и ты волен играть им, и делать чудо,
а не локоть кусать с тоски.
Просто чудо случается в самых мелких
вещахдействиях, но как только сумел их
разглядеть - это словно достать свечу, да
вдруг понять как мы все близки.
В каждом - свет, и в каждом - черная бездна,
не пойдешь по списку: «Будьте любезны,
загляните в себя, и поговорите,
и скажите себе - прости».
Я сейчас не о вере, поскольку, к примеру,
каждый сам по себе выбирает веру,
но если ставишь на боге крест,
то тебе же его нести.
У нас с тобой - всё хорошо.
И будет лучше, без сомнения.
И поезд наш без нас ушел
К другому пункту назначения…
И мы на станции - вдвоем,
Той, что зовется «Расставание».
Стоим и мокнем под дождем,
Судьбу сверяя с расписанием.
Вот - поезд мой. Вот - поезд твой.
И оба - в разном направлении.
Всё потому, что мы с тобой
Проспали станцию «Прощение»…
Еще один рывок, и я - свободна.
А говорят, свободной быть не модно…
И в моде цепи, кандалы, оковы.
А для меня свободы нет ценнее слова.
Не спеши своей линейкой измерять соседский быт.
С точки зренья бородатых, безбородый неприкрыт.
С точки зрения спешащих, все успевшие чудны.
Смысл для мужа слова «праздник» не такой, как для жены.
С точки зрения глядящих, тонко чувствующий слеп.
Кто-то любит, чтоб хрустящий, кто-то любит, чтобы хлеб.
Не ищи в других изъяна, ведь для них и ты - другой,
Всё, что ты зовёшь длиною, может быть и шириной.
Расскажи, я не знаю-чем пахнет твоя луна?
Укради парфюмером забытый навек секрет,
как всегда ровно в полночь-схожу я под ней -с ума,
добровольно сдавая позиции -тет, а тет…
Я вдыхаю её облака-нежно, снизу-вверх,
У меня с хладнокровной, роман-в режиме нон стоп,
Три в одном во флаконе-опять дежавю, четверг,
шоколадная доза и к чёрту из звёзд сироп.
Мне не терпится, боже мой, снова (зачем?)-терплю,
правду в качестве бреда ночного (кому?)-сказать,
из волны этой вынырнуть, выдохнуть-Да. люблю.
А потом тишиной застрелиться и замолчать.
Как всегда на балконе промёрзла-курю одна,
и собака моя уже видит -десятый сон,
Я не помню, не знаю, чем пахнет -твоя луна,
а моя-крепким снегом,
без сахара
с коньяком…
Я понимаю, надо жить
На зло и вопреки.
Бросаться в омут, находить
Кольцо на дне реки.
На скалы горные залезть,
Поддавшись на каприз.
Найти заветный эдельвейс
И не сорваться вниз.
С воздушным шаром залететь
И в облаках паря,
Что бы поближе рассмотреть
Рассвет, тебе даря.
По трассе мчаться на авто,
Чтоб пыль из-под колес.
И чтоб не увидал ни кто
Наш поцелуй в засос.
И что бы я не смог забыть
Тепло твоей руки.
Я понимаю, надо жить
На зло и вопреки.
Пропала, уехала или забыла?
А, может, чтоб просто меня пожалеть
Боишься сказать, что меня разлюбила.
Исчезла, чтоб даже в глаза не смотреть.
Боишься? Не бойся, я все понимаю,
Для счастья у каждого мерки свои.
Я счастлив, когда я тебя обнимаю,
И счастлив, когда говорим о любви.
Но счастье, как счастье, увы, скоротечно,
Меняется время, проходят года.
И рушится то, что казалось бы вечно
И вместо алмаза в граните слюда.
Любовь, как любовь ни кому не понятна.
Встречаемся, спим и уходим в ночи.
Но хочется, что бы вернулось обратно
То время, когда сердце нежно стучит.
И щеки краснеют от слова, от взгляда
И руки дрожат, и с дыханием сбой.
И самая лучшая в мире награда
Один зимний вечер в подъезде с тобой.
Единственной, нежной, таинственной, милой,
Которую просто нельзя не хотеть.
Пропала, уехала или забыла,
Исчезла в ночи, чтоб в глаза не смотреть.
За окном скучает зимний вечер,
без канадских атрибутов клён,
телевизор мной очеловечен,
мной же будет скоро умерщвлён.
На стене - обычная картина,
на полу ковёр недорогой,
питерская съёмная квартира,
третий год беременная мной,
благодарна городу за бремя…
Я расположился на тахте,
телевизор умер от хоккея,
закипает чайник на плите.
На душе тепло, и сердце знает,
только сердце знает почему…
Просто Питер нежно прислоняет
голову к оконному стеклу.
Мякоть сочную, спелую страсть
Под нежнейшим сиропом ванили
В белоснежную нежную сласть,
В ледяном эскимо утопили.
Услаждая блаженство льётся
Сок лимона для яркости вкуса.
В пену лёгкую вдруг взобьётся
Та изысканно-сладкая муза.
Наслаждением тонкий бокал,
Испытав неземное блаженство,
Наполнялся … и сок истекал,
Подтверждая своё совершенство.
Ароматом исходится сладким
Ярко красная мякоть клубники.
И её прикрывает украдкой
Зелень листиков мяты дикой.
Устоять невозможно, знаю.
Удержаться нет сил от соблазна.
Я блаженство сейчас испытаю,
А потом на диету … согласна!
Все женщины в русской глубинке
И даже в больших городах,
Красивые, словно с картинки,
С задорною искрой в глазах.
Им всё по плечу и по силам:
Хоть кони, хоть избы в накал.
И где бы коней ни носило,
И где бы огонь не пылал,
Они остановят, ворвутся,
Построят и горы свернут.
Откуда же силы берутся?
Ведь слабыми женщин зовут.
Тут нет никакого секрета.
Достаточно женщине знать,
Что в мире любимее нету,
Чтоб самою сильною стать.
Боялся опоздать на встречу,
И время в спешке подгонял.
И жил - не жил, судьбе переча,
Но веру в счастье не терял.
Когда ж в его судьбе участья
Казалось Свыше больше нет …
… успел как раз к раздаче счастья,
Хоть опоздал на двадцать лет.
Не каркайте мне, вОроны,
Несчастья и беду.
На все четыре стороны
По свету я пойду.
Туда, где дремлют полюсы,
Промёрзшие насквозь,
Поёт метель вполголоса,
Земную пряча ось.
Найду её, пусть вертится
В заснеженной дали.
Как в песне - чтобы встретится
Влюблённые могли.
Найду, где день рождается
Из розовой зари.
И где же он кончается,
Когда закат горит.
Мне укажите, вОроны,
Полярную звезду.
Она направит в стороны,
Где я любовь найду.
Варись отворотное зелье
Из жаб и змеиных хвостов.
Кто выпьет - забудет веселье
И будет заплакать готов.
Варись из болотных кореньев.
И булькай при полной луне.
Варю не компот и варенье
Я в старом котле на огне.
И выпив такого отвара
Навечно забудете смех.
Поскольку ночного кошмара
В нём хватит, поверьте, на всех.
Зелёная мутная гадость,
На вкус … не смогу передать.
Коль выпьешь - забудется радость
И будешь белугой рыдать.
Такое вонючее зелье
В котле у меня лишь для тех,
Кто любит сплошное безделье.
Поскольку БЕЗДЕЛИЕ - грех!
Цвета яркого летнего неба
Васильковое счастье моё.
Беззаботное, бродишь ты где-то,
Может ты не моё уж. А чьё?
Может той босоногой девчонки,
Что рвала луговые цветы,
И чей голос пронзительно звонкий
Воспевал голубые мечты.
В тех в глазах ярко-синего неба
Отражалась бездонная высь.
И казалось девчонке нелепым,
Что бывает не вечная жизнь.
Убегала она от печалей
В васильковое счастье моё.
И казалось, что мало ей далей
В бесконечности детства её.
До сих пор там глаза голубые
У девчонки, что песни поёт,
Собирая в букеты большие
Васильковое счастье моё.
Среди дней пустой забавы,
Там, где поиск бренной славы,
И сраженья без конца,
Нас спасает безмятежный
Голос ласковый и нежный,
Образ милого лица.
Остров детства, мир забытый,
Мамой бережно укрытый
От ненастий и невзгод.
Руки мамы - колыбели,
Наши тёплые купели,
Где укрывшись от забот,
Всё на свете забываем.
Лишь с годами понимаем
Тщетность битвы за металл,
Зряшность, суетность забавы,
Быстротечность всякой славы,
Неминуемый финал …