да мне ведь в общем мало надо
кусочек хлеба сыра ломть
ну и вина и если можно
в париж весь этот натюрморт
Вы знаете как по весне
Поют влюблённые мурлены?
В зелёной чаще, в вышине,
Когда в природе перемены,
Задрав пушистые хвосты,
И пару подобрав по сердцу,
Поют они не как коты,
А весело игривым скерцо!
Вдали от всех, лишь раз в году
В лесах дремучих, на рассвете,
Тихонько подойдя к гнезду,
Услышать можно песни эти.
Куда там соловьям до них!
У птиц совсем другие трели.
Оставьте все дела на миг -
Мурлены о любви запели!
У кого есть много, тот
Еще более возьмет;
А как мало, у того
И последнее уйдет.
Если ж нету ничего,
В гроб ложись, - единый путь!
Право жить дано лишь тем,
У кого есть что-нибудь.
Свобода приелась до тошноты.
В республике конско-ослиной
Решили выбрать себе скоты
Единого властелина.
Собрался с шумом хвостатый сброд
Различного званья и масти.
Интриги и козни пущены в ход,
Кипят партийные страсти.
Здесь Старо-Ослы вершили судьбу,
В ослином комитете.
Кокарды трехцветные на лбу
Носили молодчики эти.
А кони имели жалкий вид
И тихо стояли, ни слова:
Они боялись ослиных копыт,
Но пуще - ослиного рева.
Когда же кто-то осмелился вслух
Коня предложить в кандидаты,
Прервал его криком седой Длинноух:
«Молчи, изменник проклятый!
Ни капли крови осла в тебе нет.
Какой ты осел, помилуй!
Да ты, как видно, рожден на свет
Французскою кобылой!
Иль, может, от зебры род хилый твой.
Ты весь в полосах по-зебрейски.
А впрочем, тебя выдает с головой
Твой выговор еврейский.
А если ты наш, то, прямо сказать,
Хитер ты, брат, да не слишком.
Ослиной души тебе не понять
Своим худосочным умишком.
Вот я познал, хоть с виду и прост,
Ее мистический голос.
Осел я сам, осел мой хвост,
Осел в нем каждый волос.
Я не из римлян, не славянин,
Осел я немецкий, природный.
Я предкам подобен, - они как один
Все были умны и дородны.
Умны и не тешились искони
Альковными грешками,
На мельницу бодро шагали они,
Нагруженные мешками.
Тела их в могиле, но дух не исчез,
Бессмертен ослиный дух их!
Умильно смотрят они с небес
На внуков своих длинноухих.
О славные предки в нимбе святом!
Мы следовать вам не устали
И ни на йоту с пути не сойдем,
Который вы протоптали.
Какое счастье быть сыном ослов,
Родиться в ослином сословье!
Я с каждой крыши кричать готов:
«Смотрите, осел из ослов я!»
Отец мой покойный, что всем знаком,
Осел был немецкий, упрямый.
Ослино-немецким молоком
Вскормила меня моя мама.
Осел я и сын своего отца,
Осел, а не сивый мерин!
И я заветам ослов до конца
И всей ослятине верен.
Я вам предлагаю без лишних слов
Осла посадить на престоле.
И мы создадим державу ослов,
Где будет ослам раздолье.
Мы все здесь ослы! И-а! И-а!
Довольно терзали нас кони!
Да здравствует ныне и присно - ура!
Осел на ослином троне!"
Оратор кончил. И грохнул зал,
Как гром, при последней фразе,
И каждый осел копытом стучал
В национальном экстазе.
Его увенчали дубовым венком
Под общее ликованье.
А он, безмолвно махая хвостом,
Благодарил собранье.
Гляди, гляди - не отвращай свой взгляд!
Читай любовь в моих глазах влюбленных,
Лучи в них отраженные горят,
Лучи твоих очей непобежденных.
О, говори! Твой голос - вздох мечты,
Моей души восторженное эхо.
В мой взор взглянув, себя в нем видишь ты,
Мне голос твой - ответная утеха.
Мне чудится, что любишь ты меня,
Я слышу затаенные признанья,
Ты мне близка, как ночь сиянью дня,
Как родина в последний миг изгнанья!
«…Что вы судом зовете? Неужели
Никто из вас другому, втайне, зла
Не пожелал? - Неужто вы сумели
Так сделать, чтоб вся жизнь была светла?
Когда же нет, - а это нет, наверно, -
Как можете желать убийства вы?
Негодованье ваше лицемерно,
И, ежели вы сердцем не мертвы,
Поймете вы, что истина в прощенье,
В любви, не в злобе, и не в страшном мщенье».
В тишине и предпраздничном звоне бокалов
Показался малыш, проскользнул за столом,
И нашёл среди ручек, тетрадей, пеналов
Свой укромный, уютный и взбалмошный дом.
И разгладилась шёрстка, и ярко во тьме засияла.
Ёлка скромно краснела гирляндой в углу,
А пушистое сонное чудо так сладко зевало
И к красавице-ёлке трусило смеясь по полу.
Засмущалась красотка, зелёной махнула лапой,
Обдала ароматом далёких волшебных лесов,
И повеяло сразу предпраздничной магией слабой,
Задрожали усатые стрелки старинных часов.
Под комодом зажглись огоньки и раздался шорох
И упитанный кот показал малышу вековую пыль,
Но малыш всё спешил лишь туда, где подарков ворох,
Где десятки легенд оседают в ночную быль.
Заиграли шары, от хрустальных мелодий звонких,
Кот мяукнул и вежливо юркнул опять под комод.
А малыш трепетал и дрожал в перезвонах тонких…
Он под ёлку старался в себе донести Новый год.
Где-то хлопнули двери и вдруг засмеялись дети,
Ёлка весело вторила, ярко сияла, кружась.
А малыш всё пытался запомнить мгновения эти,
И старался не кинуться в пляс, еле-еле держась.
Разбежался и прыгнул, исчез в новогодних лентах,
И появится снова в подарках, в сиянии глаз,
В поздравлениях тёплых и маленьких милых презентах,
В ярких платьях красавиц, в дыхании нежных фраз.
Заиграет в душе, и мурашки поскачут по коже…
Этот милый малыш Вам в улыбку растянет рот!
Пусть и в Вашей квартире появится кроха тоже
В своих трепетных лапках неся Новый год!
Хочу - дожить, когда в глуши лесной
Рябинушки да вековые клёны,
Те что сгибались до земли в поклонах,
Начнут глумиться смело над сосной.
Дожить, когда, отважны и честны,
Зашелестят листвой хамелеоны
И, мигом поменяв расцветку кроны,
Мазурку спляшут на дровах сосны.
С пластичностью, присущей холуям,
Они восславят нового кумира,
Правителя растительного мира,
И только лишь тогда, пожалуй, я
Забуду всё, что было в горьком сне:
Расцвет дубов, безводье, дым пожарищ;
И пусть она мне вовсе не товарищ,
Я помолюсь о рухнувшей сосне…
Я рос в СССР!
Вернемся, лет на триста, в старину,
Ни капли не сгущая в строках красок,
Там… витязь на руках носил жену -
Лебедушку из добрых русских сказок!
Увы, сейчас у нас наоборот!
Мутирует Великая Держава…
Мужеподобная красавица ведет
Парнишку грациознее чем пава!
Покручивая женственность сосков
Впадают наши «Муромцы» в кручину,
Как видно, эпиляцию мозгов
Врачи ввели при резке пуповины.
Мельчает нерушимая страна,
Защитники бегут от срочной службы
Но если, не дай боже, вдруг война,
О крахе фантазировать не нужно!
Держитесь сколько можно старики!
Вы в бой ходили! Вы и ваша доблесть!
Ну что? По пятьдесят… на ход ноги
И вытащим из грязи нашу совесть?
Целую, взяв в ладони, алый флаг!
Вопрос иссяк, получены ответы…
И пусть сейчас какой нибудь чудак
Попробует чернить страну Советов!
эпилог
Для многих эти строки не в пример,
Менять свой быт не веская причина,
А я горжусь, что рос в СССР
И вырос и состарился мужчиной!
ПРЕДНОВОГОДНЕЕ ИЗ ПИТЕРА… #848 050
*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***
2018
С Новым Годом!!! - Выборным…, «трескучим»,
(кандидаты не дадут скучать…),
каждому желаю быть везучим,
свою «Птицу Счастья» не проспать…
Ну, а Родине желаний нету лучше -
неба мирного я пожелать хочу…,
чтоб Россия наша стала «круче»,
чтоб задуманное стало по плечу…
-----------------
Маргарита Стернина (ritass)
Когда мантры поют о покое чужом,
То глас доброты звучит.
Ты увидишь не раз в этом мире земном,
Как свет в человеке горит.
А однажды сама его сможешь зажечь
Огнем бесконечной любви.
Во время прекрасных и радостных встреч,
Ты имя мое призови.
И будь готова: к тебе я приду,
Ты услышишь мой мудрый зов.
Отведу от тебя любую беду,
С помощью знаков и снов.
Не ищи меня в церкви, на природе, в горах.
Я рядом иду, посмотри.
Ты давно не нуждаешься в мудрецах,
Ведь мудрец у тебя внутри.
падают мущщины
страстью трепеща
я духи купила
с запахом борща
Я очарована тобой.
Твоим характером несносным,
Ветрами, что наперебой
Поют во тьме многоголосной.
Меня пленили твой туман
Всепоглощающий и мутный,
И горделиво хладный стан,
Дорогу сделавший беспутной.
Очаровали уж давно
Метель белёсая в печали,
За тонким кружевом окно,
Под белым покрывалом дали…
Я зачарована, Зима.
Противиться не в силах боле…
Ты победила. Ворожба
Склонила всех к морозной доле.
одежду старую с планеты
срывает бойкий новый год
и вот уже скользя спадает
последний пояс часовой
Она любила мужа, а за что,
Никто не мог понять: «Что в нём такого?..»
В ответ не объясняла ничего,
А только молча улыбалась снова.
«Эх, глупые… «С лица воды не пить…»
/Урок ей с детства бубушкин усвоен/.
В нём доброты душевной не избыть,
За это муж любви моей достоин.
Не дом - дворец! - построил. И какой!
/Все золотые руки мужа знают!/
А если уж обнимет той рукой -
Как в юности сердечко замирает!.."
В согласье жизнь проходит. Седина
Уже давно виски посеребрила.
И внуков полон дом, только она
Всё также называет мужа «милый».
Теперь уже никто не задаёт
О красоте вопросов глупых Насте.
Все знают, что под крышею живёт
В том доме не придуманное счастье!