Пусть Крещенские морозы
заморозят ваши слёзы…
Пусть на целый год вперёд
счастье дом ваш обретёт!
Ты не хотела уходить
А я держать тебя не в праве
И видно этой нашей драме
Так выпало по жизни быть.
Не суждено, но что поделать?
Два раза в реку не войти
И нет обратного пути
Как нам бы этого хотелось.
Я не хочу упасть на взлёте
Ведя с судьбой неравный бой
И буду рядышком с тобой
Конечно, если ты не против.
С точки зрения кофейных зёрен,
Смысл таков: «эспрессо» - это жизнь.
Он бодрит, хоть и бывает горек,
Но ты послевкусия дождись.
Выпив чашку, повторить захочешь…
Кофе - да, а жизнь - не повторишь…
Если и попросишь, очень-очень, -
Ход времён назад не возвратишь.
Знать хотите про «американо»?
Как и «лунго», это - клон «эспрессо»,
Но слабее… и совсем не странно,
Что «эспрессо» - лидер, тут всё честно.
«Капучино» - это, как влюблённость:
Терпко, потом - сладко и легко…
Та же жизнь, но в новой, яркой форме…
Можно выпить пенку… - вот и всё.
Только люди так не поступают,
Выпивают «капучино» весь:
Дело в сочетании… - желают
Полностью познать всё то, что есть.
А «латте» - мечты… - разбавь «эспрессо»
Молоком надежд… Как в «капучино», пенка;
Слишком «лайт»… - пожалуй, даже пресно:
Нет корицы, терпкости момента.
«Мокко» - это кофе с шоколадом,
Это - меланхолии тягучесть,
С молоком… и послевкусьем сладким, -
То, чего в «эспрессо» не получишь.
Сладость ты почувствуешь не сразу,
Как само желанье - выпить «мокко»…
Лишь потом её отметит разум:
Эту сладость… как бы ненароком.
«Айриш» - это кофе по-ирландски:
Это - страсть, с горящим вкусом виски, -
Ложка, но пьянеешь, как ни странно…
Как и в страсти, - вкус свой, ну и риски.
Кстати, факт ещё есть интересный,
Может быть, его и не узнаешь:
То, что хуже скверного «эспрессо»
Может быть лишь только скверный «айриш».
А «ристретто» - это вроде смерти:
Залпом пьют - одним глотком - и точка.
Так считают… - верьте иль не верьте:
Выпил, расплатился, вышел молча.
А любовь?.. - Какую вам - земную?
Этот кофе варят утром дома.
Тут же мелют и, причём, вручную,
С щепотью корицы, кардамона.
И быть рядом надо - настороже:
Поднялась чтоб пеночка - три раза,
А потом воды холодной ложку
Вылить в джезву - гуща «сядет» сразу.
Подождали… кофе наливаем
В самую любимейшую чашку;
Пьём… глоточком каждым наслаждаясь,
Словно каждым днём из жизни вашей…
Можно пить с бисквитом и с печеньем,
С шоколадом или с поцелуем…
Каждый день… и много - в воскресенье, -
Раз уж о любви мы тут толкуем.
И о лжи… И в кофе есть она:
Вроде, всё во благо, - как обычно.
Назван он «декаф»… - и все слова
Кончились, чтобы сказать прилично.
Ложь - всегда лишь ложь, как ни крути,
Как ни упакуй, ни рекламируй…
Кофеина в кофе - не найти,
Как и вкуса, даже для блезиру…
Холодно… и чувства остывают
И уходят вовсе… насовсем.
Кстати, с кофе тоже так бывает…
Время вам попробовать «гляссе».
Кофе и мороженое - странно…
Ну, а мне по нраву этот вкус:
Будто освежилась у фонтана
В жаркий полдень - вмиг исчезла грусть.
С точки зрения кофейных зёрен,
Жизнь сродни каким-то видам кофе…
Очень может быть… и я не спорю:
Ведь у зёрен есть и фас, и профиль.)
В принципе, теория занятна:
Есть зерно, а криминала нету.
Что за кофе пьёте вы на завтрак?
С нами не поделитесь секретом?)
Стала свидетелем случайным -
как любо-дорого смотреть!
В детский садик собирает
внучку старшенькую дед!
Над кроватью наклонилась
свата седая голова,
как же классно! Ой, как мило! -
шепчет нежные слова.
Поползли ему на шею
маленькие ручки -
крепко деда обнимает
и спросонья внучка!
На руках! На горшок?!
Это - что-то!
Помогает надевать
Настеньке колготы!
Платье и комбинезон,
шапку… - все без стресса!
Это ж надо - как влюблен
дед в свою принцессу!
На машине в детский сад
и обратно…
Любо-дорого смотреть!
И так приятно!
Простите. Разочаровала…
Да. Просто душ, а не купель.
Сбегали струи… С покрывалом
легла в холодную постель…
Мне было холодно, реально.
И не помог огонь в камине…
Как оказалось - все банально.
Энтузиазма нет в помине…
А там, на Ташебе на речке
темнеет в проруби вода,
трещат дрова в горячей печке…
Я не забуду никогда,
как босиком по снегу в воду
в мороз трескучий с головой,
как руки, взор свой к небосводу,
как звезды прям над головой…
Женька, Серега и Виталий,
Надежда, Анна… все друзья,
как отрывались! Как мечтали!
Туда во снах летаю я.
Где был чаек из трав с вареньем,
где ЗОЖ, где смех нам был не чужд,
где дружба наша с благоговеньем
и где открылось родство душ…
Я плачу… Вот такое прекращение
купаний в проруби в Крещение…
Лентяйкой вновь себя ругаю
и… вновь о проруби мечтаю!
Мечтать не вредно! Нырять полезно -
смыть все грехи с себя и все болезни!
С Крещением! - летит благая весть
пока …разочарованные есть!
За возврат в свой привычный уклад.
Вот за что не люблю январи.
А ещё две недели назад
Волшебство обитало внутри.
А ещё две недели назад
Был реален и сам дедмороз.
И не голый парк, а зимний сад
Среди этого города рос.
Мы на год становились седей.
В самый раз бы уйти в забытьё!
Но не хмурились лица людей,
И не хмурилось даже моё.
И простуда, вскочив на губе,
Не мешала светиться глазам.
Все в тебе, человек, все в тебе!
Все волшебное - это ты сам!
Мечтаю о мире во всем мире,
Но важно начинать всегда с себя.
Уют, тепло, наличие кота в квартире,
Детишки бегают и вместе ты и я.
Спешишь скорей домой всегда,
Ведь знаешь, что там любят,
Обнимут и не обидят никогда.
Поймут и о тебе не позабудут.
Вот так и пробегут наши года.
В Храме, там, где неярко лампадки
Перед ликом иконы горят,
Я творю молитву украдкой,
Наказать прошу, кто виноват.
Перестройка, развал Союза,
И заводы пустые стоят,
Сократили с работы мужа,
Как и многих таких же ребят.
Он искал, подряжался шабашить,
Но все меньше и меньше спрос…
Разменять не успел сороковник,
Как к себе Всевышний унес.
Я одна осталась с ребенком,
Что мне делать не знала, как жить?
И ревела ночами негромко,
Чтобы сына не разбудить.
Торговала, как все, в палатке,
Торговала и ночью и днем,
И носила пальто с заплаткой,
Говорил сын: «Не плачь, проживем».
А он рос, и все больше нужно
Было разных вещей покупать,
Понимал он, что мне одной трудно
И наркотики стал продавать.
Что поделать, конечно, попался,
И на зону ушел на пять лет.
Не вернулся, там и остался,
И теперь там же, где и отец.
Никого нет, ни мужа, ни сына,
А вот те, кто виновны, живут.
Все богатыми стали и ныне
На нас просто открыто плюют.
Не управы на них и ни кары,
Отдыхают за рубежом.
Не для них, видно, тюрьмы и нары,
Все за деньги купили кругом.
За версту к ним не подобраться,
Чтобы просто в глаза посмотреть,
И над прошлым они глумятся,
Пусть потом им в аду гореть.
Но ведь это потом, а сегодня
У меня нет почти ничего,
Лишь на кладбище, каркая громко,
Веселится опять воронье.
Прихожу туда часто к обоим,
Разговариваю обо всем,
Рядом с ними сама упокоюсь,
Под обычным простым крестом.
Богородица, чистая Дева,
Ты прости за молитву мою,
Просто больше не терпят нервы,
Может, встретимся все мы в Раю.
Все люди разные:
праздные, грязные,
своеобразные
и несуразные.
Играй, гармонь! Пусть слушает Россия!
Пусть замирает сердце каждый раз от чар!
Пой! Радуй нас! Играй, Анастасия!
И снова душу выверни, Захар!
Я!
Я вчера напился как скотина.
Да!
Да на то была своя причина.
Я Эсмиральду видел с Колькой за рекой.
Рука рванулась к рюмке, и пошёл в запой.
Ушёл в запой, чтобы не думать ни о чём.
Чтоб не терзали душу мысли о былом.
Лом!
Чтоб навсегда забыть про ужин и обед,
Про кофе в койку и про утренний минет.
Она с Коляном полуголая была.
Я б душу дьяволу продал, чтоб не дала!
Без Вас, мой свет, вокруг темно и душно,
И скучно и тоскливо всякий раз.
И даже сердце менее послушно,
Когда Вас нет и если вижу Вас.
Без Вас, мой свет, глаза мои закрыты,
Зачем смотреть на мир, он сер и глух.
Без Вас стихи любовные забыты,
А без стихов почти исчерпан дух.
Без Вас, мой свет, закрыты к счастью двери,
Без Вас, мой свет, потеряны ключи.
И множатся и множатся потери,
Как воск огнем оплавленной свечи.
Без Вас, мой свет, не радуют победы,
Без Вас я в бой пойду и не вернусь.
Без Вас, мой свет, я даже не изведал
Мед Ваших губ, какой же он на вкус.
Не знаю я, что в этой жизни нужно,
Но сердцем понимаю всякий раз,
Без Вас, мой свет, вокруг темно и душно,
И скучно и тоскливо мне без Вас.
Я думал что это игра, я думал - чего мне бояться,
Родился на свет не вчера, давно перестал удивляться…
Но видно наивность любви впиталась в меня с малолетства,
И разум, как в юные дни, пасует пред прихотью сердца.
…
И к счастью сердце рвется, правде вопреки…
А разум видит все и говорит: «Беги, беги, беги !»
…
ТонУ и нет спасенья мне, нет даже и надежды зыбкой,
Но чтобы не расстроить Вас, я закую лицо свое в улыбку.
…
Горит огня моей любви бушующее пламя,
Но ей не растопить твой лёд души и сердца камень.
Тебе признаться в своих чувствах я хотел не раз.
Но гордость не желает выслушать отказ.
…
Извечно гордость и любовь ведут упрямо спор.
Любовь к признанию зовёт, а гордость говорит: «Не смей!» - любви наперекор.
Родился рыбою, но не ищу где глубже
- Наверно потому не преуспел на службе.
И не хватает мне воды на суше,
А по воде вилять хвостом, чтоб плыть - противно и коробит душу.
…
Жизнь - ты моя рыбка золотая,
Загадать тебе желанья не могу.
От себя в стихах я уплываю,
А очнусь - опять в сетях на берегу.
…
Нам жизнь одна судьбой дана.
Любви большой в ней может не случиться.
Но у поэта есть волшебных грёз страна,
В которой может он забыться.
…
Пусть стар и некрасив поэт - в сединах и морщинах,
Но быть разочарованным в любви ему однако нет причины.
Он проводник высоких чувств, он служит Аполлону и Венере,
Поэзия его к сердцам обращена, их окрыляя на своем примере.
…
Неправда, что поэзия любви есть бисера пред свиньями метание,
Что вызывает у не многих в наши дни она сочувствие и сострадание.
Назло ханжам и циникам я воспою Любовь высокую в обличьях платонических и плотских,
А свиньи свиньями останутся всегда в своих поступках скотских.
…и он говорит мне: «Ты в текстах такая разная:
то миссис Уныние, то неземной огонь».
«Стихи, - отвечаю, - это всегда фантазия.
Несбывшихся чувств очаг, мой способ осилить боль».
А он улыбается: нет, мол… «Они всегда о тебе!
Ведь автор всегда незримо идёт меж строк».
Конечно, иду… Но только в моей обычной судьбе
всё проще и тише. И у всего свой срок.
А он вздыхает: «Как жаль, что не пишешь ты обо мне.
Мне было бы так любопытно себя узнать
в какой-нибудь из твоих историй, как бы во сне,
как будто другую жизнь я мог проживать».
И я улыбнусь… Ах, друже… Вслух этого не скажу,
не надо в твоей судьбе устраивать цирк.
Но ты между строчек вьёшься везде, подобно ужу…
Когда на шепот перехожу и когда на крик…
Фантазия? Да… Ведь жизнь-то такая разная:
тебя и меня разводит и прячет след.
Вот только стихов от этой моей фантазии
мне хватит на тысячу долгих и тихих лет.