Рифм сочинил на пять томов.
С познанием взирая, строго
На пик полуденный трудов
Теперешний, встречаю много
Исполненного из того
О чём я грезил в час рассветный.
Желать несносно только то,
Что есть доступность. Исполненье
Задуманного как предел
Высокий, по твоей оценке,
Лишь распаляет, ставит цель
Душе сто крат амбициозней!
Быть с кем-то, теряя надежды в неволе,
И думать, что всё происходит, как надо
В судьбе (предначертанной свыше…), и роли,
(себя уговаривать - это награда),
Играть лицемерно, привычно, невзрачно,
Устав от апатии непрерывной,
И жить вне себя, задыхаясь от мрака,
Теряя мгновения жизни невинно,
Забыв, что когда-то ты был настоящим…
Вздыхать, и опять повторять себе: Надо!
Страшась, что дорога вдруг станет неровной,
И гримировать пустоту снова взгляда
Цветною палитрой художника словно.
А время считает пустые мгновенья,
И катится ком уже под гору быстро,
Но вновь не даёшь разроститься сомненьям,
Что это не ты, а лишь действо артиста.
Не хочешь… Уже жить не сможешь иначе…
Кресты… разбойники… кресты…
Всё как на сцене пред толпою…
Но где овации, цветы,
Где восхищение игрою?
Кресты… разбойники… кресты…
Кто автор этой странной пьесы?
Взаправду ль жалятся шипы?
Постойте, кто-то рвёт завесу,
Но для чего, ведь был финал,
И Тот, Кто в краске спелой вишни,
Уже и смерть Свою сыграл,
И мы почти из зала вышли…
Ах, да,-актёрский ритуал, -
На сцену выбегать под крики…
Но почему актёр упал,
На остриё воззрившись пики?!
Кресты… разбойники…кресты…
Здесь время замерло на веки…
Несут, несут, несут цветы
В печали горькой человеки.
-А мы не знали, - говорят,
-А мы не верили, - бормочут,
И просят счастья все подряд,
Несчастия никто не хочет.
Кресты… разбойники… кресты…
«Это вам за пацанов!»
Эти русские…
Им плевать, какой ценой
в славы рукопись
впишет Родина «ГЕРОЙ» -
было б сделано!
… Бить приходится порой,
если демоны…
Бить из Птицы Голубой
да по чёрному,
бить металлом и… собой.
Обреченные? -
да, на ген богатыря
с перегрузками…
Полубоги? - это зря,
просто русские.
Им в пути не заблукать
к небу близкому:
тесно дружат облака
с обелисками.
Здесь основой всех основ,
чести символом -
«Это вам за пацанов!» -
негасимое.
Мы спорили
О смысле красоты.
И он сказал с наивностью младенца:
-Я за искусство левое. А ты?
-За левое…
Но не левее сердца.
Еще недавно нам вдвоем
Так хорошо и складно пелось.
Но вот гляжу в глаза твои
И думаю:
Куда все делось?
Но память прошлое хранит,
Душа моя к тебе стремится…
Так, вздрогнув,
Все еще летит
Убитая в полете птица.
Не завидуй тому, кто сильней и богат.
3а рассветом всегда наступает закат.
С этой жизнью короткою, равною вздоху,
Обращайся, как с данной тебе напрокат.
Читая, про себя, стихи,
Простите мне мое бахвальство,
Порою я собой горжусь:
Мои стихи - моё лекарство…
Порой себя не узнаю,
И поражаюсь - гениально!
Но эта гордость за талант,
Что исчезает моментально,
Лишь только Пушкина строка
На ум приходит мне невольно,
Гордыню прочь свою гоню:
«Полюбовалась - и довольно…»
И, всё же в горечи и муках,
Когда печально на душе,
Ищу в стихах своих защиту
На, жизни, трудном, вираже…
Бывают в жизни добрые друзья,
на них всегда приятно положиться.
Когда кружит тернистая стезя,
поймут, простят участливые лица.
Влачится шлейф ошибок и потерь,
сочится кровь с ободранных коленей…
Звучит поддержка голосом друзей -
глоток воды в минуты потрясений.
Как солнце, греют искренним теплом,
как будто дети, радуются встрече.
В душе опять становится легко:
целебным словом горести излечат.
Всегда стабильны верные друзья,
хоть этот мир суров, непредсказуем.
Они придут на помощь не коря…
Взаимным чувствам радоваться будем!
Друг другу пыл, внимание даря,
сердечной чистой дружбой… не торгуем.
В лиловом платье майская заря
встречает день воздушным поцелуем.
Что ты знаешь обо мне - непокорной?
Говоришь, что характерец вздорный,
Что как ёжик в колючих иголках,
На меня время тратить - без толка.
Что душа моя - черная птица,
В клетке кованной долго томится.
Что до сердца, как до Луны…
А такие тебе не нужны…
Не прошу я прощенья, не каюсь
В том, что нравиться всем не пытаюсь,
И к моей душе ключик есть где-то,
Кем-то будет она отогрета.
Кто-то будет внимателен, нежен,
Доброта его будет безбрежна.
Чтоб растаять мне много не надо -
Чтоб мужик настоящий был рядом.
Без понтов, обещаний и лести,
Чтобы в горе и в радости вместе,
Чтоб рассветы встречали с улыбкой…
Мужиков нет - вот в чем закавыка!
Я любовь, как цветок расцелую
И в ладонях тебе принесу,
Собирая всю нежность земную,
Пенье трав и жемчужин росу.
Я пройдусь по тропиночкам сада,
Где в мечтаньях бродила вчера
И раскрашу сиянием радуг
Облака, что грустили с утра.
Я для счастья все двери открою.
Пусть свободною птахой влетит
И любуясь вишневой зарею,
Проложу в поднебесье Пути.
Там, за сине-лазоревой далью,
Я любви нашей выстрою Храм.
И укрывшись из грёзы вуалью,
Звезд мерцание брошу к ногам.
Заалеет заря золотая
У вершин изумрудных холмов
И от ласки сердечко растает,
Искупавшись в объятьях ветров.
Где голубка и голубь воркуют,
Дождь березоньке треплет косу,
Я любовь, как цветок расцелую
И в ладонях тебе принесу.
Copyright: Ирина Стефашина, 2018
Свидетельство о публикации 118020707303
…Я потихоньку прозреваю -
Нрав не простой твой узнаЮ…
А, вот когда совсем узнАю,
Быть может даже полюблю…
(ЮрийВУ)
А чем богат счастливый человек?
Ты что ни назови - все будет мимо.
У счастья абсолютно чистый чек.
Оно живет внутри необъяснимо.
Какая ни случилась бы беда,
Как жизнь ни напрягала бы сюжетом.
Счастливый - это раз и навсегда.
Он будет счастлив и при всём при этом.
Ты топчешь с ним одну земную твердь.
Но он всегда идёт под белым флагом.
Счастливый примет все, и даже смерть,
Как жизнь, как часть её, а значит - благо.
Для всех вокруг он - тот же идиот.
Такой другой и в целом, и отчасти.
Счастливый если лоб и разобьёт,
Подумает, наверное - на счастье.
Все фразы, ненаписанные мною,
Во сне моём вдруг странно собрались.
Прочесть их не могу - глаза откроешь -
Все исчезают, словно рухнув вниз.
И яркие какие-то словечки
Мелькают между ними там и сям,
Как огоньки кем-то зажжённых свечек,
Что гасит этот кто-то по утрам.
Со смутной просыпаешься досадой -
Не выпала судьба их прочитать!
Слова и фразы те, что очень надо,
Смертельно надо было записать…
Перетряхнув слов свой запас напрасно
(а он не мал, могу это признать),
Я их ищу, ищу, желая страстно
Те, что мне снились ночью, отыскать.
Мне Ваша лирика и нежность, как бальзам -
Мелодия дождя и вой метели.
Как ветер, что уносит в небеса,
Как чашка кофе по утрам в постели.
Как поцелуй, застывший на щеке,
Как мною ненаписанные фразы.
Осколки снов, что я зажал в руке,
Но выпустить, увы, не смог ни разу.