Не важно, как всё дальше будет.
Не жалко мне пролитых слёз.
Здесь нет виноватых и судей…
Так вышло, что нет больше грёз.
Пусть в сердце есть толика боли,
Пусть плачет, порою, оно.
Любить. Пульс держать на контроле.
В безмолвьи дрожать, закрывая окно.
Когда-нибудь, когда погаснут свечи
И алый парус на фрегате догниёт,
Отставим в сторону стаканы с водкой,
Мечи от ржавчины, случайно, отряхнём.
Откроем окна и расправим плечи,
Услышим бодрый звон колоколов.
Узреем - как же выросли все дети,
И женщину желанную найдём…
Пусть ненадёжный, пусть зыбкий, и шаткий-
Этот минутный покой.
Я по старинной блестящей брусчатке
Тихо иду. Выходной.
Раннее утро… в небе бездонном
Дым облаков в вышине,
Вихрем проносится ветер бездомный,
Что-то послышалось мне…
Может быть, это- как будто похоже?-
Шорох моих башмаков?..
Нет, я не слышу, а чувствую кожей
Отзвуки чьих-то шагов,
Я не ошиблась. В городе тихо,
Хочет накрапывать дождь,
Кто-то невидимый, знаю, что ты!-
Рядом со мною идёшь!
Видимо, вспомнил меня ненароком,
Утром икалось не зря,
И осторожно, только намёком
Я вспоминаю тебя.
Буду идти как ни в чём не бывало,
Не повернув головы,
Мы приближаемся к книжным развалам-
Видел когда-нибудь ты?
Сколько тут книг безнадежно стареют,
Грустною кучей лежат,
Видишь, вон там, под журналом белеет
Нами любимый Ремарк?
Пушкин, Булгаков, Флобер, Вересаев,
Лев Николаич Толстой…
Мимо народ второпях пробегает.
Слышишь, кричу я: - Постой!
Милую книгу, славную книгу
Я б подарила тебе,
В ней говорится: прав, кто не будет
Слепо покорен судьбе!
Помнишь, как в страхе страдал и боролся
С грозными силами он,
И превозмог он судьбу, и вернулся-
Славный герой- Робинзон…
Дождиком тёплым вовсю поливает,
Мелких дождинок не счесть,
Столько чудесного в книгах бывает,
Вот бы их все перечесть!
Дождь все сильнее, волосы липнут,
Хвост, как мочалка, намок,
Дурою-дура застыла, увидев
Книжный дурацкий лоток…
Вчера увидела в маршрутке…
Как папа сына поучал.
Когда к тебе полезут драться,
Сожми кулак и отвечай.
Не позволяй, чтоб тебя били.
Сам никого не унижай…
За друга, нужно заступиться.
И тех кто младше защищай…
Ведь обижают чаще трусы,
Пугая слабого толпой.
Будь человеком - это важно…
Пусть даже ты и не герой.
Татьяна НИК
Пылища и кровь. Да гудит мошкара
Над трупами в поле. Зловонье… Жара…
«Война», говоришь? Что такое война?
«Война»… Отчего существует она?
В глазах моих - осень. В душе моей - лето.
Хочу овладеть. И дарить, без ответа…
Ты скажешь: «Любовь». Без границы, без дна.
«Любовь»… Почему существует она?
Встаёт туман
На пашнях стылых,
Как кипарисы
На могилах.
И колокольня -
Во мгле, как небыль -
Проводит грань
Земли и неба.
Что ж ты уходишь?
Вернись, останься.
Отступит холод,
Снега растают.
И счастье, словно
С другого света,
Вернётся с тёплым
Дыханьем лета.
И даже солнце
Во мгле вечерней
Казалось, сгинет
Навеки в черни.
Закатом стала
К ночИ зарница
И черепами
Казались лица.
Что ж ты уходишь?
Останься, слышишь?
Снега погибнут -
Весна задышит.
Любовь губами
Тебя коснётся,
Когда, согревшись,
Сирень проснётся.
Земля, укрывшись
Тяжёлым снегом,
Забылась снами -
Лишь тишь и нега.
Зима излечит
Изнеможденье,
Что давит землю
С её рожденья.
Так что ж ты медлишь?
Зачем остался?
Другие зимы
Опять настанут,
И снова поле
Бело, как простынь,
И снежный саван
Укрыл погосты.
…РЯДОМ И ДАЛЕКО…
…Когда ты рядом - знать не знаю,
А, если далеко - скучаю…
Ты рядом, будто невидимка,
А, где-то далеко - ЛЮБИМКА!..
(ЮрийВУ)
Разбуженный февраль бродил по тротуарам,
Рассеивал по крышам последнее тепло.
Завязаны в шарфы, закутаны туманом,
Прохожие бежали простуженно и зло.
Бежали по делам, натягивая шапку.
Лепили на лицо угрюмый серый грим
И только двое шли легко и нараспашку.
А рядом шел февраль и улыбался им,
Раскладывал пасьянс на белом покрывале.
О том, что не сбылось и сбудется не раз,
А эти двое шли и знали. и не знали,
Что важно лишь «Теперь», что важно лишь «Сейчас».
Кружился снегопад кудряво-белоснежно,
Любуясь свысока уснувшим городком.
А эти двое шли уверенно и нежно,
Спешил тяжелый след за хрупким сапожком.
И шли они смеясь, не ведая разлуки,
Туда, где заждалось уютное окно.
Звенели в темноте таинственные звуки,
А эти двое шли и было им светло.
А рядом шел февраль и целовал им руки…
Торопитесь туда, где вас ждут,
И бегите оттуда, где терпят!..
Каждый взгляд там, средь первых, поймут:
Там вас любят и ценят, вам верят.
Не стесняйтесь сказать все слова,
Что ещё в суете не сказали:
Жизнь бывает порой коротка…
Может статься, что вы опоздали…
Торопитесь теплом одарить
Самых близких и самых любимых…
Не мешайте душе говорить,
Потому что - «не хлебом единым…»
Не жалейте часов и минут
Для любви - отворите ей сердце!
Торопитесь туда, где вас ждут,
И бегите оттуда, где терпят!
разлетается время позвучно, пофразово,
возле сердца оставив свои якоря.
всё, что было, когда-то, мной недосказано,
ты услышишь в метелях и шуме дождя.
ты же знаешь, что время не молит, не лечит,
но так хочется вдруг обернуться назад…
всем влюблённым приснятся их скорые встречи,
всем счастливым приснятся любимых глаза.
и когда позовёт тебя снова дорога,
раствориться в секундах своих не спеши…
помни, все мы давно - почтальоны от Бога,
письма времени носим в конвертах души…
зима - проникновение…
метели ранние, звонкие, нежные,
листву недавнюю превращают в бежевое.
ещё не уставшие от морозного
бремени.
зима - как откровение…
по белому легче пишутся знаки.
ценнее становится солнце. его по каплям
прячу в карманы. точечно на раны, как
исцеление…
зима - как вдохновение…
молчание в рифму, прозрачность секретов,
подаришь мне крылья небесного цвета.
моя сердечная достаточность - твои
прикосновения…
как мироощущение - зима…
от праздного к безмолвному забвению,
от беглых вторников к прощённым воскресениям.
по венам наших дней переплетения…
твоя зима -
мои стихотворения…
Бродячим псом кусает руки дождь,
Бессонница терзает постоянством…
И злая ночь устроила скулёж,
Тьмой заполняя скудное пространство.
И каждый нерв горит, как медный ноль,
Отсчёт давно загнал меня под плинтус.
Над слабым телом вьётся сука-боль,
Там, где был плюс, теперь холодный минус.
Враги смеются… прячут взгляд друзья,
Боясь испить всё то, что сердце гложет.
Я понимаю дальше так нельзя,
Но только мне никто и не поможет.
И над холмами, где стоят кресты,
Душа, раскинув крылья, в небо взмылась,
Исчезло всё, дороги и мосты,
А, жил ли я, а может просто снилось?
Соткан из боли и пустоты,
колкости, ревности и суеты,
темных дождей и туманов густых,
мир-это клеток мильард золотых,
соткан из псов и дворовых бомжей,
глоток голодных и гаражей,
приютов и тюрем,
котлет не из мяса,
облапан, обкурен
пред образом Спаса,
из грязных дорог и равнин
с деревнями,
и из городов,
что плюются домами,
машин и оврагов,
из глаз материнских,
но жить дальше надо.
И жить не по-свински.
Ольга Тиманова
Увяз в тумане спящий город,
Накрывшись топкой тишиной.
Шумливым днём ещё не вспорот
Его разбивчивый покой.
Ещё маячат жёлтым паром
Глаза уставших фонарей,
По обезлюженным бульварам
Гоняя призраки теней.
В переплетеньи мокрых улиц
Рассвета затерялся след.
В туманном плюше разминулись
Покой и суета сует.
Последний шанс зыбучей власти
Безбожно тает на глазах.
Столбы цепляют рваный хлястик,
Ползущий в небыть впопыхах…
Copyright: Алёна Аделанте, 2014
Свидетельство о публикации 114070802370
Степью выжженной…
Дыма горечью…
Не твоей женой…
С божьей помощью…
Кувырком впотьмах…
По стеклу босой…
Каждый крыльев взмах
Чёрной полосой…
Может, год такой.
Или рок завис.
Неприкаянной…
Только вниз и вниз…
Copyright: Алёна Аделанте, 2013
Свидетельство о публикации 113083108343