Налетался сегодня. Устал. Беда с этими людьми.
Вот ведь земные созданья! Не знают чего хотят.
А ты тут сиди, проектируй чужие мечты и сны.
А не сможешь - дисквалификация и прямая дорога в ад.
А они то тарелки бьют, решая, кто все-таки прав,
То депрессия у них и пьяными лезут за руль.
Вот и мечусь между ними, успокаивая дикий нрав.
А самому б подлечить нервишки на озере Иссык-куль.
Нет, они неплохие. Смеются, ревут невпопад.
И поспорить могу, что их портит квартирный вопрос.
Просто сложно с ними. Живут, уткнувшись в айпад,
А то, что неважно, принимают уж слишком всерьез.
Налетался сегодня. Мне бы душ, коньяк, сериал
И девчонке пропуск забронировал в райский сад.
Только… Дзынь! Бьют посуду. А значит пора лететь.
А иначе дисквалификация. И прямая дорога в ад.
Мне время бы остановить
И быть с тобою рядом вечно.
Без дружбы нашей мне не жить,
Горит огонь любви сердечной.
В тебе есть то, что я искал
И ничего, что сердцу чуждо.
Я не случайно повстречал
Тебя тогда дорогой людной.
Я верю в то, что все пути
У судеб наших не случайны.
Всегда мечтал тебя найти,
В тебе я вижу мир бескрайний.
Я от тебя не устаю
И вечность вовсе не пугает,
Но с каждым днём сильней люблю.
И Небо видит, Небо знает.
Тарас Тимошенко
Нам телевизор миражи
Рисует, не жалея краски,
Старается «От всей души»,
На выходе - «В гостях у сказки».
Счастье - это не просто слово,
Это свет у тебя внутри,
Словно вечер в тонах тигровых
Зажигает в душе фонари.
Счастье - это ладонь в ладони,
Синий омут и нежность глаз.
Счастье - это любовь без боли,
Это радость не на показ.
Счастье - это летать без цели
И смотреть, как цветет весна.
Тот, кто счастлив на самом деле,
Никому не желает зла.
Мы звезды с неба не хватаем
Не от наличия проблем,
А просто потому, что знаем:
Иначе - звезд не хватит всем.
* * *
Февральской изморозью и снегами,
А может быть, погашенной свечой
Обида растворится вслед за облаками,
Что обратятся птицею ночной.
Но тень от крыльев этой странной птицы
Ты будешь видеть на моём лице.
И знаю, что она тебе не раз приснится
Когда-нибудь совсем уже в конце.
Не крадите мои сны.
Дайте хоть немного счастья.
Я хочу от вас от всех,
Хоть немного отвязаться
Хоть немного полетать,
Я хочу в земных просторах.
В небесах хочу гулять.
В облаках бежать с задором.
Я вернусь к вам через ночь
К хмурым и унылым людям
Не желающим летать,
Укорять лишь только взором,
вы способны, вот и всё,
что вы можете с задором.
Не крадите наши сны.
Выйдут вам они запором.
Человечество - самый древний котел:
Бедность избранных, сцена партера,
Первый жар увертюры, где ноты и духа и тлена
Вызывают смятение в публике выживших душ.
Где в смешении всех языков наступленье октав.
Бог проходит по клавишам
Дирижируя: громче ли, тише…
И достаточно искры, чтоб отправился к праотцам
Весь театр теней, «англетер», философия тризны.
Здравствуй, Пале - Рояль, сгущение света и мрака.
В клавесине Мольера рожден эпизод,
К каждой ноте пристегнут кортеж
Словно реквием… черно - белая дата -
(Снова мертворожденный…)…
Извлекай свои ноты, золотой Бутафор!
Инквизитор литавров повторяет символику круга…
Первый жар многоточий и комедией выплакан лист…
Здравствуй, звукоубежище… Репетируем первую букву…
Да святится молчание самых древних на свете Кулис.
* «Кабала святош» - пьеса в четырёх действиях М. А. Булгакова,
написанная в 1929 году. Ставилась также под названием «Мольер».
Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117090205760
Не забудь Его позвать к именинам…
Именинам, где празднуют вечность.
Он смотрел нам всем в глаза на равнинах,
Он с креста смотрел совсем безоружным.
Он когда-то сочинил твои строки,
И мои, и их унес к Воскресенью…
Пересказывая Отцу наши души
Где-то там, за пределом забвенья.
Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117082805851
В эти ясные дни, ты - почти что библейский плотник,
Мастерящий лампу в Гефсиманском саду.
В том саду, где под этой же лампой «больных животных»,
Будет мучить ненависть ближе к утру.
Я иду. Мои гости уже на подходе.
И в театре теней происходит, как прежде, игра…
Я все слышу. Я их знаю, я смотрю им в глаза на входе…
Тихо падает лампа, ими сбитая со стола.
Вечность тихо поет,
В оркестровой пропасти воскресенье.
Потерпи… потерпи нелюбимым быть,
На спине унося все оскалы хлыста.
Возвращается всё, что-то завтра, а что-то сегодня…
Выходя из родильной, не забудь - не закрыты Врата.
Где-то в той глубине, где тебя молчаливо распяли,
Был и цвет Гефсимана, и лампа, и блики теней…
Став прозрачным, ты видел, как стирается скорбная рана,
Что-то снято с плечей - Крест, наверное… больше ничей.
Потерпи, нелюбимый, никого не пришлют на замену!
Да, читать всех по язвам и боли - на земле тяжело.
Мастери свою лампу, пусть летят эти отзвуки света
В их подкожную, тленом сиявшую тьму.
Copyright: Эдуард Дэлюж, 2017
Свидетельство о публикации 117082209126
То нас покидают, то мы покидаем,
Как справиться с этим гадаем, гадаем,
Как не расставаться ни с кем, никогда
Гадаем, гадаем все дни и года.
А нас между тем всё муштруют, муштруют,
И близких у нас из-под носа воруют.
И длится жестокая эта муштра
Без всяческих пауз с утра до утра.
Старшеклассница Ирка - моя соседка.
Красивенная, словно сошла с холста.
К сожалению, вижу девчонку редко -
Ирка катастрофически занята.
Возвращается поздно, уходит рано.
Носит вещи в приют, раздает бомжам,
Помогает безногому ветерану -
Деду Коле с десятого этажа.
Учит сербский, читает Макиавелли,
Любит жизнь безусловно, без всяких «но».
У нее сотня планов, проектов, целей,
И смертельный диагноз. Уже давно.
Это полный покой и гора таблеток.
Неулыбчивый доктор терзает мать:
Если ей повезет - доживет до лета.
Если ей повезет. Впереди зима.
Ирка бросит рецепт на таблетки в урну.
Нынче в планах коньки и «Альпийский лед».
Засмеётся - раз я новичок в фигурном,
Мне должно повезти.
Новичкам везет.
А вы знаете девушек-огоньков,
У которых все в жизни кипит и клеится?
Для которых внимание мужиков
Не чудесный подарок, а так, безделица.
Для которых мужчина - трофей, каприз,
В плотном графике нежное отступление.
А как только утихнет любовный бриз,
Вновь свободны, без капельки сожаления.
Но пройдет две недели и, - верь не верь, -
С новым хахалем носятся, вдохновленные.
Мне же кто-то придержит в подъезде дверь,
Я потом целый месяц хожу
Влюбленная!
Лезет лунная мордашка
В окна вражеским агентом…
Как же нам, принцессам, тяжко
С перспективным элементом.
Петька сватался упорно,
Ныл: «люблю» и «уси-пуси»,
Но открылся факт прискорбный -
Он прописан у бабуси.
Глеб совсем не знал Шекспира,
По и дантевского «Ада»,
А Иван с шестой квартиры
Под окном паркует Ладу,
Что, конечно, не феррари,
Как у Толика из Химок…
С Толей вышел бы сценарий,
Жаль, что он влюблен в Рахима.
Звал Евсей Лукич невестой
[Старый пень был близок к Раю]…
Нет уж, я достойна best’а,
Я еще повыбираю!
Запахну халат из ситца,
Вечер выдался нежаркий.
Как у всех принцесс за тридцать -
Кот, вино
И том Петрарки.
Я провожу сама с собой так много времени,
Что не хочу быть для себя подобьем бремени
И тяжким грузом, и вседневным наказанием.
Хочу быть сказкой и легендой, и сказанием,
Хочу составить себе дивную компанию,
Что уникальна по уму и пониманию.