Мужик с измученной душой
Порой, не только секса ради,
Готов к любой, простите, бляди
Прижаться телом и душой.
Ты слышишь… приближение весны?
Как она дышит… под снегом белым.
Там, под снежным матрасом… подснежники,
Крохотные… с маленький пальчик… но смелые.
Солнце пригреет… Зима растает.
И ручейки - на перегонки.
Слышишь… как всё вокруг замирает?
Ждут приближение… нашей весны
Понедельник. Февраль на исходе.
Значит скоро придёт весна.
Значит скоро уйдут морозы
Первоцветы подарит земля.
Понедельник, он - гад противный.
После долгих таких выходных…
Я люблю тебя, чёрт ты старый!
Я люблю тебя утром будить…
Понедельник - начало недели.
И… /тридцатая/ наша зима.
А я рядом с тобой, бездельничаю
И целую твои глаза.
Ты сопишь. Ты спишь, но чувствуешь
- Ээй, за-со-няяя. Февраль на исходе…
У меня до сих пор предчувствие
что по мне ты с ума ещё сходишь
У нашей совести сонливость,
У искренности сколиоз,
При том у честности потливость,
В душе рассеянный склероз.
Этот мир почти безукоризнен.
Но вопрос «зачем?», конечно, вечен.
Если ты случился в этой жизни,
Значит, однозначно обилечен.
Просто это что-то вроде квеста:
По душевным еле слышным стонам
Отыскать своё родное место,
Временно шатаясь по вагонам.
Иногда присядешь, вот же, точно!
Думаешь, нашёл, но что-то гложет.
Если что-то гложет, значит, срочно
Встань с него! Ошибочка, похоже.
И пускай пока что места нету,
Не всегда же быть тебе скитальцем!
Ты по жизни едешь по билету,
Даже если кажется, что зайцем.
- Ведьма, ведьма, скажи мне, а сладко ли знать колдовство?
Ведь болтают, что жизнь чародеев легка и беспечна,
Но в расплату за то забывают они человечье своё естество…
Ведьма, ведьма, а правда, что ты забираешь навечно?
Расскажи мне, старейшая, как ты поступишь со мной?
У меня есть синица в ладони
и несколько платьев дорожных,
Я умею молчать на одном языке с тишиной
И хочу научиться желанное делать возможным.
- У заброшенной мельницы темная заводь блестит.
Приходи туда, девица, как-нибудь после заката.
Там луна не садится, и чёрная птица на дереве древнем гостит.
Я тебе расскажу всё, что знаю, не требуя платы.
Только помни, что с мельницы этой обратно не будет пути.
Взгляд твой станет тяжёл и забудется прежнее имя.
Ты получишь, что хочешь: ты сможешь
любого к себе привести,
Но, дурманя одних, будешь вечно ты грезить другими.
…А синица с руки никогда не взлетит журавлем -
Если крылья подрезаны, больно мечтать о полёте.
Ведьма вышла из башни и замужем за королём.
Так кончается страшная сказка
в красивом цветном переплёте.
Мы в школе равнялись на Сухова,
Весь наш пионерский отряд.
Кино про него мы на Духовой,
Смотрели раз сто пятьдесят!
Не знали мы чипсов и бургеров,
Пускай, их жует буржуин.
А грызли мы сушки испуганно,
Когда Абдула застрелил
Петруху. Тогда я мальчонкою
Безудержно слёзы всё лил.
А Сухов:
«Восток - дело тонкое!»
С экрана нам всем говорил.
Обвинения так неуместны,
Если ты безвозвратно остыл.
Уходить в никуда - это честно.
Отпускаю. Спасибо, что был.
Ты решил, и я знаю что твердо.
Но тону во вселенской тоске.
Уходить одному - это гордо.
Ни к кому, не за кем-то, ни с кем.
И когда не надеясь на встречу,
Нам подарит судьба хоть одну,
Я тебя непременно замечу,
И без страха в глаза загляну.
Расставание - это печально.
От себя бы куда-то сбежать.
Ты уходишь… но так идеально,
Что я просто не смею держать.
А время ставит пробу и печать,
Но чаще, почему-то, ставит точку.
Я просто не научена скучать,
Я просто не могу любить в рассрочку.
Чем больше под капотом лошадей,
Тем меньше сил стоять в извечной пробке.
Я быстро отвыкаю от людей,
Я не держу их в черепной коробке.
На волю отпуская, словно птиц,
Я больше никогда не жду возврата.
Мне кажется, что я не помню лиц,
Как будто их размеры в полкарата.
А время - слишком быстрая река.
А годы - слишком острые пороги.
Мне нравится, что память - коротка
О тех, с кем у нас разные дороги.
Великое событие! В России…
свершилось ожиданье долгих лет.
Нет зрелища спортивного красивей -
Зажегся Олимпийский чудный свет.
Спортсмены, дорогие… нет, родные,
Возможность проявить себя дана.
Герои Вы народные отныне,
Успехов пожелала Вам страна.
Затраченные силы, тренировки,
Падения и взлёты, кровь и пот.
Настойчивость, борьба без остановки,
Извечное стремленье «вверх!» «вперёд!»
Бывает, что теряется удача,
И сотая секунды душу рвёт.
Решаете Вы жёсткие задачи -
Награды за упорство дарит спорт.
Шагнёте на ступеньки пьедестала,
Счастливые… сверкнут у Вас глаза.
Медали поцелуете устало,
Украдкой по щеке скользнёт слеза.
До дрожи потрясение от Гимна! -
Взмывает высоко российский Флаг.
Болельщиков желанье - очевидно,
Единые мечты царят в сердцах.
Напрасно не ворчи, зануда-скептик,
Останутся постройки для страны.
Событием гордиться будем этим -
Блистательностью сочинской зимы.
У нас патриотизм, как гены дедов,
Его ни разбазарить, ни купить…
Прекрасен долгожданный вкус победы!
Нельзя Олимпиаду не любить.
Меня контузило хоккеем,
Я даже водочки хлебнул,
Ну надо же, с таким фейерверком,
к победе мы прошли свой путь.
Под гимн чужой…, Без гимна! Флага!
Исполнил, а капелла хор
России нашей - Сила, Слава!
И не отнимет чести МОК,
Пусть ВАДА нюхает анализ,
Пусть Родченков пробирки жжёт,
Россия лучшая держава,
И лишь единстве наш народ!!!
И хочется подумать о вселенной
О смысле жизни, о тоскующей душе.
Так хочется заняться чем-то важным.
Все что угодно, чтоб не браться за д/з.
Уехал со злости…
Мальчишество, вздор.
Случайные гости…
Ведём разговор.
Бальзам для души…
Спасибо судьбе,
Что даже в глуши
Есть весть о тебе.
Я каждое слово
Всем сердцем ловлю.
И мучаюсь снова…
Неужто люблю?
Падший
Она, раздвинув ноги чтоб рожать,
Одарит мир сучонком высшей пробы,
В зрачках его колючие сугробы,
Но ей никак тех мук не избежать…
И вышел в свет младенец из утробы!
Он вытер слизь, поднялся и пошел
По судьбам, по характерам, по душам,
Сочтя, что в материнском доме душно,
Лобзая зад и пост нашел и стол
И бражников-льстецов, всегда послушных.
А мать плелась покорно по пятам,
Смотрела с умиленъем в эту спину,
Привязанную к сердцу пуповиной…
И нежность охраняла блудный храм
Гибрида человека и скотины!
Нажив себе холуев и врагов,
Насытившись у стен Гипербореи,
В прозрении он сделался добрее,
Но стала частью белых облаков
Та женщина, та мать, что всех милее!
Он вспомнил, как стояла у окна
И плакала от крепости барьеров…
У подлости всегда есть кавалеры.
Сын сел за стол зеленого сукна
И выстрелом прикончил эту стерву!
100 часов до весны - в полутемной прихожей
Сохнет зонт, сапоги и обветренный шарф,
Я сегодня решила, что странно похожи
Счастья микс со слезами и слякотный март
100 часов до весны - там тюльпанов охапки,
Островки из подснежников и сон-травы,
Целый ворох мимозы!.. Смешно все же в прятки
Нам с тобою играть… мы уже не на «вы»
Ты умеешь быть небом, я - солнцем в веснушках
В предвкушеньи того, что пророчат нам сны,
На седых облаках, на пуховых подушках,
Задремала весна - 100 часов до весны
Сколько раз по привычному, старому кругу
Стрелки наших часов пробегут, ну, а вдруг,
Вдруг напомнят они, что нужны мы друг другу,
Вопреки всем прилежным стараньям разлук!
В это робкое «вдруг» так хотелось бы верить!..
Как живется тебе в нереальности «врозь»?
100 часов до весны - и сейчас не проверить,
Был ли в рифме ответ на все тот же вопрос.
100 часов до весны, две слезинки за сказку,
Горсти звезд - за красивое право летать,
За улыбку без кем-то придуманной маски
Можно было бы даже и больше отдать!
100 часов до весны - уроню теплый лучик
Марту прямо в ладошки - без сдачи цена
За тепло новой встречи - пусть будет без тучек
100 часов еще спящая чудо-весна!
Уже высохло все в полутемной прихожей -
Старый зонт, сапоги и обветренный шарф…
100 часов до весны… в чем-то все-таки схожи
Будут счастье мое и отчаянный март