«Мужчины все-сволочи!»…"Бабы все-бляди!"… Никак не помирятся тёти и дяди…
В Чернобыле вырастили самый большой в мире огурец и повезли его на международную выставку в Париже. По дороге огурец всех съел.
Секс-символом считается колорадский жук. Только он поставил раком 80 процентов населения!
Доктор, что за идиотское назначение вы мне сделали?
- Что тут такого? - две таблетки аспирина и горячая ванна на ночь…
- Ладно, аспирин, но ванна - меня после первых десяти литров вырвало.
Очень радуют бармены: Сидим в баре у стойки, заказываем 6 по 100 г водки. Бармен при нас, не стесняясь, берет непочатую бутылку 0,5л и невозмутимо разливает ее на 6 стопок…
Очень запасливая белка на зиму в свое дупло спрятала председателя колхоза. А что, он тоже шишка.
Недавно, заходя в одну риелторскую контору, на входной двери читаю: «NO SMOKING BLIN»)))
Рыцари
Однажды Прекрасные Дамы поняли, что белые кружевные платочки не только для насморка, но и чтобы махать ими кому-то. Махать с балкона платочком всяким пейзанам и солдафонскому быдлу было глупо, поэтому появились рыцари.
Рыцари - это такие мужчины, которых хлебом не корми, а дай совершить какой-нибудь подвиг. Во имя дамы. Некоторые дамы немного неуютно себя чувствовали, когда один рыцарь во имя них рубил в капусту другого рыцаря, но потом быстро освоились и даже внушили рыцарям, что шрамы украшают. После этого псевдорыцари-метросексуалы то и дело норовили тюкнуть себя топором в хлебало и тем самым украсить вышеупомянутое хлебало до состояния мужественного лица.
В одной небогатой королевской семье как-то выдался год урожайный на Ричардов. Уродились завзятый пьяница Ричард-Львиная-Печень, обжора Ричард-Львиный-Желудок, два воздыхателя: Ричард-Львиное-Левое-Легкое и брат-близнец его - Правое Легкое (тоже, разумеется Львиное. Тоже Ричард), соглядатай Ричард-Львиный Хвост, завистливый Ричард-Львиный-Глаз, вечно смеющийся Ричард-Лошак (львы не ржут потому что) и отважный Ричард-Львиное-Сердце, который и возглавил орден рыцарей. Хотя, ежу понятно, что управлять рыцарями должен был Ричард-Львиный-Мозг.
Первоначально они были Рыцарями Квадратного стола, но, после того как Ричард-Львиное-Сердце придумал увлекательную рыцарскую забаву «Кто на углу сидит - тот дурак», появился Орден Рыцарей Круглого Стола.
Рыцари вечно хотели найти Чашу Грааля, Гробь Господень и прочую религиозную символику, но, поскольку не имели представления как выглядят эти реликвии, тырили в походах, на всякий случай, все что плохо лежит. То есть женщин. Ну и ценные вещи до кучи.
Каждому рыцарю полагалось от одного до бесконечности оруженосцев. Встретятся, бывало два рыцаря. Один, допустим, Рыцарь-Изящного-Сквернословия-В-Нетрезвом-Виде, а другой Рыцарь-Удивленного-Созерцания-На-Мир-Своими-Глазами. И давай выяснять чья Дама Сердца прекраснее.
- Моя уродливее! - кричит один.
- Нет! Моя! - возражает другой.
- Сейчас я с вами сражусь за ваше паскудство подлое, сэр Рыцарь!
- Сейчас я вам сражалку на ходу обрублю!
И давай готовиться к сражению. К каждому сбегаются оруженосцы и начинается крик «А вот! Вот копье замечательное!», «У меня возьми меч, благодетель!». Потому что оружие тогда было тяжелым и таскать его было трудно и западло.
Рыцари вооружались, обменивались фотками Прекрасных Дам и с досадой ломали копья об колено. Потом приезжали домой и говорили «Я за тебя сто копей сломал». Казалось бы нонсенс - радоваться из-за погубленного оружия, но Дамам почему-то было приятно.
А доспехи придумал Рыцарь-Пугливое-Чмо. Сначала, он конечно ходил как все со щитом. Потом понял, что его могут поразить в спину, которую он бесстрашно показывал врагу и привязал на спину второй щит. Заодно решил обезопасить фланги и боков привязал по щиту. Ходить в такой кабинке для переодевания было неудобно, зато безопасно. Встреча с Рыцарем-Принципиальной-Упертости усовершенствовала доспехи. Потому как Рыцарь-Принципиальной-Упертости так долго пытался достучаться дубиной до противника, что все четыре щита начали элегантно облегать Рыцаря-Пугливое-Чмо. Так, благодаря рыцарю со страхом и упреком, появились первые рыцарские доспехи.
У рыцарей был свой Кодекс Чести:
1. Рыцарь - это Рыцарь и нечего тут больше объяснять.
2. Если тщедушный Не-Рыцарь назовет Рыцаря консервированным солдатом - разрешается кинуть в тщедушного Не-Рыцаря копьем. Если Не-Рыцарь здоровенный - драться с ним ниже достоинства Рыцаря, как бы это двусмысленно ни звучало.
3. Если Рыцарь назовет Рыцаря консервированным солдатом, Рыцарю надлежит гордо сказать «На себя посмотри» и кинуть копьем, в качестве устрашения, в ближайщего тщедушного Не-Рыцаря.
4. Даму можно считать прекрасной если у нее есть платочек и балкон для махания с него.
5. В случае отсутствия платков и балконов, любую Даму можно считать Прекрасной.
6. В случае отсутствия Дам, рыцарю надлежит ехать туда где Дамы присутствуют, а не назначать Прекрасными Дамами оруженосцев, других рыцарей и, как говорится, тэдэ.
7. Рыцарь и без коня - Рыцарь. Конь без рыцаря - животное.
8. Закрыл забрало - закрой и поддувало.
9. Взял в руки меч - надо и внимание привлечь.
10. Ткнул в глаз копьем - вечером с одноглазым пьем.
11. Помятый доспех - противника смех.
12. Кодекс этот Рыцари чтут и чтам, чтут и чтам, по утрам и вечерам.
В деревню к бабушке из Москвы приехала гламурная внучка. -Бабуль, а куда у вас ночью можно сходить? - На ведро, внученька, на ведро.
C улицы пришли два куска грязи… Говорят, что они мои дети… Пойду отмою- по голосу вроде похожи…)))))
Люди определитесь уже, сначала вы зиму хотели. теперь весну вам подавай, гляди там и лета захочется? ну и наглость…;)
Весна. В животе бегают мурашки: то ли влюбленность, то ли диарея.
1. Она лежала на сене обнаженная. ее груди как бы манили его к себе… Он смотрел на нее задумчиво и жевал сено. «Все таки скотина и есть скотина», - вздохнула она, подошла к коню и потрепала его за холку…
2. Ее язычок нежно коснулся его нефритового стебля. «Какой же невкусный и холодный камень этот нефрит», - с грустью подумала она…
3. Их губы все сближались и сближались. Она была в его крепких и надежных объятиях. Она уже чувствовала его горячее дыхание, его силу, его мощь… И зловонный запах изо рта. «Вот так, - грустно подумала она, - в расцвете сил в лесу быть съеденной медведем».
4. «О да, - кричала она. - Возьми меня милый, возьми, я вся твоя, да! Да! ДААААА!». А соседи по купе - друзья-сослуживцы - слушали эти вопли и недоумевали: неужели она тоже хочет с мужем на конгресс по сталеплавильному оборудованию.
5. Ее рука легко соскользнула к нему в плавки… Вторую руку она удобно подсунула под его спину. Нащупав между его ног что-то очень знакомое, она вздохнула: «Васенька, ну что же ты снова в штаны напрудил, большой вроде мальчик»…
6. Она лежала на спине, раскинувшись. Нагая, властная, красивая… Хриплое дыхание вырывалось из ее высоко поднимающейся груди. Он недовольно посмотрел на нее и больно ткнул локтем в бок: «Не храпи, дура!».
7. У нее сегодня был первый раз с женщиной. Она, конечно, очень смущалась. Ее более опытная подруга легонько одобряюще погладила ее по спине, и в сердце ворвался успокоительный бальзам. «Ну, понеслась», - подумала она, и байдарка рванула к финишу…
8. Она мягко опустилась на четвереньки перед самцом, который уже рычал, жаждая ее. «Ну же», - как бы звала ее упругая попка. И он не заставил себя ждать. Одним махом он опустился ей на спину, и она потащила его к холодильнику за пивом. «Это ж надо, проиграть в лото», - печально думала она…
9. Его дыхание становилось все более тяжелым и прерывистым, на лбу выступили бисеринки пота… На мускулах надулись вены, а она, чуть не плача от счастья, бессвязно целовала его в губы, уши, лоб. Наконец победный вопль вырвался из его рта: «На!», - сказал он ей, бросая только что надутый насосом от велосипеда плавательный матрас.
10. Ощутив его у себя во рту, она испугалась, ведь мужчина забыл предупредить, что он такой большой… «Глотай, родная, глотай», - сказал он, ласково гладя ее по голове. И она, захлебываясь слюной, послушно продвигала все глубже в себя шланг ФГС.
11. Ее черное кожаное белье внушало страх, но интерес был сильнее. Он тихонько подошел к ней и лизнул ее ноги. Она засмеялась. Подойдя к белью, он понюхал его и, схватив, побежал. «Джек!, стой, поймаю. Отдай белье», - орала ему вслед не ожидавшая подвоха хозяйка.
12. Под медленную, но ритмичную музыку, она начала расстегивать лифчик. Он сел поудобнее, и приготовился смотреть дальше. Покончив с лифчиком, она взялась за трусики. Здесь вышла небольшая заминка. Метнув в сторону возлюбленного злобный взгляд, она сказала: «Если ты еще раз завяжешь мое белье в узел…».
13. Он с жадностью обхватил ее сосок и тихонечко прикусил. На мгновение она почувствовала легкую боль, которая сменилась приятными ощущениями. Она гладила его по голове, а он прикасался к груди руками и всхлипывал от счастья. «Кушай, Витенька, кушай, маленький», - приговаривала мама улыбаясь.
14. От вошедшего стержня, ее попка почувствовала резкую боль. Из ее глаз брызнули слезы. «Первый раз?» - волнуясь, спросил он. Она, не в силах говорить, лишь кивнула. «Ну, ничего, ничего, антибиотики тебя вылечат», - сказал врач, выбрасывая шприц.
15. Мягко покачивая бедрами, она направилась к нему. Он затаил дыхание. Она сняла очки и встряхнула волосами. На ней была короткая юбка, и его взгляд буквально приковался к ее ножкам. Хриплым голосом она сказала ему: «Петров, давай сюда шпаргалку, или вон из класса».
16. В ее руке оказался большой огурец. «То, что надо», - с лукавой улыбкой подумала она. Погрузив его в ложбинку, она начала двигать им назад-вперед, влево-вправо, отворачивая голову и закрывая глаза. Рука уже начала уставать, но огурец, видимо, был недостаточно велик. Карандаш, упавший за диван, он достать не мог…
17. Он робко положил руку на плечо спящего друга. Друг не шелохнулся. Он погладил его чуть сильнее. Друг улыбнулся во сне. Ладонь перекочевала на спину… Друг проснулся, и с улыбкой посмотрел на него. Он потянулся губами к его уху и прошептал: «Время час, девчонки спят, пойдем мазать?»
18. Она, широко раздвинув ноги, соблазняюще смотрела на него. Ее рука гладила волосы, а вторая поигрывала лямочкой от лифчика. Он встал и решительным шагом направился к ней. Она подалась ему навстречу. «Девушка, оплатите проезд и уберите, пожалуйста, ноги из прохода», - попросил кондуктор.
19. «Милый, а может все-таки потом», - она умоляюще посмотрела на него. «Нет, любимая, давай сейчас», - пробормотал он, стаскивая с нее лифчик, кружевной пояс, трусики. «Любимый, ну, пожалуйста, ну не нужно, ну как ты не понимаешь, люди же», - чуть не плакала она… Но его было уже не остановить. Он выскочил из примерочной, швырнув в лицо консультанту ком одежды - «И чтоб в моем магазине китайского белья больше не было!»
20. Он вошел в нее со всей страстностью и нежностью влюбленного мужчины, который очень много времени посвятил тому, чтобы добиться ее. Он был в ней, он рыдал от счастья, целуя ее. Она безраздельно принадлежала только ему, и он ее боготворил. Одно «но» червячком точило его сердце - она была оформлена в ипотеку…
21. Они втроем занимались ЭТИМ уже пятый день, запершись безвылазно в комнате, им уже было невыносимо самим, но оставить начатое дело они не могли. Им очень хотелось спать, они устали и их члены затекли, глаза слезились от яркого света и сигаретного дыма. Но русская партизанка Любовь Иванова гордо молчала!
Два монастыря
Легенду услыхав однажды в детстве,
Не все я помню, честно говоря.
Давным-давно стояли по соседству
Мужской и женский - два монастыря.
Монахам без ухода было туго,
Жизнь у монашек тоже - не сироп.
И вот однажды друг навстречу другу
Они подземный начали подкоп.
Был труден путь до встречи на рассвете,
И грустно мне, но как тут не крути,
А прокопали женщины две трети,
Мужчины - только треть того пути.
И лишь теперь я понял, в чем причина,
И оттого я нынче зол и хмур:
Ведь совершенно ясно, что мужчины
Копнув два раза, шли на перекур.
Сидели, дым колечками пускали,
Травя за анекдотом анекдот…
А в это время женщины копали,
И продвигались женщины вперед!
Еще причину укажу отдельно,
Я эти штучки знаю назубок:
Мужчины, я уверен, параллельно.
Вели подкоп под винный погребок.
Они вино крепленое глотали,
Они шутили: лишь сова не пьет!
А в это время женщины копали,
И продвигались женщины вперед!
Потом среди мужчин нашелся кто-то,
Сказавший: «Братцы, нет у нас стыда!
Даешь бесперебойную работу,
Даешь производительность труда!»
Потом мужчины долго заседали
И составляли план работ на год…
А в это время женщины копали,
И продвигались женщины вперед!
Не о монахах нынче я печалюсь -
О них бы я не стал писать стихи:
Пускай монахи сами отвечают
За их средневековые грехи.
Прошли века, и что теперь судачить -
Кто вглубь копал, а кто, допустим, вширь.
Но остается важная задача
Лентяев подводить под монастырь.
В каждой из нас живет Хельга…