Чистое, глубокое, бездонное, Богом для людей сотворённое.
Звездное, бесконечное, вечное, манящее по пути млечному.
Небо! не оставь меня с моими мыслями грустными.
Мне б увидеть рядом глаза - а не глазницы бездушные.
Рассказать душой душе о сердечной болюшке.
Да пустить всю боль свою вон, на вольную волюшку.
Пусть идет себе, по белу свету неприкаянной слоняется,
Люди ж счастливы пусть будут все и улыбаются,
Чтоб не приходилось больше никогда и никому печалиться!
Может, величайшая милость Господа в том, что мы не знаем, кто нам принесет боль? Иначе сколько любви мы бы не испытали!
В тот день даже воздух травмировал грудь кастетом,
И в крик обратился случайный гортанный звук,
Клубком размотавшись. Да что бы ты знал об этом!
Когда твоя жизнь разлетается по газетам,
Глазами берёшься искать самый крепкий сук.
Попутно решаешь: «Ни с кем никогда»… Заочно
Считаешь мишени, тугой поправляя лук.
Все глупые страхи, рождённые зябкой ночью,
Гуртом эмигрируют прямо под позвоночник.
И вдруг начинаешь бояться своих же рук.
Забитая площадь; прошибла нутро снарядом
Волна троеперстий - надёжный безмолвный тыл.
Тогда на подмостках со мной оказался рядом
Не тот, кто назваться мог мужем, отцом и братом,
Но тот, кто отныне, вовеки и всюду «ты».
Анна Юннис
Добрый вечер.
Как тебе там, без нас?
После последний встречи, последний огонь погас.
Добрый, случайный вечер.
Сколько сейчас ты пьешь?
Будни ложатся на плечи. Будни приносят ложь.
Добрый.
А чувств уж нету, нету ни капли их.
Я поклонялась ветру, ветер внезапно стих.
Добрый.
И мне не больно, только досадно, что ж,
Я выступаю сольно,
слушай, но душу не трожь,
Добрый.
А мне безразлично, снова спешу по делам,
со мной всегда все отлично,
больше не верю словам.
Добрый,
А я хорошею, локоны вьются,
есть стать -
в тонком изгибе шеи,
Тебе меня не достать.
Больно, когда чувства бывают неразделенными. Но, куда хуже, когда ты, пройдя школу жизни и отрастив боленепробиваемый панцирь, вдруг встречаешь ответноое чувство. И НЕ ЗНАЕШЬ, ЧТО С НИМ ДЕЛАТЬ!!!
В толпе я не узнаю Вас…
К чему надеяться?
Лишь в ветре эхо нежных фраз
Мне померещится…
На том заветном берегу
Средь звёздной россыпи
Навстречу Вам не побегу
По листьям осени…
Коснувшись пальцами руки,
Не вспыхну огненно…
Вы так близки… так далеки?
А сколько пройдено…
Раз суждено судьбою так…
Пусть и останется -
Вам тенью жить в моих мечтах…
И век мне маяться…
Забываю тебя… снова штопаю сердце суровыми нитками…
По живому… до крови… до стиснутых болью зубов шью стежок за стежком…
И ничьей нет вины… просто судьбы друг друга по-разному вытканы…
Просто белое небо рассыпалось прямо у ног грязно-черным стеклом…
Забываю тебя… слышишь, память, молчи… не позволь мне опомниться…
Стала нежность ненужной… а всё еще тычется глупым котенком в тепло…
И в остывшей постели всё ищет приют сиротливо бессонница…
Ты не снись мне сегодня… мне так возвращаться потом в пустоту тяжело…
Забываю тебя… все обиды на сердце зашиты-залатаны…
Вновь вяжу узелки… только рвется надежды на счастье непрочная нить…
И ничьей нет вины… ты прости, что глаза снова грустью заплаканы…
Забываю тебя… только что б ни случилось, поверь, не смогу позабыть…
Я буду рядом, пока жив,
И не остыла в жилах кровь.
Лишь об одном тебя прошу, -
Не отвергай мою любовь.
Тебе я буду помогать,
Пока душа еще жива,
Я не предам тебя в делах,
Все остальное - лишь слова.
За счастье для тебя, малыш,
Готов сквозь ад себя прогнать,
И бог лишь знает, может быть,
Вдвоем удастся полетать…
Мне плюнули прямо в душу…
такого я не ждала…
Смотрела, не видя, слушала,
улыбнуться даже смогла.
А в сердце… соленое море
билось о берега,
от невыносимой боли,
но дрогнула только рука…
Спину держу ровно,
а слов в ответ просто нет,
дар речи потерян словно,
в тоннеле погас свет.
Когда наплевали на чувства,
спасения не найти,
от необъяснимой грусти,
непройденного пути…
Плюйте мне прямо в душу-
раскинула руки-на!
А я посмотрю и послушаю,
в сторонке, уже одна…
К чему все стихи, признания,
когда в ответ лишь смех?
Недалеко до отчаяния
лег под ноги мне снег… Прощай, натерпелась, наплакалась,
хлебнула тоски сполна,
но осталась собой, не испачкалась,
не спустилась до самого дна!
Не сломалась, все та же, красивая,
чуть упрямая, ну, и что?
Ну, а то, что глаза несчастливые-
это жизнь, значит, есть за что…
меня так калечить и мучить,
бить с размаху, руки ломать,
значит, так будет все же лучше,
разучусь наконец доверять!
Плюнули прямо в душу,
а я вытерла, улыбаясь …
О любви хотела послушать-
дождалась и теперь все знаю!
В моей памяти еще остались места, куда я хотела бы вернуться
Нет ничего, что нас связывает,
А значит,
Нас с тобой нет.
Улицы жутко грязные,
жутко противен снег.
Без тебя мой мир стал ранением,
ножевым и сквозным в подреберье.
Что написано мною на лживое
Льдом ложится,
И где же теперь я.
Без тебя мои дни стали тюрьмами,
Где я заперта с тенью прошлого,
Здесь с тобою смеемся и курим мы,
И еще.
Я тобой здесь не брошена.
И стихами,
Как крепкими нитками,
Шьются дыры на корпусе порванном,
И плачу ими я, как кредитками,
За все то, что тобой было продано.
Это Воля:
Паруса переполнены ветром-упругим, солёным,
А тяжёлый, послушный штурвал-в хрупких женских руках.
Каждый шаг по земле обжигает клеймом раскалённым,
Каждый вздох сожаленья-точно иней на юных висках.
Это Счастье:
Пригнувшись пониже к лошадиной запутанной гриве,
Догонять словно время, солнца алый застенчивый шар,
Принимать на скаку стрелы слов, обвинений, порывов-
Чтобы краски заката не затмили душевный пожар.
Это Боль:
Жить взахлёб, на едином, шальном и неровном, дыхании,
Каждый миг мироздания осязать, обретать, смаковать,
Каплей быть: от злобы- к восхищению и оправданию,
И по старым друзьям, как по первой любви, тосковать…
Коль счастья лимит исчерпан и Ты не даешь кредит, коль в «прежде» билет потерян - пусть сердце не отболит по всем, кто ушел до срока и просто - захлопнул дверь. Дай жизни без них НЕ много, закрой все счета потерь. Не дай захлебнуться воем на финишной, на прямой. Позволь мне взойти травою у ног Твоих, вечный мой.
От февраля до февраля я буду жить… А, может, зря? А, может, к черту все послать, и больше не любить, не ждать? Не вспоминать ладоней жар, в груди неистовый пожар, не плакать, засыпать легко, и мысли спрятать глубоко? А я хочу тебе читать-стихи свои, с тобой молчать, смеяться вновь над ерундой… вдвоем с тобой… Хочу под вечер ждать метель, как жду я нежности твоей мгновенья, не считать часов, счастливой быть от взглядов, слов… И чувствовать, что все не зря, от февраля до февраля… А ты молчишь, прости-прощай, все к черту, и не вспоминай, и не люби, и не смотри, не прижимай к своей груди, не грей мне руки… просто я… от февраля до февраля скитаюсь в памяти своей, пытаясь стать тебе нужней, чем кто-то…Все, молчу, молчу, а в мыслях к твоему плечу прижалась, слезы не тая, в воспоминаньях февраля…
Сменяются грозы морозами, снежинки сменяются розами.
Стрелки, сбившись со счёта, по вечному кругу бегут и бегут.
Только встречи с тобой теперь мне дарованы ничтожно-малыми дозами.
Если вдруг навестишь ты во сне, или память в ушедшее счастье проложит маршрут.