Нет верных и неверных мужиков. Есть спалился и не спалился…
Доверие - скоропортящийся товар.
Любовь - нежными словами «штопает» душу, закрывая собой прорехи…
Когда человек сам себе враг, кто ему доктор.
В один прекрасный момент… например, вечер понедельника… ты сидишь наедине с собой… и понимаешь, что нет ничего важнее того, что ты хранишь
В один прекрасный момент… например, вечер понедельника… ты сидишь наедине с собой… и понимаешь, что нет ничего важнее того, что ты хранишь внутри… и у каждого свое: кто-то мечтает об уютном ресторанчике на берегу моря. из трех столиков, украшенных живыми яркими цветами… на столиках цитрусовый чай, а на креслах-качалках вкусно-шоколадные пледы… кто-то каждую ночь шагает по тропинкам разных городов, улыбаясь всем прохожим. подпевая песни, звучащих из разных уголочков планеты… а утром еще 10 минут не открывает глаза, чтоб хоть чуточку продлить эти сны, наполненные счастьем… кто-то каждый день вспоминает близкого, потерянного когда-то из-за глупости, расстояния, гордости… будь то подруга детства, однокурсник или любимый сердцу человек… кто-то мечтает просидеть весь вечер в разговорах и объятиях с мамой, папой, бабушкой, дочкой, мужем, другом… с тем, кто по каким-то причинам сейчас не рядом… кого ты безумно любишь, но не можешь сказать им этого в глаза… Это все то, что горит внутри огнем… и этот огонь способен сжечь нас, если не выпускать его наружу… Говорите все монологи, что вы неоднократно прокручивали в голове! Садитесь в машину, автобус, самолет и отправляйтесь в то место, где вы мечтаете оказаться хоть на минутку! Бегите и крепко обнимайте близких людей! Танцуйте, пойте, прыгайте с парашютом, заводите собаку!!! Самое главное: в этот момент закройте глаза и осознайте, что это и есть то, что вы так хотели!!! Исполняйте свои самые сумасшедшие мечты, делайте то, что горит огнем у вас внутри…
Пожалуйста, делайте себя счастливыми!!!
Упирающуюся в глаза грудь, потрогать можно только глазами.
Глазами потрогать шо хочешь можно!
Большие грустные глаза грустные, потому шо в них грусти помещается больше…
«Леше от Вали. 30 марта 1967 года.» Эту гравировку сделали по просьбе мамы на часах, которые она подарила отцу в тот прекрасный весенний день, День, и папиного рождения, и, его же, ангела, потому, как говорила моя бабушка (мама мамы), день этот называется не иначе, как «Алексей - божий человек, с гор потоки.» Папино же имя в переводе с греческого означало «оберегающий,» «защитник.»
Он это знал, очень этим гордился и лучшего защитника и «оберега» было невозможно себе представить.
А до какой степени папа любил маму…
Она была его светом, воздухом, водой, землей и небом, стоило им разлучиться, хотя бы на пол дня, отец считал минуты до ее возвращения. И, страдал, почти, физически, когда ее не было рядом.
И если бы по какой то причине, - жизнь - она, порой, непредсказуема - им пришлось бы расстаться, без мамы он бы, просто, умер.
А моя мама, Первая красавица на Москве, по мнению папы, разодетая, его же стараниями, как Элизабет Тейлор… В те времена, под каждое платье имевшая свои туфли, всегда выходила из дома так, будто только что спустилась с подиума. Простая деревенская девчонка, а манеры аристократки… На что папа, иногда шутя, говорил:
-Знаешь, мать, что странно, родилась в деревне, а любишь шампанское, оливки и икру… Тебя, часом, не подкинули?
А сам того не понимал, что настоящий «виновник» всего того, не кто иной, как он сам.
«Как вы к женщине относитесь, так она и выглядит!» Истинная правда!
Я не помню случая, если папа был дома, чтобы его дама не то что пальто или плащ надела сама, а, просто, обулась самостоятельно…
А ведь папа и сам был мужчина, каких поискать…
Так, что, о том, чтобы у кого-то из них появлялись, даже, тени мысли о «романтических отношениях на стороне, которые отражались на лице» и говорить нечего…
Зачем всё это? А вот зачем…
30 марта 1967 года - семейный праздник… Рабочий день, а потому - все торжества переносятся на вечер, то время, когда папа вернется с работы…
Людке почти шесть, девочка, она, уже, почти взрослая и послушная и, потому, когда мама разбудила её пораньше, она не стала капризничать, а быстренько позавтракала и собралась к бабушке Насте, пожилой бездетной соседке, которая жила вместе с мужем, дедушкой Сережей в соседней комнате - квартира-то, коммунальная…
Она всегда с радостью оставалась с Людкой, когда родители не могли взать ее с собой…
Вот и сегодня, мама должна была успеть купить папе подарок, потом, продукты, а с руками, занятыми сумками, с ребенком, по транспорту, не, совсем, с руки… И, поэтому:
-Люда, слушайся, тётю Настю, я быстро… Мне ещё готовить и стол накрывать…
С этими словами мама закрыла за собой дверь и потекли минуты ожидания…
Каким он будет, этот подарок для папы?
Время сначала бежало, потом шло, а вскоре, и, вовсе, поползло…
Потому, как, минуло, уже, больше трёх часов, а мамы всё не было…
И бабашка Настя, сначала тайно, а потом всё явственнее, стала выказывать своё беспокойство по поводу долгого отсутствия мамы, стараясь, при этом, не пугать девчушку…
Прошло пять часов… Мамы все не было…
Семь…
-Батюшки, что ж я Лёше-то скажу, да ещё в такой день…
Но тут хлопнула входная дверь, и Людка с криком:
-Мамочка! - пулей вылетела в коридор.
Но, это была не мама… с работы, пораньше, в предвкушении тихого семейного торжества, пришёл папа.
Он подхватил родную крошку на руки, и включив в коридоре свет, искал глазами главный подарок своей жизни - жену…
Но вместо Валюши в коридоре, вслед за Людкой появилась встревоженная, почти, испуганная, бабашка Настя, и совершенно потерянным голосом, отвечая, на не успевший сорваться с папиных губ вопрос, сказала:
-А, Вали, вот, до сих пор нет… Как утром уехала, тебе, за подарком, так, до сих пор и ждём, Люда, даже, кушать не стала… Сказала, я с папой…
Лицо отца в одно мгновенье стало серым, он осторожно поставил Людку на пол… и вовремя…
Потому, как в это самое мгновение входная дверь открылась снова и в папины руки упала мама…
Её била дрожь, она рыдала, словно маленькая девочка, которая потеряла любимую игрушку…
Окинув маму беглым взглядом и не заметив внешних повреждений, кроме испуга, усталости и неестественного цвета, в тон фиолетового её пальто, лица, усадил, принёс воды, и сняв с неё пальто, спросил:
-Валюша, милая, что случилось?
Бабушка Настя переминалась с ноги на ногу, не зная, как ей быть в такой ситуации - остаться, или, уйти…
-Лёша, прости, я ничего не успела приготовить, и на стол, тоже, накрыть… - сквозь слёзы проговорила мама.
-Господи, ты о чём? Глупышка моя… Говори, что стряслось…
-Теперь, уже, всё в порядке… Твой ангел-хранитель сегодня охранял меня…
И постепенно, приходя в себя, сидя в нашей комнате, на диване, под уютным пледом. в кольце папиных рук, отпивая маленькими глоточками из огромной чашки горячий чай с чем-то, видимо, более крепким, в присутствии меня и бабушки Насти, она рассказала вот что:
Мама, в разговоре с соседками, выяснила, что в Москве открыли очень большой и современный многопрофильный универмаг, с соответствующими возможностями, и упомянули, что, при желании, можно воспользоваться услугами гравера… Это решало всё… Пусть ехать было и далековато, приходилось с одного автобуса пересаживаться на другой, зато и купить часы, и нанести гравировку можно было в одном месте, тем самым, сразу убив двух зайцев.
Мама быстро добежала до остановки по, почти, ещё, зимней улице, и едва она успела пожалеть о том, что поторопилась сменить уютные зимние сапоги на лёгкие туфельки, как подошедший к остановке автобус нужного маршрута, высадив пассажиров, гостеприимно распахнул двери-гармошки, приглашая на их места новых, в полупустой салон, потому, что час пик минул и теперь можно было устраиваться на сиденье, на выбор. Маршрут для мамы был новым и поэтому она с удовольствием смотрела в окошко, не забывая внимательно слушать водителя, объявлявшего остановки…
Вдруг, ни с того, ни с сего, она почувствовала какой то внутренний дискомфорт, будто кто-то провёл горячим угольком по щеке… Оторвавшись от окна, она слегка повернулв голову влево и наткнулась на жёсткий взгляд незнакомого мужчины от которого ей стало, как-то не по себе…
Мама смахнула с лица ладошкой несуществующую паутину, словно, желая стряхнуть след от его взгляда и, почти мгновенно переключилась на созерцание межсезонной моды «весна 67», образцы которой в изобилии мелькали за окном…
Неясную, ещё, тревогу, она ощутила, когда автобус одного маршрута поменяла на другой. Все с тем же выражением лица, держась на расстоянии, он смотрел на маму, уже, в другом автобусе…
Состояние счастья резко, в одно мгновенье, сменило, состояние возрастающей тревоги…
В окне автобуса показались очертания огромного и роскошного, как дворец, универмага…
Стараясь выйти в разные, со странным человеком, двери, мама почти, бегом, выпорхнула из автобуса и не чуя под собой ног, взлетела по лестнице, оказавшись, в одно мгновение, через парадный вход, внутри магазина. Смешавшись с толпой покупателей она искала отдел, где продавали часы…
Наконец, увидев схематичный рисунок с настенными часами мама поняла, что, у цели… Но мысли о странном мужчине не покидали её и она, проверяя себя и отгоняя страхи, осторожно, чтобы не привлекать внимания, осмотрелась по сторонам…
Неприятного человека нигде не было…
«Почудилось…» - мама облегченно вздохнула и сосредоточила свой взгляд на витрине «часы наручные мужские…»
Наконец, часы, были выбраны. Они отвечали всем ее запросам и в том числе, и финансовым возможностям. С помощью любезной девушки-продавца подобран к часам ремешок и получен товарный чек для оплаты. Мама повернулась, чтобы направиться к кассе… и чуть не закричала от страха и ужаса.
Она снова наткнулась на тот же жёсткий взгляд.
Оплатив чек и получив покупку, которая, теперь не доставила радости, мама, уже, совершенно машинально, направилась в гравировку. К гравёру выстроилась довольно внушительная очередь, которая продвигалась со скоростью черепахи, недавно вышедшей на пенсию.
Обладатель нехорошего взгляда стоял и ждал - напротив очереди…
Лихорадочно соображая «что делать?» - мама огляделась по сторонам…
В милицию обращаться нельзя… Что она скажет? Что на нее смотрит человек? И - что… Только обозлит его… Был бы рядом Леша… От этого негодяя лишь мокрое место бы и осталось… Да он и глаза на неё поднять бы не посмел… Но Лёша был далеко на работе, на другом конце Москвы… Значит, надо придумать, причём, срочно, что-то другое…
Скосив осторожно глаза в сторону, она выделила из очереди приличного вида женщину лет 50-ти и молодого, лет 20-ти, человека, мать и сына, судя по всему, и понимая, что это её единственный шанс на спасение, с мольбой глядя в глаза женщине, тихо произнесла:
-Прошу вас, спасите меня… Меня, дома ждут маленькая дочка с мужем, а этот человек, он преследует меня и…
Не дав маме договорить до конца, женщина круто разворачивается, схватив маму за плечи, и, почти кричит на весь магазин:
-Ой, «Маша!» Как же мы давно не виделись! Я и не узнала, тебя, сразу… Смотри, как сынок то, мой, вырос! Сейчас, к нам поедем домой, соберем всех родных, посидим, поговорим, останешься у нас, надо же, счастье то, какое … А маме тихо, так:
-А Вам куда, домой?
Мама, почти в обмороке, ответила:
-Мне всё равно, куда, лишь бы от него, подальше…
Закончив свои дела у гравёра, они, дружной и весёлой троицей, вспоминая «родственников и закомых», направились к остановке автобуса…
Видимо, поражённый, несколько неожиданным, для него, поворотом событий тот человек оставил их, но, тем не менее, далеко, не сразу…
Пришлось сменить автобус на трамвай, потом, опять, на автобус, по направлению «в никуда» и только убедившись на все сто, что преследователь отстал, они, простившись, разошлись по своим маршрутам…
Маме казалось, что едет домой, но выходя на незнакомых остановках, она понимала, что не знает куда ехать или идти дальше, чтобы в конце концов, оказаться дома…
Она ездила и плутала по всей Москве, пока, тот фактор, что на улице начало смеркаться, не заставил ее мыслить, почти, здраво…
И, соринтировавшись, таки, в паутине городского транспорта, она добралась до своей квартиры, упав, в папины руки, самые надежные, верные и ласковые руки на свете…
Можете мне не верить, но и по сию пору, когда нет уже на этом свете моих милых родителей, редкий день я не поминаю эту женщину и ее сына, которые ни на секунду не задумавшись, встали на её сторону…
А, ведь, их реакция могла быть совершенно иной - как строила глазки, так и дальше разбирайтесь, а нас - увольте…
Спасибо огромное, люди добрые, от её дочери, которая по вашей доброй воле не осталась сиротой ровно пятьдесят лет назад…
«Леше от Вали. 30 марта 1967 года.» Много лет папа с годостью и нежностью показывал, потом всем эту надпись на часах. Подарок от любимой жены, купленный, с такими приключениями, но только тогда,
когда этого не видела и не слышала мама, чтобы не расстраивать её не слишком весёлыми воспоминаниями…
Больше всего болят общие воспоминания, о которых вспоминают порознь…
Голое одиночество - это когда тебя давно, никто, нигде не ждет.
Сочиненные евреями песни, вошедшие в «золотой фонд» советской музыки
Марш авиаторов
Этот марш, начинающийся словами «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью», исполнялся на многочисленных официальных церемониях и парадах и был официальным гимном Военно-Воздушных Сил в Советском Союзе. Впервые был исполнен весной 1923 года. Слова написал Павел Давидович Герман, а музыку Юлий Абрамович Хайт. В активе Хайта великолепный романс «За гитарный перезвон» - один из лучших в репертуаре Петра Лещенко. Уроженец Каменец-Подольского, активный член киевского литературно-художественного клуба Х.Л.А.М., Павел Герман запомнился как автор слов целого ряда популярных произведений - «Всё, что было», «Только раз бывают в жизни встречи» и др.
«Сердце»
В 1934 году на экраны Советского Союза вышел звуковой фильм «Весёлые ребята», призванный доказать миру, что и мы умеем делать фильмы, не уступающие голливудским. Эксцентричная «джаз-комедия» имела большой успех, во многом благодаря музыке тогда ещё молодого (ему было слегка за 30) и малоизвестного композитора Ицхака-Бера бен Бецалеля-Йосефа Дунаевского, который появился в титрах фильма как Исаак Дунаевский. Стержневым музыкальным номером стало танго «Сердце» в исполнении главного героя - пастуха-музыканта Кости Потехина, влюблённого в домработницу Анюту. Роль Кости исполнил Лейзер Иосифович Вайсбейн, хорошо известный под своим сценическим именем Леонид Утёсов.
Первая советская музыкальная кинокомедия стала стартом успешных карьер Дунаевского и Утёсова. На Втором международном кинофестивале в Венеции в 1934 году Дунаевский получил приз за лучшую музыку к фильму. А танго «Сердце» популярно до сего дня.
«Мне бесконечно жаль»
Мелодия этого танго в исполнении прекрасного тенора Ивана Дмитриевича Шмелёва буквально очаровала всю страну. На этикетке пластинки, расходившейся большими тиражами, было начертано «Музыка Александра Цфасмана».
Разумеется, известному джазовому музыканту Александру Наумовичу Цфасману принадлежит большая роль в популяризации этой мелодии в СССР. Он её обработал, но само танго прибыло в Советский Союз из-за границы. Оригинальное его название - «Tzigane joue» («Цыган играет»"), а автор - Курт Левиннек. Родился он в 1904 году в Праге под фамилией Левин или Леви. Первоначально жил и работал в Германии, написав в 1930 - 34 годах музыку к 14 фильмам. После прихода нацистов к власти потерял работу, угодил в концлагерь, но уцелел. После войны уехал во Францию, где продолжил сочинять музыку для кино.
«Дымок от папиросы»
Ещё одно красивое танго от Исаака Дунаевского. Оно связано также с именем певца Константина Сокольского, жившего в Латвии, когда та была независимым государством. В становлении Сокольского как певца заметную роль сыграл известный импресарио Соломон Яковлевич Бискер, работавший с самим Шаляпиным. Как-то при записи на местной фирме «Бонофон» Сокольский уговорил владельца фирмы записать и «Сердце» Дунаевского. Исполнение столь понравилось композитору, что он прислал латвийскому артисту свое новое сочинение «Дымок от папиросы».
Надо помнить, что в те годы Латвия была независимой страной, не очень дружественной СССР. Да и после войны Сокольский не был в фаворе у властей. Поэтому это красивое танго известно массовой аудитории меньше, чем того заслуживает.
«Утомлённое солнце»
В 1937 году джазовым оркестром под руководством Александра Цфасмана было записано танго «Утомлённое солнце», мгновенно ставшее популярным. Родина этого танго - Польша. Здесь жил уроженец Львова, поэт Зенон Фридвальд, писавший на идише и по-польски. Он и написал стихотворение о расставании двух молодых людей, инициатором которого выступает дама, нашедшая более состоятельного кавалера. Стихи эти попали к уже известному композитору Ежи Петерсбурскому. По слухам, и сам Ежи переживал в это время разрыв с любимой девушкой, что не могло не отразиться в новом танго. Композиция получила название «Последнее воскресенье» и повествует о последнем воскресенье, которое молодые люди проводят вместе перед расставанием.
Первым исполнителем танго стал известный польский певец Мечислав Фогг, а вскоре в СССР появились три независимые версии текста, но общепринятыми стали слова, сочинённые поэтом, известным под псевдонимом Йосеф Альвек (Пинхас-Йосеф Соломонович Израилевич). Его текст довольно далёк от оригинального и просто повествует о расставании двух людей - без драматизма, присущего стихотворению Фридвальда.
«Три танкиста» и Марш советских танкистов
В конце тридцатых годов прошлого века в СССР растут милитаристские настроения. А вскоре на Дальнем Востоке начались реальные столкновения с Японией. И тут же зазвучала песня на злобу дня. Называлась она «Три танкиста», и спел её в кинофильме «Трактористы» популярный киноартист Николай Крючков. В этой же картине прозвучал и «Марш советских танкистов» («Броня крепка и танки наши быстры»). Оба произведения были сочинены братьями Покрасс - Дмитрий и Даниил уже давно работали вместе.
«Три танкиста» и Марш советских танкистов стали неформальными гимнами пограничных и танковых войск Советского Союза, а затем и России. Автором слов обоих произведений является поэт Борис Савельевич Ласкин.
«Катюша» и «В лесу прифронтовом»
«Катюша» давно стала песней-символом войны с Германией. Отсюда убеждение, что она была сочинена едва ли не на передовой. На самом деле впервые эта песня была исполнена 27 ноября 1938 года в Колонном зале Дома союзов Валентиной Батищевой. Композитор Матвей Исаакович Блантер, слова Михаила Исаковского. Песня очень удачно вписалась во фронтовую обстановку.
Уже в 1943-м на слова того же поэта Матвей Блантер написал ещё одну песню, также ставшую очень популярной, - вальс «В лесу прифронтовом». Исполняют её и сегодня.
«Синий платочек»
Ещё один подарок русскому народу от Ежи Петерсбурского. Правда, время уже другое. Началась Вторая мировая, первой жертвой которой пала Польша. Многочисленные польские евреи устремились на восток - в СССР. 17 сентября границу переходит уже Красная армия, оккупируя восточную часть Польши, которая превращается в Западную Белоруссию и Западную Украину. Так добравшийся до Белостока Ежи становится советским гражданином и белорусским музыкантом. В конце 1939 года он возглавляет только что созданный и состоящий в основном из таких же беженцев Белорусский республиканский джаз-оркестр.
Во время гастролей оркестра в Москве в 1940 году текст для одной из мелодий Петерсбурского предложил поэт и драматург Яков Гольденберг, публиковавшийся под псевдонимом Яков Галицкий. Так родился «Синий платочек». Песня оказалась очень удачной, и её стали включать в свой репертуар ведущие исполнители страны. В 1942 году появился новый вариант текста, предложенный Клавдии Шульженко во время её концерта на Волховском фронте сотрудником фронтовой газеты лейтенантом Михаилом Максимовым. Он изменил часть строф на военный лад, и этот вариант стал каноническим.
«В землянке»
А вот это уже настоящая военная песня, дошедшая буквально до всех уголков страны. В феврале 1942 года в редакцию одной из армейских газет пришёл композитор Константин Яковлевич Листов в поисках текстов для песен и нашёл стихотворение Алексея Суркова. Так появилась эта искренняя песня, начинавшаяся словами «Бьётся в тесной печурке огонь».
История её такова. Военный корреспондент Сурков попал на передовой под обстрел и был буквально на краю гибели. Добравшись до своей землянки, он по горячим следам написал стихотворение, которое затем отправил жене, находившейся с детьми в эвакуации в городке Чистополь. Четыре четверостишия были адресованы только ей и больше никому. Тем не менее Сурков откликнулся на просьбу композитора и передал текст для будущей песни.
«Случайный вальс»
Авторы этой песни - поэт Евгений Аронович Долматовский и композитор Марк Григорьевич Фрадкин, первый исполнитель - Леонид Утесов. Как вспоминал Долматовский, песня родилась в поезде, когда он и Фрадкин ехали к месту будущего сражения на Курской дуге в 1943 году. В основу лег случай, рассказанный одним офицером, который оказался в небольшой деревушке в прифронтовой полосе, где местная молодежь танцевала под старый разбитый патефон и где он встретил девушку, с которой тут же пришлось расстаться. Получился романтический военный вальс. Благодаря Леониду Утёсову песня стала любимой и всенародно известной.
Куда бы нас не заносило, главное вовремя вернуться.
В собеседниках нередко узнаешь
Себя,…того что был пораньше …
С полным набором:
Ума, глупости, наивных
Ожиданий, соответсвующих тому времени
Что было и ушло…
И узнаешь не то чтобы с какой то высоты
Своего опыта, там, или типа" проходили"…
А скорей с более
Низкого уровня оставшегося
Заряда батарейки…
Когда роботы станут разумными, их деньги будут называться - киловатты.