Молитва - это сильнейший посыл оголённой души, обращённый к Богу верующими (в сознание космоса атеистами). Это нечто чудесное и непознанное, но действующее обязательно. Сила молитвы заключена в искренности нужды, в откровенности беспомощности, в наготе чувств. Автономный, бескорыстный сигнал SOS сознательной тревоги, усиливающийся беспокойством за… Эгоистично-милосердный, сугубо личный. Этот призыв летит во вселенную, а не падает камнем на землю, как желания лицемерия, алчности, ненависти, и не рассыпается на мелкие осколки бытия, раня нас обидами, уязвлёнными амбициями, проблемами. Безусловная Вера находит лейтмотив порыву чувств, и окрыляет мысль, уносящую призыв к началу начал, творящему жизнь. И даёт результаты. Почти сразу, даря каждому молящемуся душевный комфорт от изменяющейся ситуации.
Проверено лично и не раз. Разряжается обстановка, изменяется информация, события обретают более чёткие контуры, и в конце концов наступает то, о чем просил. (Не путать с мирскими желаниями - исполнение желания зависит только от самого пожелавшего, от его упорства, выдержки, заинтересованности.)
Вселенная сама по себе разумное нечто. Наша нужда - это её нужда, наша боль - это и её боль тоже. Поэтому искренние мольбы слышатся. И исполняются. Так или иначе.
Молитесь, и вас услышат. Просите, и вам будет дано. И принимайте с искренней благодарностью помощь. Осознавайте её. Другого небесам не надо. Просто примите данность - наша душа - это нечто другое, чем мы есть на самом деле. И только её глас слышит космос. В любое время, в любом месте…
Восток гнушается всякой деятельности. Лао-цзы учил, что бездействие - самое полезное дело на свете. Если бы все люди отказались действовать, на земле воцарились бы мир и счастье.
---
Лаоцзы (Ли Эр, конец VI - начало V в. до н.э.) - древнекитайский философ, которому приписывается книга «Ла-оцзы», или «Дао дэ цзин», где опровергается существование бога и резко обличаются религиозные и социально-политические традиции того времени.
Философия Лаоцзы (даосизм) проповедует недеяние как идеал, к которому должен стремиться человек, ибо, согласно взглядам Лаоцзы, люди способны лишь понять окружающий их мир, но не в силах изменить его.
---
На вкус и цвет - денег не хватит!
Десятилетия «мирной» эпохи не прошли бесследно: они создали неизбежно оппортунизм во всех странах, обеспечив ему преобладание среди «вождей» парламентских, профессиональных, журналистских
(ПСС, т.26, с.102)
Гениальность картины «Черный квадрат» - в нахальстве автора.
С 2018 года страховая часть пенсии увеличится на коэффициент аж 1,037. Остров Бали стал ближе для пенсионеров на целых 37 метров.
Наша жизнь - всего три дня: вчера, сегодня, завтра. Два из них нам не подвластны. А сегодня поспеши - управляй и властвуй!
Обычный человек не сможет долго жить в народной нелюбви, в ненависти, в целенаправленном потоке отрицательной энергии, исходящем от миллионов людей к этому человеку. Такая среда может быть комфортной только для нелюдей, для нечисти. Они питаются этой нелюбовью.
Он дам, как перчатки по жизни менял.
У страсти метаясь в плену.
И понял, что лучше жены не найти!
Осталось найти, лишь, жену.
- Господа, - говорит лорд Форсайт своим приятелям по клубу, - за одну ночь я наставил рога сразу трем джентльменам! - Как это может быть? - изумляются слушатели. - Очень просто. Эту ночь я провел с собственной женой.
***
В казино. Дама спрашивает джентльмена, играющего в карты: - Вы помните меня? В позапрошлом году, вы здесь же, просили меня выйти за вас замуж. - И вы вышли? - рассеяно спрашивает он, тасуя колоду карт.
***
Англия. Дворецкий стучится и заходит в кабинет к лорду: - Сэр, пришел Ваш портной и говорит, что не уйдет, пока Вы ему не заплатите за последние два костюма! Лорд (не отрываясь от газеты): - Отлично, приготовьте для господина комнату.
***
В Англии гид проводит экскурсию американцу. Американец: - Всё у вас в Англии маленькое, вот например это здание в Америке было-бы в 10 раз больше. - Конечно, сэр, это же психушка!
***
- Сэр, разрешите выразить вам свое сочувствие. Я слышал, что ваша жена сбежала с вашим лакеем. - Пустяки. Я все равно собирался его уволить.
***
- Налей мне виски! - Вообще-то сейчас восемь утра?! - ОKей, - кинь туда хлопьев!
***
Подвыпивший лорд слуге: - Джон! Вы не находите, что у этого йогурта какой-то странный вкус?! - Да, сэр. Более того, я нахожу, что у этого йогурта какое-то странное название, сэр. - Ну и какое же? - Майонез, сэр!
***
- Бэрримор, когда английские судьи начали носить чёрные одежды? - Они их надели в день траура по королеве Виктории, сэр. - Но почему они их носят до сих пор? - Так ведь она всё ещё мёртвая, сэр!..
***
Пожилой английский лорд, проснувшись утром, подходит к окну, и, вглядываясь туда внимательно, говорит молодому слуге: - Сегодня смог. - Поздравляю, сэр! - отвечает слуга.
***
В ресторане: - Ваш английский завтрак, сэр! - Так, бекон, яичница, фасоль… а где тост? - Ваше здоровье, сэр!
***
Настоящий джентльмен - это тот, кто кошку всегда называет кошкой, даже если он о нее споткнулся и упал.
***
Очень тактичный англичанин не знает, как сообщить секретарше, что она уволена… И формулирует это так: - Мисс Джонс, Вы так великолепно справляетесь со своими обязанностями, что я даже не знаю, что бы мы делали без Вас. Но с понедельника мы все-таки попробуем.
***
. Джентльмен приходит домой и видит жену голой. Муж оглядывает ее: - Мэри, почему ты голая? У тебя же много платьев! Открывает шкаф: - Вот кашемировое, вот атласное… Добрый день, сэр… Вот бархатное…
***
- Верите ли вы в наследственность? - спрашивают английского лорда. - Конечно! Только благодаря ей я владею всем своим недвижимым имуществом.
***
Лорд уходит из дому. Слуга провожает его и спрашивает: - Сэр, если леди пошлет меня за вами, скажите, где вас не надо искать?
***
Баскервилль - Холл, горящий камин. Сэр Баскервилль с трубкой в зубах на кресле-качалке, укрытый пледом. Стук в дверь. - Кто там? - Бэримор, сэр! - Войдите, Бэримор! - Сэр, разрешите стаканчик воды из графина? - Пожалуйста, Бэримор! Всё повторяется несколько раз. - Сэр, разрешите еще стаканчик воды из графина? - Что случилось, Бэримор? - …Пожар, сэр
***
Едут два джентльмена в одном купе… Час молчат, другой. Наконец один другому и говорит: - Разрешите представиться - меня зовут Джон Уайт, а Вас? На что второй джентльмен отвечает: - А меня нет…
***
Едет такси. Сзади сидят двое пассажиров и разговаривают. - Представляете - я вчера в ресторане, так у официанта, когда он наливал вино, не было салфетки на руке. - Да что вы говорите… Да… Я то же недавно был в ресторане с дамой, так официант меню подал сначала мне… - Да не может быть… Водитель сидел, сидел, потом не выдержал и спрашивает: - Ребята, а ничего, что я к вам спиной сижу?
***
Англичанин возвращается домой и застает жену с любовником. Голый любовник в панике выскакивает из постели, мчится в ванную, хватает там полотенце и накидывает его вокруг бедер. Разъяренный муж, видя это, кидается за ним с диким криком «Нет!». Жена думает: ну все, сейчас убьет. Подходит к ванной и видит - там муж в истерике, страдальческим голосом: - Нет! Не это! Это - для лица!
***
- Послушай, Мэри, - говорит фермер супруге, - мне кажется, что белая курочка немного загрустила. Не сварить ли из нее суп? - Ну, если ты надеешься ее этим развеселить.
***
. Две старые девы сидят во дворе на скамейке и, поджав скорбно губы, наблюдают за петухом, который гоняется за курицей и никак не может догнать. Два раза обежав вокруг дома, курица выбегает на улицу и попадает под колеса грузовика. Одна из дев произносит с пафосом: - Она предпочла смерть.
***
Умирает англичанин. Собрав остатки сил, он обращается к жене: - Я хочу, чтобы через шесть месяцев после моей смерти ты вышла замуж за Джо… - Но я полагала, что ты его ненавидишь?! Англичанин на последнем дыхании: - Еще как ненавижу…
***
. Английский лорд после кораблекрушения очутился на необитаемом острове. Он построил три хижины. Через некоторое время его обнаружили и спасли. Моряки долго недоумевали, зачем ему три хижины? На что он ответил: - Одна - это мой дом, вторая - это мой клуб, а третья - это клуб, который я игнорирую.
***
- Джентльмены, поздравьте, у меня родился сын! - Поздравляем, поздравляем! А как жена? - Она пока не в курсе.
***
- Что должен сделать настоящий джентльмен после романтического ужина? - Помочь даме сжечь приобретённые за ужин калории.
***
Джентльмен говорит даме, своей соседке: - Мадам, я вчера слышал ваше пение. Та, краснея: - О, что вы! Я просто убивала время! - Вы выбрали страшное оружие, мадам.
***
- Чем могу еще служить, сэр? - спрашивает лакей, стараясь угодить даме и господину, только что занявшим комнату в гостинице. - Нет, спасибо, ничего не нужно, - отвечает джентльмен. - Может быть, что - нибудь нужно супруге? - Хорошо, что напомнили! Принесите почтовую открытку.
***
У мистера Смилса умерла жена. Молодая и красивая. Мистер Смилс, как истинный англичанин, стойко держался на похоронах. А рядом безутешно рыдал молодой мужчина, громко исповедовался, говорил, что значила для него эта женщина. Когда похороны закончились, мистер Смилс подошел к молодому мужчине и утешил: - Не расстраивайтесь, мой друг, я собираюсь жениться вновь!
был не глуп
исполнив номер
вовремя и мудро
помер
Я тешу себя надеждой,
что буду нравиться немногим,
но всегда.
Когда на небе нет ни звезды,
И снежный бог порошит планету,
Дыши,
Кому-то твоей души
Дороже нету…
5 декабря 1484 года Римский Папа Иннокентий VII издал буллу «Summis desiderantes affectibus», положившую начало охоте на ведьм в Европе…
Колдовство как преступление
Магические упражнения, известные под общим названием «колдовство», возникли ещё на заре человечества. Практически во всех ранних культурах так или иначе появлялись группы людей, пытавшихся воздействовать на силы природы с помощью различных обрядов.
Отношение к колдунам часто зависело от результатов их деятельности, меняясь от обожания и почитания до ненависти и стремления к физической расправе.
С появлением первых государств власть стала рассматривать колдунов как лиц, своим влиянием способных подорвать авторитет правителей.
Ещё в знаменитых древних законах царя Хаммурапи предусматривалась ответственность за колдовство: «Если человек бросил на человека обвинение в колдовстве и не доказал этого, то тот, на которого было брошено обвинение в колдовстве, должен пойти к Божеству Реки и в Реку погрузиться; если Река схватит его, его обвинитель сможет забрать его дом.
Если же Река очистит этого человека и он останется невредим, тогда тот, кто бросил на него обвинение в колдовстве, должен быть убит, а тот, кто погружался в Реку, может забрать дом его обвинителя". Человек, признанный виновным в колдовстве, при наличии убедительных доказательств подлежал смертной казни.
В Древнем Риме колдовство каралось в зависимости от степени нанесённого ущерба в рамках так называемого талионного права. Если человек, признанный виновным в нанесении увечья другому при помощи колдовства, не мог выплатить пострадавшему компенсации, то ему должно было быть нанесено такое же увечье. Нанесение смерти путём колдовства аналогичным образом каралось смертью.
Опасная ересь катаров
Борьба с колдовством вышла на новый уровень с утверждением христианства в Европе. Стремясь окончательно искоренить язычество, богословы объявляли языческих богов демонами и запрещали какое бы то ни было общение с ними, называя это идолопоклонничеством. На первых порах, впрочем, идолопоклонничество грозило лишь отлучением от церкви.
При этом христианские богословы I тысячелетия не были склонны преувеличивать возможности колдунов. Так, епископ Бурхард Вормсский призывал святых отцов разоблачать ложь о ночных полётах колдуний, которые они якобы совершают в свите языческих богов.
В начале II тысячелетия церковь столкнулась с новой проблемой - возникновением христианских сект, отрицающих догматы веры и выступающих против власти господства римских первосвященников. Особенно большого влияния достигла секта катаров, или «Добрых христиан», как они сами себя называли.
Катары исповедовали неоманихейскую дуалистическую концепцию о двух равных принципах мироздания, добре и зле, причём материальный мир рассматривался как зло.
В XIII веке, стремясь покончить с усилением влияния катаров, Римский Папа Иннокентий III санкционировал первый в истории крестовый поход в христианские земли. Катарский, или альбигойский, крестовый поход, начавшийся в 1209 году, растянулся на 20 лет и закончился полным поражением катаров.
Этим, однако, дело не ограничилось - римская церковь предоставила особому церковному суду, получившему название «инквизиция», широкие полномочия для искоренения ереси, в том числе путём физического устранения её носителей.
«Дьявол» в качестве аргумента
Но широким слоям населения был непонятны глубокие богословские споры между различными ветвями христианства. Для многих это выглядело так: по велению Римского Папы одни христиане истребляют других.
Для того, чтобы избавиться от подобной неловкости, катаров стали активно обвинять в колдовстве и связях с дьяволом. Под пытками еретики признавались в отрицании Христа, поклонении дьявольским силам и тех самых ночных полётах, которые за несколько веков до этого богословы называли ложью и бредом.
Соответственно, теперь ситуация для широких масс выглядела так: церковь борется не с христианами, а с кознями дьявола и с теми, кто, поддавшись его влиянию, встал на службу врагу человечества.
Подобные обвинения оказались весьма эффективным и действенным инструментом и после окончательного уничтожения катаров стали активно использоваться инквизицией и против других врагов церкви.
Карьера инквизитора Крамера
Средневековая Европа представляла собой идеальное место для появления слухов о многочисленных ведьмах и колдунах. Регулярные неурожаи, эпидемии смертельных болезней, войны порождали в жителях Старого Света панику и отчаяние. При этом поиски виновного как в крупном, так и в мелком бедствии были довольно краткосрочными - «во всём виноваты ведьмы и колдуны». На эту роль мог быть зачислен любой, кто по каким-то причинам был несимпатичен обвинителю. Оправдаться обвиняемому в колдовстве было крайне непросто.
Во второй половине XV века широкую известность приобрёл уроженец вольного города Шлеттштадта Генрих Крамер. Выходец из бедной семьи, он вступил в орден доминиканцев и дослужился до должности инквизитора.
Свою карьеру в качестве инквизитора Крамер начал с расследования в Триенте, где группа евреев была обвинена в ритуальном убийстве двухлетнего мальчика. Итогом разбирательства стал смертный приговор для девяти обвиняемых.
После этого процесса инквизитор Крамер занялся борьбой против ведьм и сект. В Равенсбурге он провёл процесс, на котором две женщины были признаны виновными в колдовстве и сожжены на костре.
Папа даёт добро
Крамер, однако, полагал, что его возможности недостаточны для борьбы с прислужниками дьявола. В 1484 году ему удалось убедить Римского Папу Иннокентия VII освятить борьбу с ведьмами своим авторитетом.
Булла Summis desiderantes affectibus («Всеми силами души») датируется 5 декабря 1484 года. Официально признавая существование ведьм, она давала полное папское одобрение действиям инквизиции с разрешением использовать для этого все необходимые средства. Попытки воспрепятствовать действиям инквизиции карались отлучением от церкви.
В первую очередь булла относилась к Рейнской области, где действовали Генрих Крамер и его единомышленник, инквизитор Якоб Шпренгер, однако фактически она дала старт большой охоте на ведьм в Европе.
Инквизитор Крамер, получивший особые полномочия, развернул настоящий террор, жертвами которого стали десятки «ведьм» и «колдунов». Рвение борца с дьяволом оценили далеко не все - в 1485 году против Крамера поднялось настоящее восстание в Инсбруке, и местные власти предпочли освободить всех схваченных им женщин, а самого инквизитора изгнать из города.
«Молот, подобный мечу»
Уязвлённый таким оборотом дела Крамер, не отступившийся от своих идей, решил изложить своё видение проблемы и путей её решения в письменном виде.
Трактат из 3 частей, 42 глав и 35 вопросов был написан на латыни в 1486 году и впервые опубликован в городе Шпайере в 1487 году. Соавтором Генриха Крамера стал его соратник Якоб Шпренгер.
Полное название этого трактата - «Молот ведьм, уничтожающий ведьм и их ереси, подобно сильнейшему мечу», однако он более известен под коротким названием «Молот ведьм».
В первой части излагалась точка зрения церкви на суть ведовства, где оно объявлялось худшим из преступлений и безжалостно каралось. Считалось, что, кроме вреда людям, ещё одна задача ведьм - умножать на Земле нечистую силу и создавать проклятые места.
Кроме того, авторы приводили деление ведьм на различные типы и разъясняли основы судопроизводства по их делам. В частности, подчёркивалось, что с учётом исключительной вины обвиняемых, в таких делах показания разрешается давать любым свидетелям, в том числе отлучённым от церкви, осуждённым преступникам, иностранцам и так далее.
Секс, женщины и сатана
Вторая, самая большая часть «Молота», состоящая из 26 глав, посвящена описанию теории существования и деятельности ведьм, а также способам борьбы с ними.
Среди всевозможных видов ведовства, таких как оборотничество, насылание болезней и управление стихиями, наибольшее место отведено сексуальным вопросам, связанным с ведьмами. Подробно разбираются темы полового сношения с демонами и инкубами, а также рождения детей от дьявола, любовного колдовства над людьми и насильственного соблазнения их к половому акту.
Хотя авторы «Молота ведьм» и посвятили отдельную главу мужчинам-колдунам, очевидно, что не в них инквизиторы видели главную угрозу. Прямым текстом говорилось о том, что колдуны встречаются значительно реже и несут меньшую угрозу, нежели женщины. Женский пол рассматривался авторами «Молота ведьм» как лёгкая добыча дьявола по причине своей изначальной нестойкости в вере и склонности к греху.
Третья часть трактата содержит формальные правила для возбуждения судебного иска против ведьмы, обеспечения её осуждения и вынесения приговора. В неё включены 35 вопросов и ответов на них, которые призваны разъяснить все возможные аспекты процесса над ведьмой.
«Молот ведьм» очень быстро превратился в своеобразную настольную книгу инквизиторов. За последующие 200 лет он выдержал более двух десятков изданий, превратившись в настоящий символ охоты на ведьм.
Жгите с нами, жгите, как мы, жгите больше нас
Инквизитор Генрих Крамер, подписавший «Молот ведьм» латинским вариантом имени Генрикус Инститор, заявлял, что лично отправил на костёр 200 ведьм. Но труды самого автора были только началом безумия, охватившего Европу.
В
В саксонском городе Кведлинбурге с населением в 12 тысяч человек за один только день 1589 года были сожжены 133 «ведьмы». В Силезии некий изобретательный инквизитор придумал специальную печь для сожжения ведьм, куда только в 1651 году отправил 42 человека, включая малолетних детей.
Парадокс ситуации заключается в том, что люди, недовольные засильем церкви, вытеснив инквизицию, не отказались от преследования колдунов, а передали этот процесс в руки светских властей, после чего количество жертв заметно увеличилось.
Люди, обвинённые в колдовстве, из страха и под пытками начинали свидетельствовать против своих родных, соседей, случайных знакомых. Арест 12-летнего «прислужника дьявола» в немецком городе Ройтлинген привёл к тому, что на основании его показаний были схвачены ещё 170 «ведьм и колдунов».
«Трёх-четырёхлетних детей объявляли любовниками Дьявола»
Картина происходящего в немецком городе Бонне в начале XVII века запечатлена в письме некоего священника, адресованном графу Вернеру фон Сальму:
«Кажется, вовлечено полгорода: профессора, студенты, пасторы, каноники, викарии и монахи уже арестованы и сожжены… Канцлер с супругой и жена его личного секретаря уже схвачены и казнены.
На Рождество Пресвятой Богородицы казнили воспитанницу князя-епископа, девятнадцатилетнюю девушку, известную своей набожностью и благочестием…
Трёх-четырёхлетних детей объявляли любовниками Дьявола. Сжигали студентов и мальчиков благородного происхождения 9−14 лет. В заключение скажу, что дела находятся в таком ужасном состоянии, что никто не знает, с кем можно говорить и сотрудничать".
Однажды начавшаяся в городе или деревне охота на ведьм уже не могла остановиться. В жернова террора затягивались как представители низших слоёв, так и представители знати. Кое-где дело доходило до полного истребления женщин, а в других населённых пунктах судьи сожалели, что процесс остановился из-за… нехватки дров.
Американские отголоски европейской эпидемии
Общее число жертв охоты на ведьм сегодня установить сложно. Процесс был длительным, порой затухая и вновь вспыхивая в период серьёзных социальных потрясений. Чаще всего современные исследователи говорят о 40 000 - 100 000 погибших в результате охоты на ведьм, хотя некоторые полагают, что жертв могло быть значительно больше.
Европейская истерия затронула и территорию современных США. Самым знаменитым случаем охоты на ведьм в Новом Свете стал «процесс над салемскими ведьмами», в результате которого было повешено 19 человек, один умер под пытками, а в тюрьме оказалось ещё около 200 обвиняемых в колдовстве.
Лишь то, что обвинения, основывавшиеся на показаниях малолетних девочек, были поставлены под сомнения, позволило прекратить дальнейшие расправы.
Лишь в XVIII веке европейские правители введением новых законов сумели прекратить охоту на ведьм. Способствовало этому и улучшение условий жизни в Европе.
Последним человеком, казнённым в Европе за колдовство, считается швейцарка Анна Гельди. Женщина под пытками призналась в занятиях чёрной магией, что в совокупности с обвинением в отравлении стало причиной для вынесения смертного приговора.
А. Медведев пишет в своей книге: «Александр Цфасман - личность в советском джазе почти легендарная. Артистический облик его многогранен: пианист, композитор, дирижер, аранжировщик, руководитель оркестра. И в каждой ипостаси он выразил себя глубоко и полно. Наследие А. Цфасмана не утратило значения по сей день. Его музыка звучит так же свежо, как двадцать, тридцать, сорок лет назад. Завидное качество! В легкой музыке и джазе достичь этого совсем не просто, новые веяния и художественные ориентиры меняются здесь особенно часто.
С творчеством А. Цфасмана связаны значительные завоевания советского джаза с середины 20-х годов и до конца 60-х. Талантливый музыкант и организатор, он многое сделал, многое открыл в любимом жанре".
Александр Наумович Цфасман родился 14 декабря 1906 года в городе Александровск, ныне Запорожье, в семье парикмахера. С семи лет Саша обучался игре на скрипке и фортепиано, а когда его семья переехала вНижний Новгород, двенадцатилетнего мальчика приняли на фортепианное отделение Музыкального техникума.
В эти же годы начинается и его профессиональная деятельность. В 1920 году студент второго курса становится ударником Нижегородского симфонического оркестра. Тогда же, вспоминал Александр Наумович, «состоялось мое первое публичное выступление в качестве пианиста: на областной олимпиаде я исполнял Одиннадцатую рапсодию Листа и получил первую премию».
Окончив техникум, Цфасман решил продолжить образование. Его манила карьера пианиста, концертирующего со сложными произведениями русской и мировой классики. Успешно сдав экзамены в Московскую консерваторию, он стал учеником одного из знаменитых педагогов - профессора Феликса Михайловича Блуменфельда.
Но именно в эту пору Цфасман знакомится с джазом. Молодой музыкант буквально заболевает его ритмами, необычным звучанием, богатыми возможностями для эксперимента в сфере, советскими музыкантами еще не освоенной.
Восемнадцатилетний студент класса фортепиано неожиданно обращается к композиции. И также неожиданно его танцевальные пьесы становятся популярными.
В конце 1926 года Цфасман создает свой джазовый ансамбль, первый профессиональный джазовый коллектив в Москве. Четыре месяца ежедневных напряженных репетиций не прошли даром. Премьера ансамбля состоялась в марте 1927 года в Артистическом клубе. Успех оркестра превзошел все ожидания. Сад «Эрмитаж», законодатель тогдашней эстрадной моды, тотчас пригласил «АМА-джаз» для выступлений.
В сезоне 1927−1928 годов ансамбль играл в ресторане «Казино». Слушатели особенно выделяли барабанщика Ивана Бачеева и самого Цфасмана, пианиста-виртуоза.
В 1928 году впервые услышал «АМА-джаз» Кнушевицкий и был захвачен новой для него музыкой, высоким профессионализмом ее исполнения: «До сих пор не могу забыть своего впечатления, - вспоминал Виктор Николаевич. - Мне казалось, что все это недосягаемо для меня, я просто не знал, как это делается».
Играли цфасмановцы с большим энтузиазмом, вдохновенно, их воодушевлял успех, многое в биографии ансамбля не имело прецедентов в истории советского джаза. В 1928 году «АМА-джаз» выступил по радио - впервые советский джаз зазвучал в эфире!
Несколько позже он записывается на пластинки, и это были одни из первых джазовых советских записей в истории.
Пластинки «АМА-джаза» свидетельствовали об исполнительском уровне ансамбля, который был достаточно высок, особенно в сольных фортепианных партиях, сыгранных его руководителем. Произведения «АМА-джаза» привлекали, прежде всего, яркой мелодичностью, инструментовкой, отмеченной богатством выдумки, четким ритмическим рисунком. А достоинства эти связаны в основном с именем Александра Цфасмана, определявшего лицо коллектива, его эстетическую программу.
В конце 1920-х годов «АМА-джаз» часто гастролирует в крупнейших городах нашей страны. В Москве он выступает на концертных эстрадах, фойе кинотеатров, в лучших ресторанах. Большой успех имеют выступления Александра Цфасмана в дуэте с пианистом Евгением Петуниным. Сольная концертная деятельность Цфасмана постоянно расширяется.
В 1930 году Цфасман окончил Московскую консерваторию и стал первым в стране джазовым музыкантом-профессионалом, получившим консерваторское образование. То, что его коллеги-музыканты познавали в порядке «самоучения», Цфасман обрел в рамках классической системы образования и в практической деятельности концертирующего эстрадного артиста. В то время подобный путь к джазу был редкостью.
В начале 1930-х годов Цфасман некоторое время работал концертмейстером в Хореографическом училище Большого театра, где произошла его встреча с молодым Игорем Моисеевым, делавшим первые шаги на поприще балетмейстера. В 1931 году общество «Отель» заключило договор с Цфасманом. После этого в течение двух лет музыкант с успехом выступал вместе с октетом «Московские ребята» на эстрадах лучших столичных ресторанов. По своему составу и манере октет был ближе всего к традиционному джазу, или диксиленду. В начале 1933 года Цфасман решает увеличить духовые группы. Так, первым трубачом становится М. Фрумкин, вторым - Н. Бучкин. В оркестр включается также тромбонист И. Ключинский.
В 1936 году оркестр Цфасмана увеличивается, а его программа становится более разнообразной, более эстрадной.
«Осенью 1938 года, - рассказывал Цфасман, - поняв, что мои устремления находятся в полном противоречии с требованиями эстрады, на которой мы уже прочно обосновались, я решил оставить свой постоянный оркестр и работать только для грамзаписей, собирая для этих целей любой необходимый мне состав. Многие коллеги по эстраде сочли мой уход чудачеством, даже безумием. Немалую роль в таком решении сыграло и то, что мне надоело зависеть от вокалистов, которые стали „центром“ в джазе. Возвращаться же в ресторан я уже не хотел».
В течение 1938 и 1939 годов сборными оркестрами Цфасмана были наиграны такие популярные пластинки, как «Хлопок», «Джозеф» и «Мерцающие звезды» с великолепным соло специально приглашенного ленинградского трубача Георгия Иванова.
Цфасман создал самобытный, присущий только ему стиль исполнения, в котором острая ритмичность сочетается с ярким пианистическим мастерством.
«Меня неизменно восхищает в нем неистощимый запас энергии, творческой выдумки, изобретательности, - писал позже композитор Андрей Эшпай. - Причем Цфасман всегда остается Цфасманом, ни на кого не похожим, самобытным исполнителем. Здесь сказывается и большая культура, и блестящее мастерство (еще бы, школа Блуменфельда!), и увлеченность искусством».
С 1939 по 1946 год Цфасман возглавлял джаз-оркестр Всесоюзною радиокомитета, куда «влились» многие его музыканты. И сегодня, слушая записи этого коллектива, отмечаешь не только чистоту и слаженность ансамблевой игры, мастерство солистов, но, прежде всего, глубинное чувство джаза, чисто джазовую специфику.
В дальнейшем творчество А. Цфасмана развивалось по двум направлениям он возглавлял ряд московских оркестров и, одновременно, продолжал выступать в концертах как солист-пианист.
Во время войны джаз-оркестр Цфасмана продолжал свои выступления. «Наш оркестр, как и весь радиокомитет, был эвакуирован в Куйбышев, - вспоминал Цфасман. - Именно оттуда в то грозное время раздавалась традиционная фраза: „Говорит Москва“. У нас при этом всегда с болью сжималось сердце… Наконец, весной 1942 года мы узнали, что едем на фронт. Мы старательно готовились к этой поездке. В нашей программе было много новых песен, среди них „Землянка“ К. Листова, для которой я сам писал аранжировку, „Моя любимая“ М. Блантера, „Маленькая Валенька“ Б Фомина. Какие хорошие песни рождались в военные годы - чистые, благородные, мужественные, в них не было и намека на пошлость!»
Летом 1942 года джаз-оркестр ВРК дал в действующих частях более! 100 концертов. Исполнял он и чисто джазовую музыку, и рапсодии, и песни, и сатирические «Окна РОСТА». Осенью оркестр ВРК вернулся в Москву. Начались регулярные выступления по радио, продолжались концерты в воинских частях и госпиталях, а также в ЦДРИ и в домах культуры.
После войны Цфасман продолжил активную концертную деятельность.
Он часто играл с симфоническим оркестром «Рапсодию в стиле блюз» Д. Гершвина. Дирижеры были знаменитые - Николай Голованов, Натан Рахлин, Николай Аносов. Все они считались с Цфасманом, прислушивались к его мнению.
Александр Наумович внимательно следил за развитием оркестрового джаза, изучал достижения западных джазовых музыкантов. Вначале он увлекался оркестрами Гарри Роя и Генри Холла. С распространением стиля свинг Цфасман особый интерес проявил к оркестру Бенни Гудмена. Но, конечно, любовью всей его жизни был Дюк Эллингтон.
А. Медведев пишет: «Те, кто когда-нибудь слышал игру А. Цфасмана, навсегда сохранят в памяти искусство этого пианиста-виртуоза. Его ослепительный пианизм, сочетавший экспрессию и изящество, действовал на слушателей магически». Несомненно, в игре А. Цфасмана ощущались классические традиции, прежде всего традиция Листа. Но как джазовый пианист Александр Цфасман никому не подражал. Он сумел выработать свой, неповторимый фортепианный стиль, который узнается мгновенно. Его отличительные черты - энергия и мужественность тона, красочность звуковой палитры, филигранная техника, упругий, крепкий ритм, строгая логика голосоведения и гармонии, тончайшая отделка фактуры.
Пианистический талант А. Цфасмана вызывал восхищение многих выдающихся музыкантов. Мне рассказывали: когда на художественном совете радио прослушивались записи А. Цфасмана, такие прославленные пианисты и педагоги, как Г. Нейгауз, А. Гольденвейзер, К. Игумнов, неизменно ставили высшие оценки своему джазовому «собрату».
Пианизм и композиторское творчество слиты в искусстве Цфасмана воедино. Подавляющее число созданных им произведений предназначено для фортепиано. В основном это миниатюры; танцы, песни, фантазии, попурри, обработки популярных мелодий.
Есть у А. Цфасмана несколько произведений крупной формы. Среди них два концерта для фортепиано - с джаз-оркестром (1941) и с эстрадно-симфоническим оркестром (1967), балетная сюита «Рот-фронт» для оркестра (1931), «Спортивная сюита» для симфоджаза (1965). Цфасман написал немало музыки к театральным постановкам и кинофильмам. Он сотрудничал с Сергеем Образцовым, Николаем Акимовым, Натальей Сац, Григорием Александровым. Его музыка и сегодня поражает неистощимой фантазией, безупречным вкусом.
Умер Александр Наумович 20 ноября 1971 года в Москве.
Артистическая слава преходяща. Важна идея, воплотившаяся в дело, которое живет и развивается во времени, даже после смерти человека. Сущность того, что сделал в джазе Цфасман, наглядно проявляется в творчестве многих современных музыкантов.
Можно сказать, что главное дело его жизни оказалось выше его собственной прижизненной громкой славы эстрадного пианиста.
«Он любил музыку истово, - говорили о Цфасмане музыканты, игравшие вместе с ним. - И от нас того же требовал. Волевой, строгий, предельно взыскательный в работе.
Знал джаз досконально. Мог делать в нем абсолютно все. Мастер! - Ум, эрудиция, внутренняя культура. Мы - как мальчики перед ним. Цфасман не возрастом был старше, а знаниями, опытом, уровнем профессионализма.
Музыканты тянулись к нему. Он был примером во всем: в отношении к делу и к людям, в суждениях о музыке, театре, литературе. Даже в одежде мы стремились походить на него, всегда подтянутого, элегантного.
Цфасман, как никто другой из музыкантов, умел насыщать музыку дыханием джаза. Он противостоял дилетантизму и любительщине, которых немало было в нашей среде".