Болезнь и старость преодолевая,
Впустив пичуг в весеннее окно,
Он слушал голос раннего трамвая
И слышал всё, что знал давным-давно:
Вот порх и шорох лёгкой занавески,
Дыханье молодого ветерка,
Вот звякают хрустальные подвески…
И вот пришла… любимая…строка:
«На свете счастья нет, но есть покой и воля»…
Да, есть покой, но воли нет почти…
И помогла бы доза алкоголя…
Совсем смешная… Господи, прости…
О чём я?.. Да… О воле и неволе…
Вдруг понимаешь - воли вовсе нет…
Где угнездились боли, в той юдоли
Остался только несказанный свет…
Покой и свет. А большего не надо.
Есть лютики, блестящая трава…
И, может, доживу до листопада…
Вот только нет тебя, моя отрада…
Покой и свет. И жизнь всегда права.
- Дедушка, что ты? Ну, потерял ключи.
Тоже мне, горе, главное, - жив пока.
Впрочем, как хочешь: жалуйся, не молчи.
Вот тебе палка или моя рука.
- Вышел сегодня я прогуляться в парк.
Думал о многом: грешников развелось.
Что-то, похоже, делаем мы не так,
Коль не пугает их и Господня злость.
Ночью увидел: за облаками свет,
Странные тени, пьяный тупой галдеж.
Глянул на пояс, - ну, а ключей-то - нет!
Раньше все знали: связку Петра - не трожь!
Дочка, спасибо. Знаешь, у этих врат
Столько разбилось хрупких мирских личин…
Только подумай: страшен ли миру ад,
Если от рая можно украсть ключи?..
Когда по звёздам убегает вечер
За солнцем, что упало за рекой,
Приходит ночь и нас целует в плечи,
И дарит нам прохладу и покой.
моя религия - греть и светить
людям, которых люблю и ценю,
тем, с кем невидима связана нить,
тем, с кем не ставлю я в сердце броню…
мужчины не плачут.
им не положено. по ранжиру…
ну, правда. иначе,
как же им властвовать этим миром?
как завоёвывать?
побеждать? падая, подыматься?
буйную голову,
как свою жертвовать, ради счастья?
душевные раны
бывает, ноют очень уж сильно,
то сердце обманет,
то становится невыносимо.
то вдруг, непогода
в душе, злые лютуют морозы…
и даже природа
загрустит, от ольхи до берёзы…
…
в тени в уголке
подальше от взглядов судачьих,
где свет не проступит сквозь грозы…
не думайте. нет!
мужчина не плачет. не плачет!
он просто стоит там… и скупо…
роняет слёзы…
Непогода, опять на слуху непогода,
Не дают разрешенья на посадку и взлет.
С небом точно подписана чья-то угода
И диспетчер нам вновь переносит полет.
Слышу голос гитары, четвёртые сутки,
Север точно нас держит в суровом плену,
Сыплет парень опять о любви прибаутки:
Как сушила жена сухари на войну.
Чай горячий жжет руки и душу,
Объявления ждем: Воркута- Ленинград.
«Нет посадки…», и голос всё глуше,
Кресла снова с вещами составлены в ряд.
Непогода опять разыгралась, уже не на шутку. В клочья рвет облака, засыпая все снегом вокруг, Люди в креслах сидят, утомлённые временем жутко,
И отсрочка полета загнАла всех в замкнутый круг.
Мы крылатые пленники снежных распятий.
Нам бы только сегодня взлететь от земли,
Закрываем глаза, ждёт нас море объятий,
И молитву нас ждущих услышим вдали…
Copyright: Борис Воловик, 2016
Твои подслеповатые глаза
с немым укором смотрят на меня…
В воспоминаниях вернусь назад,
чтоб извиниться и тебя обнять…
Частенько в спорах ссорились с тобой,
пытаясь тем исправить нашу жизнь.
Сегодня знаю, есть ответ простой:
мы в океане постсоветской лжи.
Хоть молодость была твоя трудна,
порой казалось, белый свет не мил,
но радость жить, любить была сильна,
упорно снова набиралась сил.
Ты постоянно помогала мне,
учила радости от слова «быть».
Благословенна память о тебе!
Мне повезло с такою мамой жить!
Copyright: Нина Орлова, 2016
От детства - к робкому отрочеству,
От клички - к Имени-Отчеству.
Открытия подростковости -
Переключение скорости?
От кризиса среднего возраста -
К третьесортной бодрости.
От красного к бело-синему…
А прадед твой брал Зимний!
От русского - к справа-на-лево ивриту,
Уподобление гибриду.
От октябрятской - к Звезде Давида,
И нас не тысячи, нас - лавина!
Переключились по ходу многие
От партсобраний, да к синагоге.
Кто-то сменял пилотку на кипу.
Дедушка, не поднимайте кипеж.
А привыкание от бороды,
Выросшую просто так… от балды,
К безысходности и к безусости,
Изумляясь своей безумности.
От гибрида иврита - к английскому
Переходы такие склизкие.
С эмиграции в эмиграцию,
От страха зубами клацая.
От Алгола к АйБиЭм Ассемблеру* -
Как поход на чужие земли - крут.
С кибернетики - на поэзию!
Коллеги мне все: «Are you crazy?"**
Не меняются только солдаты.
- Уважаемый, у Вас есть адаптер
От развитого социализма
К загнивающему капитализму?
Переходник от коммунизма…
- Нет, но рекомендую клизму!
Очистишься от ненужных напастей,
И приспособишься к новой власти.
…
От Имени-Отчеству к Имени
С английским акцентом - выменял.
Второсортная синема…
Теперь узнаёте вы меня?
Обречённая ночь разбита рассветом в осколки
Темнота умерла, лишь едва дотянув до утра.
Начинается день, сна остатки, сбросив неловко…
Просыпается мир для великих побед и утрат.
Кто нашёл в себе силы утром проснуться,
Будут прятать за гримом ранимые души.
По утрам, как обычно, наденут на лица маски,
Чтобы вечером к душам своим вернуться.
И становится вредной такая привычка -
Одевать на себя равнодушные лица…
Иногда очень больно, снимая вечером маски,
Подобрать к закрытой душе отмычку…
Вновь вечерний закат подводит печально итоги -
Завершилась в театре абсурда двойная игра.
И в антракте ночном, уставшим актёрам убогим
Ночь закроет глаза, чтобы дать им дожить до утра.
Кто нашёл в себе силы утром проснуться,
Будут прятать за гримом ранимые души.
По утрам, как обычно, наденут на лица маски,
Чтобы вечером к душам своим вернуться.
И становится вредной такая привычка -
Одевать на себя равнодушные лица…
Иногда очень больно, снимая вечером маски,
Подобрать к закрытой душе отмычку…
Не рви на полоски это уставшее небо.
Из чёрного с белым не засияет радуга.
Если смешать, то выходит серый.
И это не радует.
Не надо, не жги наши старые письма.
Они не виновны, что крылья растаяли воском.
Там, в моём сердце, взрывается Хиросима.
Прощальная ария Тоски!
Не надо не бей на осколки солнце.
Кровавыми брызгами запачкаешь светлое.
Давай мы Богу предъявим санкции
За то, что не знаем ответы?
Незачем, нечем. В дешёвом ситцевом
Полоски белые, чёрные, алые.
Я постараюсь тебе не сниться.
Прости, но такие правила.
Были когда-то и мы рысаками,
Бежали аллюром иль мчались галопом.
К линии тонкой за облаками
Неслись по неровным, извилистым тропам!
Ноги о камни. Распластаны гривы.
Сердце щемит на крутом вираже.
Вёрсты, дороги и ветра порывы -
Всё исчезало в шальном кураже!
Бег сумасшедший на срыве, на грани!
Воспоминания мимо, как тени.
Лишь позади, в растворившейся рани,
Призраки лёгкие дней и мгновений!
В прошлом остались знакомые лица,
Окна родные, глаза матерей,
Только неслись мы за синею птицей,
Дом свой оставив и мать у дверей!
Взлёты, падения, жизни овражки!
Как мы любили, смеялись, мечтали!
К милым ногам полевые ромашки
Солнечной россыпью щедро бросали!
Были и мы рысаками когда-то…
Мяли в лугах незабудковый цвет.
Ныне же в кудри вшивает заплаты
Белыми нитями лунный свет!
Copyright: Людмила Анатольевна Сосновская, 2016
Я тебя ни в чем не виню
Глупо, но очень скучаю
Трепет счастья былого храню
За обиды наивно прощаю
Можно жить, ничего не забыв
Мучить память, душу терзая
Но лучше нить разрубив
Все забыть, тебя отпуская
Понимаю: так лучше, так надо
Не нужно рваться на части
Но память отравляет ядом
Все поиски мнимого счастья
Сирени с соловьями рощи,
Тюльпаны водят хороводы.
Скажи, что красивей и проще,
Чем пробуждение природы?
И я сижу в траве под вишней,
Усыпанной как белым снегом,
И чувствую себя не лишней -
Природы частью. Человеком.
я для тебя в своей душе прописку выписал,
бессрочную, как воздух, или свет,
моя любовь - она реальная, не вымысел,
ей и в мечтах всегда приоритет.
Любовь и жалость - две подруги.
Преодолеть любые муки
Они помогут лишь тому,
Кто их потратил без подсчёта,
Души лимита, чувства квоты,
Назло рассудку и уму.
А послевкусье? Да и чёрт с ним!
Не нам судить, сухим и чёрствым.
Есть посерьёзнее знаток.
Он чуть пригубит твой напиток,
Решит, что был ты слишком прыток
И впишет «неуд» в твой листок.
И не проси, мой друг, поблажки,
Налей простых желаний бражки,
И, глядя в мутное окно,
До дна стакан гранёный выпей…
Или на снег январский вылей.
Не твой удел - творить вино.
Пусть проиграл ты, но ведь бился?
Забыв про всё, пропал, влюбился,
Себя как коврик распластав.
И насладившись униженьем,
Своим проигранным сраженьем,
Ты чуть мудрей и старше стал