Раз всем так весело сейчас Тогда народ потешим тоже
Под каждым посланым письмом приложим фото каждой рожи
Пускай народ потешат тоже те вельможи.
Я знала людей неприглядных с лица
И знала прекрасных — пустых внутри.
У одних душа, что не видно дна,
У других — «проплывёшь» за минуты три.
Я знала людей очень чёрствых и злых.
И знала сияющих добротой.
Но сердца огромные у одних,
А другие, сквозь зубы, кривят душой.
Я видела падших и даже святых,
И тех, кто прошёл настоящий ад.
Возвышенных видела и простых.
Тихих и громких (как тот набат).
Я видела разных. Но все они
Пытались запрятаться за толпой.
Как много людей хотят быть «людьми»
Как мало людей хотят быть собой.
— Что любишь, кто шептал ему раз сто?
— Сама.
— Зачем? Кто вынудил сказать про то?
— Зима.
— И что, согрелась от любви такой?
— Чуть-чуть.
— Сейчас душа твоя нашла покой?
— Смолчу.
— В молчанье — тишина? Ой, не лукавь.
— Тоска.
— А сколько минуло после его «пока»?
— Века.
— «И дольше века длится день», ведь так?
— Беда.
— Так сделай же к нему тот первый шаг!
— Горда.
— Немыслимо… куда сейчас пойдешь?
— В туман.
— Опять лед в сердце и промозглый дождь?
— Зима…
2004 г.
По тропинке время шло со мною о бок,
Торопило… Подгоняло,… Подвело…
И не знала я, что мой хрустальный замок,
Превратится скоро в битое стекло.
И не склеить те осколки, только душу
Всю изранить и порезать на куски.
Ой, ты, время и не лечишь и не сушишь
Капли- слёзы, а порезы глубоки.
Невиновна… Неломала… Некрушила…
Берегла свой хрупкий замок, как могла.
Видно где-то я тебя недолюбила…
Раз ушёл, оставив горы из стекла.
Где ты, тот, что был когда-то самым лучшим,
Убежал… Уехал… Сердце мне разбил…
Время нас с тобой разводит, а не случай,
Ты меня, наверно, просто нелюбил…
Copyright: Тамара Семашко, 2018
Свидетельство о публикации 118082309162
Вернуть любовь уже не чаю,
Холодны, немы образа.
Я тихо в птицу превращаюсь
И поднимаюсь в небеса,
И там, в обители покоя,
Всех одиноких сирых душ,
Найду я что-нибудь такое,
Что отогреет в холод стуж.
Что мне — разлюбленной — поможет
Преодолеть земной разлад,
Не чувствовать усталой кожей
Твоих касаний нежный ад.
И ощущенье, Правый Б-же,
С вопросом: «Мой ли навсегда?!»
Где пауза сказала больше,
Чем-то, прошепченное: «Да!».
«А мне ли веришь?»
«Верю… верю…»
И волоокие глаза,
Во избежание истерик,
Отвел, двух слов не досказав.
А прежде, в судороге страха,
Пытал: «Моя лишь ты, скажи?!»
И билась судорожно птаха
Твоей ревнующей души.
О, Б-же, Б-же, счастье было
От тех банальных, глупых слов,
Но только сердце поостыло
И заморозило любовь.
И равнодушье — не случайность,
Бьет больно истины праща…
И тихо в птицу превращаясь,
Я улетаю, исчезаю, прощаю все тебе.
Прощай.
2004 г.
Не стоит сближатся с человеком которого хочешъ переделать
Господи, спаси и сохрани от такой любви, где чтобы достучаться до человека, нужно семь кругов ада пройти.
Любовь это когда хотят БЫТЬ ВМЕСТЕ и ЖИТЬ ВМЕСТЕ.
увы… можно жить вместе, но не быть вместе.
сердцем. телом. душой
я лишь прошу… своим «прощай»
ты душу мне не поцарапай.
когда решишься меня бросить…
со мной останется — твой запах.
она входит к нему хозяйкой
и садится за стол на кухне.
а на нем лишь очки да майка:
он совсем позабыл про туфли,
он совсем позабыл про кофты,
потому что июль был жарким.
её волос оттенка охры…
— ты доехала?
— добежала.
и молчат минут десять где-то,
и никто ни о чем не просит.
— а я снова вернулась, Лето.
— и я ждал тебя снова, Осень.
в этот раз как-то рано.
— знаю.
только я не могу так, веришь?
я, представь, по тебе скучаю…
хорошо. проведешь до двери?
.
и встаёт. и идёт к прихожей.
он — за ней, но без просьб остаться.
и касаются бледной кожи
десять смуглых от солнца пальцев,
и стирают со щёк слезинки
пара губ, горячее воска.
н обнял её сильно-сильно;
прошептал:
— дорогая Осень,
а давай всех обманем? знаешь,
это много ума не надо,
чтобы слить, как звучанье клавиш,
и мой август, и твой сентябрь.
ненадолго, всего неделя.
и никто не заметит это.
Осень медленно шепчет:
— верю. хорошо. до свиданья, Лето.
.
бабье лето случилось чудным:
очень тёплым, почти что жарким.
дети днями купались в прудах
и неделю носили майки.
двое сели на кухне где-то,
и в глазах их стояли слёзы.
— я вернусь к тебе снова, Лето.
буду ждать, дорогая Осень.
Память — своеобразный жизни «эквивалент»,
умирая оставляем, как последний аргумент.
Туманное утро с рассветом зарделось,
С низин ещё тянет ночным холодком,
Но скромный луч солнца нашёл в себе смелость
Скользнуть по траве, пробежаться тайком
По речке и лугу, покрытым росою,
И тихо скользнуть по верхушкам дерев,
За ним и светило пошло полосою,
Ночные законы бесстыдно презрев.
Но сила не та уже, август проходит,
И сразу не выгонишь холод ночной,
И, как ни печально, но лето уходит,
И скоро наступит осенний покой…
Жизнь — единственное богатство, что мы унесём с собой, навсегда…
А. Защитник, 2015
Прочти и поими,
Что тебя не осудят.
С тобой всегда
Кто-то будет.
Ты думаешь одинок,
Но это не так
Взгляни вокруг,
Открой глаза,
И присмотрись на мир.
И ты поймёшь что не один,
Ведь рядом есть она…
Любимая еда
Взгляни на меня, прекрасна я, правда?
Увидел во мне как сияют мечты?
А я ведь не ты, я буду же верить,
И даже ведь в то, во что не верил и ты.
Вы все одинаковы, вы все так едины,
Что даже хочу я, всегда, лишь молчать.
Тебе же есть дело, как жизнью побит ты?
Ты Будешь любить или так же молчать?