Чем дальше в лес, тем ближе сладкий мед,
Чем глубже, тем, естественно, мрачнее.
Но кто влюблялся, тот меня поймет,
Любовь она с годами не стареет.
Иду по тропкам, обогнув овраг.
Ориентир-макушка старой ели.
Там, за спиной остался буерак,
Еще чуть чуть и я достигну цели.
Вон звезды в небе строятся в каре,
Как будто снова холод ожидают.
А для любви прохлада в сентябре
Листвой багряной в роще расцветает.
Иду вперед, луна небесный дух
Так ярко светит, что в глазах темнеет.
А в голове стучит одно из двух,
Когда дойду, с умею, не с умею?
Вот ель уперлась кроной в небосвод.
Как странно, ни о чем я не жалею.
Чем дальше в лес, тем ближе сладкий мед,
Чем глубже, тем, естественно, мрачнее.
И завтра так будет:
Завтрак, обед, ужин…
Сплошные будни —
Летописец не нужен
Для тела, а для души
Нет никакого дела
В том, какие виражи
Выделывает тело.
У неё свои пути,
Свои горизонты.
Она любит дожди,
Не нужен ей зонтик.
Завтрак, обед, ужин…
Душа о земном не тужит.
Её закружит
Сирени кружево,
Пёрышко птицы синей,
Серебряный иней,
Нежное слово —
К полету готова…
Главное, чтоб душа пела
И летела, куда захотела…
Адрес мой сегодня Сочи,
А душою все в Сибири.
Я назад к любимой очень
Все хочу к одной лишь в мире.
Там дожди и в лобовое
Снега хруст зимы кристаллом.
В Сочи море голубое
И страны народ усталый.
За буйками счастья стаи,
Каждый день плывут дельфины.
Я один и взял с собою —
В благе сердца половину.
Твоя любовь дарит тишину и покой и из неё очень трудно достать слова, чтоб рассказать, как я люблю тебя. Но я сделаю это в сотый раз, не побоясь лишних глаз и колких колючих фраз, обращаясь к тебе одному, чтобы сказать как сильно тебя я люблю, как тобой я живу в самом сладком и желанном плену. Ты — мой свет, повелитель снов и грёз, мой кислород, а так же причина слез. Когда тебя нет со мной рядом я тоскую, печалюсь, грущу и не вижу белого света, потому что тобой дышу. Когда же вижу твою улыбку и блеск счастливых глаз, я прошу: Остановись мгновенье! Я хочу быть здесь и сейчас! Ты первый научил меня по-настоящему любить и уходя не уходить, а возвращаться снова, прощать, мечтать, желать и знать, что лучшей в мире нету доли, чем быть любимою тобой, родной. С тобой огонь и воду я пройду, не побоясь и без сомнений, лишь только б слышать сердца стук, что бьётся с моим в такт, ты — моё спасение. Моя любовь к тебе — река, полноводна и глубока, ты не ищи в ней берега и не пытайся достать до дна. Я не причиню вреда, но обниму тебя волнами, ласковыми, безмолвными и подниму до небес и пусть только кто-то попробует скажет, что не бывает чудес. Ты — моё солнце и первый утренний нежный лучик, самая яркая в небе звезда, нет мужчины на свете лучше, ты моя сила и слабость, защита, опора, нет надёжней плеча. Все свои ночи бессонные, без оглядки подарила тебе, за то, что ты есть в моей жизни, я благодарна судьбе. Я каждый новый день хочу влюбляться лишь в тебя и тепло души своей дарить сегодня, завтра и всегда, чтоб ты смог все беды, печали свои позабыть и сказать мне однажды простые, но самые дорогие слова: Ты — лучшее, что есть в моей жизни, с тобой любимая, счастлив я.
Посвящение любимому мужчине.
У него один глаз карий, другой-зелёный.
Он, по-своему, мил, но не так, чтоб очень.
Самонадеян не в меру, бесцеремонный,
Он пришёл ко мне как-то тоскливой ночью.
Стало чуть прохладней в комнате душной.
Растянув в улыбке рот сердцееда,
Предложил мне всё, что хочу за душу
И укутал речью, как тёплым пледом.
Он такой уверенный был в успехе!
Посулил мне горы богатств несметных.
Чуть зарвавшись, пообещал бессмертье,
И, слегка опешил, когда со смехом
Я ответила: «Виски и рюмки в баре.
Что мне с той души? Только боль и слезы.
Если очень нужно, бери-ка даром,
Без кровавых подписей. Выпьем. Поздно».
Взгляд его из мрачного стал лучистым.
Поперхнулся, кашлем прочистил глотку.
Даже там в цене, видно, бескорыстье.
«К чёрту виски, -вскинулся, — нет ли водки?
Редкий случай, когда от меня ничего не надо!
Хотя нет, две тысячи лет назад…
Погрустневший резко отводит взгляд…
Забегу, говорит, как-нибудь, поболтаем, ладно?»
Мне когда-нибудь это выйдет, возможно, боком.
Он совсем нестрашный, тот черт безрогий.
Мы с ним просто напрочь забыты богом.
Стали так забывчивы эти боги.
Мне не хватало теплоты
Её, ласкающего взгляда
И пусть Мы перешли на «Ты»
Пред Нами холода преграда
Мне не легче от житейской мудрости
Ночи длинные, а дни на спад, короткие
Что блестит зазывно, то не золото
О любви слова пустые — горькие
Для чего-то ж люди притворяются?
Дробят свою жизнь на гроши медные
И во лжи тихонько растворяются
В сердце убивая что-то светлое
Мне во веки не понять… и к лучшему
Хоть до смерти видно буду маяться
Но уже не верю я так искренне
Что любовью люди исцеляются
Нет печальней чувства безысходности
Обручённым с разочарованием
Ухожу на цыпочках, без пафоса
И без бабьего на жизнь стенания
Воспаряю птицей над реальностью
Там вверху фальшивости не слышно
Ты прости, мне стало тесно… душно
Пусть Господь хранит тебя… я вышла.
Он был для неё всем и много значил, путеводной звездой, маяком, сигнальной ракетой, он был для неё светом. И в кромешной тьме, когда, она позволяла ему светить, он нещадно выжигал все внутри, оставляя рубцы на старых заскорузлых ранах. Задыхаясь от боли, она запирала его победив, а он возмущался, острым жалом паяя где-то слева в груди. Незванный, нежданный, негаданный, случайно пришедший извне, подарок ли, наказание гадала она в тишине. И мысли о нем творили покой и хранила его, как сокровище самое ценное, за семью замками без ключей и кодов, там, куда ни один бы взгляд не смог добраться, заплетая словами в вечное.
Чего бог не дал- учитель не добавит.
Человек, особенно если умный, иногда, а иногда даже часто — так себя ракорячит, что раскорячивать его уже нет никакой необходимости
Тебя, услышав в телефоне,
Меня повергло сразу в шок…
Закрыв глаза, тогда я понял,
Что в жизни я не одинок.
А, ты простою мне казалась…
Девчоночку-подростка слышал я.
И потихоньку зажигалось
То чувство, что нельзя понять…
Ты первая, кто чувствует меня,
Всю сложность не простой моей души…
Ведь ты одна, вдохнувшая огня,
Который мне поможет дальше жить!
Ты будь моей, прошу не много…
Ты ревность покажи свою,
Что не хотела б ты иного,
Что пред тобой, лишь я стою…
Заметил, за меня страдаешь,
И смех, и слезы разделяешь,
На счет меня, заранее всё знаешь…
Свое мне время уделяешь.
Я отвечаю полностью взаимностью…
Хотя, прикинувшись невинностью,
Всегда готов прийти с повинностью,
Когда ошибочно бесчинствую.
Я буду ждать тебя с желанием:
Быть телом я с тобой одним!
И разумом к тебе иметь внимание,
Чтоб был тебе незаменим…
3 сентября 2018 года.
Легче в невозможности быть.
теплыми котами
выстелю кровать
плюс какао чашку
и на все плевать
Я держу в ладони птицу — птаху малую, синицу, сердце смелое её не боится ничего. Скажешь глупая она, ей, наверно, жизнь не мила?! Только знает хорошо не обижу я её, боль не причиню, не предам доверия. Вот бы людям научиться жить без подлости и лжи, и любовь свою дарить только тем, кто так же верит.
Стихотворение Марины Цветаевой «Мне нравится, что вы больны не мной» стало популярным благодаря фильму «Ирония судьбы, или С легким паром!». В киноленте актриса Барбара Брыльска поет голосом малоизвестной на тот момент Аллы Пугачевой романс на стих Цветаевой. Поэтический текст долгое время представлял собой литературную шараду. Кто именно вдохновил Марину Цветаеву на то, чтобы написать столь проникновенное и глубоко личное произведение?
Разгадка была найдена в 1980 году. Ею поделилась сестра поэтессы Анастасия Цветаева. Она рассказала, что это яркое и в чем-то даже философское стихотворение было посвящено ее второму мужу — Маврикию Минцу.
«Многие не понимают этого стихотворения, ищут подтекст, второй смысл. А никакого второго смысла нет, — поделилась Анастасия Цветаева. — Мне было 20 лет, я рассталась со своим первым мужем. На моих руках — двухлетний сын Андрюша. Маврикий Александрович впервые переступил порог моего дома (выполнял просьбу друга), мы проговорили целый день. Маврикий Александрович сделал мне предложение. Я стала его женой.
Но, когда Маврикий Александрович познакомился с Мариной — он ахнул! Марине 22 года, и она уже автор двух поэтических сборников, у нее прекрасный муж и двухлетняя дочь. Марина в те счастливые годы была хороша собой, белоснежная кожа с легким румянцем, красивые вьющиеся волосы. Маврикий Александрович любовался Мариной, она это чувствовала и… краснела. Марина была благодарна Маврикию Александровичу, что я не одинока, что меня любят… Вот об этом стихотворение. Марине „нравилось“, и никакого второго смысла в нем нет».
«Мне нравится…»
Мне нравится, что вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не вами,
Что никогда тяжелый шар земной
Не уплывет под нашими ногами.
Мне нравится, что можно быть смешной —
Распущенной — и не играть словами,
И не краснеть удушливой волной,
Слегка соприкоснувшись рукавами.
Мне нравится еще, что вы при мне
Спокойно обнимаете другую,
Не прочите мне в адовом огне
Гореть за то, что я не вас целую.
Что имя нежное мое, мой нежный, не
Упоминаете ни днем, ни ночью — всуе…
Что никогда в церковной тишине
Не пропоют над нами: аллилуйя!
Спасибо вам и сердцем и рукой
За то, что вы меня — не зная сами! —
Так любите: за мой ночной покой,
За редкость встреч закатными часами,
За наши не-гулянья под луной,
За солнце, не у нас над головами, —
За то, что вы больны — увы! — не мной,
За то, что я больна — увы! — не вами!