В поле цветы, полевые
ромашки стоят
А рядом мальчишки в шинелях
солдатских лежат
В бранном поле смертью храбрых
пал Гвардии Отряд
Припев
И огромное Солнце
Как вечный огонь
Светить будет всегда
И никто не жалел ни о чём
И никто не хотел умирать
**********************************
Он любил цветы полевые
Мечтал поэтом стать
Но зачем война заставляешь
сынов в цветах умирать
Как молоды они были
С войны не дождалась их мать
Припев
А в небе летят,
Летят журавли
И печалью кричат
Верните жизнь,
Рано ещё умирать
*************************************
Им бы здесь гулять под звёздами
Да девчонок всласть целовать
В чёрной скорби под березами
Десять холмиков будут стоять
Цветы полевые вечно живые
Рядом будут лежать
Я ненавидел её как только мог, я любил её как никого, я был безразличен к ней как будто никогда не знал её. я думал о ней, пытаясь забыть. и я забывал, но всё равно помнил. я ревновал ни к кому, ни к чему, а ко всему. я звонил и не хотел разговаривать. я молчал, хотя мне было много, что сказать. не подходил к телефону, но ждал звонка. я кричал, когда пытался быть спокойным. я отталкивал, хотя хотел обнять. я смотрел её фотографии, хотя не хотел её видеть. я лгал ей, когда она знала правду. я общался с другими, хотя она лучшая. я обижал её, но обижался сам. я хотел чтобы она всегда была рядом и сам прогонял её. я причинял ей боль и охранял её от других. и когда она ушла, она стала мне ещё ближе, потому что она в моём сердце, в моём уме, в моей душе. я не люблю её, она моё всё.
Улыбнись, позитивом наполни страницы,
Своей жизни бесценной! Отдавая — бери!
Заискрятся глаза на приветливых лицах,
Как вдали горизонт на остатках Зари.
Обогрей всех вокруг, проскользни словно лучик,
На минуту, на миг, на улыбках замри,
Пусть сияние это прогонит все тучи,
И наполнит Рассветом тебя изнутри!
От чего так рыдает планета?
От чего полыхает земля?
Для чего создаются ракеты?
Не дождешься от них тепла.
Если встанешь ты спозаранку,
И войдешь в тихий лес поутру
И захватишь с собой баранку,
Позабыв обо всем на ходу.
Ты увидишь, какое чудо
Сотворил для нас Бог — отец!
И по венам счастье оттуда
Разливается как свинец.
Мир огромен: деревья, реки!
Пароходы и поезда.
Но однажды, уснув навеки…
Не вернешься сюда никогда.
Так давайте беречь «Круглый шарик»
Он единственный среди звезд.
И на каждом своем полушарии
Создадим Мировой прогноз!
аэропорт.
зона высадки пассажиров.
зона встреч. и зона прощаний.
зона наших с тобой ориентиров.
зона плеч. зона рук. тонких граней.
зона губ. зона глаз. багажа.
я скучала.
и я соскучился.
май сияет в твоих глазах.
рядом ты.
и печаль улетучилась.
я скучала…
и я соскучился.
без тебя жизнь моя.
половинчатая.
а с тобою
я просто
везучая
Я сожгу за спиной все мосты,
Но расставлю акценты на память.
Никому не позволю себя больше ранить,
Счастье только лишь там, где есть ты!
Я увижу рассвет средь разорванных туч,
Засияю лучом, заиграю смычком по скрипке,
Всё отдам за безумие видеть твою улыбку,
Жизнь светла, но дорога меня измучила.
Я хочу быть желанной тебе одному!
Я открою в свой мир для тебя настежь двери,
Среди тысячи лиц в толпе, лишь тебе я верю.
Подарю каждый миг своей жизни тебе, моему!
Мои мысли с тобой, моя жизнь на твоей ладони,
Голос твой, твои губы и руки по телу бальзамом.
Я хочу твоей Евою быть, любимым ребром Адама,
А с чего это всё началось, пусть никто, никогда не вспомнит!
Что-то клюнуло меня, —
И стал я — ночь и холод,
Стал дыханьем Вечного огня,
Цвет гвоздики,
Как в груди осколок,
Что заставил замолчать меня.
В памяти живу я миллионов,
Тысячи приходят до меня
И медали, словно листья кленов —
Реквием по всей стране звенят.
Пятипалые солдатские ладони
На асфальт летят, летят, летят,
Чтобы каждый на планете помнил
Из окопа пламени наш взгляд.
Прежде чем выставить диагноз кому-либо, посмотрите в свой диплом, а врач ли вы?
Полигамия — это умение находить изюминку в своих избранниках, и с каждым новым разом всё лучше и слаще…
Споры, споры, споры —
почти что каждый день,
Как народ их любит-
мне ж, признаться,
лень…
Можно эти споры
навсегда решить-
Стоит лишь учёных
британских попросить.
Говорят, что в мире —
Дефицит добра.
А в моей квартире
С самого утра
Добрые улыбки,
Добрые слова,
Даже за ошибки
Пожурят едва.
Здесь напоят чаем,
Создадут уют.
Говорят «Скучаю!»
И все время ждут!
Здесь обнимут крепко,
Поцелуют в нос!
Это всё нередко
И весьма всерьёз!
Мы не грязнем в быте…
Всё, как мир, старо.
Жаль, что в дефиците
У других добро.
Открытые рёбра… сердце мишенью… в чужие мысли добра… я в это больше не верю… там искренность тенью… утомленна телом и душой… все мысли только в паре с собой… там где я с распухшей губой… дрожу под твоею рукой… где жар по телу свечой… чувственность как сон… где всё бесконечность… картография эротических зон… только от них я в вечность… наверно туда, где светит Орион… я устала обманываться… но буду верить в звездЫ неон… пока сердце твоё бьётся… а моё ему в унисон… пока оно не остановится…
Голод
Этот голод пришел внезапно, и скрутил их в кровавый жгут, перепутал восток и запад, оказалось, его не ждут. У Марии в избе две лавки, а на каждой — по трое ртов, каждый просит еще добавки, если знает немного слов. Они грязные и босые, лица серые, в горле свист, в каждой дочери, в каждом сыне голод вьется, съедает жизнь.
И их ребра торчат так остро, будто все они из кости, как фигурки в руках торговца, словно камни в одной горсти. И глаза их, похоже, волчьи, а под ними — такая чернь, изнутри дикий голод точит, ангел скрючился на плече, в животах пустота клокочет, рвется бездна туда, к сердцам, каждый в горло вцепиться хочет, но не видит в других лица…
На семь дней две краюхи хлеба, он черствеет и соли нет, как и смысла молить у неба ржи в заброшенной целине. Не найти им уже ни крошки, плачут дети — рыдает мать, лижут миски, вгрызаясь в ложки — дай хоть что-нибудь пожевать! И себя бы отдать готова, руку… голову отрубить! Но Мария им шепчет снова «скоро кончится, потерпи».
Голод алчно ждет первой жертвы, чтоб оставить их и уйти, он вращает кровавый жернов, размельчая сердца в груди.
И Марии давно известно, что случится, но вот когда?.. Если было б другое средство… только нет ведь его, беда!
Кто бы знал как невыносимо, ждать, что кто-то из них умрет, чтобы всем остальным дать силы выжить в этот голодный год.
Талант — не фейерверк, что, ослепив, спадёт.
Талант — умение труда воздвигнуть своды.
Пусть без таланта труд не явит миру всходы,
Но без труда талант никак не расцветёт.
Так мерзко и тошно, что даже не по себе.
Не выжать слезу — только зубы до боли сжать.
Единственный тезис, крутящийся в голове:
Здесь не во что верить и нечего больше ждать.
И не с кем быть честным, и незачем быть собой.
Сочувствия и принятия не ищи.
Объявят любые мысли твои херней,
А чувства — пороком слабой, гнилой души.
И не с кем, а впрочем, и не за кем тут идти.
Вожди и мессии давно обратились в прах;
Апостолы их моментально сошли с пути,
Как только идеи их потерпели крах.
А новых идей не нужно. Здесь каждый сам
Живет для себя, все решая своим умом:
Одни прославляют бога и ходят в храм,
Вторые — плодят потомство и строят дом.
И каждый один. Человек человеку — нож,
Приставленный к горлу кем-то из темноты.
Но все так умело и ловко скрывают дрожь,
Что кажется, что боишься здесь только ты.
Не трусь, это лишь игра — как, к примеру, тир;
А мы в нем — мишени (не спрашивай, почему).
Сдавайся, коль страшно, подписывай с миром мир,
А лучше — сожми кулак и начни войну.