Светлые волосы раскиданы по подушке…
Карие глаза смотрят сквозь него, бровки хмурятся…
Губы приоткрыты, и пахнут яблоком…
И прижать её к себе хочется, и не отпускать никуда…
И кожа у неё смуглая, горячая и бархатная…
И острые плечики вздрагивают…
И темно.
И только голос в невидимых колонках поёт про семь секунд:
You’re just seven seconds away…
That’s much, too much. I can’t touch your heart
You’re just seven seconds away
But, babe, it hurts when we’re worlds apart
You’re just seven seconds away…
И он торопится успеть, уложиться в отведённое ему время, и рвётся всем телом ей навстречу, и знает, что у него осталось только несколько минут…
Несколько минут.
И она уйдёт.
Встанет, виновато улыбнётся, соберёт в пучок растрёпанные светлые волосы, закурит, выпустит в потолок струйку дыма, и спросит:
- Проводишь?
И знает, что нельзя ей отказать.
Невозможно.
И времени совсем нет.
Можно только подойти к ней сзади, уткнуться носом в шею её, вдохнуть её запах - и молча отпустить…
А потом ждать. Ждать-ждать-ждать.
Ждать звонка.
Или встречи.
Или сообщения на экране монитора: «Ты меня ждёшь?»
Ты меня ждёшь?
Зачем она спрашивает? Кокетничает?
Жду. Всегда жду. Каждый день, каждую минуту… Жду.
Глаза её снятся. Волосы. Запах на подушке заставляет перебирать в памяти секунды и мгновения…
Она вернётся. Она обещала. Она вернётся…
Моя девочка… Моя - и не моя…
Вечер пятницы. Лето. Темнеет поздно. Иду бесцельно, и просто живу.
Я ощущаю, что я - живу.
Я чувствую запах лета, листьев, бензина-керосина, и слышу музыку, доносящуюся из летнего кафе.
Сигарета в руке стала совсем короткой.
Я затянулся в последний раз, и пошёл на звуки музыки.
В кафе было шумно, людно, и молодая чернявая официантка, держа в руках грошовый блокнотик, осведомилась:
- Вы уже выбрали?
Настроение было хорошее. Девочка-официантка - приятная, не вызывающая раздражения.
- Пиво. Ноль пять. Пока всё.
И улыбнулся ей в ответ.
Девочка ушла, а я смотрел ей вслед. Что-то в ней было… Определённо, было.
Может, глаза? Живые, любопытные… Как у дворняги…
Или трогательная белизна кожи в вырезе белой рубашки?
Или тонкие пальцы, сжимающие переполненную пепельницу?
Не знаю.
Но сегодняшний вечер сулил приятные сюрпризы, я это чувствовал кожей.
Дикая. Маленькая дикая девочка.
Суетливая, живая, настоящая…
Не бойся меня, девочка… Я никогда не сделаю тебе больно…
Пока не сделаю.
Я слушаю твой голос.
Не слова, нет. Мне неинтересно то, ЧТО ты говоришь.
Мне нравится то, КАК ты это говоришь.
Тонкий голосок, так вяжущийся с её внешностью, с сильным западно-украинским акцентом, звенит колокольчиком в голове.
Говори, говори, девочка… Мне это нравится.
Смейся, улыбайся, хмурься - тебе это идёт.
Живой человечек, живые, настоящие эмоции. Губы пухлые взгляд приковывают.
Настоящая…
Месяц уже прошёл. А интерес не угас.
Нет, и больше он не стал, что тоже интересно.
Мне нравится встречать её после работы, нравится ловить взглядом огоньки в её глазках-черносливках, нравится касаться губами её волос, и проводить языком по тонкой белой шейке…
Она вздрагивает, а я - я улыбаюсь.
Моя.
Она - моя.
Так быстро, и так предсказуемо…
Никогда не задумывался над тем, что у неё есть какая-то жизнь.
Что она где-то гуляет, с кем-то общается, и не чувствует себя одинокой без меня.
Пускай.
Это неважно.
И роли никакой не играет.
«…You're just seven seconds away…
That’s much, too much. I can’t touch your heart
You’re just seven seconds away
But, babe, it hurts when we’re worlds apart
You’re just seven seconds away…»
Сигаретный дым струйкой уходит в открытую форточку, спускаясь капроновым чулком по веткам старого тополя…
Позвонить? Нет?
А почему бы и нет?
- Ты где, моя радость? - дым, свиваясь в причудливые, размытые узоры, стелется по потолку…
- Я? Я у подружки сижу. - голосок звонкий, запыхавшийся, и радостный.
- Ммм… У подружки? Я её знаю?
Подружка… Да, наверное, это так и надо: у неё должны быть какие-то подружки.
- Наверное, видел… Светленькая такая, в твоём доме живёт, кстати…
Светленькая. Замечательно. В моём доме живут десятка три светленьких девушек.
Наверняка я её видел.
- А если я к вам зайду сейчас - подружка не обидеться?
Самому интересно - что за подруга такая? И чем она интереснее меня?
Наверняка, откажет…
Улыбаюсь заранее.
- Подожди минутку… - шёпот в трубке, шорохи, смех звонкий. - Заходи, она не против. Спустись на четвёртый этаж.
Даже так?
Искрами рассыпается в пепельнице придушенная сигарета…
Спускаюсь вниз.
Карие глаза, светлые волосы, волнами рассыпанные по плечам, хрупкая фигурка.
- Привет, ты к Оле?
Смотрю на неё. Потом улыбаюсь:
- А можно?
- Проходи… - улыбается солнечно, открыто, искренне.
Закуриваю, спросив разрешения.
Две девушки. Такие непохожие. Разные.
Одна - моя. Живая, настоящая, привычная, изученная до мелочей.
Вторая - старше, выше, тоньше, деликатнее…
И…
И я смотрю на неё, и вижу только тонкие руки, сжимающие сигарету, и поправляющие непослушную прядь волос.
Зацепило.
Сильно зацепило.
Но - не моё.
Не допрыгнуть до неё, не достучаться, не вызвать огонька в её глазах…
А если рискнуть, а? А?
- Ты? - удивление в глазах, и улыбка неуверенная…
- Я. - в глаза ей смотрю нагло.
- Зачем пришёл? - бровки хмурит забавно, по-детски.
- К тебе. Пустишь?
Напролом иду.
Не глядя.
…Светлые волосы, раскиданные по моей подушке.
Хрупкое, вздрагивающее тело…
Длинные ресницы, отбрасывающие тень на раскрасневшиеся щёчки…
С каждым движением я становлюсь к ней ближе - и дальше…
Я касаюсь губами её влажного лба.
Глаза широко распахиваются, и тонкие руки обвивают моё тело.
- Тебе не больно, нет? - шепчу в маленькое ушко.
Маленькая. Тоненькая. Хрупкая такая…
- Нет… - выдыхает протяжно.
Перебираю пальцами её волосы, вдыхаю еле уловимый запах её тела.
Она сидит, подтянув к подбородку колени, и плечики дрожат.
Прижимаюсь грудью к её спине, и чувствую, как бьётся её сердце.
- Не уходи…
Я не прошу, я не требую.
Я вымаливаю.
И в который раз слышу:
- Не могу. Прости. Ты знаешь…
А потом, не глядя на меня, она одевается, зябко обхватывает себя руками, и говорит в сторону:
- Проводишь?
И я провожаю её до лифта.
И возвращаюсь домой. Один. Всегда один.
Странная, неразгаданная и непонятная девочка.
Женщина.
Она старше, она - намного меня старше.
Я в волосы её лицом зарываюсь, и понимаю, что дышу Женщиной.
Настоящей Женщиной.
Женщиной в теле ребёнка.
И понимаю, что обратной дороги нет.
Что я утонул в ней задолго до того, как понял - кто она. Какая она…
Она проникла в меня, в каждую мысль мою, в каждое движение.
Она отдала мне своё тело. Полностью. Целиком.
И больше не дала ничего…
Она приходит, чтобы получить своё.
Берёт, и уходит, оставляя мне свой запах, и смятые простыни…
А я - я не могу её догнать, удержать, запереть…
Она всё равно уйдёт.
Потому что Она не может принадлежать никому.
Женщина-кошка.
Сытая, гладкая, грациозная…
Нежная, ласковая, тёплая…
И - далёкая.
Ей не нужен я. Ей не нужны слова мои, не нужны мысли и чувства.
Ей не нужен никто.
А вот она мне - нужна.
Я жить хочу ей. Дышать ей. Для неё. Ради неё. Всё для неё. А ей - не нужно…
Я закрываю за ней дверь, а через две минуты на экране монитора возникают слова:
«Спасибо тебе за всё. Ты славный мальчик»
Славный мальчик.
И не более того.
Я буду ждать тебя, слышишь? Буду ждать. Дни, месяцы, годы…
Буду ждать тебя.
Одну тебя.
Только тебя.
Потому что люблю.
Люблю…
…Она закрыла входную дверь, и, не зажигая света, села в кресло и закрыла лицо руками.
«Я старая идиотка. Зачем я к нему хожу? Он просит? Пусть просит. Это его трудности. Ты мне ответь - зачем ТЫ туда ходишь?
Молчишь? А я тебе скажу. Он - не такой. Он - другой. Он тебя любит только за то, что ты есть. Что ты ходишь с ним по одной земле, и дышишь одним воздухом. И вот скажи ему - «Убей ради меня!» - убьёт. И глаза эти врать не умеют. Ещё не умеют. Не научились ещё. И тебе страшно, да? Да. Страшно. Он младше тебя на десять лет, у него жизнь только начинается… Куда ты со своими мощами лезешь, дура? Отпусти его, не мучай… Верни его на место.
Не могу. Не могу. Не могу я!
Я видеть его хочу. Дышать им. Прятаться у него на груди, и трогать губами его ресницы…
Голос хочу его слышать. Пальцы его целовать. Родные такие… Тёплые… Любимые пальчики…
Засыпать и посыпаться рядом с ним.
Гладить его рубашки по вечерам.
Смотреть телевизор, сидя на его коленях…
И - не могу.
Что? Что ты от меня хочешь, а? Что ты жрёшь меня изнутри?!
Не могу!
Не отпущу! Не отдам! Никогда!
И назови меня трижды сукой - я рассмеюсь тебе в лицо!
Я люблю его.
И это оправдываёт всё.
И несущественным сразу делает, неважным…
Люблю…"
Мерно загудел системный блок, и замерцал экран монитора.
И её руки привычно легли на клавиатуру, и так же привычно набрали текст:
«Спасибо тебе за всё. Ты славный мальчик…»
Мучительна любовь на расстоянии,
В звонках и письмах нежные признания…
Томительное встречи ожидание…
Сильнее нет для чувства испытания!
Если любовь у нас поистине крепка,
То не затушит расстояние огонька…
А превратит его в бушующий пожар!
Так береги Любовь свою, как дар!
Ревность - я признаю чувством унизительным и оскорбительным, я не имею права входить в подробности ваших чувств -это дело вашей совести.
Что же это такое - мужчина? Это тот, кто встает, когда жизнь собьет его с ног. Тот, кто грозит кулаком небесам, когда буря губит его урожай, - и засевает поле снова. Снова и снова. Мужчину не могут сломить никакие выверты судьбы. Быть может, он никогда не одержит верх - зато он может с гордостью смотреть на себя в зеркало. Как бы низко он ни стоял, кем бы ни был, - победить его нельзя.
Когда ты любишь -ты живешь…
- А нет любви и существование в тягость…
Мир становится пустым и серым.
Злым и навязчивым.
С тобой одна… и без тебя одна… а надо ли?
С тобой живу и без тебя… жива… награда ли?
С тобой дышу… а без тебя… на вдохе… падаю…
На стенах… НЕ ХОЧУ… пишу… помадою…
Не ставлю крест я на тебе… его ношу… у сердца…
в которое… с ноги… пинком… ты открываешь дверцы…
Бывает же такое… Человек занят, а сердце у него свободное.
Мужчины, обращаюсь к вам… Прежде, чем что-то пообещать женщине, хорошо подумайте, а сможете ли вы ЭТО сделать? … А лучше вообще бросьте вы эту привычку раскидываться пустыми обещаниями, чтобы потом впоследствии, если не выполнил и забыл, не выглядеть в глазах женщин - жалким обманщиком… Хочешь что-то сделать - бери и делай!!! Молча, красиво, по мужски…
-Я тебе кто? Друг иль любовница?
-Ты мне… Сестра…
Мой характер, не сахар и конечно, не мёд! Может, кто - то, осудит может, кто и поймет! Я могу портить нервы… И решать все сама! Для кого - то, я стерва, а кому - то, нужна.
Ты говорил, что все пройдет,
Ты говорил, что это временно,
Что время чувства унесет,
Но я тебе тогда не верила.
Должно б уж легче становиться,
Но почему-то все не так:
И сердце без тебя совсем не хочет биться,
И нервы я опять сожму в кулак.
Тобою восхищаюсь я как прежде,
Тобою я живу, тобой дышу,
И каждый новый день наполненный надеждой,
Что именно сегодня я к груди твоей прижмусь.
Что именно сегодня сильною рукою
Погладишь прядь моих волос,
Шепнешь на ухо что-то мне такое -
Чтоб вихрь страстей от всех бы нас унес.
Пишу тебе я этот «бред»
В нем открываю чувства и желанья,
Ты просто знай, что есть на свете человек
Который тебя любит - как это ни банально.
Осенние листья… Глядя на них
Твои ощущаю я губы и руки,
Я не могу примириться с разлукой,
Ведь осень была одна на двоих…
И дождик по трубам журчал словно флейта,
И барабанил по крышам ударными,
Ту осень писал композитор талантливый,
Но расставанье фальшиво пропето…
Неправильно, грустно, нет звуков других,
А в памяти словно обрывки мелодии,
Соединить мы их сил не находим…
Лишь листья, как ноты… одни на двоих…
Осталось лишь далёкое эхо
И мы с тобой как два отголоска
Несказанных слов, несбыточных снов
Как жаль, что ты тогда не приехал
И не пошёл по тонкой полоске
А это был след, идущий за мной
Мне кажется, я больше не верю
И не ищу в тебе неизбежность
Я просто живу сегодняшним днём
Немного раньше времени ревность
Немного запоздалая нежность
Как замкнутый круг, и мы с тобой в нём
Не сдавайся, если можешь
Ты верни и просто больше не теряй меня
Не теряй меня
Мы не знаем наших судеб
Но пусть все, кого мы любим, небеса хранят
Только ты не теряй меня
Ты не теряй
И сыпались разбитые стёкла
И ветер уносил отголоски
Несказанных слов, несбыточных снов
Душа моя в руках твоих теплых
Становится податливей воска
И замкнутый круг, и снова мы в нём
Не сдавайся, если можешь
Ты верни и просто больше не теряй меня
Не теряй меня
Мы не знаем наших судеб
Но пусть все, кого мы любим, небеса хранят
Только ты не теряй меня
Давай раскачаем, как маятник, жизнь
До самых краёв, и будем спешить
И больше не ждать и дня
Не теряй меня
Не сдавайся, если можешь
Ты верни и просто больше не теряй меня
Не теряй меня
Мы не знаем наших судеб
Но пусть все, кого мы любим, небеса хранят
Только ты не теряй меня
Ты не теряй
Посадить бы у входа в сердце вахтёршу советской закалки, чтоб не пускала туда кого попало.