Любить не сложно. Сложно найти человека, которому действительно это нужно…
Только с ним поняла, что до него никого и не было…
Сегодня рада. просто так. А почему? Сама не знаю. Но жизнь прекрасна-это факт! И этот факт я обожаю.
ВАКХАНКА
Под тенью сладостной полуденного сада,
В широколиственном венке из винограда
И влаги вакховой томительной полна,
Чтоб дух перевести, замедлилась она.
Закинув голову, с улыбкой опьяненья,
Прохладного она искала дуновенья,
Как будто волосы уж начинали жечь
Горячим золотом ей розы пышных плеч.
Одежда жаркая всё ниже опускалась,
И молодая грудь всё больше обнажалась,
А страстные глаза, слезой упоены,
Вращались медленно, желания полны.
Огнем опалило: «Красивая стерва!
Знакомое что-то, родное в глазах…
Что ищешь, что надо тебе, королева,
Скрывая за взглядом обиды и страх?»
Еще слишком рано показывать чувства,
Он слишком свободой своей дорожил,
Но вновь, возвращаясь под утро с дежурства,
Писал ей стихи, искрометно шутил…
Сердился, когда она долго молчала,
Безумно и страшно ее ревновал,
Прощался… И все начиналось сначала,
Как кто-то специально приколдовал…
Еще не любил он, скорей ненавидел,
За кожу, за губы ее и глаза…
За то, что не трогал, за то, что не видел,
За то, что общался, не спал допоздна…
Когда и зачем он вдруг начал ей верить,
Когда ей всю душу отдал до конца,
Когда отошел от своих суеверий,
Почувствовав в ней своего близнеца?
Круги набирали свои обороты -
Он маленький мальчик, всегда одинок,
Крутые судьбы непростой повороты,
Что прятал от всех под амбарный замок…
Срывался, опять начинал все сначала,
Привык к одиночеству, старости ждал…
А сердце болело, а сердце стучало…
И он отдалился, опять заскучал…
Все было как сон - ее теплые руки,
И голос, и смех, и ее чистота,
И долгие ночи тяжелой разлуки,
И вновь одиночество, и пустота…
И долгое время тупое молчанье,
Ее обвиняя, ругая себя,
Зачем это вечное нервотрепание?
Звонки, СМС-ки ни свет ни заря…
И с кем она там развлекается стерва?
Все строит «прынцессу», все учит его…
Играет и давит, и рвет ему нервы,
И верит, что любит ее он… Смешно!
Он лучше не будет, он чище не станет,
Он сам себе мальчик, и сам господин!
Но где-то в душе он надеялся в тайне -
Теперь они вместе… И он не один!
Да любовь-это счастье, но иногда она причиняет такую невыносимую боль
скажите мне пожалуйста! о чем мне разговаривать с «отцом» и его родственниками, если я их всю жизнь не видела? а тут объявились, когда я взрослая, самостоятельная женщина! я в замешательстве. как быть?
Помнишь… ты говорил, что за меня любого порвешь, кто обидит. Так вот, меня обидел самый близкий человек, точнее сказать сделал невыносимо больно… Так что же ты молчишь… давай порви…
Скажи, что любишь меня, держа мой подбородок крепко пальцами, и заставляя смотреть тебе в глаза. И тогда я задохнусь от беспомощности.
- Джастина, уж не собираетесь ли вы в меня влюбиться?!
- До чего самонадеянный народ мужчины! Мне жаль вас разочаровывать, но - нет, ничего похожего. - И, как будто желая искупить свою резкость, тихонько тронула его руку. - Нет, тут другое, гораздо лучшее.
- Что может быть лучше, чем влюбиться?
- Да почти все. Не хочу я, что бы без кого-то жить было невозможно. Не надо мне этого!
- Пожалуй вы правы. Если так полюбить слишком рано, это подрезает крылышки. Ну, а что же гораздо лучше?
- Найти друга. - Она погладила его по руке. - Ведь вы мне друг, правда?
Мне нравится, что я тебя люблю…
Подожди, сон, не уходи так быстро… Я хочу еще побыть в твоих объятиях…
Я нашла золотую середину в наших с ним отношениях: да, я буду продолжать его любить; да, я буду думать о нем. Но мы не будем никогда вместе
Любовь, она прекрасна,
Но только дарит боль
Играть с огнем-опасно,
Но ведь любовь-огонь!
Мне обжигает душу
То чувство, что внутри,
Но ты меня послушай:
«Огонь мой не гаси.»
Ведь если он погаснет,
Тогда и я умру
И не смогу я снова
Сказать тебе «Люблю»!
Он пьет коньяк, или виски,
и курит, кажется, «kent».
И кофе любит со сливками,
две ложки сахара, сэр!
Он лечит меня от серьезности
уколами чепухи…
не любит моей стервозности,
и тоже пишет стихи…
он хочет казаться клоуном,
и прячется за слова.
и в этого непутевого
я, может быть, влюблена…