Поза «страуса». что может быть хуже.
Горькая суть слова «не нужен»…
Звон в висках. в глазах пелена.
Безисходное: «не нуж-на»…
Почему так часто бывает в жизни.
Мы в такие с ними убегали дали.
Мы и радость. и горе с ними видали.
Съели соли пуд. понимали молчание.
А теперь «не нужна». эхом вторит отчаянье…
А теперь. зачеркнута. выкинута. прохожая.
Лишняя. так странно. что-же.
Самая большая ложь. самообман.
Смотри правде в глаза. жизнь прозрачна. в глазах туман.
Розовые очки сними…
Не бросают свои…
Не бросают. как бы ты ни орала.
Не падала вниз.
Свои. крепко держат.
Смотрят строго. шепчут «держись»…
И. никогда. всему вопреки.
Не отпустят руки…
Ну. туман рассеялся?..
Видно теперь хорошо?
Кто
Есть
Кто…
Вот кажется, откроются врата,
и Он войдет сомнительный и черный,
мешает, несомненно, правота,
ах, быть бы ей смелее и проворней,
но в скромности и Эго, и полет,
она не ждет, чтобы не стать старухой,
возможно, он и вовсе не придет,
за оплеухой снова оплеуха,
но стерпит леди, будто не жила
в агонии лучей палящих жутко,
вот кажется, откроются врата,
любовь не терпит логики, рассудка,
она, как смерч, сметает на пути
корысть и злобу, ненависть и святость…
он ей хотел весь мир преподнести,
или хоть б его шероховатость.
Ольга Тиманова «Вот кажется»
Поневоле мы грешники,
нам твердили, что нет в мире Бога.
Наши души заблудшие
крепким сном до сих пор еще спят,
И распятые храмы
на крестах заколоченных окон
Нам укором немым
по дорогам российским стоят.
Нас гордыня обуяла,
и себя всех умнее считая,
Что веками слагалось,
мы за годы сумели сломать.
Ну, а Бог — это совесть,
надежда и вера людская,
Но коль сердце молчит,
это разумом трудно принять.
Не безверье ли дом наш
сегодня безжалостно рушит,
А на окнах его
безысходности тени лежат,
И не бес ли вселился
в пустые, холодные души
Тех, кто черною стаей
над поникшей Россией кружат.
Бамс! Мыслишка пробежала…
Бумс! Другая приползла
Накопилось их немало
В голове моей… Звала,
Не звала, они не спросят
Просочатся и всегда
На закате дня подбросят
То, что утром как вода
Растечется, испарится
Станет глупым и смешным,
А сейчас лежу, не спится
Здравомыслие, как дым,
Над другой летает крышей,
Сны другой качают дом.
Успокойтесь, мысли, тише
Вас подумаю потом.
Разум, выспавшись, отметит,
Кто тут недруг, кто тут друг:
Завтра утром на рассвете
Все на свой вернется круг…
Ни одной не разглядеть мне двери,
Если ночь накроет с головой…
Хорошо тому, кто свято верит,
Что из ситуации любой
Выход есть… И я тут не перечу —
Это мной усвоено давно…
Но когда внезапно гаснут свечи,
И вползает тьма в твоё окно —
Всё внутри сжимается от страха,
Что не будет больше ничего,
Что сотрется мир единым махом,
Потому что кто-то оборвёт
Нити все, пропитанные светом,
Паутины черной припася…
Как же уберечь мою планету?
Кто же скажет людям, что нельзя
Меряться оружием и силой,
Все равно никто не победит:
Вместо жизни трепетной и милой
Серый пепел будет и гранит…
Ветер. Восторженный день апреля
Шумно и ласково дышит вслед.
В небе сияющей акварелью
Выписан Облачка белый след.
Запах земли — сладковато-прелый,
Свежей травы островки на ней…
Мы проживаем легко и смело
Лучший из лучших весенних дней.
Вот оно, счастье! — В мгновенье каждом;
Праздник для наших усталых глаз.
Здорово, всё-таки, что однажды
Кто-то придумал весну для нас.
Юлия Вихарева
О истина, мне жаль, ты умерла
Намного раньше, чем успел растаять
Апрельский снег. Ложится пелена
На совесть тёмную от ложных оправданий.
Обречена всю жизнь ловить мой стих,
Ждать, бесноваться, требуя, как дани,
Пророчеств, солеи молитв благих,
А не дождавшись, жалом пчёлки ранить.
В душу льётся ветер ручьями,
В сердце рвётся небо рекой,
Хлещет жгучими солнца лучами,
Закрываю глаза рукой.
Замурована в привидении,
Проникаю в твою плоть,
Я стучусь в твои мысли прощением,
Дай мне шанс гнойник проколоть.
Дай мне муку душевную сбросить,
Не хотела я боль причинить,
Не смогла себя разморозить,
Я не знала, вообще, как мне жить.
Молодая была, нерадивая,
В языке с истеричным налётом,
И погибель ждала нечестивая,
Дай прощение, перед отлётом…
Для любви не названа цена…
Как оценить страданья любящего сердца?
Всю боль и радость, что судьбой дана,
не взвесить, не пощупать, не измерить…
А надо лишь любить и верить,
чтоб душу вывернув до дна
всю жизни шелуху похерить
и быть счастливым, допьяна
нектар вкушая жизни вечной…
И быть безбашенно беспечным,
не строя планы «навсегда».
Куплю остров себе
С замком чудным восне,
С золотыми песками, лагуной.
Будешь в нем на коне
Приезжать ты комне,
По дорожке из-за моря лунной.
Я по саду ночному тебя понесу
В свете ярком порхающих фей
И от счастья очнувшись с тобой поутру,
Ты мне крикнешь —
Проснись поскорей !
Я опять опоздала,
Свари кофе быстрей,
Очень времени мало !
Вот хлопнула дверь и остров пропал,
Мой шеф то же зверь,
Ну и я поскакал.
Купил я билет на маршрутке себе,
Красивая сказка приснилась восне.
Чем винительный-обвинительный,
Лучше дательный-оправдательный
И родительный-восхитительный,
И творительный-созидательный!
Во вкусах мужики однообразны:
Любить готовы женщин всех уже,
Теряя свои силы, волю, разум,
За то, что ноги — прямо из ушей,
За то, что грудь роскошного размера,
Что бёдра необъятной ширины…
И крепнет мужиков святая вера,
Что лишь такие жёны и нужны!
Люби меня безумно не за глазки,
И не за то, что я — твоя жена,
Не за мои всегда хмельные ласки,
И не за то, что я тебе верна,
А лишь за то, что я, в ущерб здоровью,
Помимо кулинарной чепухи,
Приникнув ночью к компа изголовью,
Пытаюсь сочинять тебе стихи!..
что ещё напоследок? обнять или отнять
губы от губ, взгляд оторвать от взгляда:
стану облаком —
догоняй, догоняй меня!
это добрый знак — облака над цветущим садом.
вспоминая прошедшее лето, не прекословь,
всё равно не распутать нитей пустых бессонниц.
ты хотел про любовь,
так это и есть — любовь,
половецкие пляски боярышниц и лимонниц.
человечий язык непонятен — лети, сияй!
если мы будем рядом, то прочим не хватит места.
извела и свела на нет тишина твоя
колыбельную
мою песню.
я не помню, когда ты был, но когда-нибудь
проходя по следам дождя до ближайшей бездны,
я к тебе проложу
наикратчайший путь,
а сама исчезну,
чтобы только сверкали звёзды над головой,
чтобы только звучала музыка — альт и скрипка,
и дыхание ветра,
и голос его живой,
и твоя улыбка…
Ну вот — ты чистым стал листом
и истолчённою водою.
И мир, как тёмный добрый сом,
плывёт к тебе и над тобою.
Ни сна, ни памяти, ни дна,
лишь тихий снег, сухой шиповник,
растущий в заводи окна,
натёрший ветвь о подоконник.
И чтоб родиться, нужен звук —
скрип двери,
вздох печной соломы
и неба медленного стук
о крышу сумрачного дома.
Акбар Мухаммад Саид
Я мечтаю в тебе потеряться,
Чтобы разум мой был помутнён.
Чтоб уснуть и не просыпаться,
Я хочу быть в тебе растворён.
Ты меня уложи и будь рядом,
Речью бархатной словно укрой.
Пусть не вижу тебя я и взглядом,
Но почувствую сердцем, душой…
Напои меня жадно устами,
Дай испить мне блаженство из губ.
Обними меня страстно руками,
Чтоб почувствовал сердца твой стук.
Поделись ты со мною дыханием,
Я мечтаю твой воздух глотнуть.
Стал безумен и страстен в желании,
В неге нежности милой тонуть…
Ты меня не буди, не отталкивай,
Лишь во сне я как будто живу.
Лучше локоном крепче привязывай,
Без тебя не могу, не дышу.
В этом мире безумства и чванства,
Нет нам места с тобой обитать.
Забери меня в неба убранство,
Научи меня к звёздам летать…
Ты обмой моё тело земное,
Я погряз в бесконечных грехах.
Проливным ли дождём иль слезою,
Иль словами, что льются в стихах…