воют янки, ноют бриты,
гадят в сми из всех щелей,
шлют ракеты через твитты,
похищают скрипалей.
мэй слюнями брызжет в телек:
«хайли лайкли», вам хана!
меркель мстит за детский велик,
что посеяла она.
боря джонсон рад кривляться,
польша рвется из рейтуз,
«Вдарю щас, держите, братцы!»
— пять рубах порвал француз.
обещают минус в карму,
угрожают страшной мстёй,
бьются в пене, жгут напалмом,
всех собак сгоняя в строй.
«Мы, америка, с тобою!»
— каждый должен вставить «гавк».
а у дедушки-ковбоя
что ни пост, то томагавк.
мысли — ноль, тупые крики,
превратился в цирк театр.
псих на психе, фрик на фрике.
Где ж ты, дядя-психиатр?
по укольчику бы в жало,
а иначе быть беде.
путь короткий от «кинжала»
до «сармата» и т. д…
Знаешь, мама, я ведь вижу все:
Кто к кому и как относится.
У меня здесь все бьет ключом,
А они твердят: «Не получится!»
Мне они говорят, мол не лезь
На рожон и под пули, глупая.
Ну, а я в ответ посылаю им весть:
«Вот смотрите: я здесь, я живая!»
Знаешь, мам, мне искренне жаль,
Вот такая вот я непослушная,
Мне они говорят, что нельзя,
Ну, а я их и вовсе не слушаю…
Я хочу проснуться… Я хочу в тебя уткнуться… Запах твой вдохнуть… Страстью пахнуть… Твои губы как гипноз… Пить вино из одуванчиков… а не из опавших роз… Не надо больше душу гнуть… Я хочу заснуть и не проснуться… Я хочу уснуть… Я хочу очнуться…
Вся правда в земле
история в мыслях…
пока ты живешь —
свидетель со смыслом…
Ты видишь все сам
и кушаешь правду,
ты знаешь обман
рисованных важных…
Вся правда в земле
— её убивают…
слова это дьявол
мозги покупает…
Желаю счастья навсегда.
Я лишь хотела, чтоб вы знали,
Что было что-то к вам тогда,
Что мы не оба ощущали…
Почему ты всё время в онлайне… Если разгадка в этой тайне… Одиночество бремя… Ему нужно время… Расстаться с мечтами… с глазами… с губами… словами…вылиться стихами… Одиночество…между нами… Одиночество с глазами-зеркалами…
И нужно бы жить у моря.
Надеясь, по детски светло,
Смеяться, нахмурив брови,
Когда задыхаясь ветром
Ты будешь идти навстречу,
Чему-то совсем другому.
Расправив пред солнцем плечи,
Как будто из долгой комы
Ты вышел и стал Вселенной.
Огромным, бездонным миром.
Мгновенно разрушив стены
И вычеркнув ориентиры…
Пол ночи курить на кухне
И мысли смешав с тоскою,
Я верю обычным слухам
И скоро приеду,
Море…
________
Понедельник, подъезд, ключи.
Утро светом в чужих квартирах.
Не вставать миллион причин
Для будильника находил бы.
Тусклый блеск от немых витрин
И трамвай, ждущий новых станций.
Кофе — все, что живёт внутри…
Боже, как же я за*бался.
Тушь потекла- и только,
было бы сил терпеть,
от апельсина б долькой
солнышко протереть,
луч, устремленный в землю,
снова разбудит жизнь,
с тортиком-хризантемы,
«Только, прошу, приснись-
Радостным и беспечным,
праведным и простым…»
Ключ от оков сердечных
держится Смотровым.
Все, что дается Свыше-
в наших руках уже.
Ты стал намного ближе
в стареньком шалаше.
Ольга Тиманова «Тушь потекла»
Твердят, что любовь несомненно проходит,
И надо уметь нам её отпускать,
Что больше не будет на небе восхода,
Которого этой любви не видать.
И, если над этой задуматься фразой,
Что у любви есть всегдашний конец,
Тогда почему на Земле раз за разом,
Любовь возникает у здешних сердец?
А, если любовь возникает, то значит
Мы верим, что будет она навсегда,
И, если есть вера, то с нами тогда
Она остаётся, никак не иначе.
И те, кто любовь упускает свою,
Не думайте, что её встретите снова:
Не обижайтесь от резкого слова,
А встаньте и бейтесь в любовном бою.
Но происходит по-разному в жизни,
Любовных здесь случаев — миллион,
А вдруг, кто-то больше верен отчизне,
Иль кто изменил вдруг — она или он.
Иначе, любовь потерявши однажды,
Вдолбя себе в голову «отпускать»,
Вы будете каждый раз и не дважды,
Партнера души своей упускать.
Кто видел небо, тот смотрел не зря.
Не просто так, а знает в самом деле,
Как звезды в нём алмазные горят,
Как космос одинок и безразмерен.
И кто однажды, выйдя за порог,
Взглянул наверх случайно, отвлеченно,
И вдруг увидел, с неба смотрит Бог,
На нас таких уныло-обреченных.
И небо, расплескавшись как река,
Ему открыло новые страницы:
Как птица прорезает облака,
Пронзив крылом вселенские границы,
Как плавно разливается заря,
Среди полей её встречает ветер.
Кто видел небо, тот рождён не зря.
Не просто так живёт на этом свете.
И ты, борясь, ища свою тропу
В безумьи мира, беспокойстве ночи,
Смотри на небо и когда-нибудь,
Я знаю, ты его увидишь точно.
А правда ведь! Лечит не время, а люди,
Заботой, добром, круассаном на блюде
И чашечкой крепкого кофе впридачу,
Наполненных светом, душой и удачей.
А правда ведь! Тёплые руки и нежность,
Волшебны, прекрасны и безмятежны.
Изгонят любую болезнь и в два счёта
Вы станете жить в любви беззаботно.
Действительно! Лечит не время, а ЛЮДИ!
Цените друг друга и не забудьте
Дарить каждый день кусочек сердечка,
Тогда хватит счастья на целую вечность!
Многогранна людская натура,
Беспокойна, пытлива душа.
То — стремится в пожар авантюры,
То — смятенно дрожит, чуть дыша…
Жизнь — мираж, отраженье желаний,
Затаенных в глубинах себя.
Манит шелестом древо познаний,
И под кроной хоронит, скорбя.
Разрывая оковы бессилья,
Воздвигая над бездною мост,
Нам любовь дарит хрупкие крылья,
Ну, а опыт — копыта и хвост…
Никогда не бойся сделать выбор,
Начиная с чистого листа.
Из любой беды найдется выход!
Все, на что решишься — неспроста.
Помни: после сделанного шага,
Будет в пользу результат любой.
Все, что нынче выберешь — во благо,
И всегда — победа над собой!
Будь как будет: ничего не бойся.
Только прежде — думай головой.
Хуже, если б не пытался вовсе,
Этот шаг и выбор — только твой!
Опыт жизни — вот твоя награда.
И себя за выбор не кори.
Пробуй, ошибайся, если надо.
Действуй! И судьбу свою твори!
«Лошадь, не надо.
Лошадь, слушайте —
Чего вы думаете, что вы их плоше?..»
«Хорошее отношение к лошадям», В. Маяковский.
Я
вычисляю
твой айпишник
и
запускаю
систему «град»,
хочешь —
могу и в окно
булыжник
да у дверей
маршем
строить солдат.
Я
выбираю
Камю и Гессе,
Сартра
и «Тошноту»
напрокат,
коли
не девочка-поэтесса,
а полководец,
ведущий
в ад.
Я
предпочту
бмв мерседесу
и
апперкот поцелуям —
назад!
Если
ты все еще
ждешь
принцессу,
то
запахни поплотнее
халат:
флаг тебе
в руки
и электричку,
где
на конечной
напишут:
«Багдад».
Выброси
эту
дурную
привычку —
не признавать,
что ты —
виноват.
Думаешь,
сложно
найти отмычку,
не рубануть
снизу вверх
под дых,
или
прикинуться
истеричкой
и нанести
сорок ножевых?
Как бы не стать мне
циничной
сволочью,
чтобы оставить
тебя
в живых
и вспоминать потом
с тайной
горечью —
скольких
имел ты
на выходных.
Я
посмеюсь еще,
ваше высочество.
Вы — уже нет.
Среди
глухонемых
каждый
венчает
свое одиночество
радостью,
что он —
не из слепых.
Copyright: Маргарита Мендель, 2017
Свидетельство о публикации 117052003906
От первой любви до последнего вздоха,
От тайных признаний до громких речей,
От мест, где спокойно и где суматоха,
От ярких рассветов до тусклых ночей.
От края до края, от моря до суши,
Сквозь строки, улыбки и искры кремня,
Я всюду с собою ношу свою душу,
Что носит и греет, и любит меня.
И кончики пальцев, боясь онеметь,
Целуют костёр, что им жалом пчелиным.
Мне лучше минуту звездою гореть,
Чем год мне за годом всё тлеть лишь лучиной.
Моей же реке теперь прямо вдаль течь,
Но вот, как обычно, пошло всё по кругу:
И в памяти больше тех сбывшихся мечт,
Похожих на птиц, не вернувшихся с юга.
И листья увянут и вновь зацветут,
И выпадет снег, но и тут же растает,
Несчастье как пряник, а счастье как кнут,
Я выйду отсюда в союзе с ветрами.
Покажется, будто, зажегся впервые,
И будто я с грустью в доме соседнем.
Пускай мне глаза все тот дым почти выел,
Но вспыхну сейчас, как в свой раз я последний.