Цитаты на тему «Шуточные стихи»

— Мне не нужны новые стельки! Я жажду поэзии!

— Ну вот вам, Лулу, я дарю эти строки.

— Как неожиданно! Какие же строки?

— Текущего года.
Анонсировать не разрешаю:

«Проститутки торгуют лишь телом
А вы отдаёте и время, и труд
И поверьте, я это ценю.
Запримечу, что всё это даром.
Не томитесь, Лулу!
Занимайтесь хозяйством по дому и стельками ортопедическими»…

Извините, не знаю как лучше закончить.
(С троглодитской принцессою нужно быть очень тактичным — спесива и вспыльчива).
Может партию в шахматы? Так, между делом.
Мой ход неожидан: «е2 — е4».
Препарируйте, выпад!
Застыли в цейтноте, дрожите от ужаса, словно безвольная курица?

— Шалунишка, опять ты ребячишься! Съешь лучше плюшку.

— Я крендель желаю!

`
День прошел, как одолженье,
Стрелкам часовым —
Ни мыслишки, ни движенья —
Сигаретный дым…
Да бутылочка текилы,
На газетке соль…
И, себе я самый милый,
Ну, почти король!
Только мавра с опахалом
Не хватало мне…
Впрочем, лишний черный малый
В этой тишине…
Там, осталась за окошком,
Жизни дребедень…
Из нее я выпал крошкой,
Жаль, что лишь на день…
Но никак, чтобы поболе,
Барствовать котом —
В жизни нужно право воли
Добывать хребтом.
Правда, тут вопрос огромный:
Хватит ли горба?
Часто, правильным да скромным
И дышать — борьба…
А чтоб раньше не скосило
Острою косой —
Соль, бутылочка текилы,
Пусть хоть день — но мой!

В разгар футбольного особенного лета,
Где всюду властвуют пенальти и пасы,
Звучат по-новому, как бренд, слова поэта:
— Мол, ай да Пушкин! (в смысле Путин) сукин сын!
Витиеваты нынче козни Мондиала,
И, как на выборах, растёт страстей накал.
«Рука Москвы» недавно в Белый дом попала.
«Нога Москвы» — та попадёт в полуфинал.

— Англосаксушек, вишь, от Явропы отторгли.
— Заживём нынче ладно.
— И то, слава Богу!

— Я знаю пути! Я сумию добиться!

— Ты всё взяв, мий синку?

— Проверимо, мамо.
Так, сало при мене,
А где балаклава?

Шановни панове,
Блицкриг пидирвався…

— Алекс, смысл, сюжет, картинка… всё есть. А рифма где?!

— Таня, здравствуйте!
Мой мощный интеллект и чувства обострённые
Сверх меры были заняты поисками многотрудными
Смысла и сюжетной линии.

Строк ударенья, гармоничность, ритмику
Я уступаю борзописцу бесталанному.
Пусть бездарь прячется за прочный щит грамматики.
Дар стихотворца слышен и в безмолвии.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Конкордия Браниславовна (попросту Ко Бра), 63 года, женщина со следами былой красоты, манеры заносчивые с претензией на аристократизм, урождённая мещанка, не гнушается ни одним из доступных ей видов порока. Взгляды отсталые, колеблются в зависимости от перемены атмосферного давления: с вялотекущей ксенофобии до рьяного антикоммунизма.

Её дочка Лесная Фея — чистая девушка, глубоко страдающая из-за своей матери. Бледна и прекрасна (возлюбленная Гоминида, в действии не участвует).

Гном-алхимик Авигдор, состоит в интимных отношениях с Конкордией Браниславовной (Ко Брой), нечист на руку, хромает на левую ногу.

Реликтовый Гоминид 25 лет, рыбак — пьяница и шарлатан, но в целом человек порядочный.

Гном-алхимик Авигдор и Конкордия Браниславовна (Ко Бра) разыскивают в дремучем лесу Реликтового Гоминида, с целью склонить его на свою сторону, в жестокой схватке с Непобедимым и непреклонным в своей непоколебимости Ёжиком.

Летним вечером, синь затуманилась.
Выступают нежданно из мглы
Сосны вещими истуканами,
Корни елей, как руки могил.
Где-то вскрикнет зловещая птица.
— Вас ис дас?
- Успокойся, то Филин.
— Говорят что недавно лесник,
На песке, в непролазном овраге,
Повстречал человечьи следы,
Босоногого великана.
Лес пустынней и тише, и тише…
Стало трудно от страха дышать.
Неожиданно, в чаще кромешной, слышим голос:
— О, больно, как больно — без тебя и с тобой!

Гоминид, раздавленный горем, объясняет подробности своей несчастной любви:

— Я счастлив был,
Пока, со мною рядом,
Звучал твой голос,
Радость мне даря.
Я улыбался птицам и цветам.
Пел песни, по волнам легко ступая.
С тобою вместе, звёзд парад встречая,
На небе провожал сиянье рая.
— Но нет, ты не меня любила,
Сгорая в сладостном огне.
Другим была увлечена.
Притворно ласки мне дарила.
— Я не могу жить больше без тебя!
Когда ты рядом — я один, я без тебя!

Авигдор задумчиво бормочет:

— Ну, ди либе ист штрака алц дэ Туд.
— Ну вот, опять он шпарит по-немецки!
Не поняли? Даю вам перевод.
Наш друг сказал: «Любовь сильнее смерти».
Как день прекрасен, перед тем как умереть,
Так человек, взошедший на Олимп
Своих достоинств, знаний и стремлений
Боится смерти только лишь одной.
— Но кто он — дух?
Или мертвец восставший?

А может в преисподней стало тесно
И демоны ворвались в наш предел?
— Нет я не сплю, я не в могиле, меня вы не найдёте в ней.
Дремучий лес — моя обитель, покров листвы — моя постель!

Видя подавленное состояние неудавшегося союзника, они возвращаются разочарованными обратно (Ко Бра слегка пританцовывает).

— Что, дружок, приуныл? Или против врага
Обессилел в союзе злодея?
Вспомни, как ты порхал, а смычок твой дрожал
Теребимый до самозабвенья.

— Здесь валькирии шабаш творили всю ночь.
Из кудесниц одна вопросила:
«Подыграй, Павианов, вакханкам за грош».
Я в отказ — ведьмы долго глумились.

Хвалился рьяно лживый Павианов:

— Я, новоизбранный гетерии сочлен
Любителей поэм и мадригалов,
Приемля честь, смущён — шлю стон в ответ
Собранию высокому из сердца
Взбодрённого приёмом аж до нельзя!

— Початки взпренья где-то в глубине,
Я чаю, вызревают в награжденье,
Почёт восприняв знаком одобренья
Моей души. Узрите же их все!

— В упрёк замечу: «Дерзость пустомелей
Не потерплю и будучи адептом
Темнейшего из тёмных на земле
Клянусь карать добро, как зла сочлен»!

— Что ж, чокнемся в последний, может, раз.

— Здоров ли ты? Откуда эта грусть?

— Оценим горьковатый смак кофейный.
Коль в экономике не зиждется прогресс,
Вдохни на память дух «Американо».

— В чём связь не вижу? Бредишь, верно, друг?

— Всё просто, их связал премьер Медведев.

— Так он политик или же бармен?

Товарищ, опомнись!
Мизулину слушай.
Запрет не на слово —
Язык вне закона!

Замена грядёт
По стране повсеместно
Оральных утех
Домостроевским сексом.

Будь бдительней трижды,
Касаясь партнёра.
Даруя услады,
Не балуй оралом!

Буйство муз объяло душу,
«Агитсети» зов заслышав —
Здесь разгул таланту!
Время — деньги — я у входа.
Жизнь беру с нахрапа, с бою!
В вестибюле пусто.

Ладная девица Катя
Неохотно привечает,
Широко зевая.
С ясностью вещаю деве:
«Робкую мечту лелею,
Осознав призванье.
Просиять над суетою,
Праздномыслья пустотою
Светочем высоким».
— Вы пришли по объявленью
«Агитсеть — приют поэта»?
Ждите Ксенофонта.

Ожидаю терпеливо.
Ржёт Пегас. Грызёт удила,
Предвкушая славу.
Не отёсан, непричёсан
На Парнас влезает валко
Управитель сайта.

Понукать в житейском море
Таинством, покорным Фебу,
Похвалы достойно.
— Кто такой? Ко мне с поэмой? -
Взор затянут безразличьем.
— Да, издать желаю.

Воспитание на лучшем
«Нет» озвучит, как согласье
Откликом приветным.
Наказанья за незнанье
Избегает духом рьяный,
Что стремился к свету!

Реликтовый Гоминид, вместе со своими сподвижниками, выманивает Осла Дильмона льстивой речью, до которой тот падок не меньше, чем до похоти.

Пусть же, немедля Дильмон
Возвышен хвалой будет нашей,
На сказочных крыльях
Муз всеблагих сладкозвучных!
Взываем к тебе, покажись!
О, угодник покоев Ко Бры!
Высунь же рыло речистое,
Согласно благому обычаю,
Для шутки, иль для поругания!

Раздаётся зычное ослиное ржание.

Хочу разврата! Больше! Больше!
Иа! Иа! Порнуху! Шлюшек!

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Реликтовый Гоминид 25 лет, рыбак — пьяница и шарлатан, но в целом человек порядочный.

Осёл Дильмон — задирает свой хвост в самое неожиданное время, в любом неподходящем для этого месте, удивляя тем самым окружающих. Жаль, что сам не осознаёт собственное скотство, ввиду привитой Ко Брой мысли о якобы свойственных ему сладострастной непревзойдённости и великолепии самца. Неплохо поёт и бренчит на гитаре (после стычки с Реликтовым Гоминидом, поёт только звонким фальцетом, и это заставляет его глубоко страдать).

Конкордия Браниславовна (попросту Ко бра), 63 года, женщина со следами былой красоты, манеры заносчивые с претензией на аристократизм, урождённая мещанка, не гнушается ни одним из доступных ей видов порока. Взгляды отсталые, колеблются в зависимости от перемены атмосферного давления: с вялотекущей ксенофобии до рьяного антикоммунизма.

Реликтовый Гоминид обращается к лесной общественности, стараясь объяснить вину Дильмона, за которую он будет наказан. Осёл беспомощно, оправдывается.

Кто нас толкнул на путь порочный?
И чьим кощунственным копытом
Разрушен жизни строй благой,
Чтобы создать взамен другой —
Цивилизованно-распутный?

Хочу разврата! Больше! Больше!
Иа! Иа! Порнуху! Шлюшек!

Осёл, по прозвищу Дильмон!
Посеял грех — и вольный, и невольный;
Им искалечен ум, душа развращена…
Постыдной ложью, будто дух достойный,
Есть дух отсталый — несвободный.

Хочу разврата! Больше! Больше!
Иа! Иа! Порнуху! Шлюшек!

В дни нового тысячелетья,
Разврат души, страстей туман —
Влекут к паденью человека
В Писаньи сказано, что: «дню довлеет злоба»
Ответьте: кто Дильмон, друзья?
Злой демон в облике осла,
Охочий до души и тела,
(особо женских душ и тел)
Или безумец похотливый,
В пылу позорном пряча совесть,
Вовлечь стремящийся других,
В свой круг порока и греха?

Хочу разврата! Больше! Больше!
Иа! Иа! Порнуху! Шлюшек!

Я приговор прочёл вам свой —
Как доктор лекцию над трупом!
О пользе нравственной радея,
Злодея в мыслях и на деле
Разоблачить стремился я!
Так, что же буйный наш Ослище?
Покаялся и пристыжён?

Напрасно время тратил, вася!
Счастливо ржу тебе в ответ!
Хочу по-прежнему разврата!
Иа! Иа! Порнуху! Шлюшек! — 
Побольше шлюшек в кабинет!..

Конкордия Браниславовна (Ко бра) с горечью наблюдает, из кустов, за неумолимым свершением приговора над нераскаявшимся и упорствующим в своёй блудливости Ослом Дильмоном.

Интуиция вещь таинственная.
Поддаётся лишь ясновидящим.
Если нет мозгов — чувствуй попой,
Доверяясь глубинным импульсам.

Я не стану злобной тёткой недовольной и брюзжащей.
Буду ветреной красоткой, доброй, милой, настоящей.
И на лавке у подъезда я сидеть не стану точно.
Лучше запишусь на танцы: «Эй, включите самбу срочно»!

Буду делать чудо-селфи на Бали и на Мальдивах.
Станут мне кричать вдогонку: «Быть нельзя такой красивой»!
Буду с внучкой печь ватрушки, помогать ей с макияжем.
Позавидуют подружки: «Повезло с бабулей» — скажут.

Расскажу ей по секрету, как крутить-вертеть парнями.
И набьем татушки с сердцем, но о том ни слова маме!
В «Инстаграм» я спозаранку буду постить фотки лихо.
И на роликах кататься. Скажут: «Клевая чувиха».

В майке love и рваных джинсах красоваться буду смело.
И плевать на пересуды, мол, совсем не ваше дело.
В общем, пенсия наступит, не застанет меня дома.
Старость брови лишь насупит и пойдет искать другого.