Мир! Отгони раздор от наших нив,
Не дай войне опять в наш дом вселиться!
Тройное королевство осенив,
Верни улыбку на живые лица.
Я рад тебе! Я рад соединиться
С товарищами — с теми, кто вдали.
Не порть нам радость! Дай надежде сбыться
И нимфе гор сочувственно внемли.
Как нам — покой, Европе ниспошли
Свободу! Пусть увидят короли,
Что стали прошлым цепи тирании,
Что Вольностью ты стал для всей земли,
И есть Закон — и он согнет их выи.
Так, ужас прекратив, ты счастье дашь впервые.
О, если б вечным быть, как ты, Звезда!
Но не сиять в величье одиноком,
Над бездной ночи бодрствуя всегда,
На Землю глядя равнодушным оком —
Вершат ли воды свой святой обряд,
Брегам людским даруя очищенье,
Иль надевают зимний свой наряд
Гора и дол в земном круговращенье, —
Я неизменным, вечным быть хочу,
Чтобы ловить любимых губ дыханье,
Щекой прижаться к милому плечу,
Прекрасной груди видеть колыханье
И в тишине, забыв покой для нег,
Жить без конца — или уснуть навек.
Одни, наивные иль с вялым организмом,
Услады томные найдут в лесной тени,
Прохладу, аромат, — и счастливы они.
Мечтания других там дружны с мистицизмом, —
И счастливы они. А я… меня страшат
И неотступные и злые угрызенья, —
Дрожу в лесу, как трус, который привиденья
Боится или ждет неведомых засад.
Молчанье черное и черный мрак роняя,
Все ветви зыблются, подобные волне,
Угрюмые, в своей зловещей тишине,
Глубоким ужасом мне сердце наполняя.
А летним вечером зари румяный лик,
В туманы серые закутавшися, пышет
Пожаром, кровью в них, — и жалобою дышит
К вечерне дальний звон, как чей-то робкий крик.
Горячий воздух так тяжел; сильней и чаще
Колышутся листы развесистых дубов,
И трепет зыблет их таинственный покров
И разбегается в лесной суровой чаще.
Луна ала на темных небесах;
Качается туман; луг холодеет
И спит в дыму; в зеленых тростниках
Лягушка квакает; прохлада реет.
Закрылись чаши лилий водяных;
Ряд тополей в немой дали туманен,
Прямых и стройных, — призраков ночных;
Блеск светляков, над ивняками, странен.
Проснулись совы; то вперед, то прочь,
На тяжких крыльях, лет бесшумный, мерный
Свершают; у зенита свет неверный,
И, белая, Венера всходит: ночь!
In the sky all the stars burning brighter
And then, suddenly, one asterisk …
Last time blinked the moon
Last time flickering in this night.
Starts fast flew… like arrow in the light.
I was whispered him…
Farewell… Asterisk!!!
And fulfill my little desire.
* * * * *
В небе все звезды горят ярко
И вдруг, внезапно одна звезда …
Последний раз моргнула луне
Последний раз мерцнула этой ночью.
Как стрела на свету… быстро лететь начала.
Я прошептала ей в след…
Звездочка… Прощай !!!
И исполни мое маленькое желание.
Подруги юности и молодых желаний!
Лазурь лучистых глаз и золото волос!
Объятий аромат, благоуханье кос
И дерзость робкая пылающих лобзаний!
Но где же эти дни беспечных ликований,
Дни искренней любви? Увы, осенних гроз
Они не вынесли, — и вот царит мороз
Тоски, усталости и нет очарований.
Теперь я одинок, угрюм и одинок.
Так старец без надежд свой доживает срок,
Сестрой покинутый, так сирота тоскует.
О женщина, с душой и льстивой и простой,
Кого не удивишь ничем и кто порой,
Как мать, с улыбкою вас тихо в лоб целует!
Зачем ты вновь меня томишь, воспоминанье?
Осенний день хранил печальное молчанье,
И ворон несся вдаль, и бледное сиянье
Ложилось на леса в их желтом одеянье.
Мы с нею шли вдвоем. Пленили нас мечты.
И были волоса у милой развиты, —
И звонким голосом небесной чистоты
Она спросила вдруг: «Когда был счастлив ты?»
На голос сладостный и взор ее тревожный
Я молча отвечал улыбкой осторожной,
И руку белую смиренно целовал.
— О первые цветы, как вы благоухали!
О голос ангельский, как нежно ты звучал,
Когда уста ее признанье лепетали!
Благодарю судьба за те глаза что смог Увидеть я вдали как яркий свет они Покрытые всей красотой что так она
Пестрит как радуга обвитая всем
Небом бархатным блестит желание
Моё о первой встречи с ней мне лучше
Уж забвением укрыть и наслаждаться
Где она парит Душой своею робкой Пусть царит творением своим что
Ублажает похоть к ней и так
Во мне горит…
Ты не верь — время вовсе не лечит,
Заставляет жить с этой болью.
Твоё время, увы, быстротечно,
И все время воюет с тобою.
Ты не верь — раны не заживают,
Время их посыпает солью —
Солью слёз, что по сердцу стекают,
Проникая на раны с кровью.
Ты не верь — у судьбы нет расклада
На твой день, на твой год, твою вечность.
Кто посмеет сказать КАК НАДО,
К кому сделать хоть шаг навстречу?
Ты не верь — чувства цену имеют,
Продаются, все чаще, за грош.
Знаешь, люди ведь ЖИТЬ не умеют,
Только поздно ты это поймёшь.
Из вечности по времени скользя,
Вернёмся в вечность и, как снег, растаем…
А над землёй опять пойдут снега,
Сердцам не спящим отворяя дали,
И у огня родного очага
Воскреснет радость из земной печали.
Набирать тишину надо долго,
Так, как чашей серебряной снег.
Чтобы те, кто навеки замолкли,
Не казались бы тише нас всех.
Надо долго безмолвие слушать.
О, как времени надобно много,
Чтоб покоем наполнить всю душу
И нечаянно встретиться с Богом.
С дурнем не сваришь ни кашу, ни суп.
С ним бесполезно общаться.
И я Вам советую с теми, кто глуп,
Как можно скорее прощаться.
Люблю когда душа спокойна
Когда погода хороша.
Когда без суеты, достойно
Денёк проходит не спеша.
Денёк уйдёт, но пусть оставит
В подарок память о себе
Минут напрасных поубавит.
Прибавит радости в судьбе.
Пусть будут встречи и улыбки
Слова любви, не словеса
Прогнозы так весною зыбки.
Не подведите небеса!
Что сказать? Не знаю я.
Столько мыслей в голове,
Столько фраз, обоснованных и нет.
Столько слов. Лживых слов.
Они так сладко, лечат душу нам.
Они так горько, убивают нас.
А мы все верим, что любят нас.
А мы так ждём, любви от вас.
Наивные такие, но честные взамен.
Вы ложь заметить не смогли,
И по страдали из-за любви.
Тряхни, жонглер, былою славой,
Возьми-ка кольца и булавы
И начинай воздушный их дележ.
Никто, жонглер, еще не помер,
Когда давал прощальный номер,
И вот сегодня ты его даешь.
Ты сегодня номер первый,
Но впервые сдали нервы,
И, о выходе услышав,
ты не вышел, ты не вышел.
И, задув себя, как свечку,
Ты последнее колечко,
Словно преданного друга,
Бросил в самый дальний угол.
Постой, жонглер, и я с тобою!
Одной мы связаны судьбою,
Одни у нас дороги и края.
Ведь от партера до галерок
Мы все жонглеры, все жонглеры —
И ты жонглер, и он жонглер, и я.
Я жонглер. Ведь перед вами
Я жонглирую словами.
Словно кольца их меняя,
В зал роняю, в зал роняю.
Номер мой, увы, не вечен,
И, когда погаснут свечи,
Словно грим, сотру усталость.
Ах, как мало слов осталось.
Прощай, жонглер! Нас время учит
Себя раздумьями не мучить.
Давай, жонглер, смахнем-ка их со лба.
Шуты, фигляры и пропойцы,
Мы сами — кольца, только кольца,
Которыми жонглирует судьба.
Над Москвою, над Парижем,
Кто-то выше, кто-то ниже,
Мы летим неутомимо
Кто-то в руки, кто-то мимо.
Словно слезка после бала,
Вот еще кольцо упало,
Кануло, пропало где-то…
Кто же это? Кто же это?