Заноза не проходит даром,
Когда её загнали с «жаром».
От ненависти тухнет Свет…
Давая жизнь обидам — много лет !
И раз, два, три, раз, два, три,
Раз, два, три, — раз!
Играет пластинка, звучит
Чудный вальс!
И кружатся, кружатся
Пары, как птицы!
Мелькают счастливые
Светлые лица!
И льются, и льются
Мелодии звуки!
Как крылья взлетают,
Танцующих руки!
Всё в танце кружится:
Деревья и птицы!
Ах, как в этот танец
И нам не влюбиться!
И раз, два, три, раз, два, три,
Раз, два, три, — раз!
Играет пластинка, звучит
Чудный вальс!
Copyright: Лариса Рига, 2018
Свидетельство о публикации 118070405985
Всё, что могла — я с лихвой отдала.
Падала с неба слепой и бескрылой,
и выживала… не зная тепла.
Не воскресить ни безумством, ни силой
то, что когда-то сжигали дотла.
Скомкали жизнь, словно старый билет.
Кончилось время любви и обмана.
Вылинял нашего прошлого цвет.
Ты ухватился за чей-то рассвет,
мне же — достались и память, и рана.
стены, где жили… душа-инвалид,
камни, которые в спину бросали,
горечь расплёсканных старых обид.
-Милый, ты счастлив? Ухожен и сыт?
Были ли в жизни святые скрижали?
Килограмм куриной грудки,
Прокрутить чрез мясорубку,
Отварить грамм, так, пятьсот
Рис любой… Такой расчет:
Два зубочка чеснока,
Перцу острого слегка,
Лук головку, пол морковки…
Пару беленьких картошек —
С фаршем овощи в прокрутку,
Соль по вкусу — будет круто!
А потом добавить рису,
Размешать в глубокой миске.
Налепить шары в ладонях,
Разложить их на поддоне…
Обвалять в муке, иль манке.
И огонь включить не жаркий.
Сковородку — не «Тефлон» —
Для кровИ опасен он…
На огонь чугун поставить,
На каление оставить…
Капнуть масло в сковородку…
Начинаем доработку…
С двух сторон ежи обжарить
До румяна… И, пропарить:
Крышкой ёжики накроем…
Вкусно будет — я не скрою.
Пять минут — и всё готово!
Приходите в гости снова!
6 июля 2018 года.
Мне зеркало сегодня рассказало,
Что много лет. Былого не вернуть.
И времени осталось мало,
И короток у жизни путь.
Я вижу в зеркале морщины,
Уставшие, печальные глаза
Взгрустнувшие, но всё ещё любимы.
И по щеке скатившая слеза.
Чего ты ждешь, красавица былая?
Что в жизни не посмела преступить?
Обычная, желанная, земная.
Предательство познавшая, в пути.
Все трудности земные, что попали
На твой тернистый, невесёлый путь.
Перешагнула беды без печали,
Царапнув больно дрогнувшую грудь.
Твоя душа, угасшая когда-то
Растратившая нежность и уют.
Живет сегодня брызгами заката —
Вкрапленьем обозначенный приют.
Ты не горюй, подруга дорогая,
Невозвратимы времени пути.
И годы прошлые невольно провожая
Без мук отчаянья смиренно отпусти.
Ну, что тебе морщины — след былого!
Года — богатство, что забыть нельзя.
Как эпилог — печатью прожитого,
Где опыт жизни — мудрая стезя.
Ольга Семаева, 2018
Море лижет пятки,
Со мной играет в прятки…
Набежит — подкатит,
волной меня окатит.
А после, так лениво,
отступит до прилива…
Relax… я не волнуюсь…
Я на закат любуюсь…
1
Сдав все экзамены, она
к себе в субботу пригласила друга;
был вечер, и закупорена туго
была бутылка красного вина.
А воскресенье началось с дождя;
и гость, на цыпочках прокравшись между
скрипучих стульев, снял свою одежду
с непрочно в стену вбитого гвоздя.
Она достала чашку со стола
и выплеснула в рот остатки чая.
Квартира в этот час еще спала.
Она лежала в ванне, ощущая
всей кожей облупившееся дно,
и пустота, благоухая мылом,
ползла в нее, через еще одно
отверстие, знакомящее с миром.
2
Дверь тихо притворившая рука
была — он вздрогнул — выпачкана; пряча
ее в карман, он услыхал, как сдача
с вина плеснула в недрах пиджака.
Проспект был пуст. Из водосточных труб
лилась вода, сметавшая окурки.
Он вспомнил гвоздь и струйку штукатурки,
и почему-то вдруг с набрякших губ
сорвалось слово (Боже упаси
от всякого его запечатленья),
и если б тут не подошло такси,
остолбенел бы он от изумленья.
Он раздевался в комнате своей,
не глядя на припахивавший потом
ключ, подходящий к множеству дверей,
ошеломленный первым оборотом.
Я говорю без всяческих бахвальств:
Никто не сможет русских победить.
Мы, как росток, ломающий асфальт,
Пробьемся там, где невозможно жить.
Не знаю, на что это больше похоже:
На чудо природы? На промысел божий? -
Есть люди, в которых с младенческих лет
Горит, словно лампочка, внутренний свет.
Таких, как они, очень мало на свете,
Но всё ж средь других их нельзя не заметить.
Особых примет говорить и не надо:
Их видно по светлым улыбкам и взглядам.
Вглядитесь в их лица, в глаза им взгляните —
Их будто соткали из солнечных нитей!
Забыть невозможно, увидев хоть раз
Сияние ясных, распахнутых глаз.
Обычные люди обычного роста,
И вроде бы в них всё обычно и просто,
Но, как маяки, (в этом главная суть!)
Укажут единственно-правильный путь.
И греют их речи, и светят их души
Для всех потерявшихся, сирых, заблудших,
Всегда поддержав на пути перемен,
Они ничего не попросят взамен.
Поверьте, ни разные беды, ни склоки,
Ни грязные сплетни людей недалёких,
Ни злость, ни коварство, ни жизнь «на мели»
Их внутренний свет погасить не смогли.
Но жаль, что такого вот «чуда природы»
Всё меньше и меньше средь нас год от года…
Поэтому светлых людей берегите,
Не пользуйтесь ими, а сами светите.
неординарные поступки
рождают зависть и врагов
и лишь посредственная серость
любима всеми и мила
Зажегся, как весенний лес,
От искр встретившихся взглядов.
Ну, а теперь—ты там, я здесь.
Ты там?
Ну так тебе и надо.
КОШМАР ЮДОФОБА
Палата. Ночь. Больничное оконце —
Вглядишься, сразу оторопь берёт:
Евреи все: и шведы, и японцы —
Вошла Земля в последний поворот!
БАНИТЬ
Подонка — ни к чему лукавить,
Резон есть полный сразу банить,
Поскольку цель его одна —
Заставить вас коснуться дна.
ЛИХИЕ ДЕВЯНОСТЫЕ
Где вы, девяностые лихие,
«Мерседесы», тёлки и бабло?
Правила, как дважды два, простые —
Кто в гробу, кому-то повезло.
Где вы, тёрки, стрелки и наезды? —
Жизнь без вас пресна, как молоко.
За свои мы бились интересы,
И кому-то было нелегко.
ПРИПЕВ:
Ни дня мы не работали
И пёрли буром,
По фене только ботали,
Как с добрым утром,
Могли решить любой вопрос,
Ковать деньжата:
За нашу юность этот тост —
За вас, ребята!
В Думе я в прикиде от Версаче,
У жены шиншилловый корсет,
У меня в подельниках удача,
И четыре сбоку — ваших нет.
Я имею виллу на Канарах —
Отдыхать под Адлером — облом,
Позабыл о зонах и о нарах —
Всё давным-давно идёт путём.
Акварель из дождя на моём окне,
Растекаются краски, им нужен холст.
Я как мелкая рыбка на самом дне,
Но, аквариум стенками слишком толст.
И смотрю я на капельки сквозь стекло,
Эх, собрание мне бы таких картин.
Чтоб от душной тоски навсегда спасло,
Чтобы мысли оттёрло от паутин.
Этим летом так модно писать про дождь,
Вот и мы примоднились вдвоём с зонтом.
«Капельмейстер» давно в наши души вхож,
Он за жизнь объяснит, но потом… потом.
Не ругайте дожди, это душ для душ.
Видно, сильно мы пылью подзаросли.
Вот и пусть отмывает всю грязь и чушь,
Чтобы чище и лучше мы стать смогли.