Все в жизни случается
Судьбы переплетаются
Не случайно люди встречаются
Друг с другом пересекаются
И уже не различаются
Притяжением их полюса.
Душа, почувствует другую
Родную, близкую, свою
И словно зеркало напротив
В другом увидишь отражение свое.
Зеркально отразит единство чувств
А разум скажет,
Что это, тот кого
Всю жизнь … ждешь.
И подсознание подскажет
Это, когда…
Две половинки сольются в одну.
Кто говорил, что время лечит,
Тот не познал любви большой.
Прошел он мимо не заметив
Близнец души стоял перед тобой.
Цените тех, с кем можно быть собою.
С кем можно искренне победу отмечать.
Цените тех, кто слез ваших достоин,
С кем можно взяться за руки
И просто помолчать.
Друзья уходят не простившись
Туда, где слезы не видны
Зачем туда вас забирают…
Когда и здесь вы нам нужны.
При каждой встречи
Обнимая друга
Не знаем мы, что видимся
В последний раз.
И сердце разрывается от боли,
Что, что-то важное
Не успели мы сказать.
Любовь не терпит анонимности,
И умирает без взаимности.
Любить кто чувство обретает —
На крыльях счастия летает.
Любовь не терпит обывательства.
И в муках гибнет от предательства.
Любви без боли - не бывает.
(Душа влюбленных это знает).
Любовь не терпит одиночества,
Измены, лжи, беды пророчества.
Ведь для Любви устроен свет.
И выше чувства в мире нет.
Любовь нас делает добрее.
Вдвоем с любовью - мы сильнее.
Ты крепок с нею, как агат.
И если любишь - ты богат.
Мимо любви - не проходите.
Своих любимых — берегите!
Искру любви в себе лелейте,
Любовью дорожить умейте!
Ладно, червяк на леске, лопай свой чёрствый бублик…
Помнишь, Союз Советских, собранных в сплав республик?
Как далека Европа! Брежнев нахмурил бровки…
Мы — огоньки сиропа в дьявольской газировке.
Утром — батон да каша. Ярок на клумбе крокус…
Что ты так, юность наша, страшно смещаешь фокус,
что ты нас рвёшь на части, соль растворяешь в ранках,
сделав возможным счастье в полутюремных рамках?
Библией был и Торой в тесной тоске балконов
голос любви, в которой нет никаких законов.
В царстве тревог и гари песни какие пелись! -
«Lasciatemi cantare», «Living next door to Alice»…
Нынче ж — серьезней лица; свёлся баланс по смете.
Мы перешли границу, даже и не заметив.
Жизнь обернулась с нами, ранящей вспышкой света…
Было ли это с нами? Было ли вовсе это?!
Время итогов веских, время осенней дрожи…
Где ты, Союз Советский, въевшийся нам под кожу?..
Но в ностальгии — проку? Даже на входе в Лету
сердце, как в марте крокус, рвётся и рвётся к свету.
Доброты в ваши вены,
Чтобы дозы стали необходимы.
Чтобы понятия веры
С ней стали неразделимы.
Чтобы не было в ней меры…
А в душах не селись химеры,
Только они допускают слова,
Что даже в мыслях не допустимы…
Хотя у каждого своя голова…
И наверное, и мера добра.
Я черный люблю, но влезла в розово-белый мир.
Что было душе полезно, занашивала до дыр.
Я розовым крыла крыши и красила белым тьму
И белые жили мыши в невинном моем дому.
Коты розовели нежно на розовых уголках,
Им было тепло и снежно в рассветных моих руках.
А кто-то глядел со злостью и пальцем крутил висок.
Я острой торчала костью и вдоль, да и поперек…
И кто-то подумал — что же, заляпать и запятнать?
Как смеет жить не похоже, на чёрную нашу масть
И бросил на розу кляксу, и грязным плеснул словцом,
И розовый мир заплакал, и выцвел, как старый дом.
Я смыла с лица румянец, коралловый стёрла с губ,
Лица омертвелый глянец покрыла я сажей труб.
Я копотью рисовала провалы глазниц и рот.
Я снова бояться стала. И стала — наоборот.
Я черная птица ворон, что каркает невпопад
И лик мой ужасно чёрен, и чёрен надменный взгляд.
Лишь где-то под опереньем, атласной канвой шурша
Припрятанная от мнений, алеет моя душа.
Ты знаешь, прочла и как дура, реву…
Сама не пойму от чего…
Ну, наверно — от нежности.
Вот так и представила все,
Как всегда — наяву.
Таких вас, чужих,
Но родных. Вот таких — до безбрежности.
Судьба вдруг попутает все, без краев, берега.
И кинется море любви
по сердцам, полным света.
Растопит все, нафиг,
Такие большие снега.
И вы поплывете. Купили же все же билеты…
А знаешь, вы все же, большей, чем друзья,
Вы, верно, сроднились
Какой-то немыслимой связью…
И только сейчас,
Поняла это, Ванечка, я
Вы чувства «повышили»
Самой чувствительной вязью.
А это важней,
в этом самый счастливый билет!
И на расстояньи
стать близкими — это искусство.
И знаешь,
важней-то ведь этого нет…
Родство по Душе — вот прекрасное самое чувство…
От этого, видно, прочла,
И как дура реву.
За нас, за таких, просто рада.
Воистину рада.
Быть близкими Душами
Так, не совсем наяву,
Вот как для меня — это супер!
Другого по жизни не надо!
Мне показалось, что снова ты звала
Был стук в окно, как сердца стук
Дождь капал на стекло
Я отложил перо
Погасил весь свет
Я вновь оказался там с тобой
Твой слышал смех
Холмов пьянящий аромат
Маяк мой, где теперь один
Открыл глаза, туман в глазах остался
И сердца стук твой мне передался
Заколотило.стиснуло.сдавило.
Сладких губ память воскресило…
С миром идите… и побыстрее…
А ваше «береги себя» — вам «заверну» с собой…
Извините… из вежливости… теперь улыбаться никак не умею.
В днк-программе… после таких — как вы, сбой.
Идите-идите… и не оглядывайтесь…
Возвращенцев терпеть не могла никогда
И вашу «заботу» за ненадобностью
Приберегите на «лучшие» времена.
О… как я без вас это время? -
Как видите — все хорошею… сияю… цвету…
Да вы не старайтесь так… все равно не обидите…
Обидеть под силу меня… только тем… кого больше жизни люблю…
Так что… сверьте по компасу «юг-север»…
И продолжайте маршрут…
Таких «идеальных»… без всяких сомнений…
Наверное к ужину дома ждут!
Не жалуйся на жизнь,
Не говори проклятья.
В словах великий смысл
Творить и разрушать.
Не вздумай вслух сказать
Любимый всеми лозунг:
«Рожденный не летать
Способен только ползать»
Не верь своим глазам,
Все тлен, все нереально.
Невидимым стезям
Придай свои скитанья.
Не отдавай души
На ветер суетливый.
Ты человек, ты жив,
Доколе Небо живо.
Не гневайся на тех,
Кого твой гнев сломает:
Упавший в душу снег,
Возможно, не растает.
Побереги слова
Молчанием навремя;
Ты удивишься сам,
Увидев плод смиреннья.
Не отрекись любви,
Когда твой ближний жаждет
Отдай глоток воды,
Тебе принадлежавший.
И может в этот миг
Тебя возвысит Кто-то.
Ты просто не привык
К возможности полёта…
Не жалуйся на жизнь,
Доколе Небо живо,
Взлетают птицы ввысь
И ты лети, безкрылый
Однажды набежавшую волну
Приемлет берег, обретаясь сутью,
Быть перестав, чем слыл до той минуты,
Покуда жар песка охолонув,
Истомой тихой не сползет вода,
Оставив след причудливо неровный,
Лаская белой пеной суши кромку,
Отдавшись без сомнений и стыда
В объятья пляжа. Роковая страсть
Воздвигнет острова на глади моря,
И с плеском натиск теплого прибоя
Их так же нежно станет омывать.
Я люблю её взгляд с прищуром.
Он иной, под особым углом,
Он мне в душу ввинтился буром,
Колет рифму с неё, как кайлом.
Я люблю эту тонкость запястья
И её неулыбчивость губ.
Мог без женщины этой пропасть я,
А теперь всё на свете смогу.
Разогнала она караулы,
Что поставил я сердце беречь.
Я люблю эти русские скулы
И её мелодичную речь.
Шелковистость её нежной кожи,
Золотистость её волос,
Язычок, что острее чем ножик,
И славянский премиленький нос.
Я люблю её противоречья,
С не кричащей её красотой.
Здесь любое моё красноречье
Не сгодится для женщины той.
Я не слишком везучий-то шибко —
Счастье вдруг снизошло невзначай.
Стану, верно, фатальной ошибкой,
Но молю её: «Не исправляй!»
Песочные замки кругом разрушены.
Древние курганы воют прощальную.
Революционную запеваем натужно.
Красные знамёна собрали отчаянных.
Старые парки овеяны романтикой.
Высокие тополя обильно сеют на нас пух.
Лето любви, а у кого-то июнь разбавлен Балтикой.
Кто-то на кухне перебирает фотоальбомы, слушает истории подруг.
Революционные флаги к чему?
Это метафора.
Свободен лишь тот, у кого крылья в груди.
Счастье плохо сохраняется, как древняя амфора.
Мне же нравится проза, а рифмы банальны, они затихают, как на воде круги.
Алкоголь — старая песня толпы.
Дым, таблетки пусть катятся к черту.
Патлатые в куртках наивны, просты.
Пусть они на Кобейне, Ози, Цои, все на олдскульных репостах.
Я подвожу их к борту.
Скидываю с корабля культуры, чтоб не дать им остыть.
Информации масса, нет в искусстве смысла.
Зачем мотивировать, создавать новый продукт?
Поэзия, политика, ТВ, певцы, артисты — всё это старое коромысло.
Давай, выйди, твой путь не замкнутый круг.
Спасти любовь не сможет, но и не духовность, всякий там бич божий.
И, если есть миссия, план, ты не утонешь в толпе и полезешь вон из кожи.
Твоё сердце пламенное, моё тоже.
Жги переправы за собой, героев вспомнят и много позже.
Нам не понять друг друга никогда.
И это обжигает горло, как изжога.
Как не поймет огонь пылающий — вода,
Как самолет — железную дорогу,
Так никогда ты не поймешь меня.
И разговор опять как форма монолога.
И я расплачусь, снова уходя,
В миг разлетится вся моя броня,
А ты лишь только на меня посмотришь строго,
Ни слова одного не пророня,
Взамен на то, чтобы убить мою тревогу.
Я хлопну дверью, стоя у порога,
В тот миг все в этом мире прокляня,
Но сколько не проси того у Бога,
Как не поймет слепец глухонемого,
Нам не понять друг друга никогда.
Когда любовь, как розовый закат,
Коснулась отраженным светом моря,
И прошлое унылым бликом вторит
Тому, чему был несказанно рад
Еще вчера, но жизнь тревожным сном
Терзает вежды, а канва событий
Вот-вот на горизонте растворится,
Подобно клину птиц, и вечный дом
Гораздо ближе очага с теплом
Родной души, не встреченной доселе,
Возможно, по причине личной лени,
А может, дело и совсем в другом,
Излишне поспешил, не там свернул,
Был слишком горд, чтоб спрашивать дорогу,
И ангелов всевидящего бога
Своим пренебреженьем оттолкнул,
И вот стоишь над зыбкой пустотой,
Последний луч надежды упуская,
Отведать плод непознанного рая,
Шагнув во тьму за призрачной мечтой.